Будущее здесь

Тэхён проснулся, почуяв аромат еды. Как и всегда в день охоты, мама встала затемно, чтобы приготовить ему свежей пищи с собой. Быстро, привычными движениями свернув лежанку, омега вышел из комнаты, убедившись, что не разбудил младших братьев. Кухня была совсем рядом – после смерти отца и старшего брата, семья, теперь состоявшая только из омег, перебралась жить в самую теплую комнату, рядом с очагом. — Доброе утро, сынок! – Ким Ши Кен ласково улыбнулась сыну. – Завтрак уже готов, садись, ешь. Сонно кивнув, Тэхён приземлился на циновку и схватил миску с еще горячим рисом, что поставила перед ним мать. Старшая омега тем временем неторопливо собирала сумку для сына, попутно рассказывая о планах на день. — Сегодня я займусь травяным сбором, — говорила она, аккуратно заворачивая рисовые лепешки в ткань. – Мальчики пойдут собирать хворост, я договорилась, чтобы Ын Се взяла их с собой чуть даль в лес, поблизости уже все давно выбрали. А ты будь осторожен, хорошо? Я слышала, Ли Чжан Ян видел следы медведей в лесу. Не рискуй понапрасну. — Мы оборотни, мам, мы сильные и ловкие, — слегка усмехнулся Тэхён. – Мы справимся. — Вот только твоих отца и брата это не спасло, — отрезала мать и они оба замерли. Тэхён наклонил голову: — Извини, мам, — целуя женщину в теплую щеку и подхватывая сумку из грубой, но крепкой ткани. – Я буду очень осторожен, я обещаю. —  Он уже почти вышел, как женщина остановила его ненадолго: — Удачи, сынок, — ее теплая ладонь с огрубевшей от работы кожей, нежно погладила щеку сына. – Я приготовлю к твоему возвращению суп из лотоса, соседка обменяла немного на травяной сбор. Омега улыбнулся матери и тихо выскользнул из дома. Раннее утро окутало деревню сизым туманом. Воздух был влажным и холодным, но Ким Тэхён уже давно не обращал внимания на такие мелочи. Сделав несколько быстрых шагов, он полностью скрылся из виду в тумане,  не замечая, что мать так и смотрит ему вслед, молча умоляя богов позаботиться о ее сыне. Охота, как и всегда, была удачной – группа матерых альф несли на себе нескольких убитых кабанов и оленя, оставив на долю молодых охотников пару десятков подбитых птиц. Их стая была довольно обширной и требовала много мяса еженедельно. Тэхён шел в хвосте процессии, слушая разговоры и шутки старших, но не участвуя в них. Он все еще остро помнил, как после смерти отца и брата вызвался стать охотником, несмотря на то, что омеги обычно охотой не занимались. Он помнил насмешки и издевки, как охотников, так и других членов стаи. Как будто  им было совсем наплевать на смерть Ким Ван Чжона и его старшего сына. Как будто они совсем не задумывались о том, что и сами могли оказаться на месте Тэхёна... И с некоторым злорадством он часто вспоминал, как менялись лица этих самых «настоящих охотников», когда он снова и снова поражал цель, подбираясь к животным так близко, как не мог ни один альфа. Сегодня был именно такой день – день внутреннего злорадства. Демоновы альфы, пока несли добычу, беспрестанно похвалялись друг перед другом своими умениями, успехами и удалью, стыдливо умалчивая о том, что большая часть животных сегодня поражена стрелами Тэхёна. — Эй, Чжин Су, — воскликнул один из них, — ты видел, как я того кабана поразил? Прямо в сердце! — Ага, пробурчал старший, только вот стрела-то с твоим оперением почему-то в землю воткнулась, в зверь упал с Тэхёновской  стрелой. Тэхён молча усмехался в лица тех, кто изредка смотрел на него, и бравые добытчики неизменно отводили взгляд. Сгрузив всех животных неподалеку от ледяного хранилища и отчитавшись о добыче как положено, усталые охотники разбрелись по своим домам. — На следующей неделе тем же составом идем? – спросил