wait, there’s two of you??!!!!!

      Сначала Вэй Ин встречается с Лань Чжанем.       Поздно ночью, высоко на крышах Облачных Глубин, после печально известного комендантского часа в Гусу Лань в девять вечера. Он надеялся пробраться в Цайи, чтобы пропустить чашу-другую, и именно тогда на него обратил внимание Второй молодой господин. Он, конечно, не ожидал, что золотой мальчик клана Лань будет гоняться за ним по черепичным крышам сегодня ночью, но, очевидно, Лань Чжань хотел лично вершить правосудие.       И какое это было чудесное совпадение.       Они танцуют друг вокруг друга, размахивая мечами, лезвия сверкают в лунном свете, ветер треплет их одежды. Вэй Ин смеется во время боя, громко и непринужденно, уклоняясь от меча Лань Чжаня, как от пустяка, и в следующий момент игриво бьет его прямо между ребер рукоятью своего меча.       Неплохо, думает он. Они равны, он и я. Гораздо интереснее драться с кем-то вроде него, в отличие от его маленького недоучки шиди!       Именно тогда Лань Чжань вздрагивает от его малейшего прикосновения, будто ему невыносимо ощущать хоть дюйм его кожи.       Озадаченный Вэй Ин отмечает, что Лань Чжань отчаянно избегает его взгляда, словно даже случайное прикосновение к мальчику могло необратимо, фундаментально, полностью разрушить его. Каждое его движение чересчур точно, каждое уклонение подозрительно осторожно, будто он боится, что одно прикосновение Вэй Ина наложит на него проклятие.       Интересно, думает Вэй Ин, склоняя голову набок, а на его лице расплывается понимающая улыбка.       — Ах, — выдыхает он, перехватывая Лань Чжаня на полпути, — ты боишься, что захочешь увидеть меня снова.       Он делает вывод еще до того, как Лань Чжань осознает это сам.       Это немедленно вызывает у парня вспышку паники, его уши быстро краснеют.       — Самонадеянный…!       Но самонадеянность ли это, если он говорит правду, и они это знают?       Вэй Ин радостно смеется.       — Ну, уже слишком поздно. Мы обязательно встретимся позже!       Лань Чжань, не задумываясь, бросается вперед.       — Что ты имеешь в виду? — спрашивает он. Слегка запыхавшись, он, наконец, поднимает глаза и встречается взглядом с Вэй Ином.       Вэй Ин подмигивает ему.       — В твоих мечтах, конечно! Хахаха!..       — Бесстыдник! — огрызается Лань Чжань, но за его тоном не скрывается настоящего гнева. Только замешательство и бурлящее раздражение от осознания того, что соперник прав, но Вэй Ин не задерживается, чтобы убедиться в этом.       Отвесив эффектный поклон и слегка помахав рукой, он спрыгивает с крыши, оставляя Молодого господина размышлять над его словами.       Вэй Ин не имел в виду то, что сказал о новой встрече со Вторым молодым господином. Не совсем. Он не планировал надолго задерживаться в этом душном, высасывающем душу месте. Вэй Ин здесь только для того, чтобы сопровождать Цзян Чэна, планируя вернуться домой в Юньмэн после нескольких дней исследований, и даже в этом случае он проведет здесь эти дни только из любопытства. В конце концов, это же знаменитый клан Лань! Он подумал, что было бы интересно покопаться в нем и выяснить, почему их так почитают остальные кланы.       К его большому разочарованию, куда бы он ни повернулся, везде его встречали одни и те же траурные одежды и пары неодобрительных взглядов!       Поведение всех вокруг было старомодным, особенно у мальчика, с которым он только познакомился!       Фу. Он предпочитал беззаботную жизнь в Юньмэне, где, по крайней мере, ценили его шутки, глупости и смех!       Ну, неважно.       Завтра он уедет, и ему больше никогда не придется возвращаться в это Богом забытое место или разговаривать с другими Ланями!

