Забрал себе

Яги подозревал, что с мальчиком что-то не так. Еще в самом начале, Изуку приходил на тренировки в синяках. Они были довольно крупными и явно болезненными. Герой сразу же подумал на школьную травлю и предложил помощь, но мальчик отказался. Он заявил, что задиры не слишком сильно достают, да и мальчишка учится с ними последний год. Яги понимал его. Когда то он и сам был без причуд. Тошинори знал, как жестоки дети. Постепенно, Мидория стал более мускулистым. И худым. – Ты придерживаешься того графика питания, что я выдал? - Яги немного нахмурился, поняв что вес быстро падает вниз. – Я стараюсь, Всемогущий! - парень нервно усмехнулся. - Но иногда еда просто... В горло не лезет. Тошинори усмехнулся и потрепал его по голове. – Тебе нужно потреблять много калорий и белка, чтобы сформировать сильное тело. Затем, Изуку наконец получил причуду. Это произошло за месяц до экзамена в UA. Его мальчик так усердно тренировался, что обогнал график. С причудой пока возникали проблемы, так как Мидория привыкал к Одному за Всех. С большим успехом, он поступил на геройский факультет. Его баллы были уверенными в письменной и практической части. Изуку даже успел завести подругу, которую он спас во время испытания. "Юная любовь" - Яги добродушно усмехнулся. После поступления прошло несколько месяцев. Тошинори продолжал тренировать ребенка, помогая ему овладевать причудой. После первой сломанной кости они сменили план тренировок, более гибко подготавливая не совсем окрепшее тело. Сам того не замечая, он привязался. Герой проводил с ним все больше времени, даже оставил его один раз у себя на ночь. Тогда Изуку уснул во время обсуждения будущих тренировок, прямо за столом. Тошинори осторожно уложил его на диван и укрыл одеялом. Он попытался разбудить Мидорию, чтобы тот написал своей матери и предупредил ее, но мальчик только бормотал и отворачивался. Тогда Яги взял его телефон и отправил госпоже Инко короткое смс. Он объяснил ситуацию и сказал, что она может не волноваться за своего сына. Ответа не последовало, по крайней мере, мужчина не слышал вибрации телефона. Ему было неловко нарушать личную жизнь подростка, но тем не менее, Тошинори понимал как мама, должно быть волнуется. Проходя мимо спящего мальчика, он ласково улыбнулся. Что-то заставляло его беспокоиться и радоваться за него. Наверное, потому что он был его преемником. ... Сегодня Изуку задержался. Яги сидел на полу спортзала, уныло вздыхая. Ну, он мог понять подростка. Программа UA не давала им покоя, не говоря уже о дополнительных тренировках. Сейчас пошло время экзаменов и зачетов, хотя Тошинори никогда не делал ничего подобного со своим предметом, давая детям разгрузку. Он постоянно напоминал Изуку о важности здорового сна, хотя мальчик, кажется иногда игнорировал его. Прошло около получаса, за которые он успел размяться, походить, размяться еще раз. Тошинори нахмурился и набрал номер. Гудки шли, но ребенок не отвечал. Наверное, будет волнительно увидеть 17 пропущенных вызовов. "Может, что-то случилось? Его похитили? Он просто слишком устал? Нет, тогда бы Изуку написал и предупредил меня." Встав и потянувшись, Яги хмыкнул. Стоит выйти на улицу и подышать воздухом. Может, он увидит там виновато бегущего Мидорию с горой извинений. И ровно в этот момент дверь в тренировочный зал открылась. Изуку отдыхивался, оперевшись руками на колени. Он пыхтел: – Прошу прощения, Всемогущий... Яги подошел поближе и немного растерянно уточнил: – Что-то случилось, мальчик мой? – Нет, это пустяки. Изуку поднял голову и слабо улыбнулся. Он почесал затылок, а потом забормотал: – Думаю я не уследил за временем и... Простите еще раз. Яги улыбнулся, растрепал кудри подростка. – Давай начнем тренировку. ... Занятие шло в виде коротких спаррингов. Яги просто ставил слабые удары, а Изуку учился блокировать их, используя Один за