Последний герой

      - Доброе утро, Магистр. – Не смотря на небольшую головную боль от выпитого на ночь глядя вина, да еще и не самого лучшего, Кэйя приложил все силы чтобы выглядеть бодро и энергично.       - Доброе. – Немного сонно протянула Магистр, а потом, посмотрев на Альбериха, в удивлении распахнула глаза. – Ну вот, совсем другое дело. – Девушка одобрительно улыбнулась. А кончики губ Капитана слегка потянулись вверх – она поверила.       На самом же деле Альберих все еще был подавлен, как и физически, так и морально. Особенно морально. В голову все лез взгляд Дилюка, и его пустые глаза, что не давали Рыцарю покоя. На трезвую голову произошедшее вчера отзывалось еще большей болью. Будто бы на сердце давило, и перекрывало воздух. Но он изо всех сил пытался отмахиваться от этих мыслей. Запихивая их в самый дальний ящик, понимая, что за последние несколько дней этот ящик почти полностью забился, и скоро вовсе развалится.       - Ну что, теперь я готов к нормальной работе, Магистр Джинн? – С усмешкой сказал Рыцарь, все пытаясь унять тремор в руках.       - Теперь готов. – Девушка улыбнулась. – Нужно зачистить лагерь Хиличурлов в районе Спрингвейла. Еще, по моим данным, там же в Спрингвейле видели двух стражей руин. Я думаю, тебе стоит взять с собой группу.       - Джинн, я и один прекрасно справлюсь. – Кэйя чуть закатил глаза. Он не любил работать в команде, особенно с рыцарями, за которыми нужен глаз да глаз чтобы те случайно не подставились под снаряды стража. - Рыцари будут только мешать, и в итоге у Барбары закончатся лечебные зелья. Ты же знаешь       - Ладно. – После небольшой паузы, сопровождающейся задумчивым взглядом, сказала Магистр. – Только пожалуйста, будь аккуратней.       - Разумеется, Джинн. – Блеснув сверкающим от удовлетворения глазом и такой же сверкающей улыбкой, Альберих поблагодарил Гуннхильдр, и довольный вышел из кабинета.       Выйдя из штаба, Кэйя сразу же пошел прямиком в Спингвейл. Дорога была не слишком дальняя, поэтому можно было и пройтись, что он, собственно, и сделал.       Взяв в руки карту, которую ему дала Магистр, тот быстро нашел нужный ему лагерь хиличурлов. Соблюдая необходимую, дистанция для того, чтобы его не заметили, Альберих начал разведывать обстановку. В лагере находилось два обычных хиличурла, один пиро стрелок, и два митачурла: один с огненным топором, другой с деревянным щитом.       «Да уж» - подумал Капитан, но о своем выборе отправиться в одиночку на задание не пожалел, скорее наоборот, ведь кто-то из неумелых рыцарей очень вероятно, что таки угодил под огненную стрелу или топор. Его заинтересовала другая мысль: Почему Дилюк допустил образование такого лагеря совсем рядом с Винокурней, он ведь наверняка уже знал о нем, со своими бесчисленными информаторами. Это определенно было странно.       Сократив дистанцию метров так на пятнадцать, Кэйя запустил с десяток небольших осколков льда, для отвлечения внимания. Сил у них хватило лишь на то, чтобы приземлиться прямиком рядом с монстрами, но на то и был расчет. Немного обойдя лагерь, и быстро сократив дистанцию, Альберих оказался совсем рядом с чурлами, и пустил по земле крио, точечно замораживая конечности монстров. А затем, резко двинулся на них, с, все тем же хищным взглядом и почти животным оскалом. В этот раз он принял решение сразу расправиться с самыми слабыми – с двумя простыми хиличурлами, а не выматывать их. Так было проще, хоть и немного скучнее. Пока те все еще находились в ледяных оковах, Капитан вонзил клинок сначала одному в затылок, а потом другому, двумя ударами расправляясь с ними.       