Бессмертный.

— Вы чё, черти позорные, — сковородка с жутким грохотом полетела в стену, и, решив спрятаться от греха подальше, Невилл сгрёб в охапку все свои растения, запрыгивая за спинку дивана. Здесь шанс пострадать от Рона минимален, но всё же есть. Выглянув, волшебник оценил обстановку, глядя на едва ли не мечущего из глаз искры рыжего и залез обратно. Ну нафиг. — Я эту сковородку сраную просил помыть ещё утром, когда уезжал в аврорат. Время десять вечера, она до сих пор в какой-то хуйне! — Рон, я не успел, — начал Симус и тут же заткнулся, прячась в укрытие от летящей в него вилки. — Хули ты не успел?! Она стоит здесь четырнадцать часов, — Уизли отобрал у волшебника подушку, угрожающе нависая над ним и смотря в его бесстыжие глаза. — И заметь, когда я уходил, она просто была в сыре и макаронах! Сейчас, — он отскочил от парня, подхватывая сковородку и тыча ему её едва ли не в нос. С посуды стекало что-то непонятного зелёно-фиолетового цвета и по консистенции подозрительно напоминающее слизь, — она буквально в какой-то хуйне! Ты какому троллю её в нос засунул, питекантроп социально-неадаптированный?! — Ну это слишком, — решив не обороняться, а нападать, Симус поднялся с пола, тыча соседу пальцем в грудь, словно пытаясь придать своим словам большей убедительности. — Я к тебе кухаркой не нанимался! — Зря, — сухо отреагировал Поттер, устало развалившись на диване и закидывая ноги на журнальный столик, на котором и без того валялось слишком много каких-то бумажек и две чашки от кофе. — Он тебе эту сковородку сейчас в задницу засунет. — Я тебе её сейчас засуну! Какого хуя ты своими грязными ботинками на стол завалился? — Рон махнул сковородкой в сторону лучшего друга и часть слизи прилетела тому аккурат на чёрный плащ. — Я эти кружки когда просил убрать? Я когда просил вытереть эти сраные следы от кофе?! — Да успокойся, бешеный! — Гарри вскочил с дивана, обеспокоенно оглядывая форму. — Он только из стирки, Рон! — Да?! А кто его стирал? — рыжий возмущённо разжал руку, и сковородка с диким грохотом упала вниз, испачкав девственно-чистый ковёр. Ну почти чистый. Теперь там виднелась непонятная жижа и отпечаток ботинка Поттера. — Нет, мальчики, вы ахуели. Вы меня за сраную Золушку держите? — Да кто тебя за кого держит? — недовольно спросил Гарри, снимая плащ и осматривая его более детально. — Рон, он же совсем чистый был! — Чистой была кровь живущих здесь людей, пока мой позорный сын не притащил вас! Убирайтесь! — пронзительно завизжал портрет Вальбурги из-под тёмной шторы. — Убирайтесь, проклятые предатели крови! Это мой дом! — Нет, Рон, это ты ахуел, — продолжил Симус, теперь тыкая волшебнику не в грудь, а в нос. — Какого чёрта ты на меня орёшь? Я тебе что, должен по первому зову бежать сковородки драить? Может ещё пятки тебе облизать?! Уизли оттолкнул руку соседа, делая глубокий вдох и прикрывая глаза. Спокойно…надо сосчитать до двадцати и успокоиться. Если они сейчас друг друга попереубивают, пользы никакой не будет, придётся оттирать кровь с ковра… — Ты вообще какой-то нервный последнее время, — возмущённо произнес Поттер, судя по звуку, откинув плащ куда-то на диван. Подушки сейчас испачкает… — Реально! Когда ты был с Гермионой, ты был спокойнее, — язвительно начал Финниган, раздражительно жужжа у него над ухом. — Что, никто не… Уизли раздражённо прорычал что-то сквозь стиснутые зубы и, открыв глаза, широкими шагами пересёк комнату, выходя в коридор. Схватившись за перила, он быстро поднялся наверх, перепрыгивая по две, а то и по три ступеньки. Ох ты ж блять нашлись не кухарки! — Заебали, — говоря сам с собой, волшебник практически залетел в свою комнату, оставляя дверь открытой. Схватив со шкафа дорожную сумку, он начал закидывать в неё вещи, необходимые на первое время. — Пусть поживут недельку самостоятельно, ахуеют. Не кухарки они! А я домохозяйка что ли? — он агрессивно, но очень аккуратно свернул домашнюю майку, закидывая её на самое дно, — Готовлю я, потому что они видите ли не умеют! — вслед за майкой полетела вторая и третья. — Стираю я, потому что они видите ли с этой сраной машинкой разобраться не могут! — джинсы с грохотом опустились в сумку, ремнём звякнув о молнию замка. — За порядком тоже я должен следить, потому что у меня опыт! — он добрался до комода и вывалил едва ли не весь ящик: носки, трусы и галстуки тут же полетели к остальным вещам. — Ну так удачи блять! Застегнув молнию, он закинул сумку на плечо и, забрав с тумбочки делюминатор, сбежал со второго этажа, игнорируя ор Вальбурги и переругивающихся между собой Гарри и Симуса. Преодолев коридор, волшебник вышел наружу, с грохотом захлопывая за собой входную дверь. На голову тут же упали первые капли воды и, подняв взгляд, Рон увидел, что на улице творится стихийный ужас: по асфальту летали пакеты и мелкий мусор, уносящиеся вдаль потоком ветра, а по крыше вовсю барабанил ливень, устраивая едва ли не второй всемирный потоп. — Прекрасно, — язвительно отозвался парень и с громким хлопком аппарировал с площади Гриммо. В цельную картину он собрался только где-то посреди огромного поля. Ни дождя, ни ветра…правда, промокшему до нитки Уизли это было не так уж и важно. Трясущимися руками достав из кармана плаща пачку магловских сигарет, он поджёг одну из них с помощью палочки, делая первую затяжку. Наверное, стоило бы и воду