У адвоката есть возлюбленный

Осталось четыре дня

Все началось за несколько дней до Дня святого Валентина - десятого февраля. По мнению Вольфганга, это было совершенно ничем не примечательное событие. Он провел большую часть дня в своей комнате в общежитии академии Эдема, работая над делом. Все было нормально. По крайней мере, до тех пор, пока ему не подсунули что-то под дверь. Поначалу он даже не заметил этого, будучи слишком поглощенным своей работой. Но потом вдруг краем глаза заметил письмо. Оно лежало рядом с его дверью, такое непримечательное, но в то же время сразу привлекшее внимание Вольфганга. Итак, он сделал единственное, что пришло ему в голову в тот момент, и поднял его. На обложке курсивом было аккуратно написано его имя. И все же было в нем что-то... странное, как будто оно было написано немного не так, как обычно. И тогда он увидел это - вместо точки над "i" в его фамилии было маленькое сердечко. Это была такая мелочь, но от осознания этого у Вольфганга вспыхнули щеки. Не говоря уже о том, что этот день приближался… Что ж, Вольфгангу было ясно, какова цель этого письма. Это заставило его покраснеть еще больше. Однако, несмотря на это, он все же открыл его. Он осторожно вынул из конверта бумагу, которую затем положил на стол, и начал просматривать, с любопытством ожидая, что же там будет написано. Дорогой Вольфганг, Последние несколько месяцев я не мог оторвать от тебя глаз. Ты очаровал меня так, как я не думал, что возможно. То, как ты двигаешься, как говоришь - это остается в моей памяти еще долго после того, как ты уходишь. Интересно, замечал ли ты когда-нибудь, как мои глаза находят тебя в переполненной комнате, как у меня замирает дыхание, когда ты смеёшься? Возможно, нет. Наверное потому, что мое лицо всегда скрыто книгой. Возможно, последнее предложение проясняет мою личность, возможно, нет. В конце концов, многие из наших одноклассников любят хорошие книги. В любом случае, это не имеет значения. Я планирую раскрыть свою личность, если, конечно, ты примешь мое предложение. Но я забегаю вперед. Ты узнаешь больше в течение следующих нескольких дней, вплоть до самого дня святого Валентина. Твой глубочайший поклонник. Вольфганг почувствовал, что краснеет, читая эти слова, почти ощущая любовь, с которой они были написаны. Он действительно понятия не имел, от кого могло быть это письмо - мысль о том, что кто-то из его одноклассников интересуется им, действительно удивила его. И все же, похоже, был один человек, который действительно интересовался им. На мгновение Вольфганг задумался о том, чтобы попытаться установить личность этого человека, возможно, сравнив почерк. Но... эта идея не показалась ему привлекательной. Кем бы они ни были, было ясно, что они держали свою личность в секрете по какой-то причине. Таким образом, адвокат будет уважать их пожелания и ждать, пока они сами откроются ему. Они сказали, что в конце концов он узнает, если примет их предложение, каким бы оно ни было. Он мог это сделать, он мог подождать. Хотя это не означало, что его не интересовала личность этого человека. Но он должен был подождать. Он подождёт. Кроме того, он, скорее всего, получит больше писем, верно? Одной мысли об этом было достаточно, чтобы у него закружилась голова, и это чувство ему очень нравилось.

