На случай, если не вернусь

«Если ты читаешь это, значит меня, скорее всего, уже нет.» Армин смотрел на лист бумаги, скомканный в углу стола. Писал его ночью, когда Ханджи спала, а в штабе не осталось никого, кроме скрипа пера и слабого гудения ветра за окном. Он не спал. Ему не спалось с тех пор, как ты уехала на юг, в тот проклятый участок, куда всё реже приходили отчёты. Он знал, что нельзя привязываться. Ещё в учебном корпусе это вдалбливали как мантру: «Не сближайся — потеряешь». Но он сблизился. Не специально. Просто однажды ты встала рядом, когда он, ещё не ставший тактиком, прятал дрожащие руки под столом. Сказала: «Если страшно — не молчи. Все делают вид, что не боятся. Но это ложь». Ты была прямой. Армин — нет. Он предпочитал слова на бумаге. Там он мог быть смелее. Вот только не отправил. Ни одно письмо. «Ты всегда была сильнее меня. Не физически — по-другому. Ты умела идти вперёд, даже когда всё рушилось. Я смотрел на тебя — и запоминал, как выглядит храбрость». Он перечитывал эти строки и думал, как бы ты отреагировала. Усмехнулась бы? Покачала головой? Сказала: «Ну ты и сентиментальный». Но он знал — ты бы прочитала до конца. «Я не знаю, вернёшься ли ты. Не знаю, вернусь ли я. Поэтому и пишу. Если будет момент — я скажу тебе это лично. А если нет… пусть останется здесь, между строками. Спасибо тебе, Т/И. За всё. Армин» Письмо он так и не отдал. Спрятал в карман внутренней формы. Ушёл на задание — и выжил. А через три дня в штаб доставили список погибших. Твоё имя было там. Он не плакал. Просто сел на лестницу и достал письмо. Ночью он подошёл к костру, развернул листок и поднёс к пламени. Бумага загорелась мгновенно. Он смотрел, как огонь съедает слова, и думал: «Зато теперь ты точно знаешь».