испарить, но никаких моральных сил на это не было. Выдохнув дым, он огляделся, видя Нору в паре километров от того места, где стоял. Решив, что пока идти не стоит, Рон опустился на траву прямо там, где стоял. Чего терять-то? — Не кухарки они, надо же. А я у них, блять, домохозяйка первоклассная! — Он снова затянулся, чувствуя, как внутри всё вскипает по новой. Каждый божий день одно и то же: работа, а потом захламлённый дом и стая дегенератов с огромными претензиями к чистоте и уборке. Попытавшись сделать колечко из дыма и раздражаясь, что у него это не вышло, волшебник лёг на траву, чувствуя, как с волос стекает вода. Не забыть бы просушиться, прежде чем домой зайдет, а то грязь понатащит ещё…мама ж наверняка полы мыла. Как он вчера, после чего Невилл разбил горшок со своей сраной асфоделью! Рон положил руку на голову, пряча нос в сгибе локтя и выпуская эмоции посредством ора в небо. Но тихого ора, чтобы жители Норы не сбежались на внезапную ночную тревогу. Хотя кричать хотелось громко и, желательно, матом. Потом вернуться домой, огреть Симуса сковородой и заставить эту троицу драить дом, пока тот не заблестит. Мерлин, ну он же не просит от них невозможного: просто не разводить свинарник и мыть за собой посуду, чтобы она не кисла в раковине по нескольку недель, пока в ней не образуется новая жизнь! Неужели сложно блять?! Откинув руку в сторону, парень уставился на небо. Перед глазами раскинулось огромное тёмно-синее покрывало с россыпью серебряных звёзд. Они висели вразброс, сверкая и тут, и там, и где-то совершенно далеко-далеко. Их было так много и видели их все. И он, и Гарри с ребятами, и Гермиона, и люди, которым по-настоящему плохо. Ну подумаешь, сковородку не помыли? Смертельно что ли? Неожиданно повеяло гарью, и, повернув голову в сторону источника запаха, рыжий вскочил, сбивая небольшое пламя с травы, вызванное оставленной без присмотра сигаретой, до сих пор зажатой в левой руке. Нащупав в заднем кармане волшебную палочку, он направил её на остатки пламени. — Агуаменти! — вылетевший поток воды тут же потушил остатки, скрывая его халатное отношение к природе, и Уизли выдохнул с облегчением. До тех пор, пока не увидел бегущего по рукаву плаща паука. — Блять! — он резво подскочил на ноги, стряхивая того с одежды и на всякий случай подпрыгнул пару раз на месте, если мохнатый был не один. — Что ж за день-то такой! Сдвинув брови на переносице, он подхватил съехавшую сумку и зашагал в сторону Норы, на ходу высушивая одежду заклинанием. Здесь он был, кажется, недели две назад. Чаще прилетать не получалось: то завал в аврорате, то какое-нибудь ЧП дома, то Тедди, который неожиданно оказывался у них на выходные…но разве ж маму это волнует? Нет, огребёт он в любом случае по полной. Собравшись с силами и убедившись, что огонь ненависти к роду человеческому в его душе больше не полыхает, Рон постучал в дверь родного дома. Вообще, он мог и так зайти, но не хотелось без предупреждения…шанс получить заклинанием в лоб возрастал раза в три. Прошло минуты две, и дверь медленно отворилась, открывая обзор на кухню и стоявшую на пороге Молли. — Рон! Заходи скорее, холодно! — женщина сразу засуетилась, пропуская сына в дом и закрывая дверь. О том, что он недавно мокрый лежал на траве, волшебник решил не упоминать. — Вот негодник! — раз, и голова почувствовала довольно весомый аргумент приезжать почаще. — Ты мне что обещал? Каждую неделю появляться на пороге этого дома! Рональд Уизли, я требую твоих объяснений! — Ну мам, — жалостливо протянул волшебник, потирая ушибленный затылок. Вот теперь он и правда дома. — Работы много было… — В этом твоём аврорате совсем с ума посходили? — возмущённо продолжила женщина, принимаясь накрывать на стол. Будет ли сын есть, она не спросила, это подразумевалось как само собой разумеещееся. — У вас что, выходные не предусмотрены? — Предусмотрены, — тихо пробубнил парень себе под нос, ставя сумку на стул и опасливо глядя на воинственно колдующую Молли. Тарелка пролетела практически у него перед носом и, опасаясь попасть под горячую руку, Рон отошёл в сторонку, почему-то просто зависая на месте и глядя в одну точку. Усталость это была или что-то другое — непонятно. — Ты переодеваться не планируешь? — волшебница повернулась к сыну, и тот оторвался от разглядывания узора на потёртом цветастом ковре. Не сразу понимая, что обращаются к нему, Рон тупо смотрел на мать, мысленно прокручивая её слова ещё раз. — Я в детстве не учила тебя мыть руки перед едой? — грозно спросила женщина, однако увидев потерянное лицо младшего сына, смягчилась, подходя ближе и трепля его по рыжей макушке. Дотянуться у неё получилось только за счёт того, что она встала на цыпочки. — Ну чего ты? Давай, приводи себя в порядок и расскажешь, чего там у тебя случилось. Ух, я их всех! — она грозно взмахнула палочкой, и деревянная лопатка, до этого застенчиво накладывающая овощное рагу, повторила это движение. Кивнув, Рон снова подхватил в руки сумку и медленно побрёл в сторону своей старой комнаты, думая только о том, как он хочет завалиться спать и забить болт на всё и всех. Мерлин, а что будет, когда вернётся Дин? Тихо ругнувшись под нос, оступившись на последней ступеньке, Уизли практически влетел в комнату, окинув её взглядом. Те же потёртые оранжевые обои, плакаты с летающим на них Гордоном Хортоном и