———

      Убедившись, что рядом никого нет, Вэй Ин радостно несется по лесной тропинке к небольшому озеру, спрятанному сразу за границами Облачных Глубин.       Отлично. Если его не хотят видеть на территории Гусу Лань, то отдых в этом месте не составит для него никакой проблемы. Он может немного отдохнуть, может быть, даже поплескаться, смыть с себя грязь и пережитое волнение и насладиться заслуженной свободой на свежем воздухе.       В конце концов, воды выглядят нетронутыми, кристально чистыми и манящими…       Откуда Вэй Ину было знать, что он совершит большую ошибку?       (И о, это была большая ошибка).       Вэй Ин напевает что-то себе под нос, снимая одежду слой за слоем и перебрасывая их через низко свисающую ветку дерева, не заботясь о том, кто уже может быть в озере.       С довольным вздохом он заходит в воду, ныряет с головой, затем выныривает обратно, встряхивает волосами и потягивается, как ленивый кот. Холодной воды достаточно, чтобы восстановить его силы на остаток ночи…!       Однако когда в следующий момент он открывает глаза, то, к своему полному ужасу, оказывается лицом к лицу ни с кем иным, как со Вторым молодым господином Ланем, которого ни с кем нельзя спутать.       Как он мог не узнать его?!       Его вечно нахмуренный лоб. Его пронзительные золотистые глаза. Его чрезмерно враждебный взгляд, вечно устремленный на Вэй Ина, будто мальчик постоянно вызывал у него отвращение!       Единственное отличие?       На этот раз Молодой господин полностью обнажен.       На мгновение в голове у Вэй Ина помутилось… и тут же все закружилось в совершенно неправильных направлениях.       Черт возьми. Неужели это… грудные мышцы Лань Чжаня? Рельефные, блестящие от воды грудные мышцы. И такие рельефные плечи… выглядят широкими и несправедливо божественными! И — ох, святые Небеса! — неужели это пресс?       Под всеми слоями скромности наследник Лань, несомненно, скрывал целое произведение искусства…       Вэй Ин не из тех, кто избегает конфронтации или, по сути, обнажения, поэтому, как только становится ясно, что его заметили, он уверенно расправил плечи и бесстыдно пошел вперед, как человек, которому нечего скрывать (даже если в данный момент все было видно).       — Кажется, мы снова встретились, красавчик, — говорит Вэй Ин с озорной улыбкой, поднимая руку в знак приветствия.       И тут происходит немыслимое.       Лань Чжань — на самом деле Лань Ванцзи — приподнимает уголки рта… в улыбке.       Он… он улыбается!!!!!!!!       Челюсть Вэй Ина практически падает на дно.       — Прости, — спокойно отвечает Лань Ванцзи, приподнимая подбородок с едва заметным намеком на интерес. — Это была реплика?       Вэй Ин, застигнутый врасплох, выпаливает:       — Ч-что? Какая реплика?       В какую совершенно новую вселенную он волшебным образом перенесся, где-то между крышей и… этим моментом?!       — И часто у тебя это срабатывает? — Лань Ванцзи что-то говорит, подходя ближе.       Вода мягко плещется между ними, когда он останавливается всего в нескольких дюймах от него.       — Ух…       Вэй Ин не может думать. Вэй Ин не может думать.       Эта абсурдно твердая, хорошо вылепленная грудь стоит прямо перед его лицом, и Вэй Ин чувствует слабость. Это… великолепно. Как может такой суровый, забитый правилами мужчина, который патрулирует улицы, как надзиратель, иметь такое тело?! Сколько он тренировался?!       И как он раньше не замечал, насколько красив Лань Ванцзи?!       Одними этими скулами можно было резать стекло.       Вэй Ин яростно прочищает горло, внезапно остро ощущая собственную грудь, которой он гордился еще пять секунд назад.       — Я… я не понимаю, о чем ты! — выпаливает он, немного слишком быстро.       — Мило, — бормочет Лань Ванцзи с тихим смешком.       … с этим Лань Ванцзи, как ни странно, гораздо легче разговаривать. Кто бы мог подумать, что под его холодной и строгой внешностью скрывается способность смеяться и шутить, и, к большому удовольствию Вэй Ина, он даже разделяет подобное отвращение к чрезмерно жестким и нелепым правилам клана?       Вэй Ин даже не замечает, сколько времени проходит в компании Лань Ванцзи. В конце концов они вместе сидят на берегу озера, прижавшись плечом к плечу, кожа к коже, их счастливые голоса эхом разносятся в ночи, когда они разговаривают обо всем на свете.       Музыка, искусство фехтования, тяготы семейных и клановых обязанностей…       Всего за одну ночь Вэй Ин влюбляется.       Они только и делают, что разговаривают, потому что Вэй Ин не такой человек. Кроме того, ему слишком весело просто наслаждаться присутствием кого-то, кто так хорошо видит и понимает его, душа в душу!       В конце концов небо начинает бледнеть.       Лань Ванцзи наблюдает за восходом солнца над озером, и мириады красок отражаются в его глазах.       — Ты должен пообещать мне, что вернешься в Гусу, — говорит он наконец, не желая расставаться с ним.       И Вэй Ин, который уже более чем наполовину влюблен, одаривает его своей самой ослепительной улыбкой.       — Обещаю!       Оказывается, Гусу быстро становится его любимым местом.       А из всех старомодных, которые там живут, Лань Ванцзи, без сомнения, его самый любимый.

———

      Три месяца спустя Вэй Ин возвращается в Гусу, утверждая, что ему просто необходимо проведать своего дорогого шиди и посмотреть, как продвигается его учеба в Облачных Глубинах. Разумеется, исключительно из-за беспокойства.       Но перед этим он заскакивает в Цайи с очень важной миссией. Не Хуайсан буквально умолял его зайти в книжные магазины в поисках одной редкой книги — кхм, чрезвычайно познавательного иллюстрированного издания, которое, по его словам, имело решающее значение для всестороннего культурного образования заклинателя…! Вэй Ин, естественно, отнесся к этой задаче очень серьезно. В конце концов, кто он такой, чтобы отрицать благородное стремление к знаниям, независимо от жанра или… тематики?       Итак, он идет в один из крупнейших книжных магазинов города, весело напевая себе под нос, пока обшаривает дальние полки в поисках одной скандальной книги.       И тут он замечает его.       В другом конце помещения, у полок с древней философией и духовными текстами, он стоял так неподвижно, что мог бы сойти за мраморную статую, бережно держа в руках стопку книг.       Его одеяние было белым, как свежевыпавший снег, а осанка невероятно правильной…       Это же Лань Чжань!       Вэй Ин останавливается как вкопанный, его сердце трепещет от одного только вида, открывшегося перед ним.       Это он…       С той волшебной ночи на озере прошло целых три месяца. Время, проведенное в разлуке, дало Вэй Ину много поводов для размышлений и тоски. Он не может поверить, что упустил свой шанс в тот раз. Ему надо было признаться мальчику в своих чувствах еще тогда!       Прежде чем он успевает остановиться и позволить своему разуму справиться с бешено колотящимся сердцем, Вэй Ин уже бросается прямо на него.       — Я скучал по тебе! — восклицает он, обнимая Лань Чжаня за плечи в сокрушительном медвежьем объятии.       Книги в руках Лань Чжаня чуть не разлетаются в стороны.       Второй молодой господин замирает, у него перехватывает дыхание, его золотистые глаза широко распахиваются в тревоге.       Он не ожидал подобного жеста.       На самом деле мальчик с серебряными глазами преследовал его еще долго после их случайной встречи на крыше и в течение нескольких месяцев мучил его смущающими (влажными) снами. Но как Вэй Ин мог узнать об этом или даже… возможно, ответить взаимностью на его искренние чувства?       Неужели он до сих пор спит?       Вэй Ин отстраняется ровно настолько, чтобы улыбнуться в его ошеломленное лицо.       — Не могу поверить, что в прошлый раз я ушел, ничего не сказав. Я думал о тебе несколько месяцев… каким же я был дураком!       У Лань Чжаня пересыхает во рту.       — Как ты…       — Хэй, — Вэй Ин снова наклоняется к нему, глядя своими большими очаровательными, как у лани, глазами. Его ладони нежно обхватывают руки Лань Чжаня, и он застенчиво просит его, мило надув губки:       — Давай с этого момента будем вместе, хорошо?       У Лань Чжаня перехватывает дыхание.       — В-вместе?       Он… он не может поверить…       Его самые заветные мечты сбывались…       Вэй Ин с энтузиазмом кивает, глаза его сияют точно звезды.       — Да! Давай формально встречаться! Ты, я, долгие прогулки под луной, держание за руки в темноте, может быть, даже несколько тайных поцелуев, когда нас никто не видит… так обычно проходят романтические отношения, верно?       Или, по крайней мере, так они описывались в непристойных книгах, которые Не Хуайсан подсовывал ему в течение многих лет…       И затем, прежде чем Лань Чжань смог отговорить себя, Вэй Ин приподнялся на цыпочки и запечатлел нежный влажный поцелуй прямо на его губах.       Это… первый поцелуй Лань Чжаня.       А Вэй Ин такой нежный, каким он всегда себе представлял…       Он застыл на месте, щеки горят, румянец заливает его до кончиков ушей.       — Я… ты…       — Эй, не стесняйся! — смеется Вэй Ин, обнимая Лань Чжаня за шею, будто это самая естественная вещь на свете. — Зови меня просто Вэй Ин! Теперь мы любовники!       Любовники…       Лань Чжань слегка покачивается на ногах, это слово, казалось, выбивает почву у него из-под ног.       Он медленно протягивает руку, чтобы коснуться щеки Вэй Ина, его пальцы чуть заметно дрожат.       — Вэй Ин, — бормочет он, смакуя это имя впервые, будто это что-то священное…       … вот Вэй Ин выходит из книжного магазина с пикантным романом, за который он, конечно же, не платил, и новообретенным парнем-Ланем.       Какой плодотворный день!

