КРИК

      Уэнсдей Аддамс шла по коридору больницы, уставившись к себе под ноги. Она возвращалась в свою палату, полная противоречивых мыслей. У неё из головы не выходил разговор, который был у неё с подругой. Уэнсдей отвела Инид Синклер обратно в её палату после этого разговора, но то, что сказала подруга, не давало ей покоя.       Я хочу найти его и убить.       Так сказала Инид. Её жажда мести ясна. Только когда Синклер сказала об этом и попросила помощи Аддамс, то Уэнсдей, к её собственному удивлению, пришлось заставить себя согласиться. В тот момент внутри не, словно, появился барьер, который пришлось пробивать, чтобы согласиться с подругой. Но почему? Крик напал на неё с братом. Уилл теперь лежит в больнице в страбильном, но критическом состоянии. Уэнсдей Фрайдей Аддамс знакомо чувство мести. В ту ночь, когда была убита её семья, девушка насладилась местью. Она даже готова при первой же возможности лично убить Крика, чтобы этого не пришлось делать Инид! Но почему её так не по себе от мысли, что Синклер сама познает месть? Уэнсдей пыталась, но не могла найти ответа. Подобная близость для неё в новинку. Её рука невольно коснулась щеки, помеченной поцелуем Инид.       Это моя благодарность. За всё, что ты сделала для меня.       Так она сказала. Лишь благодарность за помощь. Ничего более. Дружеский поцелуй. Но Аддамс не могла не признать, что это было приятно. На самом деле очень приятно! Она даже захотела повторить. Но этого точно не будет, поэтому подобные бредовые мысли стоит выбросить из головы и забыть. Лучше вообще никогда не вспоминать об этом. Хотя Уэнсдей сильно сомневалась, что у неё когда-нибудь это получится.       К счатью, когда Аддамс зашла в свою палату, ей помогла отвлечься внезапная гостья. На кресле для посетителей у её кровати сидела названная королева «Невермора» — Бьянка Барклай. Девушка сидела с наушниками в ушах и была слишком увлечена какой-то игрой по телефону, поэтому не заметила, как пришла Аддамс. Рядом с Барклай стоял чёрный пакет. Сама Уэнсдей застыла в проходе, поражённая присутствием гостьи.       — Бьянка. — Подала она голос, чтобы привлечь внимание девушки. Та не обратила внимания, лишь начала покачивать головой. Уэнсдей решила, что это реакция на музыку у неё в наушниках. Она обошла кровать и встала прямо перед девушкой. Вот тогда Барклай, наконец, её и заметила. Она сняла наушники и ухмыльнулась.       — Привет, Уэнсдей. Тебя-то я и ждала. Где ты была? — Спросила она, убирая телефон и наушники в сумку.       — Вместе с Инид навещала Уилла. — Легко ответила Аддамс. Она не видела причин скрывать эту информацию. — Но что ты здесь делаешь?       — А как ты думаешь? Я услышала, что с вами случилось. Точнее, об этом вкурсе весь город. — Она поднялась со своего места, обошла Уэнсдей и встала перед окном, смотря на улицу. — У входа в больницу уже собрались журналисты. — Произнесла Бьянка. Уэнсдей подошла к ней, чтобы проверить слова девушки. Стоило ей заметить собравшуюся у входа толпу, Аддамс поняла, что девушка сказала правду.       — Откуда они вообще узнали о случившемся? — Буркнула Уэнсдей.       — Насколько я поняла из новостных постов, — Бьянка потрясла телефоновм, ясно давая понять, откуда взяла инфомрацию, — то им разболтал кто-то из сотрудников больницы. Было совершено жестокое нападение на трёх студентов «Невермора». Их сюда-то не пускают сотрудники больницы и копы в холле. Хотя уверена, что найдутся умники в больнице, которые видели вас краем глаза, но уже спешат к СМИ, чтобы выдать себя за экспертов, которым известно всё о нападении на вас. — Она сделала паузу и, отвернувшись от окна, посмотрела на Аддамс. — Можешь не отвечать, но… Это был он? Серийный убийца?       Уэнсдей внимательно всмотрелась в лицо Бьянки. Её неожиданный визит, а теперь и интерес к этому делу. Это казалось странным.       — Почему ты спрашиваешь? Хочешь собрать информацию из первых рук и побежать к этим стервятникам? — Аддамс кивнула на толпу внизу здания. От её слов Бьянка скривилась и фыркнула.       — Да ты сама тактичность. Можешь не верить, Аддамс, но я решила вас навестить, потому что мне не всё равно. — С раздражением ответила Барклай. Её явно задели слова Уэнсдей. — Как только новости о нападении на студентов «Невермора» дошли до академии, все начали сходить с ума. «Стая» Синклер молчала, поэтому многие испугались, что её убили. Директор Уимс, должна отдать ей должное, быстро разобралась в ситуации и объявила на общем собрании о случившемся. Рассказала, что напали на тебя, Инид и Уилла.       — Вы с Уиллом знакомы? — Тут же задала вопрос Уэнсдей, стоило Барклай упомянуть младшего из Синклеров. Девушка посмотрела на неё с явным недоумением.       — Конечно, знаю. Мы с Ксавье были вместе с Инид и Уиллом, когда они отправились давать показания, чтобы тебя освободили из тюрьмы.       — Я была в изоляторе участка, а не в тюрьме. — Не задумываясь, поправила девушку Аддамс. Та усмехнулась.       — Ну да, разница огромная. Спасибо, что внесла ясность. — Барклай закатила глаза и скрестила руки на груди. Уэнсдей не заметила в её действиях прошлого раздражения. Она приняла это за хороший знак.       — Инид упоминала, что вы были вместе с ней и Уиллом в тот день. Похоже, я это забыла. — Разочарованно призналась Аддамс. Ей это не понравилось. Она предпочитает отчищать память от не нужной ерудны, а не таких важных моментов, как сопровождающие Синклеров, которые помогли освободить её от заключения.       — Бывает и такое. — Пожала плечами Бьянка. После этого между ними почти на минуту воцарилось молчание. В какой-то момент Уэнсдей обратила внимание на то, как неуверенно вела себя Бьянка. Она топталась на месте, обхватила себя руками и отвела взгляд в раздумьях.       — Если хочешь что-то сказать, говори. — Подтолкнула её к разговору Уэнсдей. Та глубоко вздохнула и кивнула.       — Вижу, что после нападения ты хорошо держишься. — Наконец произнесла Бьянка.       — О чём ты?       — Не хромаешь, не покрыта шрамами или швами, да и ни одного гипса нет. — Ответала девушка, указав на всю Аддамс. — Только одежда выглядит так, словно ты её из мусорного ведра достала. Без обид.       — Без обид. — Легко согласилась Уэнсдей. Не было причин спорить на этот счёт, ведь Барклай сказала правду. Её одежда словно из мусорного ведра после нападения. — Ты была права.       — Всмысле? О чём ты? — В недоумении нахмурилась девушка.       — Я о твоём прошлом вопросе. Это действительно был серийный убийца. — Признала Уэнсдей. Глаза Бьянка округлились от шока, а лёгкость, с которой она говорила раньше, покинула девушку.       — Вот чёрт! — Выругалась Барклай. Аддамс не могла не согласиться с тем, что это подходящий выбор слов для описания ситуации.       — Для удобства мы с Инид называем его Криком. Он сломал мне два ребра и пронзил руку ножом. — Для наглядности Уэнсдей подняла раненную руку, покрытую бинтами. Бьянка взглянула на неё так, словно впервые заметила за время их разговора. Аддамс не бралась судить, так это или нет. — Больше всего досталось Инид и Уиллу. Нас с Инид не должно было там быть. Крик сказал, что пришёл только за Уиллом.       — А что вы с Инид делали там?       — Ты видела видеоролик, который Крик отправил СМИ? — Спросила в ответ Уэнсдей.       — Видела. — Кивнула Бьянка. — Полная жуть! Выключила, как только этот псих начал резать шерифа.       Уэнсдей умолчала о том, что сама она посмотрела этот ролик от начала до конца. Это информация Барклай ни к чему.       — В этом видео Крик объявил, что устроит охоту. — Продолжила она пересказ последних событий. — Мы ещё не знали, что целью он выбрал Уилла. Инид решила, что лучше мы побудем втроём в доме моей бабушки, где я разрешила пожить её брату. Я отказалась ехать вместе с ней. Самонадеянно решила, что знаю, чего хочет Крик. Решила, что его целью была я.       — Но ошиблась. — Легко догадалась Бьянка и констатировала факт.       — Верно. — Кивнула Аддамс. — Я собиралась бодрствовать всю ночь, в ожидании его прихода. Но через пару часов передумала и поехала к ним. Решила, что не стоит идти на поводу у убийцы. Я должна играть в его игру по собственным правилам, чтобы победить. — Уэнсдей также умолчала, то подобных мыслей у неё совсем не было, когда она угнала машину Уимс, чтобы отправиться к Синклерам. Тогда Уэнсдей хотела просто быть рядом с Инид. О том, что могло случиться, если бы она так и осталась в общежитии, девушка предпочитала не думать. — Когда я приехала, Крик уже стоял над Инид и Уиллом. Собирался их убить. — Эти слова она произнесла почти шёпотом и без прежей твёрдости в голосе. В разуме снова всплыла картина, будто она стоит посреди гостиной в поместье Аддамсов, а на полу лежат семь трупов. Пять Аддамсов и двое Синклеров. — Он порезал Инид ногу, выбил пару зубов и ударил по голове так сильно, что устроил ей сотрясение.       — Вот чёрт! — Выругалась Бьянка. Её глаза широко раскрылись от шока. Насколько могла судить Уэнсдей, девушка была искренне обеспокоена. — Не могу сказать, что мы с ней подруги, но Инид хорошая девушка. Она такого не заслужила. Мне правда жаль, что с ней такое случилось. С вами обеими, Уэнсдей. — Сказала Бьянка. Если она хотела утолить своё больное любопытсво или продать эту информацию, чтобы повысить собственный уровень популярности, то была чертовски хорошей актрисой. Но Уэнсдей Аддамс ей всё же поверила. Поэтому и продолжила.       — Уиллу досталось намного больше, чем нам. — Она вспомнила младшего Синклера при первой встрече и это нынешнее состояние. — Крик разбросал медвежьи капканы вокруг дома, чтобы помешать Инид и Уиллу сбежать от него. И у ублюдка это получилось. Этот псих сначала глубоко порезал руку Уиллу, после чего они дали ему отпор и попытались сбежать. Но Уилл попал ногой прямо в капкан. Его голень едва не раскололо в щепки. Повезло, что хирурги ногу не ампутировали. Когда я приехала, Крик стоял над ними и насмехался. Я попыталась его заколоть на месте.       — Подожди, заколоть? Как это?       — У меня были метательные ножи с собой.       — А, ну да, обычная вещь в гардеробе. Каждая девушка должна носить такие в сумочке. — Попыталась пошутить Барклай, но вышло слабо. А для такой девушки, как Уэнсдей, и подавно. — С твоим планом ничего не вышло, я права? — Решила она вернуться к главной теме разговора.       — Права. — Коротко подтвердила Аддамс. — Крик меня избил. Проколол руку и сломал рёбра. Сказал, что будет продолжать убивать, поскольку это теперь не считает это необходимостью для мести мне. Он просто хочет продолжать, потому что почувствовал вкус к убийствам.       — Больной психопат. — Выругалась Бьянка. — И что это за тема с местью тебе?       — Пока не знаю. — Призналась Уэнсдей. — Но я это выясню. — Тут же добавила она.       — Держи меня в курсе. И если вам с Инид когда-нибудь понадобиться помощь, можешь обращаться. — Произнесла Барклай. А Уэнсдей вспомнила слова Инид, которые блондинка сказала сегодня утром.       Когда я отправилась в Джерико за Уиллом, вместе со мной поехали Ксавье и Бьянка. Они не бросили тебя.       Так сказала Синклер. Сначала Уэнсдей эта мысль показалась глупостью. Но вот она, Бьянка Барклай, стоит перед ней и предлагает свою помощь. Может быть, это даже предложение для начала дружбы?       — Если помощь понадобится и тебе тоже, можешь обращаться. — Решила ответить тем же Уэнсдей.       — Обязательно. По городу бегает серийный убийца. Чем больше друзей, тем больше шанс избить его толпой. — С ухмылкой сказала Бьянка.       — На самом деле это не шутки. Ты правда должна быть осторожна. Крик во время нападения намекнул, что может охотиться на тех, кто помог снять с меня обвинения в двойном убийстве.       И снова весь юмор у Барклай как рукой сняло. Она сразу заметно напряглась.       — Ублюдок может попробовать. Но тогда ему не поздоровится. — Выругалась девушка. Это была показная храбрость. При том, что Уэнсдей плохо разбирается в эмоциях, даже она заметила блеск страха в глазах Бьянки. — В противном случае, будем вместе тусоваться в больнице. — Попыталсь отделаться шуткой девушка, оглядывая палату Аддамс. — Кто знает, может, мы станем соседками.       — Сомневаюсь, что Инид так просто позволит тебе занять это звание. — Решила подыграть ей Уэнсдей.       — Я почему-то в этом не сомневаюсь. — Фыркнула от смеха Бьянка. Она достала телефон и взглянула на время. — Мне скоро пора уезжать, а я ещё хотела заглянуть к Инид и Уиллу. Так что отдам тебе то, из-за чего в первую очередь и пришла к тебе. — Она развернулась и схватила пакет, который так и лежал у стула, на котором Барклай коротала время в ожидании Аддамс. Бьянка передала пакет девушке. Та молча его взяла и взглянула на содержимое. Это оказалась одежда. — Решила, что тебе не повредит здесь чистая одежда.       — Откуда это у тебя? — Спросила Аддамс, разглядывая содержимое. Она подошла к кровати и вывалила всё из пакета на неё. Вся одежда была чёрной, если не считать большой футболки с принтом. На ней было написано: «I freaking love horror movies».       — Это моя старая одежда. Она давно пылилась в шкафу без дела, а выбросить руки не доходили. Решила, что тебе она может пригодиться. Да и похоже на твой стиль. — Сообщила Бьянка, подойдя к Аддамс и скрестив руки на груди. Она наблюдала, как девушка раскладывает каждую вещь ровно, чтобы взглянуть на них одним взглядом. И как ни странно, Уэнсдей понравились новые вещи. Обычно она носила более сдержанную одежду, но и эта неплоха, хоть и явно велика новой хозяйке. Да и всё равно лучше того грязного тряпья, в котором она сейчас.       — Подойдёт. — Заключила Уэнсдей и взглянула на Бьянку. — Спасибо.       — Как я и сказала, обращайся.       