Всех. Энергия причуды давала ему больший шанс на удачный блок или даже перехват. Во время боя, Тошинори заметил хромоту ребенка. Он не опирался на правую ногу, хотя обычно стойка Мидории была с акцентом именно на нее. Подняв руку вверх, он остановил поединок. – Ты хорошо себя чувствуешь, мальчик мой? Изуку стал выглядеть более нервно. Он прикусил губу и неуверенно пробормотал: – Может, я немного устал. Но все в порядке, мы можем продолжать. Тошинори сочувственно потер плечо мальчика, а затем отшатнулся. Изуку всхлипнул? Герой не смог так быстро распознать звук. – Все в порядке? Я задел тебя слишком сильно? Мидория покачал головой, отводя взгляд. – Нет-нет, что вы, Всемогущий! Просто мышцы ноют. Я занимался без кофты, когда подул ветер. Яги сощурился. Ребенок явно что-то скрывает. За годы своей геройской работы, он научился распознавать ложь. – Мальчик мой. Если тебя что-то беспокоит, ты всегда можешь сказать мне об этом, ладно? Ты можешь мне доверять. Я хочу помочь тебе. Изуку только кивнул головой. Он выглядел поникшим и уставшим, если присмотреться внимательнее. – Тебе стоит пойти домой. Уже поздно, а ты устал. Будущий герой должен... – Нет! - Изуку перебил его, сразу же бормоча короткое "извините" - Мы можем продолжить, пожалуйста? Я хочу еще потренироваться. Тошинори начал постепенно складывать два и два. Мальчик часто оставался после уроков. Соглашался на любые мероприятия, конкурсы или просто дополнительные занятия. Изуку похудел. Его тело было с мышцами, но он не набирал вес. Мидория приходил в синяках. Он выпустился из школы, UA следила за порядком в классах. Откуда они брались? Изуку не был из тех, кто слоняется по подворотням в свободное время. – Мальчик мой. - мягко начал Яги. Он говорил деликатно, пытаясь подобрать слова. - Скажи, нет ли у тебя проблем... Помимо академии? Может, в компаниях друзей? Я вижу, что тебя что-то гложет. Возможно, дома неспокойно? - Тошинори постарался сказать самое главное невзначай, чтобы не пошатнуть то редкое доверие, которое он имел. Изуку вдруг всхлипнул. Затем еще, а потом и вовсе закрыл лицо руками. Ребенок трясся, в явных попытках успокоиться. Тошинори почувствовал бесконечную жалость. Он должен был понять раньше. В конце концов, мама ведь должна была задуматься, куда пропадает ее ребенок каждый день после академии? Должна захотеть познакомиться с наставником...? Яги осторожно обнял мальчика, прислоняя его лбом к своему плечу. Другой рукой он с осторожностью потер спину Изуку, боясь задеть что-то, о чем Тошинори пока возможно не знает. – Я не хочу. - Мидория сорвался на истеричные бормотания. - Она меня ударит. Она меня снова ударит. Я не хочу, пожалуйста. Они снова выпьют и меня ударят. Я не могу так больше, пожалуйста, я не могу... Тошинори лишь тихо и протяжно шикнул мальчику. Он перебирал его кудри, позволяя Изуку плакать столько, сколько ему нужно. Прошло какое то время, прежде чем Мидория вздохнул. Он поднял повисшие руки и вытер лицо кулаками. – Твои глаза и лицо только больше покраснеют. - Яги говорил шепотом, не тревожа покой в мыслях мальчика. Он отвел Изуку в раздевалку спортзала, помогая ему умыться и промокнуть лицо салфетками. – Всемогущий... - Мидория впервые за долгое время посмотрел ему в глаза, а затем поерзал на скамейке. - Что будет дальше? Яги немного задумался. Он, конечно знал общий исход ситуации. Мальчик не вернется домой, UA и Цукаучи об этом позаботятся. Но куда Изуку пойдет потом? В детском доме он не сможет полноценно учиться и жить. Да и потом, Тошинори злился при мысли о том, что его ребенок окажется в подобном месте. – Что насчет поехать ко мне домой и отдохнуть? А утром мы все решим. Изуку кивнул и встал. Он обнял Тошинори и пробормотал: – Спасибо, Всемогущий. – Не переживай ни о чем, мой мальчик. Я здесь. ... Изуку чувствовал себя измотанно. Сидя в машине своего наставника, он