———

      Пути Лань Чжаня и Лань Ванцзи никогда не пересекались. С нежного восьмилетнего возраста из-за взаимной неприязни и непреодолимого желания, чтобы их считали отдельными личностями, близнецы заключили молчаливую договоренность избегать друг друга как чумы.       С маниакальной тщательностью, на которую были способны только Лани, они запоминали распорядок дня друг друга вплоть до шичэней. Например, какими дорожками они ходили по внутренним дворикам, какие лестницы предпочитали, в каких уголках Библиотечного павильона им нравилось бывать, кто какие лекции посещал и кто чаще всего ходил к Холодным источникам. Они ежедневно составляли сложные мысленные карты Облачных Глубин, словно это поле боя, отмечая запретные зоны каждый раз, когда кто-то оказывался поблизости. Со временем это перестало казаться рутинной работой и стало для них второй натурой.       А это значит, что каким-то чудом Вэй Ин никогда не узнает, что их двое.       Конечно, он не узнает. Он слишком занят тем, что кидает в учеников семена лотоса и гоняется за кроликами, чтобы заметить, что человек, которого он называл Лань Чжанем на прошлой неделе в Библиотечном павильоне, немного мягче в глазах, чем тот, кого он называл Лань Ванцзи в Холодных источниках на следующей неделе.       Он просто предполагает… ну, что его возлюбленный непредсказуем. Иногда ему хочется вести себя спокойно и хладнокровно, иногда он в настроении быть смелым и бесстыдным. Иногда он без колебаний протягивает руку, а иногда вздрагивает от малейшего прикосновения к коже. В один прекрасный день он шепчет Вэй Ину на ухо нежные уничижительные слова, а в следующий записывает комплименты на листочках бумаги, потому что, очевидно, произносить их вслух слишком неприлично.       Но Вэй Ину все нравится!       Так что, возможно, у его любовника немного эксцентричный склад ума. Ну и что? Второй молодой господин Лань по-прежнему был лучшим парнем в мире. Три тысячи правил, должно быть, выжгли мозги его бедному любовнику, вот и все. Мужчина смог выдержать столько твердости, прежде чем окончательно сломался!       Но эй, Вэй Ин ничуть не возражает. На самом деле он находит это в некотором роде захватывающим, что никогда не знает, какого Лань Чжаня ожидать в тот или иной день. Он любит каждый дюйм его тела. Каждую версию, каждую сторону!       Но затем возникает проблема, которой Вэй Ин не ожидал.       К ужасу Вэй Ина, мадам Юй начинает намекать на брак.       — Ты уже совершеннолетний, верно? — спрашивает она, неодобрительно поджимая губы. — И не думай, что я не знаю, где ты пропадаешь каждую вторую неделю.       Итак, Вэй Ин поступает так, как поступил бы любой здравомыслящий человек: он впадает в панику и решает, что ему нужно обсудить это с двумя людьми, чье мнение для него важнее всего.       Однажды он собирает Цзян Чэна и шицзе за обедом и драматично откашливается.       — Я хочу сделать предложение… — начинает он, выпячивая грудь.       Цзян Чэн поднимает взгляд от тарелки с супом.       — Наконец-то.       Цзян Яньли сияет от радости, услышав об этом.       — Сянь-сянь, я знала, что этот день настанет! Я так рада за тебя!       — … молодому господину Ланю, — заканчивает Вэй Ин, улыбаясь, как идиот.       — Да, мы уже знаем, — отвечает Цзян Яньли, все еще улыбаясь. — Но какому именно?       Вэй Ин моргает.       — А?       Цзян Чэн откладывает ложку.       — Какому именно?       — Прости?       Следует долгая пауза, прежде чем Цзян Яньли обменивается взглядом с Цзян Чэном.       — Лань Чжаню или Лань Ванцзи? — спрашивает Цзян Чэн, вздыхая так, словно у него вот-вот начнется головная боль. — Я ждал этого дня целую вечность, но мне всегда было интересно, кого ты выберешь в итоге.       Вэй Ин моргает. Снова.       — Это два разных человека?       Эм.       Э-э-э-эм???!!!!!!!!       Цзян Чэн уставился на него так, словно у него выросла вторая голова.       Цзян Яньли удерживает брата от того, чтобы тот не бросился через стол, и нежно похлопывает Вэй Ина по руке.       — Сянь-сянь. Пожалуйста, скажи мне, что ты не проводил время с обоими, не зная, что это разные люди.       — Эм, — даже Вэй Ин не верит в свое объяснение, когда произносит его вслух. — Я думал, он просто угрюмый? Или странный, как и все Лани…?       — О Боже, — шипит Цзян Чэн.       Вэй Ин уже совершенно сбит этим фактом. Он очень близок к тому, чтобы перевернуть стол. Ох, Святые небеса. Что он натворил?       — Кто еще знает? Кто еще знает об этом сейчас?!!!       Цзян Чэн сокрушенно разводит руками.       — Кто знает? Может, эти придурки даже не подозревают, что ты их обманывал!       — Они никогда не поднимали эту тему! — протестует Вэй Ин, который теперь лихорадочно расхаживает по комнате. — Никто никогда ничего не говорил! Я никогда… как… почему мне никто не сказал?!       Цзян Яньли пожимает плечами, на удивление спокойно.       — Лань Сичэнь знает.       Вэй Ин останавливается, чтобы повернуться к ней с широко раскрытыми глазами.       — Что?       — Я иногда пишу ему, — небрежно говорит она, потягивая чай. — Так что он знает.       — Что?!       — Он не вмешивается, потому что говорит, что его братья счастливы, и это главное для него, — мило объясняет она. — То же касается и нас, Сянь-сянь. Но… — она наклоняется и понижает голос, просто, чтобы сказать:       — Знаешь, он тоже ждал, когда ты примешь решение.       Но Вэй Ин еще несколько секунд назад даже не подозревал, что должен его принять.       Он открывает рот, не произнося ни слова.       На его лице, должно быть, отразилось по меньшей мере семь различных эмоций.       — Я…       — Ну? — улыбаясь, подсказывает Цзян Яньли. — Кто именно?       — Я, — Вэй Ин выглядит ошеломленным, — мне нужно в Гусу. Сейчас же.       Цзян Чэн нетерпеливо стонет.       — Если ты должен выбрать одного, то, пожалуйста, пусть это будет Лань Чжань. Он менее невыносим, чем другой. Нужно стереть самодовольное выражение с его лица! Я все еще не отомстил ему за то время, за то маленькое…       Вэй Ин на грани слез.       — Я даже не знаю, кто из них кто!!!!!!!       О нет. Нет, нет, нет, нет, нет, не-е-е-ет!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