кто-то. — Если омега опять с нами пойдет, то я лучше дома останусь, — проворчал Шин Дэ Хо и получил локтем в бок от своего приятеля. — Тогда оставайся голодным, раз работать не желаешь, — равнодушно бросил ему в ответ Тэхён, и, попрощавшись со всеми, направился домой. Он сам ходил на каждую охоту, несмотря ни на что. Вечерело. Тэхён не спеша шел по главной улице, изредка кивая любопытным соседкам и краем уха прислушиваясь к сплетням, которое бесконечно гуляли по деревне. — Видела, как госпожа Чо опять гоняла мужа? — хихикала одна из соседок, прикрывая рот рукой. — Еще бы не видела! – отозвалась другая, закатывая глаза. – Вся улица слышала, как она кричала. А все потому, что он опять засматривался на чужих омег, уже ведь старик почти, а все туда же… Ничего нового не было – соседки постоянно обсуждали достоинства разных альф, скорое прибытие очередного торгового каравана, погоду, урожай этого года… — Ты видела, какие красивые альфы в этом сезоне приехали? – беседовали сестры Ын в следующем дворе. — И такие богатые!.. – отвечала младшая сестра. – Говорят, один из них уже потратил в постоялом дворе господина Пака и в лавке господина Шина столько, что хватило бы на то, чтобы месяц кормить всю нашу улицу! Молодой омега споткнулся, получив внезапное напоминание о важном ежесезонном мероприятии. Как он мог забыть? Поймав любопытные взгляды соседушек, юноша направился домой, стараясь больше не прислушиваться. — Матушка? – вручив подбежавшим братьям принесенных с охоты птиц, Тэхён поспешил в дом. Ким Ши Кен нашлась в одной из неиспользуемых комнат, в которую они поставили все сундуки с вещами отца и брата. Она сидела на полу, вытащив праздничные одежды отца, и задумчиво перебирала их. — Думаю, вот эти, — она погладила рукой ткань, — будут тебе в самый раз. Я ушью их немного, все же отец был шире тебя в плечах. — А мне что достанется? – Чон Гю, младший брат Тэхёна, с любопытством заглядывал в комнату. —  Детские наряды твоего брата, — улыбнулась мать. -Он очень аккуратно их носил, они как новые. — Раньше было так весело ходить на Состязания, — тихо произнес Тэхён, усаживаясь немного в стороне, чтобы не испачкать одежды. – Ты наряжалась и наносила макияж.. — А я помню, как ты уговаривал тебя накрасить и тебя, — засмеялась Ши Кен. — А папа смеялся и говорил: «Ты еще маленький,подрасти немного»,  а потом брал тебя на плечи, — омега печально улыбалась. — Чжун Су бегал со своими лентами вокруг нас и завидовал, что отец несет меня... – добавил Тэхён, но голос его дрогнул. — Ты всегда самый первый просыпался в день Состязаний, — мягко улыбнулась Ши Кен. — И будил всех, так спешил нарядиться и начать уже высматривать своего идеального альфу,– Он обязательно будет сильный, и красивый, и богатый, — она немного поддразнила сына. — И будет заботиться обо мне, — тихо закончил Тэхён. — Я даже не представлял, как все может повернуться. — Ын Джин больше не приставал к тебе? – сменила тему мать. Тэхён отрицательно покачал головой: старший сын вожака, Ли Ын Джин, даже спустя все это время не оставлял попыток заполучить его себе. — Если он опять подойдет, я устрою ему несчастный случай! – злобно заявил Чон Гю, котрый хоть и был омегой, но всепрощающим не был никогда. Тогда, два года назад, когда прошло всего несколько дней после похорон отца и брата, Ли Джису, вожак их стаи, в сопровождении старшего сына и пары ближайших родственников, явился сделать свое «великодушное» предложение. — Ваша семья осталась без альфы, — Ли Джису говорил это с таким фальшивым сочувствием, что у Тэхёна сводило челюсть. — Это великое горе, остаться без защиты и поддержки.  