Пункт назначения: Сеул

В наушниках играет какая-то лирическая песня о невзаимной любви. Второсортная попса, но это явно лучше внешнего шума. В Сеуле тепло: на дворе весна, как-никак, так что добрая половина города решила покинуть свои уютные жилища и прогуляться по улицам не самого уютного города. Тэхён размеренно шагал в направлении места встречи, станции Ангук, где его уже, вероятно, ждал Минджун. Тэхён глянул на часы: они договорились встретиться в час. Он опаздывал на пятнадцать минут. Будет ли Минджун сердиться? Возможно. Волнует ли это Тэхёна? Не особо. Наконец добравшись до станции, Тэхён пробежался взглядом по толпе. Минджун не выделялся ростом или цветом волос. Найти его тут было бы проблематично... — Эй! — за спиной раздался звонкий голос, а в следующую секунду на плечо с глухим хлопком легла чужая ладонь, — как всегда опаздываешь, Тэ. Не зря мы договорились встретиться за час до выставки, а то опоздали бы. Тэхён развернулся и окинул взглядом Минджуна. Низковатый молодой паренёк, с немного пухлым детским лицом и большими глазами смотрел на него снизу вверх, прищурившись. Он явно ждал от Тэхёна объяснений. — Извини. Долго собирался, — сухо ответил Тэхён. — Впрочем, как всегда. Я уже привык, — Минджун ярко улыбнулся и похлопал Тэхёна по плечу, — идём? Я бы хотел прийти туда пораньше, чтобы не тухнуть в очереди. Тэхён ещё раз окинул юношу взглядом и кивнул: — Да, идём. *** Картинная галерея Арарио внешне показалась Тэхёну скучным, серым зданием. Он прямо чувствовал всю эту скуку, которая окутает его в ту же секунду, стоит им войти внутрь. Вопреки своим унылым мыслям, он не решился высказываться вслух, боясь испортить Минджуну настроение. Хотя, такого весельчака как он будет трудно расстроить. — не кисни, Тэ! Присмотрись, может тебе приглянется какая-нибудь картина. Хорошо? — Минджун подбадривающе смотрел на Тэхёна, мягко улыбаясь. — Ладно. — Тэхёну оставалось только кивнуть, прежде чем они вошли в здание галереи. Спустя какие-то десять минут юноши уже бродили по выставочному залу. Точнее, бродил только Тэхён. Минджун же, в свою очередь, чуть ли не убежал в неизвестном Тэхёну направлении, торопясь посмотреть на эти жалкие попытки сумасшедших спилить побольше денег, как думает Тэхён. Ему нечего было тут разглядывать. Современное искусство его не привлекало. Искусство в принципе не вызывало в нем никаких эмоций. Не желая тесниться в толпе людей, пришедших на выставку, он приглядел себе тихое местечко в одном из углов зала. Присев на скамью, он стал разглядывать окружающих. Семейная пара отчитывала свою маленькую дочь, бегающую по галерее и врезающуюся в других людей. Та обиженно топнула ногой, сдерживая слёзы. Работница ресепшена болтала по телефону, рассматривая свой маникюр, не обращая ни на что внимания. Две девушки в школьной форме громко что-то обсуждали. Посмеявшись над какой-то шуткой, одна из них достала свой телефон и предложила подруге сделать фото. И давно школьникам можно так ярко красить волосы? Какой-то парень в маске и кепке торопливо снуёт между посетителями галереи, часто оглядываясь назад. Какой-то он подозрительный. Не успев как следует его рассмотреть, взгляд Тэхёна падает на мужчину в полицейской форме, движущегося в направлении того подозрительного типа. Он его преследует? Это преступник? Мысли проносятся в голове Тэхёна очень быстро и запутанно. Настолько, что он не успевает среагировать, когда в центре зала раздается громкий звук. Едва он повернул голову, как тут же почувствовал жгучее тепло, сжирающее его как изнутри, так и снаружи. Тэхён дёрнулся в сторону, пытаясь разглядеть, что произошло, но обнаружил свою ногу застрявшей между двух больших кусков упавшей стены. Не заострив на этом внимания, он всё же оглянулся. Тэхён не мог поверить своим глазам. Всё было в огне. Всё было в крови. В ушах стояли яростные крики ужаса и боли, умоляющие помочь. Маленькая девочка, которая минутой ранее капризничала, теперь кричала, не переставая плакать. Возле неё лежало два обгоревших тела, раздавленных обломками стены — её мама с папой. Работницу ресепшена придавило вывеской. Тэхён боялся смотреть на её нижнюю часть тела, но глаза невольно метнулись туда. Под ней была большая лужа крови и куски... Плоти? Она ещё дышала. Её руки скользили по запачканному кровью полу, красивый маникюр был ободран, пока та пыталась вылезти из-под вывески, скребя ногтями по гладкому покрытию, сдирая те в мясо. В паре метров от нее, на лестнице, лежали две девушки. Те самые школьницы с яркими волосами. От ярких причёсок, правда, не осталось ничего: их тела были сильно обгоревшими. Во время взрыва, кажется, их оттолкнуло в бетонные изгороди, от чего их конечности погнулись под ужасающими углами. Где-то в той же куче мертвых тел Тэхён разглядел того подозрительного парня и полицейского. Тому видимо, удалось поймать нарушителя за пару секунд до взрыва, но их обоих убили большие осколки стекла, вылетевшие из ограждений, предназначенных для защиты картин. Осколки чётко попали скрывавшемуся парню в горло, практически отрезав тому голову; полицейский пострадал не меньше: один из крупных кусков стекла торчал из его глаза, другой из щеки, а третий в районе голени, разрезая мужчине ногу пополам. От всей этой картины Тэхёну захотелось блевать. Не пытаясь сдерживать порыв, он отвернулся и выпустил содержимое своего желудка. Протерев глаза от выступивших слёз, он посмотрел в другую часть обваленной галереи. О чём тут же пожалел. Там, среди груды камней, которая раньше была частью здания, лежал человек. Низковатый, с немного пухлым детским лицом, которое было изуродовано огнём и осколками стекла. С большими глазами. Точнее... С одним большим глазом. Второй от давления на голову вылетел из глазницы и валялся рядом. Тэхён от ужаса вцепился пальцами в волосы, так сильно, что, вырвал несколько прядей. Спустя пару секунд он услышал громкий крик. Крик отчаяния. Когда Тэхён осознал, что кричал он сам, раздался второй взрыв. Огненная туча забрала его крик с собой.