Виагра убивает дружбу.

Мы с Хисыном друзья со временем старшей школы. Мы друг друга воспринимали лишь друзьями,но это было в школе. После его первых отношений и моего разбитого сердца я поняла,что Хисын – перспективный и хороший парень. Но сказать,не решалась. А если я не совершила такого импульсивного разговора с ним,значит не время ещё. Вечером пятницы мы едем на день рождение общего друга. Живём мы вместе,а значит едем тоже вместе. Я собиралась долго и муторно. Продумывала каждую деталь образа,а Хисын стоял над душой. — А это для чего? — указал он на базу под макияж от catrice. — Это чтобы макияж хорошо лёг и держался дольше,за счёт липкого слоя у базы, — без задней мысли отвечала я. — А зачем тебе макияж? — а вот теперь я напряглась. Что за тупой вопрос? — Ты дурак? — я глянула на друга снизу вверх,приподнимая бровь. — Чтобы быть красивой. — Ты и так красавица,котенок, — Хисын подмигнул,я могла привыкнуть к его комплиментам и к моему 'прозвищу',но каждый раз как первый. — Дурак блин, Оппа! — Дурак блин, Оппа! — мы сказали это одновременно и он залился смехом. Я лишь покраснела и ударила его по руке,отворачиваясь к зеркалу обратно. — И как мне,по твоему,сейчас румяна наносить если я и так красная,а? — Могу говорить комплименты хоть весь вечер. И румяна не понадобятся, — вновь эта его наглая ухмылка. Боже,иногда раздражает,что я не могу прервать его поцелуем. — Иди отсюда! Мешаешь мне сосредоточиться на макияже! — я шикнула в сторону кровати и потянулась за консилером. — Какая злая, — вновь шутки шутит. С ним жить,себе дороже. И меня обескуражило то,что он наклонился и быстро чмокнул меня чуть ниже уха. Лицо залилось краской ещё сильнее. Казалось,я стала томатом. — Собирайся,котенок,не буду мешать. — Дурачье, — мои слова звучали несвязно и я заставила думать себя лишь о косметике.

***

— Привет,ребята! — с нами поздоровались моя подруга,по совместительству девушка общего друга,Сумин. — Привет, — я обняла подругу. — Хейрин,ты чего такая красная? — спросила Сумин и я тут же ткнула пальцем в Хисына. Он рассмеялся и приобнял меня за талию. — Наша маленькая Хейрин остро реагирует на комплименты, — сегодня Хисын слишком много говорит. Кажется,я умру от стыда к концу этого вечера. — Ну,Хён,я сомневаюсь в этом. На комплименты Дже Джуна она никак не реагировала, — я прокляну МёнГи. МёнГи – тот самый именинник и общий друг. — Значит,я исключение,котенок? — шепот Хисына появился неожиданно и я отвернулась,отпрянув от него. — Идите к черту. Я хочу пить,Сумин,пошли, — я схватила руку подруги и повела на кухню. Всё друзья рассмеялась,но Хисын как будто гордо смотрел мне вслед. — Золотце,если вы сегодня не переспите,я перестану верить в Хисына окончательно, — с улыбкой произнесла Сумин,мешая нам какие то коктейли. — Почему именно сегодня мы должны переспать? — я искреннее не понимала выбор подруги. — Сегодня коктейли для парней готовила я. Угадай,что я им подмешала, — Сумин достала из кармана упаковку от таблеток. Я разглядела название. Виагра,мать её. — Поэтому если он не признается тебе сегодня,знай,он безнадёжен. — Сумин,зачем? Я же точно сгорю сегодня, — зачем то я представила это. Хисын впринципе когда выпьет,быстро расслабляется и может наговорить бред. А если он ещё и Виагры хлебнет,мне точно пиздец наступит. — Хейрин,потом ещё поблагодарить за жаркий секс не забудь, — подруга протянула стакан с напитком и мы стукнулись краями стакана. — Ну,Хейрин,за хорошие проведение ночи у всех парочек нашей компании и вас с Хисыном. — Гребанный Хисын, — буркнула я и залпом выпила весь коктейль. — Шшш,золотце,не пей так сразу. Там столько алкашки,раньше времени тебя разнесет ещё. Всё,ты больше не пьешь пока что. Я отложила стакан и мы с Сумин направились к остальным. Три парочки мило беседовали друг с другом. МёнГи разговаривал с Хисыном,бурно что-то обсуждая. В их руках уже были коктейли от Сумин. И выдала подругу веселая улыбка,когда мы подошли к ребятам. — Любимая,что у тебя за странная улыбка? — спросил МёнГи когда Сумин села рядом с ним. — Просто рада видеть Хейрин, — я посмотрела неодобрительно на подругу,но промолчала. Я сидела рядом с Хисыном и, почувствов жар на щеках,уткнулась в телефон. И правда в том коктейле было слишком много алкоголя. Надо отвлечься,поэтому я захожу в Тик