Женская рука

Сегодня во «Флориш и Блоттс» было довольно мало посетителей, чему Джейн была несказанно рада. Она терпеть не могла традиционных столпотворений в книжном в преддверии начала учебного года. По её глубокому убеждению книжные магазины, сродни библиотекам, должны были представлять собой тихие храмы науки и литературы, а толпы учеников с родителями в конце августа превращали эти почти священные для девушки места в безобразный балаган, хуже шумных стаек первокурсников в библиотеке Хогвартса. Но сейчас среди стеллажей знаменитого на всю Косую аллею книжного магазина бродило всего несколько человек, включая саму Джейн и её подопечного. Всё-таки выбор более ранней даты для похода за покупками к Хогварсу был разумным решением. И теперь волшебница могла как спокойно выбрать книги для себя, так и без лишней суеты понаблюдать за тем, что привлечет Тома, что бы после наверняка знать, какую книгу купить ему в подарок. С учётом предыдущего общения с мальчиком она уже с уверенностью могла сказать, что книга в его случае наиболее подходящий вариант, и возможно даже книга совершенно определённой тематики. Только, что сейчас будет важнее? Так заинтересовавшие его ментальные науки? Или всё же базовые знания о мире магов, без которых будет сложнее быстро сориентироваться в новой волшебной жизни? Впрочем, этот парнишка достаточно настойчив и недоверчив к миру, что бы не пропасть, но... Ей всё же хотелось, что бы у него была возможность не пропасть простыми и не требующими спорных решений и использования особых способностей методами. Краем глаза поглядывая на листающего очередную книгу Тома, Джейн вспоминала их беседу о способностях волшебников ещё в прошлый раз, когда они сидели в его комнате в приюте. Тогда Том в явном возбуждении от новости о волшебстве вскочил со своей кровати, и она с заинтересованностью спросила: — Расскажешь, что именно ты умеешь делать? — Разное, — выдохнул мальчик. Его лицо залил румянец, начав от шеи и поднимаясь к впалым щекам. Он был как в лихорадке. — Могу передвигать вещи, не прикасаясь к ним. Могу заставить животных делать то, что я хочу, без всякой дрессировки. Если меня кто-нибудь разозлит, я могу сделать так, что с ним случится что-нибудь плохое. Могу сделать человеку больно, если захочу. У него подгибались ноги и он снова сел, уставившись на свои руки, склонив голову, как будто в молитве. — Я знал, что я не такой, как все, — прошептал он, обращаясь к собственным дрожащим пальцам. — Я знал, что я особенный. Я всегда знал, что что-то такое есть. — Да, приятно чувствовать себя наконец действительно особенным, — с задумчивой улыбкой проговорила Джейн. — Когда я сама узнала, что волшебница, то чуть с ума не сошла от счастья. Том поднял голову. Лицо его преобразилось. Теперь на нем отражалась исступленная радость, хотя почему-то его точеные черты стали как будто грубее, в выражении лица проступило что-то почти звериное. Джейн смотрела на него и думала, что маглорожденным волшебникам порой стоит давать умиротворяющий бальзам, прежде чем сообщать такие новости. Она всё так же сравнивала мальчишку с собой прошлой, только в отличие от него, будучи одиннадцати летней девчонкой она чуть не упала в обморок от переизбытка чувств. — Вы же тоже волшебница! То что вы сейчас сделали... когда я был будто не здесь... это... — Это ментальная магия, называется легилименция. Как то, что ты пытался сделать, когда сказал мне говорить правду.... Или то, что ты сделал Эми Бенсон и Деннису Бишопу, как я полагаю... - Джейн скосила задумчивый взгляд в сторону Тома и заметила как на самое короткое мгновение лицо его резко сделалось не по-детски жестким. — Но я здесь не за тем, что бы осуждать тебя... Волшебница замолчала и замерший в ожидании вероятного подвоха мальчишка тоже не проронил ни слова. Пауза затянулась. — Когда мы не знаем о нашей силе и ответственности, идущей за ней, мы начинаем идти за своими желаниями, не замечая других, — тихо продолжила она. — Но чем же плохо идти за своими желаниями? — Ничем, только... кем я буду, если ради моих желаний будут страдать окружающие меня люди? — Вы... вы тоже