***

      Он с недоумением уставился в телефон. Перечитал новость. Затем ещё раз. И на всякий случай, повторил это действие снова. Ничего не изменилось. Всё действительно так. Уэнсдей Аддамс, Инид Синклер и Уильям Синклер сейчас находятся в больнице после его нападения. Все трое живы и здоровы.       — Чёртовы твари! Вы там совсем охренели?! — В голос выругался Крик и на мгновение испугался. Он оглядел комнату и только сейчас осознал, что находится один. Это хорошо. Было бы неловко, если бы у него сдали нервы посреди людного места. Но нервы всё равно были на пределе. Крик снова перечитал новость и подумал запустить телефоном в стену, но он стоит денег. Это его и остановило. Хотя…       Крик сходил на кухню и взял первую попавшуюся на глаза тарелку. А потом запустил эту самую тарелку в стену. Да, от этого и правда полегчало, хоть и немного. Убица взглянул на осколки, рассыпавшиеся по полу.       — М-да. Надо бы убрать. — Пробормотал Крик. Он заметил, что в последнее время стал чаще говорить сам с собой. Это немного тревожит. Хотя не настолько, чтобы что-то с этим делать.       Крик сходил за метлой и совком, чтобы убраться. Не самое крутое занятие для серийного убийцы, держащего целый город в страхе. Но он не настолько богат, чтобы за него убирали беспорядок. А похищать для такого кого-то стрёмно. Убийца не понимает таких уродов, которые вообще людей похищают. А вот значение убийства он очень хорошо понимает. Более того, Крик прямо сейчас хотел кого-то завалить! У него не было ещё такого, что бы жертва выжила. Во всём опять виновата эта грёбанная Аддамс! Когда он выследил Уилла, то внезапно приехала Инид, но с двумя Синклерами убийца справился без труда. Все проблемы начались, когда из ниоткуда явилась Аддамс! Вот серьезно, откуда эта стерва взялась?! В одну секунду её не было, а следующую выруливает на каком-то драндулете, словно это какой-то «Форсаж». Ещё и ножами принялась в него бросать! Рана до сих пор болела. Он сомневался, что сможет ненавидеть её ещё больше, но нет! Теперь, эта мразь бесит его ещё сильнее. Крик твёрдо намерен превратить всю её жизнь в Ад.       Он бросил метлу с совком на пол и бросился к кровати. Достал из-под неё коробку, открыл и достал свой костюм. Маска и мантия больше не в крови. Он закинул их в стиральную машину сразу после нападения на Синклеров. Хотел оставить всё в крови, ради памяти, но пришлось избавиться от следов. После того, как зарежет Аддамс, надо точно сохранить её кровь на костюме. Просто спрячет куда-нибудь подальше, чтобы никто не нашёл. Сам он иногда сможет костюм доставать и вспоминать её смерть во всех красках. Да, так и сделает. Жаль, что до этого так много времени.       Крик ходил из стороны в сторону, мучаясь от раздумий. Когда он вчера ночью заколол Уильяма Синклера, то был уверен, что этот пацан умрёт! Ножовое ранение в живот это серьёзная рана, а Синклер всё ещё жив. Как так? Надо было выпотрошить его, как обычно убийца и поступал! Но ему в голову пришла идиотская мысль, что одного удара ножом хватит парню. В итоге, в прекрасную ночь пятницы тринадцатого Крик никого не убил. Это угнетало. И ещё сбивало с толку. С одной стороны, убийцы думал о том, чтобы выйти из дома и зарезать кого-то ещё из тупых подростков, позволивших Аддамс уйти от тюрьмы. Но эта неудача с Уильямом Синклером… Она будто била по мотивации. Раз у Крика не вышло убить его, то могут быть ещё неудачные жертвы? Он, разумеется, учтёт все ошибки, но больше нет никакой уверенности, что у него всё получится наверняка. Никто не предупреждал, что убивать людей может оказаться сложным делом! Может, взять выходной? Вариант, вроде бы, неплохой. Сможет отдохнуть от убийств, нагонит больше страху на Джерико своим отсутствием, да и сможет собрать мысли в порядок. План кажется довольно неплохим. По крайней мере, Крик так решил.       Он закончил с уборкой, взял пачку чипсов, бутылку колы, сделал подборку классических фильмов ужасов и приготовился хорошо провести время. Ещё и костюм одел, чтобы большая атмосфера была. Подумал о том, чтобы позвонить Аддамс и напомнить о себе, но быстро отбросил эту мысль. Сегоднящний день принадлежит ему. Может быть, Крик сделает это завтра, но кто знает? Да и Аддамс с Синклерами всё равно из больницы в ближайшее время никуда не денется. Он сможет навестить их всех в любой момент.       Убийца устроился поудобнее на кровати и включил первый фильм из подборки. И на какое-то время, он правда забыл обо всём на свете. Погрузился в мир ужастиков. Не было ни Уэнсдей Аддамс, ни Инид Синклер, ни грубанного выжевшего Уильяма. Был только Крик и его любимые фильмы. Но это изменилось, когда в подборке настало время фильма «Погребённый заживо». Крик заворёжонно смотрел на экран, пока в его разуме рождалась идея. Когда начались титры, он уже во всю стоял над доской с планами. На лице у убийцы заиграла улыбка.       

