Формула 674

В ушах слышится рев мотора, крики с трибун, а из наушника доносится голос Санву: — Давай, Кихун, сияй!— И Кихун сиял так, как на этой трассе не сиял никто. Он был этим сиянием. — Номер 456 стремительно вырывается вперед! До финиша остается совсем немного, — громко объявляют по всему стадиону. Все звуки затихают, а дыхание замедляется. Автоспортсмен пересекает финишную черту. — Сон Кихун под номером 456 в очередной раз занимает первое место! Удастся ли кому-нибудь угнаться за ним? Думаю, не родился еще достойный соперник для нашего неизменного чемпиона! Победитель вываливается из машины, от адреналина и вкуса победы немного потряхивает. Он счастливо улыбается, салютуя лучшему другу от крика, которого он когда-нибудь оглохнет. «Я – скорость. Один победитель, сорок два лузера. Я таких ем на завтрак. Завтрак? Да, подкрепиться не помешало бы…» – самодовольно проносится в мыслях. — Ты проспорил. Я же говорил, что 101-ый не оставит попытки подрезать тебя. Сегодня отмечаем за твой счет. — Чхо победно ухмыляется. На это гонщик вымученно стонет: — Ты можешь помолчать, мне уже кажется, что все мои мысли озвучиваются твоим голосом. — Какие мы нежные, надеюсь голос совести тоже я. — Пока только шизофрения.

***

— Эй, Сон, готов? — О, да, Кихун готов. Новый день, новая гонка. В крови бурлит адреналин, а глаза блестят азартом в предвкушении победы. На первых кругах Кихун особо не старается. Не так интересно, очевидно лидировать, как вырывать победу у кого-то из-под носа. — Хватит дурака валять, ты меня раздражаешь. Когда-нибудь мы погорим из-за твоего отношения — недовольно говорит Санву. — К кому обратиться, когда голос в голове тебя буллит? — фыркает Сон. — Надо не мчаться в погоне за временем, а просто приятно его проводить. — Ладно, не злись. Один круг, и я обойду того фиолетового парня. Из динамиков по гоночной трассе раздается: — 230-ой номер держит первое место, но подождите-ка, кажется, 456-ой приближается к нему! Сон кихун объезжает соперника справа и вырывается вперед. — Хорошо быть мной! —произносит лидирующий. В ухе раздается фырканье гордости Сан Мун-дона. Гонщик вдавливает в пол педаль газа. До радостных возгласов и очередного кубка остается всего каких-то полкруга. Речь спортивного комментатора, какие-то слова Санву, звук мотора и гул машин сливаются в шум. Сон уже чувствует вкус победы на языке. Как вдруг, мимо него стремительно проносится черное пятно, он успевает разглядеть лишь номер 001 на двери гоночного автомобиля. — Скорость неожиданно набирает 001-ый и обгоняет… Дальше Кихун не слышит. Он замирает, сердце пропускает удар, а внутри все падает. Но это потрясение не мешает, ему на автомате, доехать и занять… второе? Второе место. Этого не может быть. Сон рассеянно выходит из машины настороженно, спрашивая: — Эй, Санву, кто это? — Это… Хван Инхо. — Да, один из новеньких, — появляется из ниоткуда Чонбэ. 456-ой слышит отдаленно, как новый победитель отвечает на поздравления и восхищённые крики фанатов: — Спасибо, спасибо, друзья! Я признателен за такое внимание, благодарю! «Новый победитель» — от этой мысли Кихуна корёжит и от фанатов. Они вообще-то пришли болеть за него. Он успокаивается и думает о том, что не стоит так зацикливаться. Это просто случайность, должно же хоть иногда происходить что-то интересное. Раздумывая, пару минут Кихун натягивает дружелюбную улыбку и идет в сторону Хвана. — Привет! Хван Инхо, верно? Здорово ездишь. 001-ый улыбается, однако улыбка не касается его глаз. — Ого, спасибо господин Сон! Какая слава и честь выиграть у второго номера в спорте. — Ох, спасибо. Ой, я второй, а первый кто - ты? — парирует Кихун, смеясь. — Вы верно поняли. Брови призёра в недоумении летят вверх, но его вовремя уводит лучший друг под насмешливый взгляд Хвана. Столько отрицательных чувств сразу Кихун не испытывал уже давно. Больше всего на свете в данный момент он мечтал стереть самодовольную ухмылку с этого отвратительного лица. Чхо так некстати решил влезть, не дав возможности даже ответить на эту колкость. За это выслушивал долгую тираду о том, что он ужасный друг и самый отвратительный человек на планете. — Знаешь, Кихун, если бы мы были финалистами в смертельных играх, и мне пришлось бы выбирать между своей жизнью и тем, чтобы ты жил счастливо, я бы убил себя, и замарать репутацию тебе не дам, — изрекает второй человек в топе врагов Сон Кихуна, многозначительно поправляя очки. От этого заявления гонщик теряет дар речи.