лёгкий небрежный беспорядок: вроде всё выглядит таким нагруженным и разбросанным, а потом приглядываешься и понимаешь, что всё на своём месте. И книга, краем свисающая с комода, и аквариум, стоящий строго в том углу, куда его поставили. Видимо, даже в его отсутствие комнату не бросают на произвол судьбы: кровать была заправлена, а ни на одной поверхности не виделось ни грамма пыли. Раскидав свои быстро собранные пожитки по шкафу, волшебник переоделся в первое что попало под руку и, откопав под кроватью тапочки, при переезде почему-то оставленные здесь, вернулся обратно на кухню. — А где папа? — спросил Рон, внезапно понимая, что не хватает чего-то очень важного и сидящего за столом с газетой. — И Джинни? — чего-то очень шумного и трындящего о чем-то на весь дом, тоже не было. — Артур ещё на работе, а Джинни сегодня осталась у Гермионы, — Молли сидела за столом и точными движениями палочки маршировала своим кухонным оркестром: одновременно грелся чайник, вязался шарф и подметался пол. Она хотела добавить что-то ещё, и парень сморщился, предчувствуя, что вопрос будет связан с Грейнджер, но, передумав, женщина опустила голову, надевая на нос очки и берясь штопать чью-то мантию. С открытием близнец…с магазином Джорджа и работой всех старших доход в семье вырос, и потребности донашивать старые вещи не было, но она почему-то упорно продолжала возвращать убитые вещи к жизни и приспосабливать их к носке. Может, это её успокаивало. — Ешь. Расспросы начались не сразу. Первые минут пятнадцать они сидели в тишине, но как только тарелка Рона опустела, произошёл словно какой-то щёлчок. — Как там Гарри? — женщина отложила работу, окидывая шов невероятно серьёзным взглядом, и махнула в сторону посуды. Та сразу же улетела в огромную раковину, самостоятельно совершая обряд очищения. — Как в складках мантии Мерлина, — тихо буркнул волшебник фразу, означающую что-то вроде «пиздато у него всё, хуйнёй страдает и не парится». — Хорошо кушает? — Рон хотел было сказать, что весь их квартет совсем уж зажрался, но решив не нарываться, только утвердительно кивнул. Кажется, Молли едва не выдохнула от облегчения. — Зови его к нам почаще, — она внезапно нахмурилась. — И будь добр, хоть иногда вспоминай о том, что у тебя есть дом! — Да я помню, честно, — глиняная кружка едва не врезалась в его голову, и, увернувшись, он вернулся в прежнее положение, с совершенно невозмутимым лицом глядя, как в эту самую посудину наливался кипяток и падала заварка. — Просто последнюю неделю завал, там пожиратели из своих дыр повылазили… Просто повылазили было совершенно не тем словом…начиная с апреля, в аврорат то и дело прилетали сигналы тревоги о том, что где-то кто-то замечен и что-то устроил. Гавейн Робардс, их начальник, совсем озверел за это время, ведь ни в мае, ни в июне это не прекратилось, даже наоборот, волшебники словно сошли с ума, мелькая у стражей правопорядка перед глазами. Это, собственно, и вызвало кучу дежурств вне очереди, патрулей по всей стране и очень-очень много бумажек, которые заебёшься заполнять. Бесило ли это? Безусловно. — Видела в Пророке, — женщина сняла очки, протирая глаза, и взгляд её приобрёл какие-то необычайно серьёзные (даже для неё) оттенки. — Ты ведь осторожен? — Да, — в горле почему-то пересохло, и он опустил голову, уставившись на выцветшие жёлтые тапочки так, словно они были чем-то невероятно важным. Повисло молчание, и каждый из них знал, что оно значит. Одно имя. — Хорошо, — голос Молли стал каким-то надтреснутым, словно она едва сдерживалась, чтобы не заплакать. Первое время так и было, она ревела, как маленькая девочка, стоило ей увидеть часы со стрелкой на отметке мёртв. Волшебница честно пыталась храбриться, но каждый член семьи хотя бы раз видел, как ночами она приходила на кухню и без конца извинялась. Хоть извиняться должна была и не она: все знали, кто должен был умереть вместо него. Все говорили, что это пройдёт и со временем станет легче, но легче не становилось. Было только хуже. Прошло пять лет, а на стене до сих пор висели те самые часы, одна стрелка которых показывала мёртв. Мама запретила их снимать и убирать его с циферблата. — Молли, ты видела это?! — входная дверь открылась, и в дом едва ли не влетел Артур, размахивая газетой. Совсем забыв, что резкие громкие звуки могут быть не только во время нападений, Рон вскочил со стула, вытянув палочку перед собой и готовясь обороняться. Секунд тридцать семья просто смотрела друг на друга, а затем парень сконфуженно убрал руку, возвращая на место улетевший из-под него стул. — Прости, пап, привычка. — Да ничего, — обстановка снова изменилась с невероятной скоростью. Волшебник прошёл вглубь дома, сбрасывая с плеч мантию и оставаясь в своём потрёпанном вельветовом костюме, а затем сделал то же, что и всегда: поцеловал жену в щёку и потрепал волосы сыну. Если раньше рыжий противился подобному, то сейчас, наверное, уже просто смирился. — Как на работе? — Сплошные идиоты, — убрав палочку в карман, Рон сдвинул брови на переносице, сдерживая целый поток матерных слов о том, как он обожает своих коллег. — Два дня назад Гавейн отправил нас в Лохарн искать некроманта, я думал, я там же и сдохну. Этот ганд…гений обжился в их развалюхе и наращивал себе армию сраных зомби, а эти дегенераты… — Рональд Уизли! — возмущённо одёрнула его мать, когда он