У змеи три имени

Внезапно хлынувший ливень вылизывал мою покрытую кровью одежду. Тяжело дыша и подволакивая вывихнутую ногу, я грузно тащил труп красного крокодила за хвост. Отрубленная голова чудовища осталась далеко позади, и теперь из шеи подтекали остатки крови, оставляя на земле кровавый след. Да только некому было сбежаться, чтобы слизать ее. Хищников в лесу теперь не осталось. Я устал. Серьезно устал, можно даже сказать измотался. На то, чтобы разобраться с этой пакостью мне понадобилось, по моим прикидкам, почти два месяца. Я считал. В какой-то момент я додумался, что Вози приползает за наворожденными змеятами ежедневно. Я попросил Двойку сообщать мне об его приходах и старательно, подобранным в лесу мелком, считал на стене пещеры дни. Там же, порой до крайности задумавшись, я пристрастился рисовать. И сюжетами моих корявых творений по большей части были способы убийства всякого зверья. После того разговора с Вози, я решил, что сделаю с окружающем Ивовую Колыбель лесом то же самое, что Сарпо сделал с лесом вокруг своего грота. Вычищу. Мне думалось, что так будет лучше в любом случае. Если не будет хищников, травоядное зверье в лесу расплодится. Попахивало экологической катастрофой, но с другой стороны – хищники и наги ели одно и то же. А если учесть, что нагам откровенно еды не хватало, то я решил, что одно компенсирует другое. Итак, начал я с мелочи, принявшись выдумывать, как извести тех неприятных существ, что воруют у сельчан скот. И первым, кто попался мне на пути, стал второй птеродактиль. Одолжив у сельчан топор и заказав у местного кузнеца лопату, я повалил все деревья вокруг гнезда гадины. Потом набросал земли, сделав вал, дождался особенно сухой недельки, влез на самую верхушку пальмы… и поджег гнездо. Зачем так сложно? Зверюга оказалась хитрой и осторожной в сравнении с теми двумя особями, что я видел до этого. Она ко мне не приближалась, что бы я ни делал. Понимала, видно, что ей придется худо если подлетит поближе. Так что пришлось пойти на крайние меры чтобы приманить гадину. Впрочем, как не крути а она была довольно вкусной. В поселении имелась коптильня, Мракт помог мне с разделкой туши и шкурой. С тех пор, как я выполз из гнездовья и начал захаживать к нагам, у меня складывалось чувство, что я там – что-то вроде очень наглого гостя, которого все боятся, но никто не может ему ни в чем отказать. Такое ощущение для меня было в новинку, но я успокаивал себя тем, что даю им куда больше, чем требую. Благо, из меня не делали героя. Мне даже казалось, что наги меня откровенно боятся. Итак, когда не стало пакости летающей, я взялся за пакость ползающую и бегающую. Вторыми на очереди стали змеекошки. Тут мне повезло, и я не просто изничтожил всю их стаю, но еще и кладку нашел. Увидев яйца, Вози пришел в неописуемый восторг. Хорошенько осмотрев их и запомнив расцветку, запрыгнул на ездового ящера, какой был у Сарпо, и заявил, что осыпет меня камнями. Через три дня он вернулся, к моему удивлению, в компании троицы каких-то нагов. Все они были разными, но их объединяла одна отличительная черта – куча шрамов. Как оказалось, это были какие-то дрессировщики. Они осмотрели мою добычу, которую я вынес из гнездовья, и чуть за них не передрались. Потом меня реально осыпали драгоценностями. Пришлось взять. Однако деньги меня интересовали слабо. Не воспринимал я их, хоть убейся, как что-то ценное или хорошее, так как перенял от Сарпо самые лучшие его принципы. Еду я мог поймать сам, а вещей мне пока хватало. К тому же, мне были настолько должны, что дали бы все, что я пожелал, просто так, и без всяких денег. Так что камушки я подкинул домой к Вози а потом делал вид, что я тут не при чем. Вслед за змеекошками, наконец, пришла очередь крокодила. Идти с ним на прямое столкновение я откровенно ссал. Все же не считал я себя сильнее шести профессиональных нагов-охотников. Правда, мне в голову начало приходить, что у меня, в отличие от них, есть одно неоспоримое преимущество – отсутствие длинного хвоста, за который было так легко уцепиться. Осознав это, я понял, почему приноровился охотиться настолько славно. Мое тело располагало к этому куда больше, чем тела местных. Но переть напролом я все равно не хотел. Тварь была, во-первых, шустра, во-вторых, ядовита до омерзения. Так что для начала я решил действовать издалека. Маршрут крокодила я уже выучил наизусть. У него было гнездо где-то на глиняном карьере, что находился в километре от гнездовья. На рассвете зверюга выходила на охоту. Примерно до зенита местного зеленого солнышка она огибала небольшую бамбуковую рощицу по периметру. После зенита – начинала петлять по территории вокруг гнездовья. В это время лучше ей было не попадаться. Удостоверившись в непоколебимости расписания