***

      Уэнсдей Аддамс собрала все свои малочисленные вещи для возвращения в «Невермор». Быстро убедилась, что всё на месте, и вышла из своей палаты, отправившись к Инид Синклер. Блондинка ждала её с собранной сумкой в руках. Теперь Аддамс больше не катала подругу на инвалидном кресле. Синклер ходила сама, хоть и сильно хромала. Врачи пытались убедить обеих девушек, что им стоит ещё хотя бы на день остаться в больице, но они твёрдо решили, что вернутся в общежитие академии сегодня. Это не подлежало обсуждению. Им ведь ещё надо отыскать серийного убийцу и покончить с ним. Да и с детективом Уореном девушки уже успели поговорить.       — Значит, вы уверены, что это тот же преступник, который убил Роуэна Ласлоу, МакКену Мэдисон, Уолтера Райта и шерифа Галпина? Если верить вашим прошлым показаниям, значит, он преслудовал вас почти год, прежде чем начал убивать. — Подвёл итог детектив Уорен и взглянул на Уэнсдей и Инид.       — Да, всё так. — Кивнула Аддамс. — Он несколько раз подтвердил, что предследовал меня и пытался переложить вину за убийства Роуэна и Мэдисон.       — Точно. — Кинвул детектив. Он взял папку с материалами дела, которую до этого положил на стол, и начал перелистывать бумаги. Наконец, он достал два листа и протянул девушкам. — Этот преступник выглядел вот так?       Уэнсдей уставилась на фотографии хэллоуинского костюма широко раскрытыми глазами. На первом фото Аддамс не заметила ничего нового. Это был скриншот из видеоролика, нкоторый Крик отправил во все СМИ в пятницу. А вот вторая фотография привлекла её внимание. На фотографии был изображён человек в чёрной мантии, раскинувший руки, и в белой маске. Только на этой маске не было кровавого отпечатка с правой стороны. Она была белоснежно белой. Да и сама фотография выглядела так, будто сделана на дешёвой фотосессии.       — Что это за фотки? — Первой спросила Инид, разглядывая изображения.       Детектив нагнулся вперёд и указал пальцем на первое фото.       — Это скриншот из видеоролика, на котором преступник истязал тело шерифа Галпина. Он отправил его во все местные СМИ. Вы же видели это видео? — Спросил он девушек. Те кивнули. Тогда она указал на другую фотографию. — А это хэллоуинский костюм из магазина «У Элла». Его ограбили почти неделю назад. Забрали деньги из кассы, несколько безделушек и четыре таких костюма.       — Так вот откуда он у убийцы. — Пробормотала Аддамс и снова посмотрела на фото.       — Судя по всему. — Подтвердил её подозрения детектив и протянул руку. Она передала ему фотографии. Мужчина быстро убрал их в папку и снова осмотрел девушек. Его взгляд метался с Аддамс к Синклер и обратно. — Этот преступник пытался вас убить, но вы выжили. Думаю, что он будет вне себя, когда услышит новости, что у него никого не вышло убить. Может быть, он прямо сейчас строит планы о том, как исправить свою неудачу.       — Вы так хотите нас напугать? — Нахмурившись, спросила Инид. Уэнсдей знала её достаточно хорошо, чтобы понять, что девушка точно не напугана. Она чёртовски зла.       — Нет, вовсе нет. Ничего такого. — Детектив Уорен покачал головой. — Я хочу, чтобы вы кое-что поняли. Отныне, вы самые ценные свидетели для расследования. Нельзя, чтобы с вами что-то случилось, Мы не можем допустить того, чтобы убийца вернулся за вами, чтобы закончить начатое. Поэтому мы подставим к вам наблюдение. Машина будет караулить вас у «Невермора», и если что-то случится, то сразу зовите напомощь. Вся полиция Джерико сразу же приедет к вам на подмогу.       Уэнсдей заметила, что на этот раз он настроен не так скептично, как при их прошлом допросе. Аддамс решила, что это хороший знак и с детекивом можно работать. Хотя ей и не понравилась мысль, что за ними будет постоянно следовать полиция. Это осложнит ситуацию с охотой на Крика. Когда допрос был окончен, Уорен предложил подвести девушек до академии на служебной машине. Синклер и Аддамс посовещались и решили, что этот вариант лучше автобуса, согласились на предложение детектива. Подруги легко подписали отказ от ответственности для врачей при выписке. Им выдали предписания для того, чтобы они от незнания не сделали хуже всем своим ранам. Дали по несколько пачек таблеток и, наконец, отпустили. Хотя преградой стали журналисты, столпившиеся у входа в больницу. Аддамс даже подумала, что они могли провести здесь всю ночь. На помощь девушкам пришли врачи и провели их через чёрный вход. Там оказались лишь два курящих санитара. На девушек они внимания не обратили, увлеченные беседой и сигаретами. Уэнсдей и Инид бок о бок вышли из больницы и сели в машину детектива Уорена.       Синклер и Аддамс были поглощены своими мыслями, поэтому почти весь путь до «Невермора» не разговаривали. Детектив тоже не горел желанием завести новую беседу, поэтому вёл молча. Если подруги и обменивались несколькими фразами, то они были короткими и односложными. Последние дни словно высосали из девушек все силы. Но сегодняшний день ещё обещал серьёзный мозговой штурм. Интересно, к чему он приведёт?       Девушки вышли из машины, попрощались с Уореном, который пообещал, что скоро к академии подъедет патрульная машина для наблюдения, зашли в общежитие и первое, что их ждало — это профессов Мэрилин Торнхилл. Рыжеволосая женщина в больших чёрных очках стояла посреди холла академии со своей вечной улыбкой. На ней была чёрная блузка и зелёная длинная юбка.       — Здравствуйте, девоки! — Поприветствовала она их писклявым голосов. — Мы рады, что вы так скоро смогли вернуться в «Невермор». Новость о том, что на вас напали была настолько ужасной, что ни один студент и преподаватель академии не остался равнодушным. И не передать словами, какое облегчение мы почувствовали, когда услышали, что с вами всё в порядке!       Инид и Уэнсдей сразу же вспомнили лежащего прямо сейчас в больнице Уилла. Они заглянули к нему утром. Выглядел он не лучше, чем вчера. Состояние осталось критическим, но стабильным. Но этим девушки не собирались делиться с Торнхилл.       Решив, что молчание занятулось, Мэрилин решила продолжить:       — Уэнсдей, — обратилась она к юной Аддамс, — директриса Уимс очень хотела бы с тобой поговорить. Она попросила меня привести тебя к ней в кабинет, как только ты вернёшься в академию.       — Вы это серьёзно? — Инид сделала шаг вперёд. Уэнсдей заметила, как она поморщилась при этом и положила руку на плечо подруги. Та не посмотрела на неё, сосредоточившись на Торнхилл. — На нас два дня назад напал серийный убийца. Серьёзно ранил. Мы только что приехали из больницы, и врачи прописали нам покой. Но не смотря на это, директор Уимс захотела, чтобы мы немедленно отправились к ней?       — Я понимаю твои чувства, Инид, — Торнхилл подняла руки в мирном жесте и понизила голос, попытавшись придать ему успокаивающий тон, — но я лишь передаю слова директрисы. И она хочет поговорить не с вами обеими, а лишь с Уэнсдей. Думаю, она очень переживает за племянницу. Директриса ведь твоя тётя. — Обратилась она под конец к Аддамс. Девушка не видела смысла комментировать её слова. Было очевидно, что это ложь, и Уимс нет дела до Уэнсдей, пока она не причиняет неприятности.       Решив проигнорировать Торнхилл, Уэнсдей обошла Инид и посмотрела подруге в глаза.       — Всё нормально. — Сказала она, вложив в свои слова всю уверенность. Даже улыбнулась. — Мне и правда надо поговорить с Уимс. Нам есть, что обсудить. — Она повернулась к Торнхилл. — Но сначала я провожу Инид до нашей комнаты. У неё ранена нога, поэтому я должна помочь ей подняться по лестнице. Можете передать директору Уимс, что я зайду к ней сразу после того, как отведу Инид наверх.       — Но директриса ясно сказала…       — Я тоже ясно сказала. — Прервала преподавалетя Аддамс. — Раз моя тётушка любит меня, как вы говорите, значит, не будет злиться из-за того, что я помогла своей соседке.       Сразу после этих слов Уэнсдей подхватила Синклер под руку и повела в сторону лестницы, ведущей в башню, где распологалась их комната. Мэрилин Торнхилл проводила их взглядом, но больше ничего не сказала. Профессов вздохнула, развернулась и направилась к Уимс.       Инид опёрлась на Аддамс, когда они дошли до лестницы. Чтобы добраться до комнаты, им предстояло пройти несколько лестничных пролётов. Лёгким путь быть не обежал. Уэнсдей обхватила Инид за талию для того, чтобы облегчить девушке путь, и они начали подниматься.       — Как думаешь, чего от тебя хочет Уимс? — Спросила Инид.       — Я сбежала из общежития после комендатского часа, угнала её машину и чуть не была убита Криком. Можешь выбрать, какой варинат тебе нравится больше.       — На самом деле, ни один из них. — Честно призналась блондинка. Аддамс заметила, как у неё участилось дыхание, а на виске блестнула первая капля пота.       — Похоже, лестница станет для тебя серьёзным противником в ближайшее время.       — Ничего нового, я и раньше лестницы терперть не могла. — Улыбнулась Инид, продолжая прилогать усилия для каждой новой ступеньки. — К тому же, это совсем не страшно, если вспомнить, что сегодня вечером приедет мама.       — Она сразу же поедет к тебе? — Спросила Уэнсдей, повернувшись к подруге.       — Ой, нет, я не достойна подобного внимания мамы. — Отмахнулась Инид, но подруга заметила, что она ужасно нервничает от одной мысли о родителе. Даже боиться. — Сначала она отдохнёт в мотеле после дороги. А вот завтра съездить навестить Уилла в больнице и после него уже приедет, чтобы прикончить меня.       — Если тронет тебя хоть пальцем, я сломаю ей руку. — Твёрдым голосом пообещала Аддамс. Инид фыркнула.       — Пожалуйста, не надо. Она всё ещё моя мама. — Произнесла она и вытерла пот со лба свободной рукой.       — Ничего не обещаю. Пусть не трогает тебя, и тогда не пострадает. — Просто ответила Уэнсдей и проигнорировала взгляд, который бросила на неё подруга. — От Йоко есть новости? — Решила она сменить тему.       — Нет. — Печально произнесла Синклер. — После того, как ты пришла ко мне в палату, а она сбежала из больницы, не было ни слова. Думаю, это из-за того, что ей не нравится наша дружба.       — Скорее, ей не нравлюсь только я. — Поправила её Уэнсдей.       — Не могу понять почему. Вы с ней даже не общаетесь! — Проворчала Инид, когда они добрались до двери в комнату.       Уэнсдей отпустила девушку, убедившись, что та стоит твёрдо, прислонившись к стене. Аддамс поставила пакеты с их перепачканной после нападения одеждой на пол и открыла дверь комнаты. Та совсем не изменилась. Хорошо. Значит, что никто здесь не рыскал, пока их не было. Аддамс снова дала Синклер опереться о себя и помогла девушке зайти в комнату. Та с удивлением оглядела свю сторону.       — Ого! У меня начались галлюцинации от обезбаливающих или тут действительно так чисто?       — Я решила убрать в комнате, после того как ты уехала к Уиллу.       — Уэнсдей Аддамс, я официально заявляю, ты — волшебница! — Она с облегчением выдохнула, когда села на кровать. Блондинка сразу же закинула больную ногу на кровать. — Да-а-а, — протянула Инид, — вот это то, что надо!       — Легче? — Спросила Уэнсдей, глянув на ногу подруги.       — Намного! — Тут же ответила Синклер.       — Отлично. — Кивнула Аддамс. Она на мгновение вышла из конаты, а потом вернулась с пакетами одежды, которые они оставили снаружи. Положила их у двери и посмотрела на Инид. — Отдохни пока. Я схожу к Уимс и сразу вернусь сюда. — Сообщила девушка и уже собиралась уйти, когда её окликнула Синклер.       — Уэнсдей! — Позвала та, и Аддамс оглянулась. — А когда мы займёмся… ну, знаешь, расследованием?       Было ясно, что под этими словами Инид подразумевает поиск Крика и его последующее убийство. От этой мысли Уэнсдей снова стало не по себе, но виду она не подала. Лишь ответила:       — Сегодня займёмся сбором материалов. Пока меня нет, ты можешь занятся поиском фильмов ужасов.       — Погоди, что? Мы будем смотреть фильмы ужасов? — Инид уставилась на подругу с явным недоумением.       — Крик помешан на фильмах ужасов. Не сомневаюсь, что он пересмотрел многие при подготовке к своей карьере убийцы. — Ответила Аддамс, словно это было само собой разумеющееся. По виду подруги она поняла, что это не так. — Вспомни все фильмы ужасов, которые он смотрел. Если есть шанс, что они нам помогут отыскать его, стоит ознакомиться. Доверься мне.       — Если ты считаешь, что это нам поможет. — Неуверенно пробормотала Инид, достала телефон для начала поиска. — Я буду ждать тебя здесь.       — Только запрись. — Сказала Уэнсдей и стукнула два раза по двери. — Это будет мой условный стук. Так ты поймёшь, что там точно я.       — Думаешь, Крик решится напасть на меня здесь? И я без этого стука не смогу отличить тебя от него?       — Нельзя точно сказать, какие планы у психопата-убийцы. — Ответила Аддамс и развернулась, чтобы уйти, но застыла в проходе на мгновение. Развернулась и снова взглянула на подругу. — Не позволю, чтобы с тобой случилось что-то ещё. Крик и пальцем больше тебя не тронет. Даю слово, Инид.       Возможно, Синклер хотела сказать что-то в ответ, но Уэнсдей не дала ей шанса на это. После своих слов, Аддамс быстро вышла из комнаты и закрыла за собой дверь. Когда она спускалась внихз по лестнице, услышала, как щёлкнул замок. И от этого на душе сразу стало легче. Инид в безопасности.       По пути к Уимс девушка снова погрузилась в свои мысли. Ей предстояли поиски убийцы. Ничего интересного. Но вот жажда мести Инид действительно пугала. Аддамс по собственному опыту знала, что убийства, даже из мести, оставляют на душе шрамы, которые могут навсегда изменить человека. Так случилось с ней самой. Воспоминания о той ночи не просто не покидают Уэнсдей, она будто всё ещё находится дома в ту ужасную ночь. Пытается выбраться, но это невозможно. Она заперта в гостиной в коружении трупов своей семьи, а на стенах в этой время бегают смеющиеся тени убийц. И Уэнсдей не желала Инид подобной судьбы. Синклер её лучшая подруга и не заслужила подобного. Поэтому если кто и должен убить Крика, то это будет Аддамс.       Уэнсдей остановилась, пройдя половину пути к кабинету директора. Дело не во внезапном прозрении, всё намного проще. Она заметила знакомое лицо. Ксавье Торп шороко улыбнулся, помахал в приветственном жесте и направился к ней.       — Привет, Уэнсдей! — Восклинкул он и развёл руки в стороны. Поняв его намерения, Аддамс сделала два шага назад. Ксавье понял намёк и отступил. — Рад, видеть, что ты в порядке. — Произнёс он. Парень не мог видеть бандаж под толстовкой, а на перевязанную руку, видимо не обратил внимания. — Я был уверен, что у убийцы не хватит на тебя сил.       Аддамс ничего на это не ответила, лишь молча продолжала смотреть на парня. Тот начал бегать взглядом по коридору, в котором они стояли, чтобы избежать хоть немного неловкости. К счастью для Ксавье, в голову девушки пришла идея.       — Ты свободен завтра после уроков? — Спросила Уэнсдей. Ксавье прямо воспрял духом, когда услышал этот вопрос.       — Да, абсолютно свободен. Никаких дел завтра нет. — Энергично признался он и улыбнулся.       — Тогда завтра заходи в комнату к нам с Инид. И возьми с собой Бьянку, Йоко и Аякса.       — Что? Бьянку, Йоко и Аякса? — Ксавье в недоумении нахмурился, но продолжил улыбаться.       — Именно. — Кивнула Аддамс. — Нам есть, что обсудить.       — А что мне делать, если они не захотят идти к тебе? — Спросил Торп. — Аякс и Йоко тебя не слишком любят.       — Соври, что их позвала Инид. Они же дружат. — Она обошла Ксавье и направилась дальше к директору. — Меня вызвала Уимс. Я должна идти. — Бросила она ему напоследок.       