Осталось три дня

После того, как Вольфганг вернулся в общежитие после того, как помог Ингрид со стиркой, (девушка учила его, как правильно…стирать, заставляя его раз в неделю помогать ей стирать вещи для всех) - он нашел на земле еще одно письмо, на конверте, как и раньше, красивым почерком было написано его имя. Он едва задержался на секунду, чтобы наклониться и поднять его с пола, ему было любопытно, что же написано на этот раз. Вольфганг просто ничего не мог с собой поделать - это так сильно заинтриговало его по причинам, которые он не мог объяснить. Дорогой Вольфганг, Я надеюсь, ты прочитал мое последнее письмо. Если ты прочитал, то, похоже, еще не разобрался, кто я такой. Часть меня рада этому, но другая часть странно печальна. Странно, как устроены человеческие эмоции, не так ли? Логику, кажется, вышвыривают за борт из-за простого чувства. Это все, что я хотел сказать на сегодня. Кажется, я хотел сказать тебе что-то еще, но забыл. Полагаю, это моя вина, что я этого не записал. Человек, который по уши влюблен в тебя. Сердце Вольфганга екнуло, когда он прочитал письмо, а щеки вспыхнули, когда он пробежал глазами по последним словам. Оно было коротким и заставило юриста захотеть продолжения, но все равно написано было очень красиво. То же смутное чувство, что и вчера, вернулось с новой силой, и, читая это, он почти чувствовал себя влюбленной девочкой-подростком. Он и сам толком не знал, почему так произошло. Вольфганг никогда по-настоящему не влюблялся, его внимание всегда было сосредоточено на работе, а не на романтических отношениях. Не говоря уже о том, что, когда он был подростком, всем людям вокруг него было уже за двадцать. Ему просто не на кого было обратить внимание. И он думал, что здесь все будет по-прежнему, что он не влюбится. Но теперь, казалось, происходило нечто совершенно иное - что он каким-то образом влюбился в эту загадочную личность, даже не зная ее. Ну, он действительно знал их. Вольфганг знал, что этот таинственный человек был одним из его одноклассников, он просто не знал, кто именно. Но действительно ли это означало, что он не мог хотя бы сузить круг поисков? Это успокоило бы его, не говоря уже о том, что этот загадочный человек, похоже, не очень-то стремился скрывать свою личность. Действительно ли это имело бы значение, если бы он вычеркнул нескольких человек? Это не было бы похоже на то, что он пытался выяснить, кто они такие… но пытался выяснить, кем они не были. Это другое. Это было то же самое, что быть адвокатом. В его обязанности входило доказывать, что его клиент невиновен, но ему не нужно было доказывать, кто виновен. Это было бы то же самое, только в большем масштабе. И это не оставило бы его в конце концов с одним человеком, только с несколькими вариантами. И, может быть, он надеялся на конкретного человека.

Осталось два дня

- Эй! - Произнес голос рядом с ним, вырывая Вольфганга из его мыслей. - Последние полчаса ты пялился в пустоту! Что с тобой такое?” - Спросила Грейс, и в ее голосе зазвучал гнев, к которому Вольфганг привык. Ах, да. Они вдвоем были в библиотеке, готовясь к вступительному тесту - хотя он был направлен в основном на выявление таланта каждого из них, было также несколько простых вопросов на общие знания. Сложность этих вопросов зависела от того, насколько важен был их талант. Для Вольфганга это было довольно легко, поскольку на тот момент учеба была его второй натурой, но для Грейс это было... немного сложнее. В основном потому, что ее это просто не волновало, она говорила, что практически все они теперь взрослые и им не нужны тесты, как в старших классах. К сожалению, для нее было очень важно пройти тест, чтобы остаться в академии Эдема. С другой стороны, ее вопросы не были такими уж сложными. Но Вольфганг все равно хотел убедиться, что гольфистка действительно подготовилась к тесту, поэтому он предложил заниматься вместе. Чем они сейчас и занимались. В общем, это было то, чем они должны были заниматься. Внимание Вольфганга было сосредоточено на чем-то другом. Он бросил на нее извиняющийся взгляд. “Ах, извините, мисс Мэдисон. Мои мысли были заняты кое-чем отличным от учебы”, - объяснил адвокат, и на его щеках появился легкий румянец. Было ли это из-за смущения, которое он испытывал, или из-за того, что занимало его мысли. Письма… Его мысли постоянно возвращались к ним, в основном потому, что он получил еще одно письмо только этим утром. А может, оно было доставлено посреди ночи, у него не было возможности узнать наверняка. Все, что он знал, это то, что, когда он проснулся утром, оно уже было в его комнате. И все было так же прекрасно, как и раньше. Дорогой Вольфганг, Это уже третье письмо, которое я пишу тебе. Это значит, что до Дня Святого Валентина, дня любви, осталось всего несколько дней. Знаешь ли ты, что он возник как христианский праздник в честь мученика по имени Валентин? По-видимому, святой Валентин вернул зрение слепой дочери своего тюремщика. Говорят также, что он проводил тайные свадьбы для солдат-христиан, которым римский император запретил жениться. Довольно интересная история, не правда ли? Хотя, собственно, любовная часть праздника по-настоящему отмечалась только в 14-15 веках. Именно тогда расцвели представления о куртуазной любви, по-видимому, из-за ассоциации с "голубками’ ранней весны. Затем, несколько столетий спустя, в Англии этот праздник превратился в повод для пар выразить свою любовь друг к другу, подарив цветы, кондитерские изделия и отправив поздравительные открытки. А теперь это стало еще более коммерческим мероприятием. Я считаю, что День святого Валентина в прошлом нравится мне немного больше, чем тот, что у нас сейчас, но, возможно, это только мое мнение. Мне все же интересно, каково твоё мнение по этому поводу. Твой влюблённый Тот, кто хочет стать твоим Валентином. “О чем? Разве учеба не является твоим хобби или что-то в этом роде?” Спросила Грейс, закатив глаза, и ее слова снова отвлекли адвоката от его мыслей. “Ты почти всегда утыкаешься носом в книгу. Это выглядит так же ужасно, как вон тот ботаник, - продолжила она, указывая пальцем на… Улисса, который в данный момент читал книгу. Услышав это, он нахмурился. “Мисс Мэдисон, не оскорбляйте людей. Это часть работы Улисса - так много читать. Во всяком случае, это весьма похвально, что он так много времени тратит на работу, - объяснил Вольфганг, и его хмурый взгляд сменился легкой улыбкой. - Что касается твоего вопроса,… Я начал получать письма... любовные письма. - Ты получаешь ЧТО?! Спросила Грейс слишком громким для библиотеки голосом. К счастью, она немного понизила голос, заметив, как он на нее смотрит. - От кого? Спросила она, и в ее голосе послышалось любопытство. “Этого… Я не знаю, - признался он, глядя на стол перед собой. Он почувствовал, как его щеки заливает румянец, что, казалось, часто случалось с ним, когда он думал об этих письмах. Это просто... заставляло его чувствовать себя так хорошо. Грейс рассмеялась. “Ты хочешь сказать, что у тебя есть тайный поклонник или что-то в этом роде?” Спросила она дразнящим тоном. “Ну, черт возьми. Полагаю, это моя работа - выяснить, кто они такие, а?” “Тебе не обязательно это делать!” Вольфганг ответил слишком быстро, покачав головой. “Я...… Ну, они предпочли сохранить свою личность в тайне. Я уважаю это”.