Мы не можем оставить вдову и детей без помощи, и конечно, было бы лучше, чтобы вы переехали в мое поместье. Он заливался соловьем, рассказывая вдове, как хорошо будет ей и детям в его доме, как он позаботится о том, чтобы найти омегам зажиточных мужей, пусть и постарше, и Тэхён уже почти взрослый, и дом будет его приданым... — Ты сильный и красивый, мы найдём тебе альфу, — сказал вожак, но его глаза скользнули в сторону сына, и Тэхён понял. Мать тоже поняла. Она видела, как рос этот мальчик, и каким альфой он стал, и не желала сыну подобного мужа. Тем более, не желала, чтобы Тэхёна взяли бесправным наложником, как, очевидно, предполагал вожак, ведь его сын уже давно состоял в браке. — Благодарю за предложение, — Ким Ши Кен вежливо поклонилась.— Господин Ли, как и подобает вожаку, предусмотрителен и щедр, — вожак заметно приосанился от ее слов. – И потому мы ни за что не хотим злоупотреблять добротой уважаемого главы Ли, будьте уверены, господин, мы справимся и не посрамим чести стаи! Ли Джису на секунду замер и поджал губы: настаивать он не мог. Вдовая омега имела все права на самостоятельную жизнь и опеку над своим детьми. Никто не мог указывать ей, как распоряжаться имуществом и судьбами детей. Тэхён навсегда запомнил мерзкий злобный взгляд, с которым Ли Ын Джин покидал тогда его дом. Сын вожака всегда был самоуверенным щенком, но теперь его наглость перешла все границы. Он похаживал вокруг Тэхёна с хищной ухмылкой, будто тот уже был его добычей. — Ты же понимаешь, что скоро у тебя не будет выбора? Омеги не могут жить одни, им обязательно нужен альфа. Может, ты и хороший охотник, и сможешь себя прокормить, но скоро у тебя будет течка, и вот тогда ты и вспомнишь меня и мою доброту и прибежишь ко мне, как скулящая сука, которой являешься... — как-то раз прошипел он, нарочно загораживая Тэхёну путь у реки. — Отец разрешил мне взять тебя без обязательств, раз уж вы отвергли уважительное предложение... Тэхён даже не ответил. Просто шагнул вперёд, плечом отшвырнув Ын Джина в сторону, и прошёл мимо, будто не замечая. Но внутри всё горело. Но знал, что скорее убьет себя, чем оставит себя на милость Ын Джина. С первыми лучами солнца, пробивающимися сквозь розоватый туман, в поселении началось движение. Сегодня был первый день Состязаний — того самого времени, когда неженатые альфы съезжались в стаи, чтобы побороться за право стать партнёром понравившегося омеги. — Ну наконец-то! Я уже думал, что это день никогда не настанет! – раздался позади Тэхёна звонкий голос он обернулся и увидела молодого омегу, своего соседа Мин Хо, который от нетерпения пританцовывал на месте. — Ты видел, сколько альф приехало? В этом сезоне их в два раза больше, чем в прошлом! — Да уж… Видела бы ты, как госпожа Пак в последние дни бегала, пытаясь угодить всем и разместить желающих на своем постоялом дворе… — фыркнула стоящая рядом омега по имени Ли Со Ён, поправляя прядь волос. – Говорят, некоторые даже спали в амбаре, а еще парочку приютили старейшины! На центральной площади уже собралась толпа. В воздухе витал запах жареного мяса и пряных трав — стая готовилась к празднику, даже если для кого-то эти три дня могли обернуться разочарованием. Среди зрителей, в самом первом ряду, рядом с прочими незамужними омегами, стоял Тэхён. Его тонкие пальцы нервно теребили край рукава, а взгляд скользил по альфам, выстроившимся перед помостом. — Ну что, Тэхён, тебе понравился кто-то в этот раз? Сколько альф к тебе сегодня посватались? – Мин Хо, игриво подмигивая, подтолкнул его локтем. – Да ладно тебе, Тэхён, расскажи!.. Тэхён лишь молча покачал головой.  