Гений любовь и хаус

ВАША СПАЛЬНЯ. ВЕЧЕР. Ты сидишь на кровати с планшетом — на экране список имён: «Алекс, Ника, Лея, Джеймс, Марта…» Тони лежит рядом, закинув руки за голову и смотрит в потолок. Тони: — А если девочка — назовём её… Репульсия. Ты (поворачиваешься): — Ты серьёзно? Тони: — Ну звучит как латинская богиня. Или супергерой. Ты: — Звучит как шампунь против перхоти. Тони: — Ладно, ладно. Тогда… Аркадия! — Благородно, красиво, плюс — пасхалка на старую игру. Ты: — И на аркадные автоматы, которые ты играл в 90-х. Нет. Тони (с видом великомученика): — Ну хорошо, предлагай ты. Ты: — Лея. Тони: — Принцесса? Ты: — Именно. Тони: — Я не против… если тогда пацана зовём Хан. Ты: — Или Питер. Тони: — Нет. Одного Питера в семье хватает. (пауза) Ты: — А если… Наташа? Тони (мягко): — Это… красиво. И сильно. — Я бы согласился. Даже без драк. Ты: — Даже если она будет рыжая? Тони: — Значит, судьба. Он нежно кладёт руку на твой живот. НЕСКОЛЬКО МИНУТ СПОКОЙСТВИЯ. Тони (вдруг): — А если двойня? Ты: — Нет. Тони: — А если… тройня? Ты: — Тони. Тони: — Ну тогда как минимум одного назовём в мою честь. Младший Железяка. Ты (прищурившись): — Хочешь, чтобы ребёнок в роддоме получил по попе за имя? Тони: — Нет, но у него будет встроенная защита от подгузников. Ты: — Спи, инженер будущего. Ты выключаешь свет, ложишься рядом. Тони обнимает тебя, кладя ладонь тебе на живот. Тони (шепчет): — Всё равно, как бы мы ни назвали… он или она будут самыми крутыми в этой вселенной. Потому что они от нас. Ты (улыбаясь в темноте): — Только не Репульсия, Старк. Тони: — …ладно. КУХНЯ БАШНИ МСТИТЕЛЕЙ. УТРО. Ты стоишь перед холодильником. На столе: банка огурцов, мороженое, арахисовое масло и… кукурузные хлопья. Ты (в панике): — Где? Где ЭТИ ХЛОПЬЯ С КАПЛЯМИ ШОКОЛАДА?! Тони (сзади, осторожно): — Малыш, ты ночью съела три коробки. Ты (с бешеными глазами): — НЕТ. Я ЕЛА те с мёдом. Это были НЕ те. — ЭТО. БЫЛИ. НЕ. ТЕ. Ты вдруг замираешь, потом хватаешь банку огурцов и… начинаешь плакать. Ты (рыдая): — Я просто… хотела хлопьев! Тони (обнимая тебя): — Окей, окей. Я позвоню Нику Фьюри, он скинет спутник, найдёт эти хлопья хоть в космосе. Ты (шмыгая): — Ты… такой милый. Даже когда ты… не приносишь… ХЛОПЬЯ!!! ЧЕРЕЗ ПАРУ МИНУТ. ТЫ УЖЕ СПОКОЙНЕЕ. Вы сидите на диване. Тони даёт тебе ложку мороженого. Ты (тихо): — Я тут подумала… может, стоит усыновить Питера? Тони (морщась): — Подожди… официально усыновить? Ты: — Ну да. Он уже как сын. Он живёт с нами. Он вечно ест мои снеки. — Он НАШ. Просто… не на бумаге. Тони (вздыхает): — Понимаешь, я люблю этого пацана. Но официально — это бюрократия, разговоры с органами опеки, бумаги, допросы… Ты (подбираешь губы): — Пожалуйста… — Он мне как сын. И он будет лучшим братом нашему малышу. — Питер — семья. Ты начинаешь снова плакать. Молча. С ложкой мороженого в руке. Ты: — Я даже… слюнявчик для него купила… (рыдание) Тони (устало, но с улыбкой): — Ладно. — Мы усыновим этого невыносимого, гениального Паука. Ты (счастливо всхлипывая): — Правда? Тони: — Да. Но ты скажешь Наташе, ладно? Если она узнает, что у нас уже есть “сын”, не зная об этом… Ты: — Я скажу. — Но сначала… (Ты резко встаёшь.) — Мне срочно надо съесть пельмени с нутеллой! Тони: — Это и есть мой крест. ГОСТИНАЯ БАШНИ. ВЕЧЕР. Питер на полу — в носках, с пиццей, в обнимку с контроллером. На экране — «Mario Kart». Ты и Тони заходите. Ты сияешь, как лампа с