всё-таки не уследил за чистотой своей речи и помыслов. — Прости, мам, привычка. — А, так это про вас написали, — Артур сконфуженно отложил газету, которой размахивал по возвращении, видимо, собираясь рассказывать о группе инфузорий, сжёгших Лохарнский замок. Ну да, накосячили чуть-чуть… — Так что там кто учудил? — Молодняк, — произнёс парень таким тоном, будто проработал там всю жизнь, а не каких-то три года, не считая стажировку. — Эти долб…дебилы забили болт на все процедуры и предупреждения колдомедиков и чуть не сдохли от малярии из-за сраных комаров. А потом этот умственно отсталый идиот Тимис, — голос парня повысился, с невероятным раздражением произнося имя стажёра, — Решил, что нажраться неизвестных ягод по дороге — отличная, блять, идея! — распаляясь с каждым словом, Рон не заметил, как снова ругнулся, падая на тот же многострадальный стул. Мебель на это лишь протяжно скрипнула. Это был цирк. Знаете, есть истории, которые все обещают рассказывать своим детям, внукам и так далее…так вот, эта такая же. Изначально Рон вообще не планировал, что они надолго задержатся с этим некромантом, ну подумаешь. Поймать пару мертвяков, потом организатора и притащить его начальству, всего-то…но нет! Всё оказалось куда прозаичнее и не задалось с самого начала, когда три одноклеточных стажёра не взяли карту и прошляпили где-то рюкзак с провиантом. Это, возможно, и стало причиной неожиданной любви Тимиса к ягодам. Как они подожгли этот замок, это вообще отдельная история, потому что парень этого даже не помнит. Он помнит только как орал на бестолковую троицу, а потом они с Гарри отбивались от кучки мертвяков, потому что их зелёные резко побледнели, посинели и начали пускать пену. Спасибо, Мерлин, что они были не в антиаппарационном поле и самый адекватный из стажёров догадался (а главное смог!) перетащить их к колдомедикам. Но это было у стажёров, а золотой дуэт уже тушили пожар, смачно матерясь и не понимая, откуда этот сраный огонь взялся. Любитель тухлятинки, которого они в то время держали связанным и под локоточки, был с ними полностью солидарен, судя по интонации. Правда, непонятно в каком аспекте, учитывая, что говорил он почему-то на румынском. — Рон! — снова крикнула Молли гораздо громче, чем в предыдущий раз. Лицо её покраснело от возмущения, а Артур заинтересованно облокотился на спинку стула, ожидая продолжение. — Прости, ма, — отозвался Рон, прервавшись на минуту, а затем поворачиваясь к отцу. — А знаешь, что они сделали, когда мы его нашли? — Боюсь даже предположить, — отозвался мистер Уизли, приподнимая брови. Выглядел он, как человек, крайне заинтересованный в продолжении, чего не сказать о маме. — Начали зачитывать ему чёртов кодекс, рассказывая о его правах! — волшебник взмахнул руками, откидываясь на спинку и едва не падая вместе со стулом, словно говоря, что сделал всё, что мог. Они просто клинические идиоты и это не исправить. — Ну, по протоколу так и надо, — со смешком отозвался Артур, выпрямляясь и делая несколько шагов в сторону лестницы. — Если по протоколу работать, мы даже обычного барыгу с ярмарки поймать не сможем, — запротестовал Рон, на что отец лишь успокаивающе похлопал его по плечу, проходя мимо. — Ну вот скажи же, мам! — Скажу и ещё как скажу! — Молли махнула палочкой, и в парня прилетело кухонное полотенце, скрученное в жгут и передавшее любовный подзатыльник матери. — Скажу что ты совершенно не следишь за языком! Откуда такие слова? Привычка у него! — ещё одно полотенце. Вообще, отменить подобное заклинание у него труда бы не составило, но почему-то не хотелось. Как-то это было слишком по родному, домашнему…очень сильно возвращало в детство, когда он вёлся на шутки близнецов и огребал по полной. Если хорошо постараться, то можно представить, что и сейчас он получает за розыгрыш Фреда и Джорджа, в котором он невольно поучаствовал. — Да ну я взрослый человек, — волшебник закрыл затылок руками, обороняясь от домашнего оружия массового поражения. — Аврор, в конце концов! — Да хоть министр магии, — безапелляционно ответила женщина, отзывая заклинание. Она всё ещё недовольно смотрела на сына, но постепенно любопытство и тревога брали вверх, заставляя идти на компромиссы. — А дома как? — Эти мозгошмыги…! — по лицу миссис Уизли было понятно, что о чём идёт речь она не особо знала, но Рон, слишком много времени проводящий в компании Луны из-за сестры, этого не заметил. — Я устал драить за ними квартиру! Это пиз…сец, стадо грязных, одичавших бытовых инвалидов! — задав этот вопрос, мама, видимо, открыла ящик Пандоры, потому что откуда-то изнутри сразу вылилось всё недовольство, облекаемое в словесную форму и чересчур тараторящую интонацию. — Мерлин, да они даже посуду за собой помыть не могут, эти сраные кастрюли днями у нас стоять могут, а если нас с Гарри зашвырнули в какую-нибудь жо…- локти парня с грохотом опустились на стол, продолжая взмахами ладони дополнять свой и без того эмоциональный рассказ. — Дом может превратиться в последствия ядерной атаки с выведением новых форм жизни в грязной раковине! — Теперь знаешь, какого мне было, когда вы с самого детства устраивали здесь погром! — таким же тоном, только тише произнесла миссис Уизли. — У тебя были дети, а не куча состоящая из авроров, испытателей-любителей и цветочниц со стажем! — возразил парень, ладонью прикрывая