Альфы перед помостом были действительно разными. Одни — высокие и статные, с гордо поднятыми подбородками, другие — коренастые, с руками, покрытыми шрамами от тренировок. Все они приехали за омегами. Кто-то из них приехал за ним. — Эй, смотри! Это же Ким Тэхён! – услышал омега чей-то шепот в толпе альф. – Говорят, он стреляет лучше многих альф и всегда выбирает именно стрельбу в качестве состязания, чтобы иметь возможность победить самому! Я не ожидал, что он так хорош! — Ты что с ума сошел? – фыркнул другой. – Омега, который ведет себя как альфа? Да кому он нужен? Да еще с семьей на шее… Тэхён стиснул зубы, но не подал виду, что слышит. Это был уже седьмой сезон Состязания за его жизнь. Редко, когда омегу не завоевывали на первом же состязании, но Тэхён… Тэхён был исключением. — Ты опять будешь соревноваться с победителем? – тихо спросила Со Ён, изучая его профиль. – Сколько можно, Тэхён? Ты знаешь же, что… — Знаю, — резко оборвал он ее. – Но никто из прошлых мне не подходил, сама же знаешь. Воспоминания о прошлых состязаниях всплывали в голове сами собой. За прошедшие семь сезонов омега насмотрелся на разные типы альф – несмотря на непривычные для омеги занятия, Ким Тэхён был красив и статен, на него засматривались  как деревенские альфы, так и те, кто путешествовал по деревням в поисках достойной омеги. Но ни один не понравился Тэхёну. Кто-то разглагольствовал, что омега с такой идеальной спиной наверняка очень выносливый в постели, кто-то утверждал, что он очень сильный и сможет приносить детей каждый год. Парочка альф, едва познакомившись, уже распускали руки. Пришлось показать им, что он и вправду силён. Хуже всех были те, кто морщился, когда он упоминал мать и братьев. «Ну, это же естественно, — говорили все они. — Ты переедешь в дом мужа, а они… как-нибудь сами» Тэхён даже не спорил. Просто разворачивался и уходил. Старейшина поднял руку, и гул стих. — Омега Ким Тэхён,  — разнёсся его голос, — сегодня за тебя сражаются трое альф! Приветствуйте их! Толпа взревела, на сегодняшние состязания собрались жители пяти ближайших деревень, от громких криков и подбадривающего рычания у Тэхёна начинала болеть голова. Он коротко поклонился претендентам. Пак Ын Со, Чон Чонгук и Хон Су Джа сегодня были готовы сражаться за него. — Ты готов выбрать вид состязания? – спросил тем временем вождь. Одетый в шикарную одежду и дорогие украшения, Ли Джису сиял, ловя на себе завистливые и уважительные взгляды окружающих. Тэхён сделал шаг вперёд. Его голос был тихим, но чётким: — Стрельба из лука. В толпе пробежал шёпот. — Опять за своё! – фыркнул кто-то из зрителей. — Ну а чего ты хотел? – парировала соседка. – Он же лучший стрелок на неделю пути во все стороны! Если альфа хочет его, пусть покажет, что достоин! Юный омега ничего не говорил. Он лишь отошёл в сторону, наблюдая, как остальные омеги делают свой выбор. День осенних Состязаний радовал теплым солнцем и яркими цветами листвы. Поляна, на которой веками проводились Состязания, была хороша как никогда – разноцветные ленты, палатки торговцев, аппетитные запахи и широкие улыбки зрителей создавали великолепную атмосферу праздника. — Тэхён-а! – к нему подбежал младший брат, запыхавшийся от беготни. – Ты видел, как красиво одеты альфы, которые приходили утром? У них столько украшений! — Видел, — кивнул омега, поправляя одежду брата. — А тебе кто больше нравится, — шепотом вдруг спросил мальчишка. — Чонгук, — неожиданно для самого себя выпалил Тэхён. Брат захихикал, прикрывая губы ладошкой. — Это он тебе утром браслет подарил, да? Мама аж руками всплеснула! Тэхён наморщил нос и отвернулся. Испытания длились весь день, сменяя друг друга: стрельба, борьба, скачки на лошадях. Омеги один за другим встречали своих успешных избранников. Тэхён молчал, стоя рядом с матерью и