рассказывал об Инко. О ее постоянных ухажерах, которые подсадили маму на алкоголь и наркотики. О том, что ее уволили с работы. Мидория рассказал, как начал работать с 13 лет, чтобы обеспечить семью. Потом, когда Изуку сосредоточился на поступлении и учебе в UA, стало хуже. Мама ругала его, вначале словами, а потом дошло до побоев. Ухажеры тоже не стеснялись поднимать руку. Они заставляли Изуку покупать выпивку, а когда денег не было... – Мальчик мой. - Мидория не заметил, как задумался. Он поднял голову и посмотрел на Тошинори-сана. – Почему ты не сказал раньше? Изуку облизнул губы. Почему он не сказал? Это было сложным вопросом. Он и сам не знал. Может, боялся что станет хуже, может не хотел беспокоить. В итоге он лишь пожал плечами, а потом сосредоточился на виде из окна. Вскоре показался знакомый район. Это были частные дома с внушительным на вид ограждением. Дом Тошинори-сана отличался простотой. Он был из темного дерева, с ухоженным красивым садом и парковкой. Вокруг была простая ограда, ворота открывались с ключа карты. Уже внутри, Изуку понял что на улице было довольно зябко. Он поморщился и дрогнул. В доме было намного теплее. Мидория был здесь уже много раз. Всемогущий приглашал его на обед, чтобы обсудить какую нибудь новость или помочь с учебой. Иногда они тренировали выносливость короткими упражнениями или даже смотрели фильм. Тошинори-сан дал ему сменную одежду и отправил в душ. Футболка была ему велика, шорты едва держались, но это было намного лучше, чем одевать тренировочный комплект снова. Стоя под теплой водой, он вздохнул. Мидория ощущал вселеннскую усталость. А еще голод. В доме кончилась еда. "Я такая обуза для Всемогущего." Не дав новым слезам упасть, Изуку выключил воду и обернулся полотенцем. ... Яги сказал ребенку, что разберется со всем завтра, но позвонить Айзаве он решил уже сегодня. После двух гудков послышалось сиплое ворчание: – Надеюсь была действительно уважительная причина. – Я использую право на экстренную опеку. С другой стороны послышался кашель. – Какое я имею к этому отношение? – Потому что юный Мидория станет моим подопечным. Прошло несколько минут молчания. – Черта с два тебе дадут опеку?! Мы с Хизаши тоже можем подать заявление. Что вообще произошло? Яги вздохнул и потер переносицу. – Айзава, сейчас нет времени и возможности для споров. Если юный Мидория будет согласен, я отдам тебе опеку. Что касается причины... Жестокое обращение с детьми, я полагаю. Его мать... Поднимает на Изуку руку и морит голодом. - последнюю часть он сказал тише, услышав как вода выключилась. Ему было мерзко называть эту женщину матерью. Ребенку будет намного лучше без нее. Тошинори позаботится, чтобы она больше никогда его не увидела. – Ясно. Мы поговорим завтра утром. Мальчику есть где переночевать? – Конечно. Я оставлю его у себя на ночь. – Позаботься о нем. - в голосе Айзавы послышались тонкие ноты заботы, что было странно. - Мальчишка скоро обгонит тебя по худощавости. Прежде чем Тошинори ответил, разговор завершился. – Все хорошо, Всемогущий? - Изуку выглянул, просунув макушку в дверь. – Конечно, мой мальчик. Просто известил Айзаву о ситуации. Мидория кивнул и отвел взгляд. – Надеюсь Айзава-сенсей не был слишком занят. – Он строго наказал накормить тебя. - Тошинори усмехнулся, скрестив руки на груди. - И я с ним согласен. Ребенок покраснел и смущенно забормотал. Он наконец начал походить на себя. ... После сытного ужина, Яги отвел Изуку в гостевую комнату и уложил его в постель. Под те же смущенные бормотания он укрыл его, посильнее подоткнув одеяло по бокам. Не совладав с собой, Тошинори оставил поцелуй на лбу его ребенка, шепча: – Спи крепко, мой мальчик. Изуку сонно посмотрел на него, а затем улыбнулся, прикрывая глаза. Выходя из комнаты, взрослый услышал тихое: – Спокойной ночи, Всемогущий... Это определенно было началом чего то нового.