———

      Итак, есть ли лучший способ уладить этот вопрос, чем старым добрым выяснением отношений?       Вэй Ин не спит всю ночь перед тем, как оно должно произойти. Не со всеми душевными потрясениями и особенно не после того, как он написал два одинаковых письма Молодому мастеру Ланю. Одно было адресовано Молодому мастеру Лань Чжаню, а другое — Лань Ванцзи. На этот раз он перепроверил и убедился, что использует два набора имен… для двух совершенно разных людей.       Содержание обоих писем было одинаковым: личное приглашение от Вэй Ина встретиться на следующее утро в Облачных Глубинах для того, что он небрежно назвал «свадебными переговорами».       Естественно, и Лань Чжань, и Лань Ванцзи были в восторге от такой перспективы.       На следующее утро они с утра пораньше собрались в церемониальном зале, чтобы дождаться прибытия Вэй Ина, и, к их большому неудовольствию, впервые за многие десятилетия были вынуждены находиться в одной комнате.       Они не встречались с тех пор, как были детьми. И вот они здесь, в пяти шагах друг от друга, дышат одним воздухом.       Прежде чем они успели произнести обвиняющий вопрос:       — Почему ты здесь…       Внезапно появляется Вэй Ин, весь в поту, запыхавшийся и явно в панике. Накануне вечером он отрепетировал дюжину наспех написанных извинительных речей, но теперь, когда он прибыл, они бесполезно крутятся у него в голове.       Наконец-то он видит двух братьев Ланей во плоти, стоящих бок о бок, словно идеальные зеркальные копии друг друга.       — Ох, Небеса, — стонет он, тыча пальцем в одного из них, а затем в другого. — Я правда встречался с вами обоими?!       Близнецы, которые всего несколько секунд назад были в яростном противостоянии, немедленно поворачивают головы в сторону Вэй Ина, услышав его слова.       — Ты встречался с ним? — говорят они одновременно, а затем тут же поворачиваются и хмуро смотрят друг на друга.       Внезапно Вэй Ина осеняет, что, возможно, именно здесь он и встретит свой конец.       Но как только Лань Чжань делает единственный смертельный шаг вперед, а рука Лань Ванцзи тянется к мечу, двери снова распахиваются…       … показывая Лань Цижэня и Лань Сичэня.       Вот и спасение. Благословенное, славное спасение. Вэй Ин спасен!       (Им он тоже написал, чтобы получить поддержку. Изначально он просто хотел попросить у них разрешения на брак, но… может быть, еще и для того, чтобы получить немного эмоциональную поддержку?)       Лань Цижэнь… выглядит скорее уставшим, чем сердитым. Лань Сичэнь явно сдерживает улыбку.       С их шуфу и старшим братом Вэй Ин чувствует себя более непринужденно. Близнецы не будут пытаться убить друг друга в присутствии семьи, верно?       Верно?       — Господа, — начинает Вэй Ин, выпрямляя спину и складывая руки вместе, как бы извиняясь. — Я собрал вас здесь сегодня, чтобы обсудить… брак. Недавно до меня дошло, что существует… эм, не один Молодой господин Лань, а целых два.       Гробовая тишина.       Лань Ванцзи выходит вперед с убийственным взглядом.       — Может быть только один.       Лань Чжань передразнивает его, тянясь к своему гуциню.       — Я согласен.       Они поворачиваются к нему одновременно.       — Кого ты выбираешь, Вэй Ин? — спрашивают они почти в унисон.       Вэй Ин бледнеет.       Видя, что Вэй Ина поставили в неловкое положение, Лань Сичэнь быстро поднимает руку, надеясь разрядить напряжение.       — Хорошо, чтобы избавить всех от головной боли, я вызываюсь добровольцем.       Все долго и медленно моргают.       — Чтобы выйти за него замуж, — заявляет Лань Сичэнь, словно предлагая себя в качестве благородной жертвы. — Я добровольно выйду замуж за Вэй Усяня.       Лань Сичэнь никогда так сильно не опасался за свою жизнь, как в ту самую секунду, когда его братья уставились на него.       Лань Сичэнь слабо усмехается.       — Ладно, я вижу, что никто из присутствующих не понимает моего юмора…       Его отметают, не задумываясь.       Лань Чжань с каменным лицом поворачивается к своему близнецу.       — Я заслуживаю того, чтобы вступить в брак с Вэй Ином. Я получил его первый поцелуй.       — Что?! — Лань Ванцзи выглядит так, будто его предали. Полный решимости превзойти его, он настаивает:       — Я… я провел с ним ночь на озере!       Лань Чжань шокирован не меньше.       — Но он встретил меня первым!       — Он сказал мне «я люблю тебя» первым!       Вэй Ин стыдливо закрывает лицо руками.       — Неужели… неужели я делал все это с двумя разными мужчинами?       — Хватит! — по комнате разносится голос Лань Цижэня, которому крайне надоел этот спор. — Хватит с меня этих бессмысленных ссор! Ванцзи, А-Чжань, я всегда знал, что вы не похожи друг на друга по нраву, но вы влюбились в одного человека…!       — Исторически сложилось так, — вставляет Лань Сичэнь, услужливо улыбаясь, — что все решилось бы дуэлью.       — Сичэнь! — прикрикнул на него Лань Цижэнь. — Чем она нам поможет?!       Лань Ванцзи хладнокровно поворачивается к своему близнецу.       — Все знают, что я лучше владею мечом.       Лань Чжань сердито смотрит на него.       — Гуцинь тоже подходит.       Лань Ванцзи усмехается:       — Стрельба.       Лань Чжань задирает нос:       — Классическая поэзия.       Вэй Ин, находящийся на грани срыва, наконец смягчается:       — Пожалуйста! Я знаю, что вы оба блестящие, талантливые и потрясающе хороши во всем, но не хочу, чтобы кто-то пострадал!       Все снова замолкают.       Затем близнецы поворачиваются к нему, их взгляды темнеют и горят.       — Тогда выбери меня.       Вэй Ин переводит взгляд с одного на другого, теряясь в догадках.       Две пары золотистых глаз, две пары губ, которые он целовал, две пары рук, которые он держал в своих.… две разные души, в которые он влюбился.       Он знает, что несет ответственность за все, что произошло. Он держит их хрупкие сердца в своих руках! Он не может позволить себе разбить хоть одно!       — Я… — голос Вэй Ина срывается, глаза наполняются слезами. — Я не могу выбирать…! Мне понравился бой на крыше так же сильно, как и ночь на озере. Я помню первый поцелуй, такой же нежный, как и момент, когда я в первый раз сказал «я люблю тебя». Я… я люблю вас обоих! Каждый цунь, каждый изъян! Безоговорочно!       Лань Чжань и Лань Ванцзи хмуро смотрят друг на друга, на их лицах появляется противоречивое выражение.       Даже они чувствуют угрызения совести из-за того, что ставят своего возлюбленного в неловкое положение.       Старое, но нежное сердце Лань Цижэня на удивление тронуто искренностью мальчика Вэя, даже если он отказывается это показывать. Подозрительно хриплым голосом он, наконец, произносит:       — У нас нет правила, запрещающего многобрачие…       Лань Чжань опускает глаза, зная правила лучше, чем кто-либо другой, и тихо соглашается:       — Нет.       Лань Цижэнь испускает долгий вздох.       — И я не был бы категорически против…       Лань Сичэнь задыхается, потрясенный услышанным.       — Шуфу!       Лань Цижэнь скрещивает руки на груди и заканчивает:       — Лишь бы мои Ванцзи и А-Чжань были счастливы. С самого рождения вы никогда не понимали, как можно чем-то делиться. Моим самым большим желанием было, чтобы вы когда-нибудь смогли встретиться лицом к лицу. Возможно… Вэй Усянь — это дар Небес, преподнесенный вам в качестве урока нахождения общего языка.       Лань Ванцзи и Лань Чжань продолжают тупо смотреть друг на друга, ни один из них не хочет делать первый шаг. А затем, словно по молчаливому соглашению, они тихо поворачиваются к Вэй Ину. Похоже, что выбор остается за ним.       Вэй Ин шмыгает носом и, наконец, решает:       — Если ваш шуфу не возражает… тогда почему я должен бояться? Я люблю вас обоих. Давайте вступим в брак, Лань Чжань, Лань Ванцзи!       Как по команде, близнецы эгоистично заявляют ему:       — У нас будут отдельные комнаты.       Звучит как решительное «да»!       Вэй Ин вскинул руки в воздух от счастья.       — Ура!!!       Лань Цижэнь кивает, оправляя мантию.       — Значит, решено. Вэй Усянь выйдет замуж за любимых близнецов Ланей из Гусу.       — А как же я? — радостно спрашивает Лань Сичэнь, все еще надеясь подразнить младших братьев.       — Сичэнь, — говорит Лань Цижэнь, потирая переносицу, — я предлагаю тебе заняться чем-нибудь полезным и начать составлять свадебные приглашения.       — … да, шуфу.

