Save me.../ Спаси меня...

Время тянулось вечностью, и дороге не было конца и края. Чимин понял, почему они выехали так рано. Часом позже город уже был бы в красных стоп-огнях, и добраться до места назначения можно было бы реально только во второй половине дня. Проехав через весь город, они еще больше часа ехали за его пределами. В отдаленном, казалось бы, безлюдном месте, располагалась резиденция Чона. Чимин знал, что где-то существуют «нейтральные воды» – места для переговоров политиков, лидеров стран, бизнесменов и, естественно, Крестных Отцов. Со всего мира. Поэтому правила там были соответствующими: железобетонная безопасность и неприкосновенный статус. Полный осмотр, досмотр, проверка каждой личности до молекулы. Каждый член клуба имел свой уровень доступа и привилегий. Запрещалось проносить оружие, свои наркотики и алкоголь. Все «райские» блага для самого изощренного разврата души и тела резиденция предоставляла сама. За соответствующий чек, разумеется. Управитель этой закрытой вселенной, Чон Хосок, был легендой в нужных кругах, но призраком для общественности. О нем не говорили на светских тусовках и не писали в СМИ, но в самых верхних эшелонах мировой тени его имя знали. Доступ к «Переговорам» (именно так с большой буквы) был привилегией избранных. Требовалась карта клуба «Black Gold». А получить ее… Это был квест уровня «невозможно». Проще говоря, обычному смертному туда не попасть. Среднему бизнесу – мечтать не перемечтать. Даже не все имена из Форбс могли похвастаться этим пропуском в ад… или рай, смотря для кого. Семья Чон Хосока обладала уникальной защитой – фактической политической неприкосновенностью международного масштаба! А те, в свою очередь, свято блюли главный принцип: никакого вмешательства в дела гостей. Полная конфиденциальность. Ты хоть душу продай дьяволу в соседней комнате – никто не моргнет. За исключением одного «но». Когда «дело доходило до ручки». Как в том случае, когда гость (кажется, кто-то из аппарата президента ОАЭ), слетев с катушек, чуть не придушил свою «наездницу». Эх, видимо, даже продвинутые медитации не всегда усмиряют внутреннего зверя. Но строгость правил неумолима. Золотое правило: Кровь в резиденции проливать КАТЕГОРИЧЕСКИ ЗАПРЕЩЕНО! Точка. За свое деяние альфа мог лишиться карты (а значит, членства и доступа) навсегда. Ему удалось лишь чудом смягчить приговор «управления»: понижение уровня карты и серьезное ограничение привилегий сроком на год. Слезы, пот, слюни, сперму, алкоголь, смазку — ради всех святых, хоть литрами проливайте. Резиденция обеспечит всё. Кровь — абсолютное табу. Пока они ехали, Чимин: ~Посадил, вырастил и собрал урожай пшеницы трижды. ~Прокормил стадо виртуальных коров до отвала. ~Собрал донаты на три новых игры. ~Убил дракона, спасителя и главного злодея в любимой РПГ. ~Пролистал Инсту до дыр и посмеялся (тихонько!) над рилсами. ~Сделал селфи и отправил Джину с подписью «Хорош?». ~Получил в ответ: «У меня встал!». Но дорога все еще вела к месту назначения. Внешне Чимин сохранял подобие спокойствия, но внутри... Омега незаметно сжался. Тишина в машине казалась не напрягающей, но гул двигателя вдруг стал навязчивым. А этот Мин… Со своим ледяным, нечитаемым взглядом… И эта его рука, что лежала на колене, пальцы слегка сведены в кулак… И запах… Спелой вишни с едва уловимой, но малознакомой ноткой табака, что назойливо елозил в ноздрях, напоминая о… о чем? О власти? Об опасности? Уууффф… И спросить не о чем, и ответить нечего – классика их «брака». Чим снова ерзнул на сиденье, бесцельно уводя взгляд к рассветному горизонту, и тем самым вновь поймал на себе пристальный взгляд Юнги. Он почувствовал его, кожей затылка. — Скоро приедем, — тихий бархат голоса разрушил тишину. Юнги повернул голову, взглянув на профиль парня, который вдруг показался ему не просто сонным, а… потерянным. Хрупким в этом наполняющимся солнечными лучами салоне. Омега лишь тихонько хмыкнул, механически кивнув. Его "боевой настрой" таял с каждым километром, как мороженое на солнце. — Ты будешь там в безопасности, не волнуйся, — фраза вырвалась у Юнги почти сама собой, неожиданная даже для него. Почему-то вдруг захотелось успокоить этого внезапно съежившегося Пака. — Да, я и не