Остался один день

Еще один день, еще одно письмо. Они быстро стали главными событиями дня Вольфганга, хотя на их прочтение у него уходило всего несколько минут. В них было что-то особенное, что-то, что дало ему понять, что они были созданы с любовью в чистом виде. Любовь, которая была его. И сегодняшнее письмо не было исключением. Дорогой Вольфганг, Уже 13 февраля. Завтра будет День Святого Валентина, день, которого я боялся и в то же время ждал с нетерпением. С учетом сказанного - ну, вообще написанного - я полагаю, что пришло время, наконец, рассказать вам о предложении из моего первого письма. Завтра занятий нет, но я бы предпочел встретиться позже в течение дня. Может быть, таким образом нервы улягутся, хотя я сомневаюсь, что это произойдет. В любом случае, как тебе 3 часа? Время между полуднем и вечером. Это идеальное время для планирования, по крайней мере, с моей точки зрения. Я бы с удовольствием тогда сделал что-нибудь приятное, только для нас двоих. Я знаю, ты можешь отнестись к этому скептически, поскольку я до сих пор не сказал, кто я, но я надеюсь, что ты примешь это. Я знаю несколько мест, куда можно сходить, но, возможно, и ты тоже. Надеюсь, мы сможем обсудить это позже. Я буду ждать тебя у входа в школу. Я искренне надеюсь увидеть тебя там. Ули На этот раз, кроме зачеркнутых букв, там не было никакого имени. Не то чтобы это было обязательно, было совершенно ясно, что это не их настоящее имя. И еще было ясно - по крайней мере, Вольфгангу - он собирается принять это предложение. Он все еще понятия не имел, кто бы это мог быть - он смог вычеркнуть только Тошико, Ингрид, Десмонда, Диану и Грейс, но все равно оставалось десять потенциальных кандидатов на то, кто бы это мог быть. Вольфганг предположил, что узнает это завтра.