К этому времени, лед, что он пустил по земле, уже растаял. Митачурлы бросились на Рыцаря, а пиро хиличурл, стоявший на башне, начал натягивать огненную стрелу. Не долго думая, Кэйя посчитал что будет логичнее сперва убить стрелка, чтоб потом не отвлекаться и не уворачиваться от его атак на протяжении всего боя. Но вдруг, в его голове возникла идея. Альберих запустил крио энергию в митачурла с топором, чтобы временно того заморозить, и вступить в драку с щитовиком. Как и было задумано, тот побежал на него, а Кэйя стоял на месте глядя то на митачурла, то на стрелка. А когда все сошлось, то резко сдвинулся с места, заставляя щитовика повернуться. Огненная стрела что должна была попасть в Альбериха, из-за его маневра попала в деревянный щит, что начал постепенно сгорать, к тому же отвлекая внимание монстра на попытки потушить его. С одним лишь крио и физической силой – было сложно проломить щит, поэтому Капитан прибегнул к этой стратегии. Конечно, он мог просто заморозить его, и никаких бы проблем не возникло, но разбрасываться элементарными силами не стоило, к тому же – так было скучнее.       Пока единственное оружие митачурла догорало, Кэйя зашел сзади и атаковал стрелка одним точным осколком льда в затылок, от чего тот тут же рухнул с башни. После, вновь вернулся к более крупным монстрам. Теперь можно было действовать по своей излюбленной тактике. Альберих начал постоянно менять местоположение, даже особо не атакуя, а лишь иногда уворачиваясь от огненного топора. Тот, к слову, в какой-то момент все же задел Капитана. Спалил небольшую часть ткани на его боку, на что Кэйя выругался.       Наконец, монстры достаточно устали, а Рыцарь вдоволь наигрался, поэтому вновь совершая несколько маневров, сделал два точных удара. Щитовику в шею, а митачурлу с топором в затылок.       - Как-то я затянул с вами, ребята. – Вытирая капли пота с лица сказал Альберих, а после, резко обернулся сведя брови к переносице и вновь призывая клинок. – Выходи уже! – Крикнул Рыцарь, но никого не увидел. Ему уже порядком надоело это вечное чувство слежки. Создавалось ощущение будто его спину прожигают чьи-то глаза, ни на секунду не отрываясь. – Гребанные Фатуи. – Сказано это было уже шепотом. Он все еще думал на них.       Из кармана Кэйя достал карту, и быстро поняв расположение следующей его цели, отправился на встречу к стражам руин. Дорога не была сильно долгой, заняла около тридцати минут.       Усталость тут же ушла, как только он заприметил стражей. Альберих шмыгнул за куст, дабы его не заметили, но было уже поздно – вокруг него возник красный круг, куда вот-вот приземляться снаряды. Выругавшись и на себя, и на монстров, Рыцарь вновь сменил местоположение. Он двигался быстро, и прям во время бега запустил одному из стражей в ядро лед. По крайней мере – хотел. Из его меча, в сторону механизма, не отправилось ни единой льдинки, что в моменте сильно напугало Кэйю, кажется, на секунду, он даже застыл от удивления, ведь за все время обладания Глазом Бога, крио никогда его не подводило. Ступором Рыцаря воспользовались стражи – один пошел на него вертя корпусом и размахивая руками, а другой запустил снаряды, которые вот-вот уже прилетят в Кэйю, не оставляя от него живого места. Увидев это, Альберих рефлекторно, не смотря на ослушавшуюся стихию, атаковал, в цели заморозить противником. Но тут, он удивился еще больше. Нет, он даже испугался. Стражей руин теперь сковывал толстый слой льда, грубой формы. За секунду пазл в его голове сложился, застав Капитана врасплох.              - Наконец-то догадался? – Послышался голос сзади.       - Нет. Этого не может быть. – Кэйя резко обернулся. Его окатило холодным потом, когда он увидел Дайнслефа.       - Кэйя, успокойся. – Холодно проговорил страж.       - У меня же еще должно было быть несколько лет. – Альберих был в ужасе, с распахнутыми, то ли в страхе, то ли в злости, глазами, он смотрел на Дайнслефа, еще не до конца веря в происходящее.       - Действие проклятия непредсказуемо. У некоторых оно наступает раньше, у некоторых позже.       - Твою ж мать… - Клинок выпал из рук, ударяясь об землю. – Это ты следил за мной?       - Да. И буду продолжать следить. Когда проклятье войдет в последнюю стадию, я перенесу тебя на земли Каэнриар`ха. – Дайнслеф говорил строго. Все было четко и по делу, без всяких сантиментов, даже не смотря на состояние Кэйи.       После этих слов, стражник удалился, оставляя Альбериха, у которого только что ушла земля из-под ног, наедине с собой. Практически.       За спиной послышался треск льда – стражи вырвались из оков, снова атакуя Рыцаря. Что было дальше, Кэйя не запомнил. Все как в тумане. Кажется, в тот момент он пытался выместить всю свою злость, и всю свою обиду на этих механизмах. Злость на свою проклятую нацию, злость на отца, злость на самого себя за предательство самого близкого ему человека. Дилюк только вернулся в Мондштадт, только у Альбериха появилась возможность чтобы все исправить, чтобы восставить их отношения, но вот, судьба отбирает у него этот шанс, вновь обрекая на страдания.       Кэйя находит у себя в ногах части от механизмов, которые все были в грубых осколках льда. Сам он был весь в пыли, ссадинах и синяках, боли от которых, пока что не замечал. Альберих свел брови к переносице, чуть приподнимая их, и поднял голову, прикрывая глаза. Как он сейчас пойдет к Джинн, держа свою фирменную ухмылку? Как теперь ему смотреть ей в глаза, зная, что его скоро не станет? А как он посмотрит в глаза Дилюку?       Вытирая слезы рукавом, Кэйя, постарался собраться с мыслями. Он тяжело выдохнул, тряхнул головой и отозвал меч, а затем, полностью опустошенный пошел в сторону Мондштадта.              Находясь уже в комнате, Кэйя обрабатывает ссадины лечебным зельем что выпросил у Барбары. Его лицо не выражает эмоций, но не смотря, на это, внутри него разверзается буря, которую тот так упорно пытается уместить в тот самый дальний ящик, что уже трещит по швам.       Он скоро умрет. Через сколько точно – не знал, знал лишь что у него есть не больше года, и то, если повезет. Постепенно он начнет все больше терять контроль над крио, то выдавая слишком сильный заряд элементарных сил, то незапланированно слабый. После, по его телу начнет ползти лед, от глаза по всему оставшемуся телу принося увечья и кровоточащие раны. Это будет происходить приступами. А затем, когда проклятье вступит в полную силу, когда-то знаменитый Капитан Кавалерии Ордо Фавониус, превратиться в неподвижную глыбу, полностью окованный в лед. От этих мыслей ему становилось дурно, к горлу подступала тошнота, а в глазах начинало темнеть. Он все еще не хотел принимать правду, ведь в таком случае, у него остается совсем немного времени чтобы успеть восстановить связь с Дилюком. Но надежды на это почти нет. В тот день Рагнвиндр чуть ли не спалил его заживо, а сейчас, Кэйя надеется на его милость. Какая же глупость.       Альберих запустил дрожащие руки в волосы, с силой их сжимая. Практически выдирая. С усилием он протер лицо, а затем оперся локтями на колени, сопрягая руки в замок. В таком положении он просидел около тридцати минут, просто смотря в пол, и представляя свою скорую гибель.              - Можно войти? – Перед тем как постучаться в кабинет Магистра, Кэйя довольно долго собирался с мыслями. Сейчас ему надо было сделать вид, что все в порядке, будто бы ничего не произошло. И это было чертовски сложно. Чтобы подкрепить образ, Альберих сменил одежду, и выглядел вполне опрятно, только ссадины на руках, и на немного открытой груди давали понять, что недавно рыцарь сражался.       С той стороны, послышалось «Войдите». Рыцарь открыл дверь, собираясь войти, но тут же замер.       В кабинете Джинн сидел Дилюк.       При виде него, у Кэйи, в очередной раз за сегодняшний день, перехватило дыхание. Хотелось попятиться назад, и срочно уйти отсюда, но Капитан переборол это желание. Ему потребовалось очень много сил чтобы переступить порог кабинета.       Кэйя лишь на секунду изменился в лице, а после вновь сделал невозмутимый взгляд. Но этого хватило на то, чтоб Джинн начала на него обеспокоенно смотреть. Она все прекрасно понимала.       