Синеглазой стрелой в сердце

Вторым уроком в понедельник была Защита. Грюм, новый и мрачноватый преподаватель по этому предмету, объяснял применение Непростительных заклятий. Блейз о них знал предостаточно, но подача Грюма была такой эффектной, что впечатлила его.   Последние пол урока студенты писали, и, когда после звона колокола Блейз подошёл сдать свою работу, Грюм окликнул его: – Тебе ведь уже говорили, что ты должен сдать практическую работу? – он сверлил студента вращающимся голубым глазом. – Да, сэр, – Блейз старался глядеть в нормальный глаз. – Думаю, с тебя хватит только испытание боггартом, – сказал Грюм. Блейз не ожидал этого. Он никогда не пробовал прогнать боггарта, лишь видел его описание на страницах учебники. Неужели Люпин учил третьекурсников бороться с ними? Теперь придётся выпутываться. – Да, хорошо, – Блейз невольно задумался, в кого может превратиться его боггарт. Раньше он никогда задумывался об этом. Чёрт, у него нет даже предположений! – Тогда прошу.   Блейз замер от неожиданности. Он не думал, что придётся демонстрировать свои умения прямо сейчас. Хорошо хоть, ушли все. Конечно, он был не готов. Но идти на попятную не собирался. Грюм выставил перед ним небольшой ветхий чемодан и, дождавшись лёгкого кивка совсем неготового Блейза, открыл его. Четверокурсник, сжимая палочку, услышал странный хлюпающий звук.   Из чемодана показалась рука. Вся в струпьях, худая, будто обескровленная, она ухватилась за край сундука, и из него вылез оживший труп. Это был инфернал. Блейз видел такого лишь на картинках в книгах по Тёмной магии в Дурмстранге, но вживую он впечатлял куда сильнее. Он забыл обо всем, впившись взглядом в тощего мертвеца с бледной кожей и впалыми белыми затуманенными слепыми глазами, словно заворожённый. Инфернал медленно поднимался из ящика, и даже на расстоянии можно было ощутить, как от него веет ледяным холодом, мраком и смертью. Кажется, Грюм сказал что-то, но Блейз замер, как вкопанный. – Ридикулус, – послышался голос преподавателя, и инфернал споткнулся о собственные ноги, как только попытался перешагнуть через край сундука, а его лохмотья спали на голову, из-за чего он сразу потерял пространственный ориентир. Блейз пришёл в себя и опустил палочку, всё ещё опасливо посматривая на барахтающегося инфернала, провалившегося обратно в сундук. Грюм фыркнул и захлопнул его. – Похоже, вы не готовы. Попробуете в следующий раз. Идите. – Хорошо, сэр, – выдавил Блейз. В горле пересохло. Он выскочил из класса, будучи под впечатлением. В коридоре было пусто, скорее всего, скоро должен был прозвучать колокол. Блейз заполз на подоконник, чтобы прийти в себя. Ему не было страшно, он словно побывал под чарами, пугающими и притягивающими одновременно. Он снова вспомнил инфернала. Это был всего лишь боггарт, но он так ярко передал ощущения, который испытывает человек при приближении этих жутких существ! Блейз вдохнул свежий осенний воздух, пробивающийся через окно, и не знал, как идти на следующий урок. Ведь уже пора идти на Уход за магическими существами. – Тебе нужна помощь? – услышал он за спиной чей-то голос. Он поднял голову и заметил Бена МакДаффа с бело-синим шарфом, обмотанным вокруг шеи. Его глаза глядели тревожно на побледневшее лицо слизеринца. – Нет, не надо, – слишком холодно ответил Блейз, уже беря себя в руки. Он даже не заметил его, и давно ли рэйвенкловец здесь стоит? – Всё под контролем, – Бен хотел было спросить, не нужно ли проводить его, но Блейз уже спрыгнул с подоконника и быстрым шагом направился к лестнице, спеша к домику Хагрида.   