———

      Когда все уладилось, Вэй Ин возвращается в Пристань Лотоса, чувствуя, что с его плеч словно свалился груз вины и беспокойства.       Он выжил! Он вошел в комнату с двумя сногсшибательно красивыми близнецами-заклинателями, признался, что случайно встречался с обоими, признался в вечной любви к каждому в равной степени и каким-то образом оказался помолвленным. С обоими!       Воистину чудо!       — Теперь все хорошо, — с удовольствием заявляет он, распахивая ворота Пристани Лотоса и заходя внутрь, будто не он только что вызвал скандал на целое поколение. — Больше никаких проблем! Никаких! Все решено!       Цзян Чэн встречает его первым, скрестив руки на груди и стиснув зубы, все еще не веря в тот хаос, который устроил Вэй Ин.       Но прежде чем он успевает разразиться тирадой о том, что Вэй Ин представляет абсолютную угрозу для их клана, Цзян Яньли выглядывает из-за его спины, и все в мире внезапно снова кажется светлым и нормальным.       Она прикрывает рот рукой и счастливо смеется, пока Вэй Ин рассказывает ей о каждом дюйме и деталях того, что произошло в Облачных Глубинах, в то время как Цзян Чэн тихо стоит в сторонке.       Затем ее милые фиалковые глаза заблестели, когда она спросила его:       — А-Сянь, ты правда выходишь замуж?       Вэй Ин гордо ответил:       — Да! За двух Молодых господ Ланей из Гусу!       Цзян Чэн издает сдавленный звук, вырывающийся из его горла.       — Ты сделал это, А-Сянь! — Цзян Яньли радостно хлопает в ладоши. — Тогда, мой любимый диди, ты уже подумал о том, с кем проведешь первую брачную ночь?       Вэй Ин замолкает.       — А?       — Ваша брачная ночь! — игриво поддразнивает она. — Они сказали, что хотят раздельные комнаты, верно? Но ты ведь только один. Так что… тебе придется выбрать того, с кем ты проведешь ночь, верно? Чтобы… завершить брак?       Вэй Ин тихо приоткрывает губы, затем издает слабый хриплый звук, будто умирает… снова.       — Завершить брак? — взрывается Цзян Чэн со стороны.       — Я… я… я не думал так наперед! — заикаясь, произносит Вэй Ин, повышая голос на каждом слоге. — Я просто… я был так сосредоточен на том, чтобы не умереть… я даже не подумал о… завершении!       Если судить по книгам Не Хуайсана, то у Вэй Ина впереди большой путь…       Цзян Яньли снова хихикает, пряча лицо в рукав.       — Сянь-сянь, в будущем тебе придется принимать еще много трудных решений, подобных этому, понимаешь? Тебе нужно научиться закрывать аппетиты обоих любовников, да?       У Вэй Ина кружится голова, и он со стоном закрывает лицо руками.       — Мне… мне нужно…       Цзян Чэн закатывает глаза и хлопает его по плечу.       — Тебе понадобится нечто большее. Тебе понадобится божественное вмешательство.       — Не волнуйся, — говорит Цзян Яньли, целуя его в щеку. — Независимо от того, какую комнату ты выберешь первой, я уверена, что Лань Чжань и Лань Ванцзи… в конечном итоге оба окажутся в одной комнате с тобой.       При одной только мысли об этом Вэй Ин вскрикивает и утыкается лбом в ее плечо.       — Шицзе!!!!!!       Это уже начальная территория. Ему точно нужно позаимствовать у Не-сюна побольше эротики, срочно!!!!!!!!!!!!!!!!

