Когда то конец становится новым началом

В этот день была дождливая погода, по улицам бродили люди в теплой одежде и с зонтиком в руках, боясь заболеть. Среди них были подростки, которые дурачились, прыгая по лужам, звонко смеясь, наслаждаясь беззаботной жизнью, свободной жизнью. Для них свобода — это когда наступают летние каникулы и можно свободно гулять с утра до ночи с друзьями, а потом засыпать в три часа ночи и просыпаясь в два часа дня, не боясь, что их разбудят, чтобы собираться на учебу. Можно не сидеть вечерами за уроками, а вместо этого заниматься своими увлечениями, а вместо школьной формы надевать одежду, которая нравится. Но для Леви свобода была только в одном человеке, которого уже нет. Эрвин был для него всем, самым близким человеком, который знал его лучше всех, видел, как Леви развивается, как с возрастом мысли менялись на более зрелые, как с каждой миссией против титанов Леви становился всё холоднее и серьезнее, опытнее и сильнее. Эрвин вывел из-под земли на свет и дал ему шанс на нормальную жизнь, хоть и с титанами. Вроде человечество было освобождено от ужасных монстров и наступила свобода, как все и мечтали, но Леви потерял слишком много, чтобы чувствовать себя свободным и счастливым. Каждую ночь ему снились его умершие товарищи, в особенности часто снился Эрвин. После таких снов Леви стал спать очень мало, ведь боялся снова увидеть эти красивые синие глаза, похожие на целое море, а сейчас эти глаза пустые и лежат вместе с бездыханным телом где-то под землёй. *** Под ногами была мокрая земля, дождь не прекращался, но Леви было на это совсем плевать, а ведь раньше Леви ненавидел грязь, всегда любил чистоту, но, идя к знакомой могиле, Леви больше не волновало, что его одежда будет мокрой и грязной. Идя по кладбищу, Леви остановился у могилы Эрвина и, держа в руках два красивых синих цветка, опустившись на колени, Леви положил на могилу цветы и горько усмехнулся. — Ну, здравствуй, Эрвин, сегодня дождь льет как из ведра, если бы я заболел, ты бы меня прикончил, — Леви поднял взгляд в небо и вновь заговорил: — Видел бы ты, как всё изменилось, мир стал другим, стен больше нет, никому не грозит никакая угроза, но знаешь, без тебя так пусто, я очень благодарен за всё, что ты сделал для меня, спасибо тебе, Эрвин. Сзади послышались тихие шаги, Леви обернулся и увидел Армина, который был тепло одет в отличие от него. Армин взглянул на него понимающим взглядом и протянул ему свой голубой зонт. Леви встал с колен и взял зонт с его рук и встал рядом так, чтоб их двоих закрывал зонт от сильного дождя. — Что ты здесь делаешь? — пробормотал Леви, смотря куда-то в землю. — Я просто проходил мимо и увидел вас и захотел отдать зонт, — сказал Армин, но Леви не понимал, какого черта он проходил мимо по кладбищу. Взгляд Армина устремился на надгробие, на котором выгравировано имя Эрвина Смита. — Вы когда-нибудь думали, что сделали неправильный выбор? — продолжил Армин уже тише, Леви покосился на него и нет, не потому что из-за своего роста не услышал, что сказал Армин, просто Леви думал, что уже давно дал окончательно понять, что он сделал так, как считает нужным, позволил Эрвину умереть спокойно и не мучить его и отдал сыворотку другим, спасая Армина. — А ты как думаешь, Армин, я сделал правильный выбор? — спросил Леви, пытаясь понять, что вообще творится в голове светловолосого. Армин молчал, обдумывая над этим вопросом, и решил ответить искренне: — Когда это случилось, я до самого конца думал, что это была ошибка, что нужно было спасти командира, ведь он больше приносил пользы, чем я, еще эти взгляды, направленные на меня от других солдат, всё больше уничтожало меня, я считал себя виноватым во всём, мне всегда казалось, что я хуже остальных... Армин не успел договорить, Леви накинулся на него, прижимая к земле, хватаясь за его плечи, и в итоге они оба лежали на земле, Леви прижимал его сверху. Армин посмотрел в глаза Леви и увидел в них отчаяние и злость. Леви встряхнул светловолосого за плечи, твердо сказал: — Не смей так, ты обесцениваешь мой выбор, я отдал сыворотку, это мой выбор, меня расстраивает, что ты распускал нюни и даже не замечал, как ты приподносил всегда свои гениальные идеи, помнишь тот день, когда мы нашли титанов в стенах? Это ведь ты заметил, ты первый понимал, что со стенами что-то не так, и сейчас ты продолжаешь это говорить, я дал умереть Эрвину, чтобы он наконец перестал видеть весь этот ужас и нести судьбы солдат на своих плечах, Арлерт, я.. Леви, переводя дыхание, замолчал, понимая, что скажет лишнего, но уже настолько устал скрывать это и держать в своей душе те огромные чувства, которые раньше цвели при виде одного родного человека, а сейчас его нет, и эти чувства остались в душе и гниют, образовывая шипы, коля сердце. — Я любил его и до сих пор, но эта любовь только убивает меня, — признался Леви и наконец отпустил Армина и встал с него. Армин смотрел на него шокирующим выражением лица, не поднимаясь с мокрой земли, светловолосый видел, как Леви дышал, он дышал так, что как будто наконец ощутил свободу, выпустил чувства наружу и кому-то выговорился. Армин наконец поднялся, отряхивая грязь со своей одежды. — ты успел признаться ему? — спросил армин поворачиваясь к леви — нет — честно признался леви ведь уже устал все скрывать — почему? побоялся что осудит или ответит не взаимностью лишь из за того что его голова была занята только войной? леви молчал глядя куда то вдаль дождь уже давно закончился и солнце вышло из за туч радуя людей теплыми лучами