твари, я подстроился под нее, чтобы не пересекаться. До зенита охотился я, после – она. А также знание ее маршрута помогли мне сделать приваду. Читай – кормушку, куда я для зверюги складывал куски мяса. С чего это я стал таким добрым, спросите вы? Ага. Добрым. За две недели я переловил всех возможных ядовитых тварей в лесу, нашел все вариации ядовитых грибов, корешков и травок. Насекомым тоже досталось изрядно. И, запихивая эту дрянь в трубки змеиной плоти, я влезал рядом с привадой на дерево и пристально, стараясь даже не дышать, наблюдал издалека за реакцией крокодила. И понял, почему тварь до сих пор никто не изловил. Ее вообще ничего не брало. Максимум, которого я смог добиться – после одного очень, очень ядовитого гриба тварюга, кажется, начала пошатываться. На этом все. Испытывая лютое разочарование, я начал думать, что же делать дальше. Зверя не брал яд, он замечательно лазал по деревьям, быстро двигался благодаря целым шести лапам, обладал довольно крепким панцирем и ядовитыми клыками. Отвратительное чудовище. Настоящий живой танк. Но я не был бы собой, если бы сдался. Двойка только вздыхала, видя мою увлеченность. Я долго, очень долго мучался. Пытался выдумать ловушки. Даже что-то собирал и тестировал. Однако все это было не то, выглядело наивно и не работало, как не крути. Отвергнув очередную идею, я понял, что мне придется драться. Только вот прежде, чем драться, я собирался противника нехило истрепать. Ну, чтобы повысить свои шансы. Так что, не долго думая, я пустил в ход всю свою изобретательность и принялся портить зверюге жизнь. Раз в два дня я оставлял ему кучу мяса с отравой, прятался дальше по маршруту и, видя что зверь шатается, стрелял по нему, обрушивал на него заранее подпиленные деревья, обливал его едким ядовитым, иногда еще не до конца остывшим варевом, а потом сматывался настолько быстро, насколько мог. Я тщательно продумывал пути отступления, потому у меня получалось. У меня, черт возьми, получалось! В день, когда я его прикончил, кровавый ящер притащился к кормушке с заметным опозданием. Он хромал. Одного глаза я его лишил, и он волочил тряпкой заднюю лапу. Выглядел усталым и измотанным. Мне даже интересно стало, как он все это воспринимает? Чисто-по звериному, просто череда неудач? И что-то толкнуло меня на прямую стычку. Подождав, пока он наестся, я спрыгнул вниз с дерева и выпрямился перед ним, сжимая в руках копье. Зверюга подняла на меня мутный взгляд. Посмотрела тупо, потом приоткрыла рот и принялась часто дышать. Лапы напряглись, из чего я сделал вывод, что без боя он мне точно не сдастся. В фильмах и книгах, обычно, когда происходит какая-то драка, оппоненты бегают друг за другом, танцуют, красуются. Не… у нас все было куда проще. Он прыгнул на меня. Мое тело сработало быстрее разума – именно так, я вообще ни о чем не думал. Я уже так привык к вечным стычкам со зверьем, что действовал машинально. Выставил копье. Проник им в открытую пасть. И прошил зверю голову. Какое-то время понадобилось моему врагу чтобы умереть. Он суматошно дергался, метался, забыв о том, что хотел меня убить. Врезался в дерево башкой. Потом он неожиданно упал на землю и принялся кататься как умалишенный, тыкаясь о корни головой. Я же сел рядом с ним и, устало глядя на то, как он дергается, просто ждал когда сдохнет. Когда же тело относительно затихло, я достал из небольшого чехла на боку топорик, наступил чудищу на пасть ногой и, чтобы уж наверняка, прямо на месте лишил его головы. Пока тащил до поселка, хлынул ливень и я весь вымок. Ну, хоть кровь с меня смыло, и то хлеб. Увидев, что именно я несу, наги принялись скапливаться вокруг меня снова, но на почтительном, почти испуганном расстоянии. Я прошел к дому Мракта, тяжело затащил тушу на стол и постучал. Тот выглянул. Увидел, что я принес. Уставился на меня ошарашенно. – Что тут… – начал было Вози, которого, видно, кто-то позвал, но осекся, увидев мою добычу. – Ох… в зад мне палку… Алекс! – Шкуру истрепал, – сказал я, скрестив руки на груди. – К тому же, я не советовал бы есть мясо, я накачивал его ядом. Зубы тоже не отдам, я хочу сохранить череп. Короче, от этой туши никакого толку вообще не будет! Я с досадой сплюнул. Вози и Мракт переглянулись, а потом первый осторожно похлопал меня по плечу. – Может, еще по дымной палочке? – спросил он. – Тебе, я смотрю, надо. - Никаких больше дымных палок, - пробурчал я. - Это дрянь. - Ну, может тогда стег? - потянул меня Вози. - Ты вроде говорил, что любишь... - У тебя есть? - посмотрел на него я. - И ты молчал? - Нет у меня стега, - сказал наг. - Но у кого-то да есть. Сейчас найдем. В жопу закон... такое дело точно надо горящей водой ополоснуть... Я горестно вздохнул. Засопел, борясь с собой… а потом кивнул. Мне и правда было надо.