краем глаза наблюдая за радующимися братьями, что бегали неподалеку со своими друзьями. Им было позволительно ни о чем не беспокоиться. — Ты не решил? – тихонько спросила мать. Она внимательно рассматривала одного из претендентов на руку сына. В это раз все они приехали из других стай, никого из них Ким Ши Кен не знала, довольствуясь лишь слухами, что окружали всех мало-мальски значимых личностей. — Я.. не знаю, — Тэхён вцепился в свою одежду, безжалостно ее сминая. – А если он соврал? — А если нет? – мягко возразила ему Ши Кен. – Ты будешь перебирать вечно? Тэхён молчал. — Он единственный, кто спросил про нас, — добавила мать. – Про то, как мы будем жить, предложил варианты. Остальные говорили только о себе. По обычаю, утром перед Состязаниями, каждый из альф навестил дом желаемого омеги и преподнес достойный подарок, доказывая свои намерения. Как много таких альф она повидала, каких только подарков не получала… Прошлой зимой эти дары неплохо выручили их, надо признать. Она тоже слышала слухи, ходящие по деревне. Кто-то из соседок напрямую говорил ей, что ее сынок излишне горделивый для омеги, но правда была в том, что Тэхён – очень ответственный. Он так много обязанностей взял на себя после смерти отца и брата, так сильно помогал ей и не мог позволить себе оставить их, когда она не молодеет, а братья так юны… Но это не значит, что она не желает своему сыну найти достойного партнера и построить свою счастливую жизнь, и сегодняшний визит троих альф с дарами дал ей надежду на благополучный исход. Тэхён молчал, погрузившись в размышления. Привыкнув за последние годы быть решительным и брать на себя ответственность, сейчас он терзался, ощущая неуютную неуверенность. Да или нет? – этот вопрос терзал его с самого утра, с приватного разговора с одним из претендентов на его руку. Шагнуть с обрыва, понадеявшись, что его поймают, или остаться на месте? Ким Тэхён пристально посмотрел на альфу, пытаясь понять его истинные мотивы, а тот улыбнулся, поймав его взгляд. Тэхён почувствовал, как жар плеснул на его щеки и поспешно посмотрел на свою мать. Та тоже улыбалась. — Кажется, ты все же принял решение, да, сын? — А что, если он соврал? – выпалил он, и испуганно огляделся – не слышал ли кто. — Тогда мы вернемся обратно, — рассудительно ответила мать. – Дом у нас никто не отбирает, и если Ли Джису позволит себе его занять без разрешения, он опозорится. Она взяла сына за руку и ободряюще сжала ладонь. — Он тебе нравится? Омега снова мельком посмотрел на интересующего его альфу и сжал губы. — Посмотрим еще, как он выступит, — пробормотал он, и Ким Ши Кен понимающе улыбнулась. Испытания продолжались, и как бы ни хотел Тэхён отстраниться от происходящего, пришел и его черед выходить на помост и наблюдать за состязаниями претендентов. Подростки, назначенные старейшинами, быстро принесли лук и стрелы, установили заново мишень, что была сбита кем-то в припадке радости и разогнали детей по сторонам, дабы никто не выбежал навстречу стреле. Все было готово. Тэхёна трясло, но он не смел показать волнения. Альфы быстро бросили жребий, и первый, счастливчик, быстро встал на указанную линию. Омеги из толпы заулюлюкали, и альфа приосанился и заулыбался. Тэхён тяжело вздохнул. Стрелял Хон Су Джа неплохо, но явно хуже самого Ким Тэхёна. Выданные альфе стрелы быстро закончились, и старейшины объявили счет – прилично, но ничего особенного. Омега вежливо поклонился отстрелявшемуся альфе, все как положено. Хон Су Джа, ничуть не смущенный холодностью выбранного им омеги, счастливо улыбался во все стороны. Следующим встал на позицию для стрельбы Пак Ын Со. Его техника и результаты оказались поистине потрясающими – абсолютно все стрелы попали ровно в середину мишени, и он широко ухмылялся, глядя на Тэхёна. Да, такого умелого противника на Соревнованиях омега еще не встречал. Он поклонился второму стрелку и посмотрел на третьего. Чон Чонгук – то самый, что весь день являлся предметом его размышлений и сомнений. Наследник вождя из дальней северной стаи. Он уже несколько раз приезжал в их деревню по поручениям отца и неоднократно ходил на охоту вместе со всеми охотниками стаи. До этого дня, впрочем, Тэхён никогда с ним не заговаривал и понятия не имел, что альфа в нем заинтересован. Утром же, после вручения подарков, он попросил о разговоре наедине. «— Я понимаю, — сказал он, — причины того, почему ты так упорно отвергал всех на Состязаниях, и уважаю тебя за это. Твоя преданность семье восхищает меня, и я надеюсь однажды стать достойным её. Ты умен, силен и очень красив, я предлагаю тебе себя, свой дом и свою поддержку. В моем доме много места, и совершенно точно хватит и для твоей матери, и для твоих братьев. Я сумею о вас позаботиться». Тэхён не прерывал монолог альфы, наблюдая за ним, пытаясь поймать на лжи, но так и не сумел. Ни разу, впрочем, за те разы, когда он наблюдал за этим альфой, Тэхён не замечал за ним лицемерия или слабости. И Тэхён, который давно уже не верил ни в чьи слова, почему-то поверил в намерения этого альфы. Результаты стрельбы третьего альфы вызвали небывалый ажиотаж среди зрителей и перешептывания среди старейшин: лучники набрали одинаковое количество баллов. Объявят дополнительный этап или предложат омеге выбирать альфу – вот что всех интересовало. Впрочем, совещались старейшины совсем недолго – им что-то упорно доказывал вожак стаи, энергично размахивая руками. Спустя пару минут все решилось: вожак вышел впереди поднял руку, призывая к тишине. — Омега выберет достойного из двух претендентов или сразится за свою независимость! – громко объявил Ли Джису. Все смотрят на Тэхёна. Он стоит, чувствуя тяжесть взглядов и предстоящего решения. Кто-то выкрикивает из толпы: — Давай же, Тэхён, решай! – но крикуна тотчас затыкают. Омега решительно встречается взглядами поочередно с Пак Ын Со и Чон Чонгуком. Бешено колотится сердце, так, как не колотилось ни на одной охоте, и голова пульсирует, не в силах сформировать единственно верное решение. Тишина затянулась, и Тэхён всем телом ощущает недовольство зрителей. Наконец, он сумел разлепить пересохшие от волнения губы и произнес: — Я выбираю альфу Чон Чонгука! Толпа взревела. До самой свадьбы встретиться им наедине не позволили – как того требовали обычаи. Что, впрочем, не мешало Чонгуку навещать их семью и знакомиться со всеми разом. Альфа оказался на диво энергичным и практичным оборотнем – договорился об аренде повозок для транспортировки вещей, выбил из прижимистого вожака долю за добычу Тэхёна, получил скидку на покупку товаров, которые велел приобрести ему отец. — Ты и садом занимаешься? – удивленно воскликнул Чон Гю, когда рано поутру, за день до переезда, обнаружил будущего зятя за подготовкой помещенных растений – Ши Кен не для того столько лет выращивала все эти ягоды, чтобы все бросить. Чонгук только смеялся, слушая ворчание тещи: — У меня совершенно пустой двор, все в ваших руках, матушка! Иногда, под присмотром младших братьев, Тэхён и Чонгук пили чай в беседке, которую Ким Ван Чжон построился для любимой жены своими руками, и разговаривали. Омега поражался, каким легким в общении оказался его будущий муж, и как легко прощал ему все колкости, что вылетали из его рта по сложившейся привычке. Совершенно внезапно в их дом повалили соседи – с подарками, пожеланиями хорошей жизни, предложениями покупки дома. Ким Ши Кен пока