что-то сделали... — прошептал Том, озарённый догадкой. — Да... — Её голос утонул в тишине очередного молчания, многоточием разрывающего на хотя бы немного выносимые части этот непростой разговор. Такого развития событий Джейн не могла даже предположить, готовясь к этой встрече. Почему сегодня столько моментов отозвались внутри и напомнили прошлое? Впрочем, ведь именно ради прошлого, ради прошлой себя она и взялась за это поручение. Но отчего-то не подумала, куда это прошлое может завести... — Расскажите. — потребовал Том тем же властным, хоть и более тихим, тоном, каким пытался ранее приказать: «Говорите правду!» Впрочем, Джейн на это лишь грустно усмехнулась: — Мне казалось, ты уже должен был бы понять, что на меня это не действует... К тому же... Знаешь, я бы рассказала и просто так, но... не сейчас... возможно, когда смогла бы... тебе доверять? Тут Том на секунду нахмурился, но тут же сказал вежливым до неузнаваемости голосом: — Простите, мисс... мэм. Я хотел сказать — пожалуйста, не могли бы вы рассказать мне... — Мерлин, нет... пожалуйста, перестань строить из себя такого отвратительно правильного ребёнка. — Джейн закатила глаза, а её голос пронизанный будто усталостью, какой то затаённой печалью и разочарованием отчего-то заставил что-то дрогнуть внутри Тома. И если бы сейчас, волшебница заглянула в его глаза - смогла бы найти в них искреннее замешательство. Он всё ещё был уверен в верности следования за своими желаниями, в том, что для выживания все средства хороши, но откуда то взялось колкое неприятное чувство от этих ноток разочарования в её словах. Очередное препятствие к цели? К тому что хотел получить, узнать? Но разобраться в этом мимолетном чувстве он не успел. — Давай пока отложим большие и сложные разговоры на потом. Ты ведь собираешься поступать в Хогвартс? — Джейн словно бы заставила себя вернуться к основной цели визита. — Конечно! Собираюсь! — встрепенувшись импульсивно выпалил Том. — Вот и отлично! Значит мы с тобой ещё встретимся и вдоволь сможем наговориться, если захочешь. А пока я лучше расскажу тебе немного подробнее о волшебстве. О чем бы тебе поведать в первую очередь? — О легилименции! - не задумываясь ответил мальчик с загоревшимися глазами, как будто сейчас получит ответы на все фундаментальные вопросы вселенной и магии, ну или ключ от сейфа с несметными богатствами и невообразимой горой галеонов. А волшебница сделала себе мысленную заметку о таком интересе, которая укладывалась к другим занимательным фактам о его способностях и о том, как Том реагировал на те или иные слова и действия. В тот день она ещё успела ответить кажется на миллион его вопросов о магии: о том как работает легилименция и другие виды магии, почему на неё не действуют его способности, и как он может научиться так же? Сейчас же, стоя во "Флориш и Блоттс" перед небольшим стеллажом с литературой посвящённой ментальным наукам, который её подопечный за предыдущие полчаса кажется изучил вдоль и поперёк, Джейн анализировала тот разговор и всё больше убеждалась в верности уже принятого ей решения о выборе книги для подарка. Она кивнула сама себе и, потянувшись к верхней полке, взяла небольшую книгу в изумрудном переплёте. А затем - обогнув задумчивого Тома, прошла к соседнему стеллажу и схватила ещё один, уже довольно увесистый томик, . И когда парень забирал на кассе свой комплект новеньких учебников, она положила сверху и эти, уже оплаченные ей книги. —Это подарок, — объяснила Джейн в ответ на его вопросительный взгляд. — Подарок... - медленно, почти по слогам повторил Том. — Да, в честь твоего поступления в Хогвартс. Я подумала, что это хороший повод. Надо же как-то отметить это знаменательное событие. — продолжила она, забирая и походя уменьшая другие свои покупки: свежие выпуски "Альманаха по чарам" и ежемесячного издания "Зельеварения сегодня" — Зачем вы это делаете? — серьёзно спросил Том, когда они уже вышли из книжного магазина. — Я же ничем не могу быть вам полезен. И вы не обязаны это всё делать... Я прочитал письмо со всеми вложениями, там указаны не только список учебников и вещей для школы, но и