Майский вечер

      Школьный бал. Май. Питер. Арсений не верит, что это всё правда. Что вот он с Антоном, в обнимку на его новеньком мотоцикле, который родители подарили ему накануне. Что они вырвались с выпускного, оставив позади музыку, шарики, неуклюжие поздравления учителей и чужие прощальные танцы.       Они вдвоём. Просто вдвоём. Майский вечер обнимает тёплым воздухом, а в лицо бьёт ветер. Питер будто светится изнутри: окна домов, фонари, проезжающие машины, даже тротуары кажутся частью какого-то нереального сна.       Арсений прижимается крепче. У Антона широкая спина. На такую действительно можно опереться.       - Антон. Может, сбавим немного? - говорит он, мельком глянув на спидометр.       - Арсень, всё под контролем, - отзывается Антон, не оборачиваясь. Голос спокойный и уверенный.       Арсений верит. Он всегда ему верит. Он усмехается, пряча нос в его куртке.       Пауза. Они летят сквозь город, как будто им дано чуть больше свободы, чем остальным.       - Возьми. А лучше надень шлем, а то он мешает говорить, - просит Антон.       - Без шлема нельзя, - строго отвечает Арсений.       - Ты сам без шлема. Поэтому надень. Мне и так нормально. Я тысячу раз катался без него - живой ведь. А ты не спорь.       С лёгкой неохотой, но с внутренним теплом, Арсений подчиняется. Ему нравится, когда он так заботится о нём. Даже если всё наоборот.       Он не знает, не может знать , что Антон просто не может сказать правду вслух. Что тормоза отказали ещё минуты три назад. Что мотоцикл почти не слушается. Что сбавить скорость не получается. Что они едут напролом. Антон знает. И молчит.       Он не позволит Арсению паниковать. Не даст ему потом вспоминать этот вечер с ужасом. Пусть запомнит его таким: красивым и свободным, как сцена из фильма.       «Хоть бы он выжил,» - проносится у Антона в голове. - «Хоть бы он.»

***

                        На следующее утро. - Доброе утро, уважаемые зрители. Хотя… можно ли назвать его добрым после такой новости? Вчера поздним вечером в Санкт-Петербурге произошла трагедия. Два выпускника разбились на мотоцикле. Водитель, к сожалению, погиб на месте, он был без защиты. Пассажир выжил благодаря шлему, но, по словам врачей, его состояние всё равно тяжёлое. Мы хотим в очередной раз напомнить: соблюдение правил безопасности может спасти вашу жизнь. Даже простой шлем.

***

      «Почему тормоза не работают? ...       Серьезно?       Нет, блядь. Только не сейчас.       Антон, соберись. Не паникуй.       Ты справишься. Ты обязан.»              Мысли скачут, одна за другой, как вспышки света в темноте.       Он пробует одно. Второе. Никак. Пусто. Безрезультатно. Он понимает — это конец. Но не для них двоих. Нет. Он не допустит. Только для него. Лишь бы сработало.       - Арсюш, — зовёт он. Голос тёплый, как будто всё в порядке.       - А?       - Я тебя люблю. Слышишь?       - Тош…       - Просто… запомни. - Он улыбается. Губы дрожат. Арсений не понимает сначала. А потом всё становится слишком ясно.       - Нет… Антон, ты чего?! - почти кричит он. Но уже поздно. Секунды. Скрежет. Асфальт. Тишина.       Арсений лежит на траве. Жив. Дышит. В ушах — звон. Пульс где-то в горле. Всё тело ноет. Он хочет встать, но не может, дрожь в руках, а ноги ватные. Грудь болит. Не только от удара, а и от того, что в нескольких метрах…Антон. Лежит неподвижный, без шлема, без звука.       Арсений вспоминает:       «Это лучший вечер, потому что я с тобой» - сказал он всего полчаса назад.       Теперь этот вечер стал самым страшным.       Он рыдает вслух. Не сдерживает себя. Слёзы заливают шлем изнутри. Он не может даже его снять, сил не хватает.       

***

                   Спустя три года.       Питер. Март. Сырой, мокрый снег лежит пятнами, будто город забыл, что зима уже закончилась. Арсений сидит на скамейке у Финского залива, кутается в шарф, смотрит на воду. Рядом термос с кофе и мотоциклетный шлем - потёртый, слегка потрескавшийся, но всё ещё целый.       Он держит его в руках разглядывая его сотый раз. Пальцы касаются поверхности почти механически. Он знает каждую царапину, каждую трещину наизусть. Как шрамы, только не на теле, а на душе.       Иногда он думает, что был бы рад забыть. Но память - упрямая штука. Особенно та, что живёт под кожей. Май. Школьный бал. Тоша. Мотоцикл. Питер «Лучший вечер» «Ты у меня один» «Я тебя люблю»       Иногда он слышит это во сне. Иногда в наушниках, когда случайно включается та самая песня. А иногда, когда слишком долго молчит.       Он выжил. Антон — нет. Это простая фраза, почти медицинский факт. Но от неё до сих пор подгибаются ноги.       Тогда, в больнице, врачи говорили, что он чудом остался жив. Что шлем спас его. Но не сказали, как выжить с этим внутри. Как продолжать жить, когда того, кто как казалось был твоей жизнью, больше нет.       Арсений снова берёт шлем, кладёт его рядом на скамейку. Ветер дует в лицо, словно напоминая.        - Ты ведь знал, да?... - шепчет он. - Знал, но не сказал. Пауза.       - Придурок. - Он поджимает губы, но потом слабо улыбается, губы задрожали, как тогда. Слеза скатывается по щеке. Он не смахивает её.       Ветер становится сильнее. На мгновение кажется, что в шуме воды слышен голос: «Просто запомни.» Он помнит. И будет помнить всегда.