Синеглазой стрелой в сердце

– … искры летели во все стороны, я себе чуть метлу не сжёг, – воодушевленно рассказывал Фред, когда они с братом, Роном и Гарри зашли за Гермионой после очередного собрания и уже неспешно возвращались в гостиную Гриффиндора. Девушка шла последней, заговорившись с Блейзом по поводу партий. Оставался один поворот до развилки, откуда ребята с других факультетов расходились в разные стороны. Не успев обсудить всё, что было необходимо, Блейз, недолго думая, проследовал с Гермионой дальше, чем следовало, и вскоре оказался единственным чужим в их компании. Гермиона поблагодарила Блейза, когда они закончили обсуждение, и Джордж, слушая их вполуха, замедлил шаг и сказал Золотому Трио, чтобы те уходили и не ждали их. Блейз тем временем уже попрощался с Гермионой, помахал остальным и пошагал в обратную сторону. Рон обвёл замедлившихся близнецов подозрительным взглядом, но ушёл вслед за друзьями, а Джордж, многозначительно указав взглядом Фреду на удаляющуюся фигуру, остался стоять, прислонившись к стене. Фред кивнул и поспешил за Блейзом, догоняя исчезнувшего у лестницы слизеринца.   Честно, он готовился к этому разговору, но сейчас его уверенность заметно поубавилась. С другой стороны, ободрял себя он, что он теряет? Ну откажет и откажет. Уж лучше, чем бездействовать, наблюдая за маленькой чёрной точкой на Карте мародёров. – Забини, стой, – негромко окликнул он его, запрокидывая голову. Блейз остановился посреди лестничного пролёта, замерев. Фред? Похоже на него, хоть и голоса у них с братом одинаковые. Что-то царапнуло его изнутри. Фред быстро нагнал его и остановился на расстоянии нескольких ступенек. – Хочешь, прогуляемся?   Блейз удивился. Он совсем не ожидал такого предложения и постарался скрыть нахлынувший прилив предвкушения и смущения одновременно. – Ну… – замялся он. – Пойдём.   Фред улыбнулся уголками губ и повёл Блейза наверх, выше и выше, на восьмой этаж. Где-то на середине пути тот всё-таки не выдержал. – Куда мы идём? – Увидишь, – загадочно ответил Фред, запрыгнув на следующий пролёт, Блейз шагнул следом, и в эту же секунду лестница решила сменить направление. – Ох, чёрт, – он ровно стоял на своих двух, а вот Блейз едва не потерял равновесие, но крепкая рука вовремя схватила его за локоть. – Спасибо, – второй рукой Блейз ухватился за перила, да и лестница уже успокоилась. Они всё ещё стояли на месте, и тогда Фред спросил: – Ты не против? – во рту немного пересохло, он плавно скользнул от его локтя до ладони, сменив крепкую хватку на мягкое прикосновение. – Нет, – тихо сказал Блейз, держа его за руку. Они продолжили путь, несмотря на чуть сменившееся направление. Вскоре они добрались до нужного коридора. – Никому не расскажешь? – загадочно спросил Фред. Блейз, даже не понимая, о чём речь, помотал головой. Фред закрыл глаза и представил для комнаты заранее задуманную обстановку. Блейз удивлённо выдохнул, увидев возникшую в стене дверь. – Заходи.   Заинтригованный, слизеринец аккуратно высвободил руку и вошёл в Выручай-Комнату первым.   Это было квадратное помещение с большим окном, за которым были видны белые звёзды. Комната была освещена порхающими огоньками, похожими на медленных светлячков, посередине стоял небольшой круглый деревянный столик с маленькими белыми блюдцами, полными закусок, рядом – двухместный низкий диван с подушками, повёрнутый к окну. Больше из мебели ничего не было. – Что это за комната? – спросил он, не понимая, где находится. Фред увидел, что она получилась куда проще, чем он хотел. Переволновался, наверное. – Она называется Выручай-Комната. Меняется так, как тебе хочется, – едва Фред закрыл за собой дверь, как раздалась негромкая музыка. Это была та самая песня, которую однажды пел на собрании Блейз. Вот они и остались наедине.   