лицо. Хватило его на пару секунд после чего он распахнул глаза, заходясь в новом возмущении. Видимо, за полгода совместной жизни с друзьями у него много чего накопилось. — А знаешь, что самое страшное? — Они зовут тебя «жёнушка»? — фыркнула Молли, перехватывая левитирующее вязание и продолжая его своими руками. Спицы застучали друг о друга, успокаивая нервы в своеобразной колыбельной. — Мам! — почти обиженно сказал волшебник на что женщина лишь улыбнулась. О том, что они подъёбывают его «хозяюшкой», рыжий решил не говорить. — Ну что там они ещё могут? — Не могут! Они абсолютно не могут готовить! — обхватив голову руками, Рон откинулся на спинку стула, обречённо смотря в потолок. Тот встретил его осуждающим молчанием. — Я искренне не понимаю, как эти четыре одноклеточных дожили до своих лет, но… Неожиданно комната озарилась чересчур ярким светом и волшебник выпрямился, уставившись на приближающуюся фигуру довольно массивного животного. Через секунду сквозь стекло прыгнул прозрачный серебристый олень и узнав в нём патронус друга, Уизли всерьёз начал переживать, что с его кухней уже что-то случилось. Хуже. — Рон, Манчестер, Кинг-Стрит, — голос Гарри раздался словно отовсюду и ниоткуда сразу. На фоне слышался какой-то шум, а сообщение раза два прервалось, оставляя только тяжёлое дыхание. — Группа пожирателей, нас не хватает. Дуй сюда быстро! — Да бля…- олень растворился в воздухе и Рон подскочил, проверяя на месте ли палочка. Убедившись, что да, он тут же аппарировал, не успев выслушать реплику матери, уже открывшей рот. За последние пару недель подобное стало настолько обыденным, что он даже не удивился, только знатно перетрухнул за целостность дома. — Ох ты ж ебать, — не успел он перенестись, как совсем рядом пролетело проклятие и вытащив палочку, он вернул свой глубокий и пламенный привет отправителю. — Петрификус Тоталус! Фигура в чёрной мантии упала без движения, а Уизли наконец-то огляделся. Повсюду слышались хлопки и было непонятно: свои это прибывают или чужие, как, собственно, и понять, где авроры, а где нет. Заклинания летали во все стороны и было бы совершенно неудивительно, если бы в следующий момент в него прилетел Круциатус, Петрификус Тоталус и какая-нибудь легонькая порча на понос. Углядев в толпе фигуру Поттера в его дурацкой пижаме, которой только и можно было, что мыть полы, (Рон тысячу раз порывался её вышвырнуть, но Гарри словно чувствовал, когда его вещи грозила опасность и тут же появлялся рядом) парень рванул к нему, юркнув под рукой кого-то из авроров и запустив заклинанием в ещё одного пожирателя. — Какого хуя происходит? — просто и лаконично спросил он, вставая спиной к спине к сражающемуся другу и отражая прилетающие проклятия. Когда он пригледелся, то своих и чужих различить стало гораздо проще. Здесь был, кажется, весь аврорат. Мелькала и серая форма стажёров, и серебристые погоны старших авроров, и пёстрая домашняя одежда тех, кого выдернули из своих постелей. — Да так, вечерний променад до Манчестера, — раздражённо просипел волшебник, отвлекаясь на какого-то колдуна, подобравшегося совсем близко. — Вот, не знал, как тебя на свидание позвать, а тут такая пьянка! — Знаешь, в следующий раз можешь просто позвонить и пригласить на чашку кофе, — ядовито ответил Уизли, боковым зрением замечая движение с правой стороны. Отвлекаясь на секунду, он повернул голову, слыша от себя до ужаса неприличные слова. — Какого хуя здесь маглы? Гарри повернул голову в его сторону, с недовольством обнаружив, что волшебник прав. На другой стороне улицы стояла девчонка, а к ней с двух сторон подходили два колдуна в серебряных масках. Один, что побольше, показательно вертел палочку в руках, надвигаясь на свою жертву, а второй шёл за ним, то и дело оглядываясь по сторонам. — Пошли, — Поттер коснулся руки друга, когда пожиратели утащили девчонку в подворотню и они оба рассыпались на части, собираясь уже рядом с весьма сомнительной компанией. Чем была плоха аппарация, так это громкими хлопками, моментально выдающими твоё присутствие. Как, например, сейчас. — Экспеллиармус! — сразу заорал тот, что покрупнее и из рук Рона вылетела палочка. Проматерившись, он отпрыгнул в сторону, уходя из зоны поражения проклятия и думая, как с минимальными потерями вытащить их троих с учётом отсутствия оружия минимум у одного. Вокруг было непривычно пусто, словно здесь кто-то поставил время на паузу. Звуки борьбы, конечно, заглушить было нельзя, но доносились они будто из далека. Появилось тонкое предчувствие, что на закоулочек наложены чары отвода глаз. Поднявшись с асфальта и болезненно поморщившись, когда тапочек слетел с ноги и пятка довольно ощутимо опустилась на острый камушек, волшебник оглянулся на противника. Тому, кажется, нравилась подобная ситуация и он медленно надвигался в его сторону, оставив Поттера на своего товарища. Очень и очень зря. — Инкарцеро! — момент и пожиратель рухнул вниз, открывая вид на воинственно настроенного Гарри. Колдун же, который должен был взять на себя Избранного, явно растерялся, оглядывая то авроров, то своего поверженного соратника. Понимая, что всё идёт не совсем так, как планировалось, он сделал несколько шагов в сторону обезоруженного парня, выбирая меньшую из зол. Скорее всего он хотел прикрыться им, а потом ретироваться с закоулка, но Уизли, не долго думая, со всей