Ток,прокручивая ленту. — Котенок,почему на чужом дне рождения ты в телефоне? Это неуважительно, — серьезно прошептал Хисын и я почти выкинула телефон в сторону. — М? — я словно ничего не сделав глянула на него. — Боже,Хейрин,ты до приезда сюда бухнула? — МёнГи рассмеялся и Сумин встретилась со мной взглядом. — Я добавила слишком много алкоголя в коктейль,а она залпом выпила его, — Сумин подошла ко мне и приподняла голову. — Пошли водички выпьешь,глупость. — Сиди,Сумин,я сам, — Хисын подхватил меня под локоть и повел на кухню. — Я не хочу пить, — мямлила я. — Через 'не хочу', — Хисына усадил меня на столешницу и взял за подбородок. — Что ты кушала сегодня? — Ничего, — глаза остекленели и я смотрела словно сквозь него. — Так вот почему тебя так разнесло, — Хисын приподнял мне подбородок и потихоньку начал поить меня водой из бутылки. — Я не пьяна, — я сама свой голос не слышала. Закрыла глаза и молча пила. Когда Хисын решил,что хватит мне воды,отпустил и я опустила голову. — Не хочешь умыться? — он наклонился надо мной и я подняла глаза. — Нет,я в порядке. Сейчас лучше станет, — мои щеки накрыли мужские руки и я прикрыла глаза. Так мы просидели пару минут и я наконец то встала. Ноги все ещё были ватными,но моя речь хотя бы строилась в разы лучше. — Я как новая! — воскликнула я и села на диван вновь рядом с Хисыном после него. — Молодец, — кивнула,словно дала добро подруга,и я улыбнулась. Дальше нас влили в их беседу и весь вечер мы проводили за разговорами,но Сумин вдруг вспомнила о игре "Seven minutes in heaven." И выбор всей компании пал на меня и Хисына,потому что мы единственные "одиночки." — Блять,Сумин, — шипела я,когда она толкала меня в шкаф. — Ты скажешь мне спасибо, — и все что я вижу теперь это темнота. Я чувствоваала руки Хисына. Я чувствововала то,как он сдерживался. Я чувствовала,что он чрезмерно возбуждён. Я лежала на его груди,спиной к нему и мои чувства обострились. — Повернись, — я послушалась тут же,теперь я сидела между его ног,пытаясь увидеть его лицо. У меня горело лицо то ли от алкоголя,то ли от уже смелых рук на моей шее. Ноги ослабли и я почти упала,но оперлась на руки. Хисын сжал мое горло и большим пальцем провёл по нижней губе. Воздух словно стал не обязательным моему организму. Только он. — Почему ты реагируешь на меня не так,как на других парней? Будь честна,Хейрин. — Потому что только с тобой я что-то чувствую, — сказала я лишь губами,не понимая своего положения. Я чувствововала как таю. — Тебе нравится то,что ты чувствуешь? — он почти касался моих губ своими,когда притянул меня за шею,словно куклу. — Я обожаю и ненавижу это одновременно. Ты убиваешь меня тем,что мы друзья и не можем быть вместе. Но мне так приятно от твоих прикосновений. Ты обжигаешь меня,каждое твое касание как раскалённый металл по коже, — я говорила тихо, чувствуя его прерывистое дыхание на своих губах. Органы внутри меня перевернулись и сгорели. Внутри меня оставались лишь бабочки,алкоголь и потребность в нём. — Ты сводишь меня с ума, — последний шепот,перед тем как открывается дверь шкафа. Теперь я вижу его лицо,а он мое. Его губы застыли в ухмылке,а глаза полузакрыты,смотря на меня с благословением. Сумин посмотрела на нас сверху вниз и цокнула. — Серьезно? Я разочаровываюсь в вас, — она закатывает глаза,но мне уже неинтересно. Я вижу только его. Я вижу и не понимаю,что я вижу. Его глаза кричат о многом,но я чувствую,что должна остановится. Я не могу. Я боюсь потерять нашу дружбу,может это просто влечение и отсутствие половой жизни. Я резко встала и пошла в ванную,чтобы умыться. — Хисын,вызывай такси и едьте домой. — Хён,ты себя сам убиваешь и Хейрин тоже. Не насилуйте себя и займитесь сексом, — МёнГи приобнял Сумин за талию,наблюдая как Хисын выходит из шкафа. Хисын потягивается и улыбается. — Ой,ребятки,я даже не знаю как оправдываться, — он тихо смеётся,доставая телефон. — Мы не насилуем друг друга,просто..