Девушка почувствовала взгляд, который парень бросил ей в спину, но решила его проигнорировать. Если Инид права и Тайлер испытывает к ней симпатию, то ей точно не нужен второй ухажёр. Это было бы бесполезной тратой времени и энергии. Хотя из Ксавье тоже вышел бы неплохой союзник. Тайлер сообщает ей новости из Джерико, а Ксавье мог бы делиться происходящим из «Невермора». Но как только Уэнсдей об этом подумала, так сразу же отбросила подобную мысль. Ей не нужен Ксавье, чтобы узнавать информацию о происходящем в академии, она же живёт в одной комнате с Инид. У Синклер ведь даже есть целый блок, посвящённый слухам в «Неверморе». Разве Торп сможет сравниться с ней в поиске информации. Но его всё равно стоит держать ближе к себе. Если Крик и правда решил начать охоту на всех, кто причастен к её освобождению из-под стражи, то Ксавье может стать его новой жертвой. А допустить того, что бы пролилась новая кровь нельзя. Необходимо будет выяснить, кого Крик может ещё выбрать своей новой жертвой.       Юная Аддамс постучала в дверь с табличкой «КАБИНЕТ ДИРЕКТОРА» дважды. Ей сразу же открыли. Это была Лариса Уимс собственной персоной. Женщина тяжело дышала, глядя на Уэнсдей сверху вниз. Было очевидно, что она не в лучшем расположении духа. Может быть, даже в бешентсве.       — Заходи. — Коротко приказала Уимс. Уэнсдей так и поступила. Женщина сразу захлопнула дверь у неё за спиной и направилась к своему столу стремительным шагом. — Сядь. — Уимс указала на стул для посетителей. Уэнсдей подошла к стулу и села. Сама же Уимс расположилась в своём кресле. Она смотрела на племянницу немигающим взглядом, стуча ногтями по столу. — Ты сбежала из общежития во время комендантского часа. — Наконец начала она.       — Верно. — Подтвердила обвинения Уэнсдей.       — Угнала мою машину.       — Угнала.       Уимс замолчала. Она не сводила взгляда с Аддамс и продолжала стучать ногтями по столу. Но через минуту её рука остановилась. Женщина глубоко вздохнула.       — Дел ты наворотила, Уэнсдей. С тех пор, как ты приехала, город погузился в кровь. — Директор откинулась на спикну кресла. — Но ты спасла Инид и её младшего брата. Это запомнят надолго. Я должна быть в ярости из-за того, что ты устроила, но как? Ты спасла жизни своих друзей от серийного убийцы. Сама с ним столкнулась и выжила.       — Только потому, что он этого захотел. — Вставила Аддамс. — Ох хотел убить меня, но решил следовать своему графику.       — Графику? Будь добра, объясни, о чем ты говоришь? Боюсь, я не понимаю.       — Убийца сказал, что убьёт меня тридцать первого октября, в Хэллоуин. — Пояснила девушка. По тому, как расширились глаза Уимс, стало ясно, что она тоже поняла намёк Крика.       — Это же будет годовищна… — Пробормотала она, опустив глаза в стол.       — Верно. — Подтвердила Уэнсдей.       — Если ты хочешь знать, то мы не допустим, что бы это случилось. — Сказала Уимс, и у Уэнсдей возникли сомнения от её слов. Было похоже, что она говорила искренне, но в это было трудно поверить после всего, что с лучилось с тех пор, как убийца выбрал Аддамс своей целью. Это сбивало с толку. — Я свяжусь с полицией и попрошу их устроить за тобой постоянное наблюдение. Вообще, я удивлена, что они сами до этого не додумались. Учитывая, что на вас с Инид напал серийный убийца. Вы выжили, а значит, он может захотеть завершить своё дело.       — Детектив Уорен подвёз нас с Инид и пообещал, что скоро к академии подъедет патрульная машина для наблюдения.       — Вот как? — Уимс вскинула брови. — Детектив Уорен проявляет благоразумие? Это что-то новое. Может быть, заместитель шерифа Сантьяго натолкнула его на это мысль?       — Похоже, вы с детективом не ладите. — Заметила Уэнсдей. Уимс фыркнула и скрестила руки на груди.       — Мы давно знакомы. Донован был хорошим копом и шерифом, всегда старался поступать по совести и выполнял свою работу. А вот о Уорене я такого сказать не могу. Он может быть хорошим детективом, но человек лучшим от этого не становится. — Осторожно ответила директор, хотя былы ясно, что она хотела использовать более острые слова.       Уэнсдей ничего не сказала, лишь сделала мысленную пометку, что стоит разузнать больше о прошлом детектива. Когда по лицам бегает серийный убийца в маске, стоит проверять всех, кто вызывает хоть немного подозрения. При этой мысли Аддамс вспомнила, как детектив проводил её первый допрос. Он не проверял её показания, потому что заранее решил, что она виновна. Но Уимс только что сказала, что он хороший детектив. Так почему Уорен не проверил её слова? Может, убийца — это он, и поэтому не хотел портить собственный план? Версия не лучшая, но Уэнсдей решила, что проверит её позже. Но сделает это определённо более объективно, чем детектив Уорен.       — Это всё, что вы хотели сказать? — Спросила Аддамс, снова привлекая внимание Уимс. Она некоторое время смотрела на племянницу, но, в конце концов, кивнула.       — Да. — Сказала женщина. Уэнсдей встала и направилась к выходу из кабинета. Уимс окликнула её. — Уэнсдей! — Девушка застыла на месте, а потом обернулась. — Я рада, что ты жива. Из семьи остались только мы. — На её слова Уэнсдей лишь кивнула и вышла из кабинета тётушки.       Лариса Уимс некоторое время сидела в тишине. Потом она тяжело вздохнула, открыла ящик стола и достала оттуда пистолет. Револьвер, если точнее. Она покрутила его в руках и проверила патроны. Прошли годы с тех пор, как она стреляла в последний раз. Но в руке револьвер всё равно лежал, как родной. Она подумала, что оружие снова стоит пустить в дело. Но только в крайнем случае, если не будет выбора.       Уимс кивнула на собственные мысли, убрала револьвер в стол и вернулась к работе.