Bleach: Завет Последнего Мира

Пепел шёл дождём в Сейрейтее. Но это был не обычный пепел — в каждом сне, в каждом шёпоте ветра, даже в самых чистых источниках теперь эхом отзывалось одно имя. Яхвэ. После находки Урахары тревожность охватила оба отряда. Ичиго стал видеть сны — в них он стоял один, посреди белоснежной пустоты, а перед ним, словно зеркало, висел контур фигуры, составленный из света и теней. Без лица. Без формы. Но голос звучал так, будто говорил сам мир: — Ты наследник и узурпатор. Я сотворил Завет, а ты — изломал его. — Возврати равновесие. Или я вернусь. Ичиго просыпался с рукой, охваченной светом, похожим на клеймо. Йоруичи и Рэйга первыми заметили: его реацу иногда начинала резонировать с древними структурами — даже разрушенные обелиски вибрировали в его присутствии. В тайном архиве Дворца Пепла, Рэйга наконец разыскал запретную табличку — часть истинной истории Готей и Короля Душ. "До трона был Завет. До Завета был Тот, кто начертал порядок. Его свет сжигал не тела — судьбы. Его имя было стерто, ибо даже тьма отвергла его власть. И когда Завет тронется вновь — Он вернётся сквозь того, кто носит меч истины." Рэйга сжал табличку. Его брови были сведены в грозовую линию. — Я видел этого бога в боях древности, — прошептал он. — Мы считали его мифом, но теперь всё иначе. Если Яхвэ действительно пробуждается... Ичиго не просто носитель Завета. Он — сосуд. Ичиго опустил взгляд. Он чувствовал, что что-то внутри него медленно изменяется. Ранее импульсивные эмоции теперь подчинялись более строгому внутреннему голосу, будто кто-то в нём начал судить даже за мысли. — Я не позволю никому управлять собой. Ни пустому. Ни Завету. Ни... богу, — сказал он тихо. Но тогда заговорил Рэйга, впервые нарушив своё спокойствие: — Если ты потеряешь контроль — я буду тем, кто остановит тебя. Молчание. Даже Йоруичи отступила на шаг, не вмешиваясь. Но Ичиго кивнул. — Именно поэтому мы создали эти отряды. Чтобы не допустить повторения былого. Тем временем в другом измерении, забытом между мирами, пробуждается сущность в белом. Его глаза без зрачков. Его руки тонкие, как кости духа. На груди — древний символ Завета. Вокруг него пылают семь колонн света и пепла. — Моё имя вновь произнесено. — Они забыли суть. — Пора вернуть Завет под контроль того, кто его создал. Яхвэ возвращается.