День святого Валентина

Его костюм был аккуратно выглажен, волосы зачесаны назад, да и в остальном он был прилизан. Короче говоря, Вольфганг выглядел более чем презентабельно. И на то была веская причина - он собирался на свидание! Он долго раздумывал, не купить ли ему цветы, но передумал. В конце концов, все его одноклассники любили разные цветы, и он не ошибиться с выбором. Лучше было бы просто подождать - он всегда мог купить цветы после свидания. Своего свидания. Одна только мысль об этом заставляла его краснеть, тот факт, что он собирался на настоящее свидание, казался ему таким нереальным. Но прямо сейчас это была его правда. Это была его реальность. И Вольфганг не мог быть счастливее. После повторной проверки он выглядел достаточно хорошо. Адвокат, наконец, вышел из своей комнаты и направился к выходу из школы. Там его должен был ждать таинственный отправитель писем. Там его уже ждали. Увидев его, он сразу оживился, бледные щеки порозовели. Его обычная одежда частично исчезла, теперь он был одет в синий свитер вместо коричневой куртки. И хотя он все еще носил галстук-бабочку, этот был черным, а не желтым. Улисс...! Теперь в голове Вольфганга все встало на свои места - письмо об истории Дня Святого Валентина, письма в целом. Улисс любил книги и часто писал сам. В основном в своей записной книжке, чтобы что-то запомнить, но, похоже, в нем была и поэтическая жилка. Вольфганг подошел к нему с мягкой улыбкой на лице и протянул руку. - Мистер... Вильгельм, - поприветствовал он мягким голосом, чувствуя, как краснеют его щеки. - Я полагаю, ты мой, э-э, тайный поклонник, да? “А-а... да”, - признался он, и румянец на его лице стал еще ярче, когда он на мгновение уткнулся в блокнот. “Я боялся подойти к тебе иначе...” “В этом не было необходимости, мистер Вильгельм. Хотя я был очень признателен за твои письма, - ответил Вольфганг с тихим смешком. “Я, конечно, был бы не прочь получать больше в будущем”. Это заставило Улисса поднять голову, переводя взгляд с Вольфганга на его протянутую руку. “Ты имеешь в виду...” Он прервал себя тихим зевком. “Ты принимаешь мое предложение?” Он кивнул: “Я бы с удовольствием стал твоим Валентином, мистер Вильгельм”. “Тогда...” Улисс схватил Вольфганга за руку. “Тогда пойдем"… Здесь неподалеку есть один музей, который я всегда хотел посетить, но никогда не находил времени, чтобы… Мы могли бы съездить туда, я уверен, что тебя многое заинтересует, - объяснил историк, и его глаза слегка заблестели. - Тогда показывай дорогу, - сказал Вольфганг, слегка поправляя галстук свободной рукой. “ Я доверяю твоему мнению о хороших музеях” Как оказалось, Вольфганг был прав, поступив так. У Улисса было больше информации о каждом произведении искусства в музее, чем у всех экскурсоводов, вместе взятых. Его знания действительно вызывали восхищение и... покоряли. Было что-то особенное в том, как вся усталость Улисса, казалось, таяла, когда он говорил об истории, а его глаза загорались таким светом, какого Вольфганг никогда раньше не видел. И ему это нравилось. Знакомое смутное чувство возвращалось всякий раз, когда Улисс выглядел подобным образом, но в десять раз сильнее, чем раньше. Неужели он... влюбился? Это было… очень быстро, но, похоже, это была, по крайней мере, начальная стадия влюблённости. Его щеки розовели всякий раз, когда он просто смотрел на историка, и румянец стал еще сильнее, когда он понял, что все еще держит Улисса за руку. Хотя… он не возражал. Это было приятно, даже больше чем приятно. Ему нравилось это ощущение, румянец на щеках. Ему нравилось находиться рядом с Улиссом. Ему нравился Улисс. - Ты знаешь... - Начал историк, когда они возвращались из музея. “Я… Мне очень понравился сегодняшний день. По-прежнему все помню.” Вольфганг мягко улыбнулся в ответ. “Мне тоже”, - ответил он, прежде чем остановиться и посмотреть Улиссу прямо в глаза, что означало слегка опустить взгляд. Адвокат был... на целую голову выше. “Я был бы не прочь повторить нечто подобное”. - Я тоже, - ответил Улисс, слегка зевнув, явно уставший от их прогулки. - Значит, ещё свидание, да? Он пошутил, и с его губ сорвался смешок. - Угу, - сказал Вольфганг, слегка кивнув, прежде чем сделать паузу. - Хотя, я думаю, это свидание еще не совсем закончилось, - продолжил он, и его щеки вспыхнули еще сильнее. О Боже, он действительно собирался это сделать? Ответ оказался утвердительным, потому что, не дав Улиссу возможности ответить, он слегка наклонился и поцеловал историка в губы. Это был нежный поцелуй, который длился всего несколько секунд, но каким-то образом ему все равно удалось стать лучшим ощущением, которое он испытывал за долгое время, если не вообще когда-либо. Как только адвокат отстранился, Улисс опустил взгляд в землю. “А-а... э-э...” Он запнулся, его лицо покраснело. “По крайней мере, предупреждай меня в следующий раз...” “Да, извини”, - извинился Вольфганг, понимая, что, возможно, он был слишком настойчив. Он почесал щеку и издал неловкий звук, прежде чем продолжить. ”Я увлёкся.". “Все в порядке...” Историк что-то пробормотал в ответ, снова поднимая взгляд на Вольфганга. “ Мне... понравилось, ” тихо признался он. Улыбка Вольфганга стала шире. “Я рад.”, - сказал он, прежде чем покачать головой. "Ах, но уже становится поздно. Наши одноклассники, наверное, задаются вопросом, где мы.… Думаю, все догадались”. “Все в порядке. В конце концов, секреты никогда не остаются секретами, - ответил он, снова начиная шагать. “В Древнем Риме был один случай, когда...”