силы зарядил ему кулаком в лицо, отправляя того во временный ноккаут. — Срань господня, они из чего эти маски делают?! — болезненно завопил Уизли, когда руку пронзила острая боль. Тряхнув ей пару раз в воздухе, он посмотрел на покрасневшие костяшки, надеясь, что не поломал себе кости. — Ты б ему ещё арматуру в задницу засунул, — хмыкнул волшебник, подавая упавшую палочку агрессивно матерящемуся другу. Выглядел он, мягко говоря помято: волосы взъерошены, на стекле виднелась трещина а майка была безвозвратно испорчена. Может теперь он наконец её выбросит? — Спасибо за совет, в следующий раз обязательно, — саркастично пообещал рыжий, пнув валяющегося волшебника носком своей хлипкой и не особо надёжной обуви. Пожалуй, если бы он не знал, что Робардс сделает ему харакири, то с удовольствием сломал бы тёмному пару ребёр. — И куда мы девочек отдыхать отправим? — Не подходите! — с почти неподдельным удивлением оба повернулись на визжащий голос, вспомнив, что изначально тут была ещё и пострадавшая. Она медленно отходила назад, выставив перед собой острый кусок стекла и угрожающе направляя его в сторону авроров. Видимо, после всего увиденного, она наивно полагала, что стекляшка ей чем-то поможет. — Я не шучу, я боксом занималась! — Да хоть фехтованием, — устало проронил Рон, отворачиваясь обратно к Поттеру. Проблема стирания памяти не в их юрисдикции, так что брать на себя дополнительную работу он не планировал, им бы тут разобраться. А за углом этих ребят было ещё очень много… — Так что с ними? — Пусть отсыпаются, — он повернул голову и внезапно нахмурился. Видя такую реакцию, рыжий бросил взгляд в ту же сторону, с тихим вздохом замечая ещё две приближающиеся фигуры. Хотелось проклясть всех, кого он только вспомнит. Он весь день пахал на благо родины, разбирал архив в поисках нужной информации, перед этим ещё отдежурил…он что этому миру сделал, что вместо пяти грёбаных часов сна, ему подкинули это. Вернётся домой и заляжет в спячку. Побалует себя десяти часовым дрёмом. Готовясь обороняться, он покрепче перехватил палочку в руке, думая с какого бы заклинания начать. Обломали его всего одной фразой. — Уведи её. Уизли недоверчиво глянул на Гарри, потом снова на пожирателей. Вроде и отобьётся, а вроде и количеством превосходят…вон ещё один показался. Вообще, возиться с пострадавшими не хотелось. Пострадавшей. Он с удовольствием остался бы здесь, пулял в террористов заклинаниями, выбивал из них дурь, спускал свою злость на правое дело…но спор с Гарри займёт время. А время у них на вес золота. — Справишься? — уточнил он на всякий пожарный, поглубже всовывая ногу в слетающий тапочек и готовясь в случае чего оперативно сваливать от возможности стать барбекю. — Как два пальца обоссать, — самоуверенно заявил Поттер и волшебник позволил себе лёгкую, почти истерическую усмешку. Какая знакомая фраза. Пожалуй, порой он учит своих соседей плохому (чего только Невилл стоит, ляпнувший перед своей бабушкой одно из великих высказываний рыжего). — Это запатентованное высказывание, — напоследок бросил парень, отходя в сторону всё ещё «обороняющейся» девушки. Выглядела она, мягко говоря, враждебно и Рон поднял руки, показывая, что не планирует ничего делать. — Звучит так себе, но я честно хочу помочь. — Не подходи! — она сделала ещё несколько шагов назад, пока не упёрлась спиной в мусорные баки. В чужих зелёных глазах загорелась настоящая паника и волшебник на секунду представил, что если бы в такой ситуации оказалась Джинни или Гермиона. Переживания мгновенно испарились, когда он понял, что они бы подорвали нахер эту подворотню и заставили бы окружающих разбежаться в страхе. Но эта, видимо, таким характером не обладала. Проклиная всё ещё тысячу раз, волшебник задумался, подбирая слова и медленно подбираясь ближе. — Так, сестрёнка, давай договоримся, — стараясь говорить как можно спокойнее и беззаботнее, он продолжал шагать в её сторону, слыша звуки борьбы за спиной. Сейчас бы с Гарри волшебников херачить, а не вот это всё. — Ни мне, ни тебе не нужны проблемы… — Вот и отойди от меня нахер! — с чужих ладоней потекла кровь, а за спиной что-то громко и эффктивно взорвалось, заставляя девчонку завизжать от испуга, а Рона обернуться, взглядом выискивая друга. — Какого хуя ты ещё здесь?! — возмущённо заорал Поттер, откашливаясь от дыма и отвлекаясь от противника лишь на секунду. В асфальте недалеко от него была дыра, а сам он стоял словно ёжик в тумане, обсыпанный дорожной пылью. — А что мне её, на плечо закидывать что ли?! — таким же криком ответил ему рыжий, вскидывая палочку в сторону друга и вырубая подобравшегося к нему пожирателя. — Петрификус Тоталус! Тот сложил руки по швам, роняя палочку и грузно падая к ногам Избранного. Маска при этом с него слетела и Рон едва не присвистнул, видя его рожу, всю изрезанную отвратительными шрамами. Впрочем, что-то в нём ему показалось даже знакомым. — Да хоть на шею сажай! Уведи её отсюда, пока в неё какая-нибудь херня не отлетела! Валяющиеся в его ногах волшебник неожиданно ожил и попытался отползти за палочкой, но Поттер наступил на край его мантии и тот снова рухнул вниз, ударяясь подбородком о дорогу. Решив особо не жалеть преступника, волшебник вырубил его одним из заклинаний и почти сразу же ввязался в драку со вторым поддельником. — Вот иди и сажай, я с удовольствием с тобой