Бесконечное приключение

Всё на Жемчужине замерло в каком-то странном, напряжённом ожидании. Абсолютным безумием было разворачиваться к противнику боковым бортом, но приказ Капитана Воробья звучал так уверенно, что матросам ничего не оставалось, как слушать его. Все будто-чего то ждали. Чего? Чуда? Элизабет Суонн, неудавшийся Король Пиратов, стоявла у края мокрой кормы, вцепившись своимим побелевшими пальцами в фальшборт. Все ее существо было сжато в стальную пружину. Она чувствовала, что сейчас что-то случится. Что-то очень важное. Ведь не мог же Он, тот, кто был всегда рядом, просто так покинуть её? Там, далеко, под тоннами холодной воды, она не могла представить себе бледно бездыханное тело. Тело своего мужа- Уилла Тёрнера. Ей вдруг некстати вспомнился его давнишний веселый и озорной взгляд, который она поймала во время битвы. Их огненный, живой поцелуй. Нет, он не мог умереть! Это невозможно. И неужели все, что было то этого, случилось напрасно? Но шли мгновение, секунды, минуты. А чуда не происходило. Чего она ждала? Ей вдруг стало все равно. Внутри не осталось не слезинки. Только горячая пульсация в висках. Ну неужели ничего так и произойдёт? И тут- случилось. Оглушительнвй грохот орудий. Выстрел ударил и насквозь пробил левую часть борта корабля. Что-то отчаянно захрустело, затрещало, как трещат кости раздавленного животного. Элизабет вскинула растрёпанную голову вверх, и увидела, как на грот-мачте галеона трусливо затрепыхалась белая тряпка. Девушка вскрикнула. Она хотела схватиться за рукоять катаны, но руки поймали лишь воздух. С пробуждающимся под остальными чувствами негодованием миссис Тернер бернулась. -Простите ваше Величество, вы проиграли бой. - печально и зло бросил Барбосса, держа в руках направленные на нее пистолеты. Она ничего не ответила. Взляд девушки метнулся на поиски единственного человека, которому она еще слабо могла доверять, Джека нигде не было. Неужели опять сбежал?... При первом выстреле пират, не помня себя от гнева, бросился к пробоине. Раздался второй выстрел, и Джек почувствовал, что мокрый доски ломаются под ним. Что-то ухнуло в третий раз, и он, устремляясь в темноту, потерял сознание. Воробью опять повезло, его лишь слегка пришибло такелажем, в то время как мачта, раздавив бочонок с пресной водой приземлилась в четверти фута от него. Сознание странная штука. Когда Джек терял его, он подумал, что неплохо бы в следующий раз просмолить палубу сосновой смолой, ведь это смягчит запах водорослей. Он долго блуждал среди лабиринтов своего дикого и порой даже жутковатого подсознания, но наконец увидел свет. Огромная поляна, россыпь зелёной травы. Тонкие ветви древ окаймлены светлыми конутрами, горит жаркий костер, из домиков выходят люди, пар идет из дымящихся глиняных сосудов. Мать, с черными длинными косами улыбается и зовет его, маленького туземцы. Кто-то тихо играет на дудке. Вместо светильников все освещают тысячи маленьких светлячков. Тёплый воздух полон травы и движения ветра. Он запрокидывает голову в звёздное небо, которому, он знает, не будет конца. И он счастлив, потому что он- дома. ***