———

      Экстра       У Вэй Ина был идеальный безотказный план удовлетворения мужей в первую брачную ночь.       Шаг первый: дождаться, пока Лань Чжань и Лань Ванцзи не вернутся в свои покои.       Шаг второй: прокрасться в одну из комнат (он еще не решил, в какую именно), осыпать этого мужа поцелуями, бесконечными нежностями и, возможно, несколькими большими глотками «Улыбки императора». Через полминуты тихонько выскользнуть из комнаты, на цыпочках пробраться по тропинке и повторить процесс с другим.       И все будут чувствовать себя одинаково любимыми! Никакой драмы! Никаких ссор!       Вэй Ин похвалил бы себя за гениальность, но он оставил бы это на потом!

———

      И вот, в первую ночь своего полиаморного брака — конечно, не первого в мире заклинателей, но, возможно, самого знаменитого — Вэй Ин на цыпочках, босиком, пробирается по тропинке восточной части Облачных Глубин, облаченный в вопиюще свободные красные шелковые одежды, сползающие с плеч ровно настолько, чтобы были видны красные отметины на его ключицах.       — Ладно, у тебя получится, — шепчет он себе под нос, поглядывая налево, затем направо. — Я просто должен правильно рассчитать время.       Большую часть вечера он провел, обмениваясь чашами вина с Лань Ванцзи, который, как и его близнец, не очень любил алкоголь, но настоял на том, чтобы в такой особенный вечер они с Вэй Ином соблюдали традицию.       В конце концов, из них двоих он всегда был смелее.       После этого, когда старший близнец крепко поцеловал Вэй Ина при свете фонаря, чаша с вином выскользнула у него из рук.       Как только Лань Ванцзи пошел переодеваться в ночные одежды, чтобы чувствовать себя более комфортно перед предстоящей ночью, Вэй Ин ушел в покои Лань Чжаня.       Лань Чжань приветствует его молча, с мрачным лицом и натянутой улыбкой. Большую часть вечера он ждал появления Вэй Ина, но только для того, чтобы убедиться в его вопиющем отсутствии… и этого было достаточно. Однако при появлении Вэй Ина его взгляд, наконец, смягчается от тихого облегчения.       Вэй Ин все-таки появился. Это что-то значило.       Поскольку он ждал очень долго, он просто затащил свою невесту в постель, не сказав ни слова.       Перешел сразу к делу. Вэй Ин обычно не возражал бы ни в малейшей степени. Однако он позволяет Лань Чжаню дойти только до петтинга, прежде чем начинает паниковать и боится, что Лань Чжань завладеет им на всю ночь, а это значит, что он не сможет вернуться к другому близнецу.       Пискляво взвизгнув, Вэй Ин поспешно отстраняется от поцелуя и выпаливает:       — Мне нужно в отхожее место!       … и тут же бросается в соседнюю комнату, где быстро вылезает через открытое окно и выскакивает на тропинку.       Чертыхаясь себе под нос, он думает: неприемлемо. Я не могу продолжать! Вот и весь мой грандиозный план! Сегодня он переночует в комнате Лань Ванцзи. Сегодняшняя ночь будет принадлежать ему, а завтрашняя — Лань Чжаню! Так будет справедливо и эффективно. Вэй Ину не пришлось бы убивать себя, тайком покидая комнату каждого из близнецов, как какой-нибудь третьей хозяйке в доме, надеющейся, что ее не поймают.       Он уже на полпути к двери Лань Ванцзи, когда позади него раздался голос.       — Куда ты идешь?       Кровь отхлынула от лица Вэй Ина.       С тихим вздохом поражения он медленно поворачивается и натягивает на лицо улыбку, которая, как он надеется, выглядит хотя бы наполовину убедительно.       Перед ним стоит Лань Чжань, волосы слегка растрепаны, мантия наспех накинута на голое тело.       О нет.       — Ой! А-Чжань, я… я просто вышел подышать, — лжет Вэй Ин, хотя у него это ужасно получается. — Ты украл у меня весь воздух, хахаха…       — Мгм, — глаза Лань Чжаня сузились. — Вэй Ину пришлось ради этого вылезать из окна?       Вэй Ин знает, что его поймали.       — Я, эм, — слабо отвечает он, — я не хотел портить настроение.       — Какое настроение? — сухо спрашивает Лань Чжань. — Я ждал тебя.       — Точно.       Лань Чжань переходит сразу к волнующей теме, уныло поглядывая в сторону покоев своего близнеца.       — Ты идешь к нему?       Сердце Вэй Ина замирает в тот самый момент, когда выражение лица Лань Чжаня меняется. В его прекрасных золотистых глазах появляется обида… Вэй Ину тяжело.       Все, он сдается! Он останется с Лань Чжанем! Он просто придумает отговорку для другого близнеца и скажет Лань Ванцзи, что был слишком пьян и заснул на каком-нибудь поле!       Собираясь отказаться от первоначального плана, Вэй Ин делает шаг к нему навстречу… когда позади распахивается дверь.       — Вэй Ин?       О черт. Лань Ванцзи тоже здесь?!!!       Прекрасно освещенный лунным светом, Лань Ванцзи стоит в дверном проеме, одетый только в тонкий халат, от него слегка пахнет вином, его брови слегка нахмурены.       — Где ты был? — спрашивает он, хотя его взгляд быстро останавливается на свежей дорожке любовных укусов на шее Вэй Ина.       Ему больше ничего не нужно.       — Ты выбрал его? — холодно спрашивает Лань Ванцзи, его самолюбие явно задето.       Лань Чжань тут же невозмутимо отвечает:       — Он сам пришел.       Это новый вид ада для Вэй Ина.       Он переводит взгляд с одного на другого, в панике хватаясь руками за голову.       — Нет, нет, нет, я никого не выбирал! Я просто! Просто! Я имею в виду, возвращался в твою комнату! То есть, — и тут он вспоминает, что Лань Чжань все еще здесь, поэтому он лихорадочно оборачивается, чтобы объяснить ему, — не обратно, потому что так-то я так и не добрался туда, но я подумал, почему бы не разделить ночь, верно? Потому что я люблю вас обоих, и разве совместное проживание не является важной частью нашего брака? Хаха. Хаха…       В ответ Лань Ванцзи сильно хмурится, а рука Лань Чжаня крепко сжимается в кулак.       Они пристально смотрят друг на друга поверх головы Вэй Ина, никто из них не хочет уступать невесту.       Не зная, что делать, Вэй Ин робко спрашивает:       — Или, может быть… мы могли бы вместе просто пойти в мою комнату?       Лань Чжань опускает взгляд.       — Я не хочу делить тебя с кем-то сегодня, — бормочет он.       Лань Ванцзи не отводит взгляда.       — Я тоже.       Вэй Ин переводит взгляд с одного на другого, его плечи опускаются, он выглядит совершенно безнадежно побежденным.       Ради всего святого!       Что делать Вэй Ину в этой безвыходной ситуации?????       Его брачная ночь должна была быть наполнена радостью и наслаждением, а не… не… чем бы это ни было!!!!!!!       Все, проехали!       — Ладно, знаете что? — наконец выдавливает он из себя, его голос дрожит от сдерживаемых эмоций. — Я из кожи вон лез, пытаясь заставить это сработать! Я сделал все, чтобы удовлетворить вас обоих! Если вы не хотите спать со мной по очереди и отказываетесь делить комнату, то, возможно, наш брак вообще не сложится! Мне надоело выяснять все самостоятельно. Теперь сами предлагайте решения. А до тех пор не ждите, что я переступлю порог чьей-либо комнаты!       Тихо фыркнув, он разворачивается и с важным видом идет обратно в свою комнату, оставляя своих мужей ошеломленно молчать.       И просто для пущей убедительности он не забывает слегка покачивать бедрами, прогибаясь ровно настолько, чтобы у них все замирало внутри, когда они смотрели, как он уходит.       Этого вы сегодня лишаетесь!       Вэй Ин достаточно настрадался. Теперь их черед!