местами поменяюсь! — огрызнулся Уизли, поворачиваясь обратно. Решив, что чудо психологом и супер-героем ему не быть в любом случае, он опустил руки, преодолевая оставшееся расстояние в три широких шага. — Вот только не делай глупостей, пожалуйста! — Отойди! — «не делай глупостей» она, видимо, восприняла по своему и не успел волшебник схватить её за руку, как та всадила стекло в тыльную сторону его ладони. Прорычав себе под нос что-то очень некультурное, Рон подавил невероятно сильное желание работать как всегда: то есть вырубить и эвакуировать её без ещё больших потерь. Помешала ему это сделать совесть, противно шепчущая, что она не преступник и поступать так он никакого морального и физического права не имеет. — Руку свою не выдёргивай, ненормальная! Расщепит к хуям собачим, — прилагая невероятные усилия к подавлению своей агрессии и игнорируя острую боль в левой конечности, он аппарировал в другую часть города, тут же отпуская девчонку и выдёргивая стекло из ладони. Из раны тут же хлынула кровь, но решив не тратить на это особо много сил, он наложил лишь какие-то временные чары, запечатывающие рану. Потом разберётся. Отвернувшись от спасённой, активно бормочащей то ли извинения, то ли угрозы, он вернулся обратно, на ходу вытаскивая палочку и бросаясь прямо в гущу событий, найдя Гарри уже в компании Невилла. Тот выглядел невероятно сосредоточенным и был, пожалуй, один из немногих, кто в своей аврорской форме. Правда, изрядно попорченной. — В следующий раз роль прекрасного принца выполняешь ты! — А что, принцесса не понравилась? — рассмеявшись спросил Поттер, не поворачивая в сторону друга головы. У его ног валялась чья-то маска и не желая вдаваться в подробности, Рон просто принялся делать тоже, что и всегда: играть за хороших и мутузить плохих. — Иди нахер, — единственное, что он сказал в ответ, прежде чем и на его душеньку нашёлся персональный любитель аврората. Чёрная мантия пожирателя развивалась, словно погодные условия сегодня оставляли делать лучшего, на деле же, магия настолько пропитала улицу, что атмосфера круто изменилась, создавая иллюзию ветра и холода. Такое иногда бывает после частого использования непростительных, но на практике Рон видел подобное впервые. Платиновая маска показалась ему знакомой и проследив за её узором, он понял, что определённо знает того, кто за ней скрывается. Видимо, тот тоже знал парня, поэтому вместо того, чтобы ввязаться с ним в драку, просто аппарировал, оставив после себя воспоминания и неприятный осадочек. Выругавшись себе под нос, Уизли решил, что просидит в чёртовом архиве хоть сутки, перерыв все бумажки, но найдёт обладателя маски. — Знаете, я, конечно, не настаиваю, — пропыхтел Лонгботтом, прикрывая их спины со своей стороны. — Но было бы неплохо, если бы вы перенесли этот разговор до лучших времён. Понимая правоту коллеги, оба умолкли, сосредоточившись на одной весьма конкретной цели. Может, это только казалось, но серебряных отблесков стало в разы меньше, и, найдя время подумать, рыжий окинул происходящее вокруг взглядом. Что-то в этом было не так. Группка поверженных волшебников на одной из самых главных улиц Манчестера в будний вечер? На отчаянную попытку теракта не похоже, почему не в выходной? Перебирая в голове варианты и отбиваясь от проклятий, он всё больше и больше убеждался в том, что это было не просто странно. Это было ахуеть как странно. Но даже так, причину подобного он найти не смог. Стратегических объектов здесь нет. Маглов нет. Отвлекают внимание? От чего? Если нужно было выманить всех из аврортата, нахера делать это так? Да и нахера вообще, собственно. — Гарри, вот чисто теоретически, — спросил он в одну из пауз между атаками. Проговаривая вслух ведь многое становится ясно, да? К тому же, если он не додумается, всегда есть шанс, что в гениальную голову Поттера стрельнёт светлая мысль. — Вот ты тёмный волшебник и твой Лорд пал, — вспышка и мгновенно выставленный перед собой щит. Заклинание, отправленное на ту сторону, а затем снова тишина. — Но неожиданно ты соглашаешься на вылазку в магловский город в безлюдное время, зная, что это обречено на провал и успеха явно не принесёт, — взмах палочкой, вспышка и снова тишина. — Вот что бы тебя замотивировало на подобное? — А я попаду в Азкабан или просто по шее за это получу? — уточнил Гарри, кидая в кого-то проклятием щекотки. Интересный выбор. — В Азкабан, конечно, — возмутился Уизли. — Ты запрещённая террористическая организация Совсем рядом кто-то упал с громким и эмоциональным «Блять!» и Рон как никогда понял этого человека. Непонятно, был это свой или чужой, но он с ним был солидарен на все сто пятьдесят. — Тогда ничего, — отрезал волшебник, переводя дыхание, пока к ним не прилипли ещё какие-нибудь волшебные микробы. — Я слишком люблю спать в своей кровати и твою яичницу по воскресеньям, чтобы совершать такой идиотский поступок ради не пойми чего. — Знаешь, я почти тронут, — рыжий расслабил плечи, зажимая кровоточащую ладонь и не переставая следить за обстановкой вокруг. — Еще немного и сам тебя на чашку кофе позову. — Капучино без сахара и один эклер со сгущёнкой, пожалуйста, — оглядываясь по сторонам на автомате ответил Поттер. — Чёрный, как моя душа. Чёрный как душа? Ага. Это ему Избранный, спасший Британию четыре года назад говорит. А если ещё и вспомнить какая у