Неподписанная валентинка

Коридоры школы пахли розами, духами и чем-то сладким — День святого Валентина умел делать даже самый серый февраль тёплым и странно трепетным. Девушки щебетали, обнимая друг друга с коробками конфет и бумажными сердечками, парни делали вид, что им всё равно, хотя глаза косились на тех, от кого хотелось бы получить хоть что-нибудь. Вэриан стоял у своего шкафчика, вцепившись в ремешок рюкзака, в кармане которого пряталась пустая открытка, — точнее, уже не совсем пустая. Он всю ночь выбирал слова, вычёркивал, писал снова. В итоге — просто сердечко. Без имени. Без намёков. Он знал, что это глупо. Он — просто Вэриан. Ученик девятого класса. Умный, неловкий, вечно с пятном от химии на рукаве. А она — Кассандра. Одиннадцатиклассница. Высокая, уверенная, с глазами, в которых будто всегда огонь. Вокруг неё — свои, старшие, спортивные, громкие. Она казалась ему чем-то вроде мифа, в который он тайком влюблялся каждый день. И всё же — он решился. На большой перемене, пока она была на физре, он прокрался в одиннадцатый «Б». Долго смотрел на её парту — аккуратную, с парой наклеек на дереве — и положил три вещи: — одну красную розу, свежую, ещё пахнущую утренним воздухом; — тонкую цепочку с фиолетовым кулоном в виде капли — как цвет её любимой рубашки (он замечал, как часто она её носит); — валентинку, в которой не было ни имени, ни слов. Только сердечко, выведенное дрожащей рукой. И ушёл. --- Кассандра зашла в класс последней, усталая, с хвостом, собранным наспех после пробежек по залу. Сначала не заметила. Потом — остановилась. Подошла. И посмотрела. — Это ещё что?.. Она взяла в руки кулон, покрутила на пальцах. Внимание привлекло сердечко. Села за парту, чуть нахмурившись. Кто-то из соседей фыркнул: — О, у тебя тайный поклонник? Ну всё, Кэсс, романтика пришла! — Не смешно, — бросила она, но уголки губ дрогнули. Она не смеялась. Просто молча смотрела на стол. Потом поднялась, бросила кулон в карман джинсов и вышла. Молча. Словно уходила думать. --- Вэриан наблюдал из-за угла, не дыша. Он не ждал многого. Он не мечтал ни о взаимности, ни о признании. Но когда она вдруг обернулась, уже у дверей, и взгляд её задержался где-то в его сторону — он почувствовал, как будто на секунду весь мир сузился до этого взгляда. Она не подошла. Не заговорила. Не спросила. Но через несколько дней он заметил: на её шее — тонкая цепочка. С фиолетовым кулоном. А на краю её тетради — крохотное сердечко, нарисованное ручкой. Почти такое же, как в его валентинке. Он улыбнулся. И этого было достаточно. Пока.