А Дилюк даже не обернулся, хотя Альберих был на все сто процентов уверен, что он понял, кто стоит у него за спиной.       - Я как раз хотела тебя позвать, присаживайся. – Джинн, кажется, выглядела напуганнее всех. Ее взгляд метался между Дилюком и Кэйей, в ожидании всего что угодно.       Альберих присел на стул, рядом с Ранвиндром, и посмотрел на него.       Дилюк, за все эти четыре года сильно возмужал. Его взгляд стал куда суровее, плечи – шире, а волосы – еще длиннее. Но в этом образе, Кэйя все еще мог распознать черты своего брата. По крайней мере по привычке скрещивать руки на груди, что была у него еще с самого детства. И по запаху, что отдавал виноградом, и, одновременно с этим, чем-то тлеющим. Заметив все это, Альберих еле как сдержал улыбку. Сейчас было определенно не лучшее время для разговора двух братьев, которые не виделись столь долгое время, но сдержаться Кэйя не сумел. К тому же, очевидно, что Дилюк пришел сюда не просто так, а по делу, скорее всего очень серьезному.       - Читал мои письма? – Эта неловкость и жуткое напряжение что царило в кабинете, буквально съедало Альбериха изнутри. Поэтому он тут же выпалил первое, что пришло ему в голову в ту же секунду же жалея об этом.       - Во время моего отсутствия в Мондштадте, я внедрился в ряды Фатуи. – Дилюк безжалостно проигнорировал вопрос Кэйи, начиная свой рассказ. В тот же момент Рыцарь почувствовал тупой удар чем-то зверски тяжелым в районе груди, и тут же, отвел немного стыдливый взгляд в сторону, прикусывая щеку до крови. – Тогда, я узнал, что они проводят эксперименты на наших территориях. Поэтому я был вынужден вернуться. – За все это время Дилюк так и не посмотрел на Альбериха. А Альберих, в свою очередь, неугомонно пялился на того, кажется, сверля в нем дыру. Кэйя знал, что Рагнвиндр чувствует это, но оторваться не мог. – По моим данным, на наших землях есть необходимые для их опытов ресурсы. Скоро они выйдут с нами на переговоры, для легализации их деятельности, но я уверен, что они уже основали несколько лабораторий на территории Мондштадта. – Дилюк указал на несколько точек красного цвета на карте что лежала на столе у Джинн. – Это их возможное расположение. Я готов оказать помощь Ордо Фавониус. – В этот момент глаза Кэйи распахнулись. Неужели ситуация настолько критична что Дилюк согласен помочь Ордену? Это его сильно напугало, хоть, с другой стороны, как бы не было стыдно это проговаривать, в тоже время и порадовало. Он ведь Капитан Кавалерии, а значит с Рагнвиндром они точно будут пересекаться. – На этом все. Вынеси решения о разведках, и я к ним присоединюсь. – Последнюю фразу Дилюк проговорил будто переступая через себя. – До свидания, Джинн. – Тот встал со стула, а затем, впервые за весь свой монолог посмотрел на Альбериха. – До свидания, Сэр Кэйя. – Еще один тупой удар в грудь. Эта приставка будто бы оглушила Рыцаря. Человек, с которым они провели все детство и юношество бок о бок, обращается к нему на «Сэр». Да еще и эти глаза. Они все еще были такими же пустыми, как и тогда, не выражая ни единой эмоции. Это как будто бы в миг отняло у Капитана последнюю надежду на восстановление отношений между ними, создавая бездонную пропасть в душе.       Магистр попрощалась с ним, а Кэйя нет. Он так и застыл, смотря в одну точку, даже после того, как за его спиной захлопнулась дверь.       - Ты как? – Тихо, и очень осторожно спросила Джинн, смотря на опустошенного Рыцаря.       - Все хорошо. – Кэйя поднял голову, немного поморгав, чтоб привести себя в чувства, и убрав тень разочарования с лица, посмотрел на Магистра. – Вот отчет за сегодняшний день. Все лагеря были успешно зачищены, новых найдено не было. – Протараторил Альберих. – Мне пора идти, до завтра. – После этих слов, Кэйя, словно пуля, умчался из кабинета.       Сегодня он точно купит две бутылки вина.