Блейз, поколебавшись немного, сел на мягкий диван. Его поглотил умиротворяющий вид из окна. – Это всё настоящее? – он указал на непривычно яркие звёзды. – Нет, это вид изо окна коттеджа моей тётки, – пожал плечами Фред. – Ты голодный? – спросил он, желая чем-то заполнить возникшее молчание. Блейз обернулся на столик и только сейчас заметил еду. – Ну, немного, – он оторвал одну виноградинку и забросил в рот. Негромко переговариваясь обо всём понемногу, они перекусили фруктами и шоколадом. Их взгляды нечасто пересекались, но неловкости между ними всё же не было. Блейз ощущал себя свободнее с каждой минутой, и вскоре диалог перерос в уютное непринуждённое общение, затянувшееся на часы. – Будешь яблочный сидр? – спросил Фред, аккуратно открыв две банки. Блейз повёл плечами. – Я не пробовал никогда, – признался он. – Это вкусно? – Мне нравится, попробуй, – Фред протянул ему баночку. В нос ударил приятный и непривычный запах яблок и ещё чего-то сладкого. – Ну, ладно, – согласился Блейз, и Фред легонько коснулся его банки своей, чокаясь. Вкус показался слизеринцу неоднозначным, ведь он никогда ещё не пробовал алкоголь, пусть и такой лёгкий. Но, распробовав, он решил, что ему всё же понравилось. После второй банки он ощутил расслабленность и с полуулыбкой на лице слушал увлекательные рассказы Фреда о занятных их с братом изобретениях вроде подпрыгивающих домашних туфель и лимонного печенья, от которого сворачивается язык. Он подумал о том, что у них двоих, по-видимому, незавидное воображение и нескончаемый запас задумок, которые они планировали осуществить в будущем. Слишком увлёкшись сидром, он ощутил, как его щёки чуть запылали. – Ох, похоже, тебе хватит, – усмехнулся Фред, взяв из его руки опустошённую банку и положив её на столик. – Если хочешь, я провожу тебя в твою гостиную, – предложил он, увидев, как синие глаза, обычно такие серьёзные, мечтательно смотрят в потолок, наблюдая за порхающими «светлячками». Блейз, сидевший, подогнув ноги под себя, перевёл взгляд на лицо Фреда. Ему хотелось коснуться его рыжих волос, таких ярких и, наверное, таких мягких… – Да, хорошо, – лениво ответил Блейз. – Хочу шоколадку.   Фред хмыкнул от такой непоследовательности мыслей. Он потянулся к столику и взял одну дольку тёмного шоколада. Блейз всё глядел на яркие огоньки, которые красиво отражались в его собственных глазах. Задержав руку на секунду в воздухе, Фред склонился ближе к нему и бережно, почти нежно коснулся его губ долькой чуть подтаявшего шоколада. Ресницы Блейза дрогнули, он перевёл затуманенный от алкоголя взгляд на Фреда и приоткрыл губы, одним движением языка закинув дольку в рот. Это заворожило Фреда, который оставался неподвижным, понемногу осознавая, насколько же сильно ему нравится увиденное. И, не дав разуму возобладать над чувствами, он склонился ещё ниже и коснулся сладких от шоколада губ своими. Блейз не сопротивлялся. Фред ощутил, как живот свело от нахлынувших эмоций. Губы слизеринца оказались такими мягкими и чувственными, что просто сносило крышу. Не встретив ни капли протеста, он углубил поцелуй и прижал Блейза к себе, проскользнув рукой ему под мантию.   Кровь хлынула к лицу, щёки ярко запылали, всё восприятие мира сжалось до мягких и послушных губ. Однако что-то подсказало Фреду остановиться – Блейз не ответил на его поцелуй, хоть и не оттолкнул его. Он открыл глаза и отстранился, надеясь понять, в чём дело. Может, он что-то сделал не так? Поторопился?   Блейз выглядел удивлённым и растерянным, и по этому выражению лица невозможно было определить, что же он чувствует. – Прости, – в голосе Фреда была заметна лёгкая хрипотца. – Нет, я… – прошептал Блейз. Мысли путались. Ему очень нравился Фред. Но это всё было так неожиданно и волнующе, что путало ещё сильнее. Он протянул к нему руку и коснулся ярко-рыжих волос.   «Всё-таки мягкие», – короткая мысль пролетела сквозь сознание, как мотылёк. Фред скользнул взглядом от его затуманенных глаз к чуть припухшим губам и снова нежно поцеловал его, смакуя каждую секунду и ощущая на затылке тёплую ладонь.