сумма, положенная маглорожденным для покупки всего необходимого. И эта сумма явно меньше той, что вы отдали мне сегодня... Что вам нужно на самом деле? — Что ж, — Джейн остановилась и, развернувшись, прямым взглядом посмотрела на него. —Ты абсолютно прав, я добавила к положенной сумме свои личные сбережения. И я действительно не обязана была это делать. И вряд ли, уж прости, ты можешь быть мне полезен, по крайней мере, пока не закончишь школу. Впрочем, так далеко я не задумываюсь даже о собственном будущем, не говоря уже о твоем... — Что же тогда? — Видишь ли... Я не уверена, сможешь ли ты правильно понять мои мотивы... но я делаю всё это для себя... — И что же это значит? — грубо и с вызовом он выплюнул очередной вопрос. Джейн же только оглянулась на проходящих мимо по улице волшебников, и, решительно схватив парня за руку, завернула в ближайший переулок. Там взмахом палочки она наложила заглушающие чары и чары отвода глаз и только после этого снова повернулась к Тому и с нажимом начала: — Послушай, когда-то я сама была в положении маглорожденного первокурсника, и случилось так, что мне точно так же оказали поддержку... Безвозмездно , не прося ничего взамен. Возможно, я была достаточно глупа и наивна, что бы принять эту помощь без дополнительных вопросов, но... Это всё сделало меня той, кем я являюсь сейчас, и довольно много для меня значило и значит, и я хочу так же дать кому-то шанс начать жизнь в магическом мире с некоторыми дополнительными, хоть и небольшими возможностями. Пусть даже этим кем-то будешь ты, раз уж ты оказался тем первым волшебником, к которому меня направили. Ты ничем не хуже и не лучше других, да и в целом мне было бы всё равно, кому помогать, раз уж я решила для себя вернуть миру этот моральный долг... Они стояли в тихом пустынном переулке и Джейн выдохнула эту речь прямо в лицо мальчишке. Было ясно как день, что ничего она ему не объяснит и не докажет, но эту честность она так хотела открыть хоть кому-то всё так же для себя самой. И в целом, Том Реддл был и правда ни чем не хуже, а во многом даже лучше для роли её слушателя. Ему точно было плевать на её чувства и он вряд ли станет глубоко копаться в её моральных ценностях и, что важнее, упаси Мерлин, не станет её жалеть, если что. Потому что Джейн сама на дух не выносила ту сопливую историю о несчастной маглорожденной, которой могла показаться история её детства со стороны. — К тому же, эти жалкие галеоны, что выделяет попечительский совет - просто отвратительная насмешка над маглорожденными. На эти деньги с трудом можно собрать по кусочкам только поддержанный минимальный набор. Эта условная помощь в принципе не должна существовать в таком виде. Так что можешь считать мою поддержку ещё и условным протестом против прогнившей системы нашего министерства магии. Этих причин будет достаточно для тебя? — Она говорила ровно, ни на йоту не повышая голоса, но Том, внимательно следивший за волшебницей поймал в её взгляде затаённые искры эмоций. Она точно не пустит его дальше сейчас, в самые глубины, где рождаются эти искры, но... В этот миг ему до умопомрачения захотелось когда-нибудь туда заглянуть, может даже разобрать то, что там найдёт на мелкие детали, что бы понять, как это работает, и как она устроена внутри... — Этих причин достаточно. — Эхом откликнулся Том, и уже через минуту они в молчании покинули переулок. День завершился покупкой набора для зельеварения, а после Джейн проводила его до приюта, по дороге рассказав о факультетах Хогвартса, и как попасть на платформу 9 и 3/4. Он рассеяно слушал, хотя, надо отдать должное педагогическому таланту волшебницы - она умела по-настоящему интересно рассказывать. Но размышлять и разгадывать саму Джейн было в разы интереснее. Уже вечером, разбирая покупки и пряча самое ценное поглубже в простенький, но вместительный чемодан, Том наконец смог рассмотреть, подаренные книги. На смертельно сером приютском покрывале его кровати, как жемчужины в коровьей лепёшке, лежали два новеньких, ещё пахнущих типографской краской издания: «Жизнь с легилиментами: выбирайте разум с умом» и «История Хогвартса».