отказалась, наняв лишь госпожу Мин для присмотра за домом: — Возможно, зять найдет хорошего покупателя в другой деревне, пояснила она. А может, дом останется, как приданое для одного из младших детей, кто знает? Впрочем, самые догадливые жители деревни подозревали, что госпожа Ким оставляет дом, чтобы было куда вернуться в случае проблем. Совсем незадолго до свадьбы, Ли Ынджин поймал Тэхёна по дороге домой, и, больно схватив за плеча, прошипел: — Долго он тебя терпеть не будет, вот увидишь! Притащишься еще ко мне, умоляя принять. Смотри только, ублюдков твоих не приму! И… Безумные речи альфы прервал мощный в челюсть. Тэхён даже не обернулся, уходя и потирая болезненную руку. Приятно было выполнить давнюю мечту. Впервые за долгое время он чувствовал не тяжесть обязанностей, а лёгкость. Лёгкость выбора. Лёгкость будущего. Дом был большим – настоящий ханок с просторными комнатами, резными деревянными перегородками и внутренним двориком, залитым солнцем. Здесь было тихо, спокойно, и даже воздух казался другим. Пахло сосной, дымом и чужой стаей. Тэхён стоял посреди двора, оглядываясь. Земля под ногами была ещё не утоптана, сад – не разбит, но в этом было что-то хорошее. Здесь можно было начать всё заново. Мать и младших братьев решили поселить в детской комнате – временно, пока не обустроят всё, как следует. Постоянную прислугу альфа пока не нанимал – оставил решение на усмотрение мужа. — Здесь будет сад, — сказал Чонгук, обводя рукой пустующее пространство. — Решайте с матушкой, где расположить ваши растения, если что-то будет нужно, скажи мне, я все найду. Тэхён благодарно кивнул. — Спасибо… — он запнулся, еще не привыкнув к новому обращению. – Спасибо, муж, Тэхён немного смутился и опустил глаза. За время знакомства Чонгук его ни разу не обманывал, но омега был настороже. Теперь все изменилось, теперь они на территории альфы. Не совершил ли он ошибку? Показывая хозяйские покои, Чонгук, его новый муж, не толкает его внутрь, не торопит. Стоит рядом, молчаливый, давая ему время. Тэхён стоял на пороге, сжимая узел с пожитками так крепко, что пальцы немеют. — Здесь будет наша комната, тихо сказал Чонгук. — Ту, что рядом с очагом, отдадим матушке, надеюсь, ей будет достаточно тепло. Тэхён несмело улыбается, когда видит, что в комнату уже занесены его свадебные сундуки и вещи ждут, пока хозяин разложит их по местам. — Ты все подготовил заранее? — Конечно, — альфа слегка наклонил голову. – Я хотел, чтобы тебе было здесь хорошо. Вечером Тэхён ждал. Все дни после свадьбы они были в дороге, и он был слишком измучен, но сейчас они дома, в отдельной комнате, и он ждет, когда Чонгук предъявит свои права на него. Но альфа удивил его снова: Чонгук не тронул его. Не настаивал. Они спали в одной постели, но муж явно старался быть осторожным. По утрам альфа приносил ему чашку тёплого чая, вечером — аккуратно клал руку ему на спину, будто проверяя: "Ты ещё здесь? Ты ещё со мной?" И Тэхён... не понимал. — Ты можешь расслабиться, — сказала ему мать однажды, когда они остались одни. Она гладит его по волосам, как в детстве. — У тебя хороший, внимательный муж. Тэхён хочет спросить: "Откуда ты знаешь?" Но вместо этого сжимает кулаки и молчит. И каждый раз ждет прикосновений Чонгука. Отец Чонгука — вождь стаи. Высокий, седой, с холодными глазами. Он смотрит на Тэхёна оценивающе, но не враждебно. Задает вопросы и внимательно слушает. Просит как-то продемонстрировать умение стрелять и одобрительно кивает. — Ты сильный, — говорит он как-то раз. — Мой сын выбрал хорошо. Тэхён глубоко кланяется. — Спасибо, глава Чо. — Для тебя – просто «отец» — усмехается старый альфа. Он совершенно не вмешивается в семейную