———

      … выброс адреналина прошел к утру, когда Вэй Ин проснулся замерзшим и одиноким в постели, которая показалась ему слишком большой и пустой.       В конце концов, ни один из близнецов не пришел к нему до конца ночи.       Хм!       Неужели они настолько упрямые и гордые, что предпочли провести первую брачную ночь без невесты, чем делить ее с кем-то?       С громким стоном Вэй Ин натягивает одеяло на голову и зарывается поглубже в постель. Ну и ладно! Он останется здесь. Он не будет двигаться и есть. Он объявит голодовку — и задаст им!       Он не может себе представить, что скажет остальной заклинательский мир.       Молодые господа-близнецы Лани были настолько неумелы, что даже не смогли договориться, чтобы удовлетворить свою невесту в первую брачную ночь! Подумать только, их невеста настолько обезумел, что теперь чахнет в постели и добровольно морит себя голодом в их клане… и все из-за их неадекватности!       Да, думает Вэй Ин, укрепляясь в своей решимости. Он не будет двигаться, пока они сами не приползут к нему с решением!       Как раз в тот момент, когда он собирается снова задремать (Вэй Ин до сих пор не любит рано просыпаться), внезапно раздается негромкий стук в дверь.       Вэй Ин быстро вылезает из-под одеяла, глаза у него затуманены… кто это?       В ответ дверь со скрипом открывается, и в комнату входит младший близнец.       Вэй Ин мгновенно садится. Должно быть, у него уже лучше получается отличать близнецов, потому что он сразу же окликает его:       — А-Чжань?       Он узнает его по стоическому выражению лица и плотно сжатым челюстям. Лань Чжань выглядит слегка пристыженным, опустив глаза и рассеянно одергивая полы своего белого одеяния.       — Ты хорошо спал? — спрашивает он.       Судя по темным кругам под глазами Лань Чжаня, нет.       — Нет, — отвечает Вэй Ин. При этом он возмущенно думает: но, вероятно, намного лучше тебя, и это справедливо!       В ответ на это лицо Лань Чжаня наполняется чувством вины, и он, наконец, находит в себе силы извиниться.       — Я был… несправедлив прошлой ночью, — говорит он, опуская взгляд. — Я знал, что в нашу первую брачную ночь тебе придется выбирать… но я не мог заставить себя облегчить тебе задачу. Я… эгоистично надеялся, что ты выберешь меня.       Ах. Вот оно что. Вэй Ин с трудом сглатывает, у него перехватывает горло. Почему он так легко сдался, просто увидев опустошенный взгляд Лань Чжаня? Когда дело касалось близнецов, его было легко растрогать!       — Ну… я и не ожидал, что кто-то из вас сдастся, — бормочет он. — Я просто…       Лань Чжань качает головой и мягко продолжает:       — С самого начала я надеялся, что у тебя есть определенные предпочтения. Не думал, что они изменятся за время нашего брака. Но теперь я понимаю, что мне придется пойти на уступки, если это будет означать обеспечение твоего уюта и счастья. Мне с самого начала следовало уделять первостепенное внимание твоим чувствам, а не своим. Я… — он хмурится на себя, — был плохим мужем.       Вэй Ин быстро качает головой, не ожидая от него таких нежных слов…       — Не все зависит от тебя. Я даже не знал, что ожидал, что все так и будет, не совсем…! Я просто подумал, что если бы я смог найти способ сделать вас счастливыми, возможно, никто бы не пострадал, — он издает дрожащий смешок, одной рукой потирая затылок. — Я думал, что я гений. Но думаю, что я такой же ханжа…       Он поднимает взгляд, встречаясь с глазами Лань Чжаня с вновь обретенной надеждой.       — Но я… я правда хочу, чтобы мы разобрались вместе…!       Может быть, они вместе найдут выход?       В ответ на это в дверном проеме возникает еще одна тень.       Сам Лань Ванцзи входит в комнату и встает рядом со своим близнецом, выглядя еще более измученным, чем его двойник, с растрепанными волосами и очень бледным и осунувшимся лицом.       Боже, прошлая ночь явно была трудной для них!       — Мы поговорили, — наконец произносит Лань Ванцзи. — И пришли к решению.       Сердце Вэй Ина учащенно забилось.       — Вы… пришли к соглашению? Друг с другом? Добровольно?       Слишком трудно поверить, что всего несколько месяцев назад они даже не могли находиться в одной комнате — в течение десятилетий!       Лань Чжань едва заметно и с болью кивает.       — Разговор занял всю ночь.       — Мучительный, — признается Лань Ванцзи, — но… плодотворный.       Лань Чжань действительно кивает, хотя и не улыбается.       Вэй Ин с трудом может поверить!       Как единое целое, близнецы медленно приближаются к нему, Лань Чжань тянется к его руке, а Лань Ванцзи берет за другую. Кровать прогибается с обеих сторон, когда они садятся, окружая Вэй Ина.       Лань Чжань смотрит на их соединенные руки.       — Мы договорились делиться.       — Ради тебя, — тихо произносит Лань Ванцзи, — мы научимся.       В этот самый момент Вэй Ин забывает дышать.       А????!!!       — Правда? — шепчет он Небесам. — Это не розыгрыш? Вы же не настолько жестоки, чтобы так шутить?       При этих словах Лань Ванцзи слегка улыбается, наклоняется, чтобы запечатлеть поцелуй в уголке рта, и хрипло шепчет своей невесте:       — Я думаю, мы будем жестоки с тобой…       Только не так, как вы думаете.       Лань Чжань повторяет поцелуй с другой стороны.       Вскоре после этого он мягко толкает его обратно на кровать, в то время как Лань Ванцзи нетерпеливыми безжалостными пальцами распахивает его одежду.       О Боже!       — Подождите, эм, все слишком быстро, я не готов… — выдыхает Вэй Ин, когда его мантия начинает сползать с плеч.       Лань Ванцзи шепчет ему в шею, его дыхание теплое и обжигающее.       — Ты делишь свою любовь.       Рука Лань Чжаня почти угрожающе сжимает талию Вэй Ина.       — Но взамен получишь вдвое больше.       — А?! — Вэй Ин едва успевает вскрикнуть, как Лань Ванцзи крепко целует его, умело заглушая протест, а пальцы Лань Чжаня скользят ниже по его телу, когда он прижимается губами к мягким бедрам Вэй Ина.       Вэй Ину остается только задыхаться под их губами, прикосновениями и божественно вылепленными телами, которые закрывают все пустые пространства с обеих сторон.       Оказывается, находиться в центре сэндвича из красивых мужчин очень приятно!!!!!!!!