всё сложно. — Ничего сложного в том,чтобы поебаться. Или тебе объяснить? — Хисын улыбнулся шире над комментарием подруги. Я слышала весь разговор пока стояла у раковины. Мои щеки горели,мое тело горело,я чувствовала себя рассклаенным паяльником. Я окатило себя холодной водой и попыталась как то осознать,что сказала Хисына всё что можно и нельзя. И всё таки я вышла из ванной,а троица уже были внизу. Я последовала вниз,захватив сумку. — Хейрин,вы едете домой, — сказал МёнГи и я спрятала смущение за улыбкой. — Ты такой гостеприимный,МёнГи,я хуею, — я надела кроссовки и обняла подругу,прошептав ей на последок. — Мне пиздец. — Верю, — сказала Сумин и похлопала меня по плечу,прежде чем мы с Хисыном ушли. Мы молча сели в таки и от этого молчания мне стало не по себе. Меня съедали мысли о том,что я сказала слишком много,но я старалась отбросить эти мысли. Когда мы приехали,я почти побежала в квартиру,хотелось сходить в ванную и смыть с себя этот день и мысли. — Не торопись, — хриплый голос остановил всё внутри меня. Оборвал любые желания и мысли. — Что? — я остановилась перед дверью в ванную,даже не переодевшись. Я не видела его лица,но чувствововала всё тот же взгляд. — Почему ты думаешь,что мы не можем быть вместе? — даже стоя к нему спиной я опустила взгляд в пол. Моя губа тут же была продумана до крови мной же. — Я боюсь,что это всё может быть минутным помутнением и импульсивным желанием. — Ты правда так думаешь? Правда ничего кроме физического влечения не чувствуешь? — Хисын обошел меня и встал напротив,желая чтобы я посмотрела на него,но я не поддалась. — Я боюсь,что ты не ответишь взаимностью на мои чувства. — Посмотри меня, — я даже не думала об этом. Я не хотела,я переживала. — Я сказал,глаза подняла на меня. Мою шею окольцевали и я сама подняла голову. С губ сорвались остатки воздуха. Его рука не сжимала до боли или отсутствия воздуха,но этот тон,он сжигал меня. — Что? Ты отталкнешь меня? Отвергнешь и теперь я лишусь тебя навсегда,да? — выпалила я,умирая от переживания,но Хисын лишь посмеялся. Сука! — Моя тревожная Хейрин,я уже на протяжении двух лет пытался донести до тебя то,что ты для меня больше чем просто подруга, — я не чувствовала пола. Не чувствовала ничего вокруг. Я видела, чувствововала и хотела только его. Вновь поток воздуха стеснило сжатие шеи. Я потерялась,я не знала,что делать. Ждала его действий и долго ждать не пришлось. — Да или нет? — Да, — слетает с моих губ и я пропадаю. Утопая в его губах. Сладкий,болезненный поцелуй. Дыхание и желание смешивается в одно целое и я не чувствую себя собой. Я чувствую лишь то,что не могу больше отказать ему. Его губы в моей крови,а нить слюны между нами оттенка вина. И оно пьянит вновь. Он действует на меня хуже любого алкоголя. Я утопаю в нашей кровати,теперь она разделяет наш жар и сгорает с нами. Он касается моей шеи и ключиц аккуратно,словно я сломаюсь под ним. Но я хочу другого,мне нужно это чувство. Я хочу сломаться лишь бы это был он. Мы сгорим вместе. Я сама притягиваю его к себе и целую вновь,не долго,лишь показывая свои намерения. Я спускаюсь губами к его шее и делаю то,что давно хотела. Кусаю,целую,доказываю,что теперь мы не 'друзья.' Он сжимает мое тело сквозь одежду. Я льну ближе и теперь лежит он. Я хочу доказать,что мне нужно не только физический контакт. Он смотрит снизу вверх и я не могу представить жизнь без этого. — Скажи,что мы не просто друзья, — шепчет он. — Я люблю тебя, — наши тела горят,но сердце разрывается сильнее всего. Он ждал этого,я ждала его взаимности. — Я одержим тобой, — он ухмыляется и поднимается ко мне. Поцелуй превращается во что-то спонтанное,словно мы не знаем что делать. Слишком эмоционально и чувственно. Я теряюсь и не замечаю того,что царапаю его плечи. Но он не замечает этого и вовсе,торопливо стягивая с меня одежду. Мне жарко даже так,но ему не лучше. Мы остаёмся обнаженными и я сама приподнимаю бедра,направляясь его в себя. Воздух пропадает,а внутри все стискивает приятное давление. На дрожащих коленях я приподнимаюсь вновь,давая первый электрический разряд по телу. Он выводит на узоры на моей спине,а я не перестаю покрываться мурашками. Мы утопает в ощущениях и тихо стонет. Он больше не может терпеть слабых толчков и я оказываюсь прижатой грудью к кровати. Резкость его движений уводит у меня опору из под коленей. Я кусаю подушку и мою шею вновь сжимает мужская рука. Он тихо,почти не слышно стонет мое имя,словно молитву,а я не могу связать и пары букв. Меня распирает изнутри,взрываясь ощущением салютов внутри,но Хисын не остановливается,добиваясь своего освобождения,а я дрожу вновь. Тепло разливается внутри меня и я закатываю глаза.