Вечером состоялось третье собрание. Блейз пришел первым, дожидаясь других участников. Он давно отошёл от пережитых сегодня впечатлений, хоть и мысленно постоянно возвращался к ним, поэтому вступительную речь старосты Эллиот практически не слушал. А она уже разделила всех на небольшие партии. Самыми высокими голосами обладали Гермиона и Хелен. Третьекурсник Дэйн тоже имел чистый и светлый голос, хоть и очень волновался, когда подходила его очередь демонстрировать свои способности. У Кэти Белл был приятный голос средней высоты, немного грудной. Блейз и Джо замыкали круг. – Как я уже говорила в прошлый раз, каждый должен предложить свою песню, поэтому прошу, – она замолчала, выжидательно глядя на остальных. Никто не решался начать, а Блейз так и вовсе слышал об этом впервые, но решил предложить то, что первые пришло в голову, лишь бы не приставали. – Ладно, я выбрал песню, – нарушил он гнетущее молчание. – Она довольно новая и мне нравится. – Написанная Стивеном Максвентом? – с интересом спросил Джо. – Он пишет песни для группы «Ведуньи», – эта группа была так популярна, что подростки со всей Европе следили за их новыми хитами. – Нет, – возразил Блейз. – Эту песню написал магл.   Джо явно не ожидал этого услышать, а кто-то и вовсе поглядывал на Блейза с недоверием. – Что? – Блейз изогнул бровь в лучших традициях Малфоя. – Её удобно петь. – Тогда может, споёшь её? – Джо закинул на колени музыкальный инструмент, похожий на небольшой синтезатор, который приволок с собой. – А я подберу мелодию.   Что же, деваться уже некуда, не особо приятно быть в центре внимания, но и не критично. Блейз прочистил горло и начал прямо с середины песни, которую довольно хорошо помнил: – How did I get here, in the sunlight, in the sun I must be in heaven 'cause I'm looking at an angel Whose staring back at me, her eyes so heavenly, I must be in heaven 'cause I'm looking at an angel, There's no one on this earth that's made this beautiful.   Джо подобрал верную мелодию, когда Блейз уже закончил петь, и, видимо, ожидал, что тот продолжит. Но слизеринец со спокойно-серьёзным лицом уставился на рэйвенкловца, от чего он заметно сконфузился. Комичная пауза перешла все границы, и Блейз прыснул, не выдержав. Джо заулыбался. Так странно было видеть Забини с улыбкой на лице, таким…настоящим. Но тот уже взял себя в руки.   Как раз в эту секунду в зал вошла профессор МакГонагалл. Она осталась довольна тем, что ребята сработались. Ранее она немного переживала, что ученики Слизерина и Гриффиндора не уживутся вместе, как оно часто бывает, но все получилось лучше, чем могло было быть. Когда остальные студенты всё же озвучили по отрывку понравившихся песен, собрание подошло к концу, и на этот раз Касссандра, похоже, забыла нанести на дверь Заглушающие чары, судя по скопившимся около них студентам. Вот ещё чего не хватало для полной картины. Когда ребята начали расходиться, им пришлось проходить сквозь стихийную, хоть и небольшую толпу заинтересовавшихся. Среди них Блейз заметил знакомый бело-синий шарф. Бен, видимо, с ним не расставался. – Замечательно поешь, – он оказался прямо перед носом, из-за столпившихся студентов его было не так уж и просто обойти. – Спасибо, – отстранённо отозвался Блейз, планируя как можно быстрее исчезнуть отсюда. – Может, прогуляемся? – неожиданно предложил пятикурсник. Блейз так удивился, что даже не сопротивлялся, когда тот аккуратно вывел его из толпы, придерживая за локоть. Буквально через несколько пролётов они оказались прямо у больших входных дверей, чуть приоткрытых, и отсюда было чётко видно полную луну. Свежий воздух нежно коснулся руки Блейза, и ему так захотелось вдохнуть вечернюю прохладу, что ради этого он готов был провести немного времени даже в обществе этого чудаковатого Бена. – Ладно, пошли, – коротко ответил Блейз и первым вышел во двор. Хоть и перед отбоем это делать было рискованно – двери могли попросту запереть на ночь, но до часа сна было ещё много времени. Слизеринец запрыгнул на мраморную стенку фонтана, ощущая всем телом, как прохладный ветер уносит с собой все его заботы. Бен сел рядом, не зная, как нарушить нависшее молчание. Всё, что приходило ему в голову, звучало как-то банально или неуместно. Скромный пятикурсник поднял голову, и свет бледной полной луны упал на его лицо. – Луна сегодня красивая, правда?   Блейз оторвал свой взгляд от журчащей воды и увидел её – королеву ночи. Стоит признать, действительно, красива.