Самое важное

- А ну-ка, давай попробуем вместе! - Эстер, лучезарно улыбаясь, обхватила детские ладошки своими и ободряюще чмокнула маленькую Берту в висок. - Вот сейчас непременно получится! Маленький сгусток серебристого света заклубился между детских ладошек и... внезапно потух, вызвав у темноволосой пятилетней девочки разочарованный вздох. - Мам, я не смогу, - смаргивая слезы горькой обиды, драматичным шепотом поделилась своим отчаянием юная волшебница. - Сможешь, - уверенно проговорил Ричард, наблюдавший за этой сценкой с крайне серьезным выражением лица, - Ты унаследовала железное упрямство твоей мамы, так что будь уверена: придет время - горы своей магией свернешь. - Прямо целые горы? - доверчиво ахнула Берта. - Господин бывший инквизитор, вы вводите собственную дочь в опасное заблуждение относительно ее могущества, - усмехнулась Эстер, с нежностью глядя на мужа. - Воодушевляю метафорически, - невозмутимо парировал Блэкуотер, - Потому что очень люблю... Вас обеих. Его взгляд стал торжественным и немного отстранённым, но все такое же тепло светилось в его глазах в тот момент, когда он задумался, как трудно было обрести и сберечь это тихое хрупкое счастье. Счастье их единства. Эстер тронула Ричарда за плечо и хотела что-то сказать серьезным полушепотом, но тут раздался громкий хлопок, и маленькая Берта восторженно завизжала, позабыв на мгновение о приличиях. На ее ладошке сидела серебристая бабочка, и на ее трепещущих крыльях зыбко переливалась всеми цветами радуги первая в ее жизни магия. - Я поеду в мамину Академию прямо завтра! Да? - деловито осведомилась юная леди с необыкновенно важным, одухотворенным выражением лица. - Чуть-чуть попозже, милая, - мягко ответила Эстер, а Ричард подхватил маленькую ведающую на руки, чтобы предотвратить слезы обиды и сожаления. Он любил их безумно - и был от всей своей души благодарен высшим силам, что они позволили их счастью просто быть. Ведь это и было в конечном итоге самым важным в его жизни.