функцией «всё идёт по плану». Тони делает вид, что не волнуется. Но волнуется. Как всегда. Ты: — Питер. Нам надо поговорить. Питер (моргает, ставит игру на паузу): — Я что-то сломал? Уронил? Поджёг? Ванда уже в курсе? Ты (садишься рядом): — Нет. Это… хорошее. Очень. — Мы с Тони много говорили, и… — Мы хотим тебя усыновить. Питер (замирает с куском пиццы в руке): — …что? Тони (пожимая плечами): — Мы типа… с женой подумали, раз ты всё равно живёшь с нами, ешь наши снеки, взламываешь нашу технику… Ты: — …и потому что ты — наш. Ты уже стал частью семьи. — Мы просто хотим, чтобы это было официально. — Чтобы ты знал: ты не просто парень в комбинезоне. Ты — наш сын. Питер молчит. Пицца падает из руки. Он широко хлопает глазами. Питер: — Вы… — Вы серьёзно? — Типа… со всеми этими… бумагами и… «Паркер-Старк» на письмах? Тони: — Ну, мы ещё не решили, будет ли дефис или просто пробел. Ты (улыбаясь): — Но да. Серьёзно. Питер делает вид, что улыбается. Потом начинает всхлипывать. Сначала тихо. Потом обнимает вас обоих, зарываясь в твоё плечо, как ребёнок. Питер: — Это… — Это самый крутой день в моей жизни. — Даже круче, чем когда Тор дал мне подержать Мьёльнир… на фотке. Ты гладишь его по волосам. Тони, пытаясь скрыть эмоции, делает вид, что чешет нос. Тони (шутит): — Надеюсь, ты не скажешь это нашему будущему ребёнку. Питер: — Он или она — будут моим братом или сестрой. — А я буду САМЫЙ ЛУЧШИЙ старший брат! Ты: — Только не забудь делиться мороженым. Питер: — …Ну, я постараюсь. Вы троём сидите на диване. Питер между вами, улыбаясь сквозь слёзы. На экране зависла игра. Тони: — Ну, теперь мы официально родители. Ты: — И у нас дома… два ребёнка. Один родится, а другой уже скачал себе винтовку в Minecraft. Питер: — Я люблю вас, ребят. ⸻ Когда твоя старшая сестра — Наташа Романофф, а ты только что стала мамой Питера Паркера. Почти. ТРЕНИРОВОЧНАЯ ЗАЛА БАШНИ. УТРО. Наташа метает ножи с идеальной точностью. Один за другим — чпок! — в центр мишени. Ты заходишь, ведя Питера за руку, он выглядит примерно так, будто его тащат на допрос к Соколиному глазу и Локи одновременно. Ты (небрежно): — Нат… Привет. Наташа (не поворачиваясь): — Вы кого-то убили? Ты: — Что? Нет! — Ну, почти. Наташа резко оборачивается, Питер делает шаг назад. Ты (быстро): — Мы… с Тони… решили усыновить Питера. Тишина. Даже мишени будто замерли. Наташа: — Усыновить. — Питера Паркера. Ты: — Да. Питер (нервно): — Привет, мамина сестра… или… тётя Наташа? Наташа идёт к вам медленно. Очень медленно. Питер сглатывает. Ты держишь его за руку. Наташа (тихо): — Он теперь в семье? Ты: — Да. Официально. Питер (почти шепчет): — Пожалуйста, не бей… Наташа вдруг достаёт футляр. Открывает. Там — тонкий, блестящий, чёрный нож с выгравированной надписью: “Питер Старк. Семья — не по крови, а по выбору.” Наташа (протягивает нож): — Добро пожаловать в семью. Питер (в шоке): — Это… нож? — Для меня? Наташа (с улыбкой): — У каждого в семье должен быть свой нож. Даже у Тони. Ты: — Он прячет его от меня. Наташа: — А я нет. Питер берёт нож, словно святыню. Его глаза наполняются слезами. Питер: — Спасибо. Я… Я буду достойным. Наташа: — Лучше будь осторожным. Он острый. Они обнимаются. Очень осторожно. Наташа не любит обнимашки, но тут — исключение. Ты (мягко): — Так… у нас теперь всё: муж, ребёнок и благословение Красной комнаты. Наташа (с ухмылкой): — Если кто обидит — резать без предупреждения.