———

      Вэй Ин лежит, обливаясь потом, в абсолютном блаженстве.       Солнечный свет проникает сквозь бумажные окна, а легкий ветерок овевает его кожу.       Сначала он думает, что, возможно, ему все просто приснилось…       Но затем он поворачивается налево — Лань Чжань! — а направо — Лань Ванцзи! — и видит, что оба мужчины крепко спят после всего произошедшего, неподвижные и потрясающе безмятежные.       Этим утром… ах. Одно только воспоминание заставляет Вэй Ина краснеть до корней волос.       Лучше, чем все эротические романы Не-сюна! Лучше, чем его самые смелые мечты!       Вэй Ин хихикает про себя, как застенчивый маленький ученик, затем быстро утыкается лицом в подушку и кричит. (Приглушенно и уважительно, конечно, как и подобает в Гусу).       Ох, быть объектом бесстыдной любви двух мужчин и быть объектом их обожания, о чем Вэй Ин даже не может заставить себя говорить.       В прошлой жизни Вэй Ин, должно быть, спасал жизни целых народов…!       — М-м-м, — бормочет полусонный Лань Чжань, прижимаясь ближе к мальчику и пряча лицо на плече Вэй Ина.       Лань Ванцзи, который приходит в себя буквально через несколько секунд, полон решимости не сдаваться и прижимается еще теснее, собственнически обнимая Вэй Ина.       Вэй Ина, как игрушечную куклу, сминают в лепешку.       — Подождите, — хрипит он, — я не могу дышать!       — Мой, — настаивает Лань Чжань.       Лань Ванцзи приоткрывает один глаз и бросает косой взгляд на своего близнеца.       — Наш.       Утро обещало быть долгим.

———

      Их первая совместная трапеза после супружеского счастья… довольно интересная.       Лань Чжань настаивает на том, чтобы приготовить еду самостоятельно: обычная каша, чай и несколько маринованных овощей, искусно разложенных сверху.       Лань Ванцзи бросает на него взгляд, затем встает, выходит из комнаты и через некоторое время возвращается с острым обжаренным корнем лотоса, запеченными булочками и кусочком сушеного перца чили — судя по возмущенному взгляду, который бросает на него Лань Чжань, его тайно привезли из Цайи.       Вэй Ин неловко садится между ними, а близнецы спешат его покормить.       Лань Чжань кладет в его миску еще одну ложку обычной каши.       Лань Ванцзи тут же зачерпывает щедрую порцию пряного корня лотоса и кладет туда же.       Вэй Ин смущенно смеется и готовится приступить к трапезе:       — Вау! Какое роскошное блюдо на завтрак! Классическое сочетание Юньмэна и Гусу!       Он не забывает похвалить их усилия, чтобы ни у одного не вызвать ревность.       Он не хотел бы повторения вчерашнего!       — Мой Вэй Ин должен хорошо питаться, — торжественно произносит Лань Чжань.       — Лучше, чем хорошо, — не забывает добавить Лань Ванцзи, свирепо глядя на него.       Как обычно, они в шаге от дуэли.       Вэй Ин не может удержаться от вздоха.       И все же, когда утреннее солнце просачивается сквозь окна и к горячей каше примешивается восхитительный аромат корня лотоса, Вэй Ин смотрит на своих мужей и беспомощно улыбается, про себя думая: что ж, по-другому и быть не могло.       Ведь он, должно быть, самый счастливый человек на свете, раз замужем за своими самыми Молодыми господами-близнецами из Гусу!