волнуюсь, — прозвучало ровно, почти равнодушно. Внутренний засранец Чимин гордо держал марку. Но его "я и не волнуюсь" испарилось в доли секунды, когда на подъезде к резиденции их буквально атаковали дроны. Не игрушечные, а серьезные, размером с крупную птицу, с камерами-глазами, холодно сканирующими машину. Внушительные масштабы обрушились на сознание. Огромные виллы, парки, искусственные озера – одним взглядом охватить такое было невозможно. Они ехали по широкой аллее, словно по улице элитного района мегаполиса будущего, только каждый "дом" за высокими заборами был шедевром архитектуры, выдержанным в едином, подавляюще-роскошном стиле, и все это находилось за одной, гигантской оградой. Словно закрытое княжество. Не страна – государство в государстве. Неприступное, немыслимо дорогое. Охрана в черной униформе и с непроницаемыми лицами и дроны были повсюду: на вышках, у ворот, патрулируя периметры. Чувство полного контроля и подавления. Навигатор на панели отчаянно запищал с изображением «Нет сигнала!». Чимин инстинктивно достал телефон. Связи нет. Вообще. Полная, глухая слепая зона. «Точно, глушилки,— пронеслось в голове, и по спине пробежал холодок. — Мы в клетке. Роскошной, но клетке.» Машина медленно, под прицелом камер и взглядов, заехала в ограду, миновав пропускной пункт с колоссальными воротами. Охрана с безупречными поклонами открыла двери. Воздух снаружи был стерильно чистым, тихим и… давящим. Юнги вышел первым, его движения были спокойны и полны уверенной власти. Он подошел к Чимину и, легко положив руку ему на спину, тихо, но твердо шепнул: — Пойдем. Омега растерянно огляделся, ощущая себя букашкой на ладони гиганта, и, найдя спокойный взгляд альфы, с усилием сглотнув, пошел рядом. Ключевая деталь: рука Юнги так и не убралась. Она лежала теплой, тяжелой точкой опоры между лопаток, аккуратно, но ощутимо направляя его, координируя каждый шаг. В этом прикосновении была не только направляющая сила, но и… обещание защиты? Или просто метка собственности? Чимин не знал, но почему-то не отстранился. Они направились к центральному зданию –дому в три этажа с огромными, словно прозрачными стенами из панорамного стекла и широким балконом, который один был размером с его старую квартиру. — Господа Мин, — глубоко, синхронно поклонились два охранника у входа. Они были выше Юнги на голову, а в плечах шире раза в два. Рядом с ними Чимин почувствовал себя карликом. Морды у них конечно… были высечены из гранита – настоящие бульдоги в человеческом обличье. Следом, бесшумно, подошла девушка. Тоже из охраны, но полная противоположность. В безупречно сидящем смокинге и тугом, как тетива, хвосте. Она была поразительно миниатюрной, хрупкой.Плечи уж точно были уже, чем у Чимина. Он невольно уставился, удивленный. И точно определил: омега. Но какая! Рация. Наушник с тонким проводком. Пистолет в кобуре на бедре. Дубинка. Наручники. Все при ней. И во взгляде – сталь. Смелость Чимина… Ее заметно поубавилось, и теперь ее запросто можно было бы спрятать в кармашке для платочка на груди этой хрупкой с виду, но смертоносной девицы. — Господин Мин Чимин, — четко, без интонаций, обратилась девушка, ловя его рассеянный взгляд (он отвлекся, рассматривая подавляющую роскошь вокруг). Юнги в это время проходил свой досмотр у "бульдогов". — Да, — сдавленно кивнул Чим и автоматически развел руки в стороны, как преступник. Горло внезапно пересохло. Почему так страшно?! Масштабы.Да. Именно они. Эти проклятые, подавляющие масштабы и немыслимая роскошь скосили его недавнюю браваду как серпом. Он чувствовал себя песчинкой в пустыне могущества. Муравьем у ног гигантов. Но… Сквозь накатывающую панику вдруг проскользнуло странное ощущение. Рука Юнги на спине.Его спокойная, незыблемая фигура рядом, даже на фоне этих "бульдогов".В этом море чужой, враждебной силы вдруг возник островок... его альфы? Он ощутил, не глядя, КАКОЙ БОЛЬШОЙ Юнги. Не физически, а... присутствием. Весом. Значимостью. В этом месте, где он, Чимин, был никем, безымянная омега. У Юнги было ИМЯ. И это имя сейчас прикрывала его спину. Ирония? Парадокс? Или первый проблеск чего-то другого? Он не знал. Он просто сглотнул снова и попытался выпрямиться под оценивающим взглядом миниатюрной омеги-охранницы.