жизнь сына и очень вежлив с матерью зятя, что омегу крайне радует. Старшая сестра Чонгука замужем в этой же стае, она часто заходит в гости. — Когда мой муж посватался, отец поставил условием, что тот, если победит на Состязаниях, останется в нашей стае, а не будет меня забирать, — хвастается она. Новая сестра громко смеется  и любит щипать Тэхёна за щёку, словно он ребёнок. — Ты такой красавчик! – говорит она каждый раз. – Мой брат не мог выбрать лучше! Проходит месяц. Тэхён часто просыпается среди ночи и подолгу любуется мужем. В последнее время они часто стали просыпаться в обнимку, и если в первый раз Тэхён испуганно напрягся, то теперь он ловит себя на том, что старается прижаться к Чонгуку сильнее, чтобы почувствовать его всем телом. Спровоцировать его. Мама только смеется на ним, когда он признается ей, что муж пренебрегает им. — Всему свое время, — говорит она. – Просто расслабься и позволь жизни идти так, как она идет. Тэхён сердито расслаблялся, порывался было поговорить с мужем и останавливал себя буквально на полуслове. Течка накрыла его неожиданно. После смерти отца его тело будто забыло, что такое циклы. Один раз – смутный, болезненный, проваленный в тумане горя – и всё. А теперь... Жар. Дрожь. Влажность между ног и нестерпимое желание, от которого сводило живот. Он проснулся, раскидав с себя меха, которыми был укрыт, задев руками мужа. Тот сразу же проснулся и выдохнул сквозь зубы, почуяв жаркий аромат мужа. И – что было удивительнее всего – не набросился. Он быстро принёс воду, обтер омегу, напоил, уложил его в постель и ждал. Гладил по спине, когда Тэхён сжимался в комок от спазмов, подносил к губам чашку с чаем, когда тот не мог разжать челюсти. А когда Тэхён, наконец, не выдержал и потянулся к нему – был нежен. Ласкал, целовал и вылизывал везде, вплоть до укромных местечек. И Тэхён, впервые подпустив альфу к себе, испытал такое наслаждение, что не мог передать словами. — Ч-Чонгук… — Тэхён часто дышал, цепляясь за плечи мужа. Омега весь пылал, дрожал и никак не мог сдержать стонов. — Я здесь, — альфа прижимал его к себе, — Я не уйду. Сколько длилась течка, Тэхён не знал, но это и не было важным – Чонгук был рядом все это время, заботился о нем, нежил и любил. Тэхён проснулся от смеха, раздавшегося со двора. Он тягуче потянулся, скидывая с тебя покрывало и наслаждаясь приятным теплом хорошо согретого дома. Он впервые в жизни ощущал себя таким легким и сильным одновременно. Бодро подскочив и нарядившись, Тэхён отправился искать мужа, посмевшего оставить его одного в их общей постели. Вышел во двор – и замер. Чон Чонгук, большой, сильный альфа, наследник вождя, сидел на корточках перед его младшими братьями и... заплетал им косы. — Так, чтобы вот здесь было туже, — бормотал он, старательно разделяя пряди. — А то распустится. Братья хихикали, но сидели смирно. Тэхён не смог сдержать улыбки. Очень аккуратно, не привлекая внимания, он присел на крыльцо, во все глаза наблюдая за мужем – тот уверенно делал омежью прическу, попутно рассказывая детям какие-то истории, о которых мальчики все время хохотали. Вот так выглядит счастье, да? Три года спустя Тэхён держал мать за руку. Пришла ее очередь переживать во время сезонных Состязаний. Перед ними на площадке бывший вождь – седой, но всё ещё могучий – соревновался за её внимание с другими альфами. — Ну что, сынок? — мать сжала его пальцы. — Как думаешь, у него есть шансы? Тэхён усмехнулся. — Если ты ему позволишь. Она засмеялась – звонко, как в молодости. А он положил руку на собственный живот, уже слегка округлившийся, и вспомнил, как сегодня утром Чонгук водил по нему ладонью, тихо счастливый. И понял – вот оно. Настоящее.