него реакция на кофе, становится совсем смешно. — Ой, кому ты пиздишь, — ехидно отозвался волшебник, морщась от боли. Глубоко ему эта девчонка всадила-то. — Ты пьёшь либо чай, либо какао с зефирками. — Неправда, в прошлом году он пил эспрессо, — возразил Невилл, подавая признаки жизни и своего присутствия. Они до сих пор стояли спина к спине, образуя треугольник и глядя чётко перед собой, поэтому присутствие друг друга могли или чувствовать или слышать. — Это когда он мне весь ковёр потом обблевал? — со смешком напомнил Уизли, чувствуя, как по голым пяткам потянуло холодным ветерком. Да, пожалуй, после этого тапочки придётся выбросить и потратиться на новые. Эти, кажется, приказали долго жить, учитывая, что правая нога отчётливо чувствует под собой асфальт. А вообще, пиздатый он аврор…стоит в замызганной домашней майке и тапочках, херачит всякую падаль. Правая рука расхерачена об пожирателя, левая почти насквозь из-за какой-то девчонки, нога до сих пор чувствует фантомные боли из-за камушка…мечта всех женщин просто. — А вот это, между прочим, было из-за того, что кто-то в то утро сказал «да ладно, оно просрочено-то всего на один день» и подсунул нам прокисшее молоко. — с претензией огрызнулся Гарри. — Ой, я тебя умоляю. Тебе напомнить чё ты на седьмом курсе жрал? — Рон попытался наложить на вновь хлещущую кровь хоть какое-то останавливающее или притормаживающее заклинание, но лечить себя у него никогда не получалось. Действие предыдущего заклинания явно закончилось, а попросить кого-то наложить что-то посильнее ситуация была не особо располагающая. Да и боль, в целом, была терпимой…только штаны жалко. Хер отстирает потом. — У нас после этого курса молодого бойца вообще желудки неубиваемые. Плюнув на это дело, парень снова поднял взгляд. Тишина. Минуту назад вокруг велись ожесточённые бои, а сейчас так спокойно, словно и не было этого странного нападения. Чувство, что что-то во всём этом было не так, лишь усилилось. Он открыл рот, намереваясь поделиться своими подозрениями, но тут же закрыл его обратно. Что он скажет-то? «Ребят, ну это как-то странно, за этим кто-то стоит!»? Так это и так все понимали, чё он, один дохуя умный что ли? — Уилкис, Сит, Бойло и Кнар, проверьте улицы рядом! — раздался грубый голос Гавейна, и троица мгновенно повернулась, выискивая начальство глазами, слушая его громкие команды. Он стоял неподолёку, возвышаясь над аврорами, словно скала и раздавая указания, пытаясь урегулировать весь бардак, что принесло это столкновение. Видимо, ему досталось отнюдь не меньше ребят: седая борода вся была измазана в крови, а правый рукав плаща и вовсе отсутствовал. Где и как он его потерял, было непонятно. Понимая, что с наибольшей вероятностью всё закончилось, рыжий шмыгнул носом, надеясь, что их неожиданно не отправят на внеочередное дежурство, но худшие опасения, к удивлению, не подтвердились. — Поттер, Уизли, свободны! Лонгботтом, у тебя дежурство в аврорате! — Помню, — с максимально прискорбным видом ответил Невилл, и мальчикам стало до чёртиков его жаль. Расформировав свой треугольник, они наконец-то повернулись лицом друг к другу, и Поттер дружески похлопал того по плечу, мысленно желая удачи. — Выспитесь там за меня, ладно? — Торжественно клянусь, — заверил его Рон, пряча раненную руку от взора друзей, и особенно от зелёных глаз Гарри. Лонгботтом на это лишь кивнул, видимо, копя силы на грядущую работу и пошаркал вслед за Гавейном, словно отправлялся на казнь. Оно и понятно: спать после произошедшего хочется раза в два больше. — Пойдём домой? — неуверенно спросил Поттер, поворачиваясь к волшебнику. Тот отрицательно помотал головой, думая, как выразить свою крайнюю степень недовольства их поведением и объяснить, что пару дней он поживёт в Норе. Помучавшись секунд тридцать и не придумав ни одной красивой формулировки или подъёба, рыжий просто махнул рукой, думая, что мстить им будет после и в более красивой форме, а именно, своим отсутствием. — Мама волноваться будет, я ж не объяснил ей ничего. Сразу сюда примчал. — Завтра вернёшься? — просто спросил Гарри, словно его это не волновало. Так, к слову пришлось. — Только если вы срач за собой уберёте, — хмыкнул Рон, протягивая другу здоровую руку. Он то знал, что тот переживал и ещё как. А вот с каких пор они начали прощаться рукопожатием…давно? Такое ощущение, будто всегда, а вроде и нет. — Если не сдохнем от голода без нашей хозяюшки Ронни, — с львиной долей сарказма ответил ему Гарри, и его глаза сверкнули каким-то излишне хитрожопым светом. Отмахнувшись, рыжий помахал другу на прощание и аппарировал домой. Спасибо маме, что на время сняла антиаппарационные чары, если бы его выкинуло в поле — он бы там и остался. Лежа в траве и собирая пауков в волосах. Только сейчас он понял, насколько устал: на плечи словно свалилась огромная гора, тянущая его вниз. Оглянув собственную комнату, Рон пошатнулся. — Ма, я дома! — пожалуй, этот крик был единственным на что его хватило. Стянув грязную одежду, он сделал то, чего не делал уже давно: бросил её у кровати, решив, что разберётся с этим завтра. По той же причине он рухнул лицом в подушку, думая о том, что завтра будет очень-очень долго оттирать кровь с одеяла и грязь с пола, оставленную тапочками. Кажется, скрипнула лестница…но Уизли этого уже не слышал, оставляя всё на завтрашний день.