Судьбоносная Братва: Стояк в Ночи

      Пламя. Удушающий дым, все норовящий сжечь легкие дотла. Пепел, застилающий взор и обжигающий каждым своим прикосновением. А, нет, это уже было. Блин, повторяюсь. Жар. Настолько горячий, что испепеляет саму душу. Выжигает на ней неисправимые борозды, оставляя лишь прах. Во, вот это другой разговор. Никакого чувства дежавю, следовательно все прекрасно.       Ну почти.       — Ха-ха-ха-ха! — с чувством, с толком и расстановкой заливалась дьявольским смехом одна мадама, в истории известная как мужчина. — Какие же вы все ничтожные! Да, склонитесь перед Королем Демоном!       Еще и издевается, зараза. Я бы, конечно, за такое лицо бы подрихтовал, вот только издевки демоническая Нобунага вполне соответствовали действительности. На коленях сидели все.       — Да никогда в жизни, — сквозь крепко сжатые губы прошипела Арчер, вставая и опираясь на Каншо.       Лоб ее был рассечен, одежда в некоторых местах обзавелась непредусмотренными изначально вентиляционными отверстиями, да и вообще у нее был вид побитой дворняги. И это у Слуги с наилучшими показателями для борьбы с великим полководцем. Думаю, говорить про то, как выглядели остальные бессмысленно? Хреново.       Ришара вон вообще валялась где-то сбоку и не особо подавала признаков готовности продолжать бой. Ей не повезло больше всего. Мало того, что японка в своей авенджерской форме продолжала обладать жуткими способностями для активного посыла нахуй всех наших козырей, так она еще и начала активно рваться в рукопашку со своим нодачи наголо. А против нодачи, что являлся нереально длинной катаной, с обычным полуторником Ришары сильно не повоюешь. В итоге их очередная схватка закончилась прилетевшей ступней Нобунаги прямо поддых Сэйбер, сопровождаемой ужасным скрежетом сминаемых доспехов.       Я, который в этот момент пытался как-то помешать избиению короля или хотя бы реализовать окно, тоже был встречен царским лещом бешеного демона и также отправился в полет. Вот так вот и разрушились мои розовые очки о том, что я тут самая главная имба на районе. Вселенная умудрилась извернуться, но найти способ как меня законтрить. И какой! Мы думали, Нобунага-Берсеркер – это финиш? Аха-ха, нет это были лишь цветочки.       Вот это вот чепушило с красными волосами и черной броней, напоминающей самурайские доспехи, в одиночку просто низвело до атомов любой, даже самый призрачный, шанс на нашу победу. Ну или хотя бы ничью. Вот черт бы побрал старика Айнцберна и его любовь к постоянным выкрутасам на Войне за Грааль. Выживу, скатаюсь снова в Германию и устрою ему настоящее анальное родео за все хорошее.       — Есть идеи? — отхаркнула кровь Арчер, обращаясь ко мне и призывая новую Бьякую.       — Идея лишь одна – хватать за шкирку Сэйбер, Ширу и Рин и валить отсюда нахрен. — схватился я за до сих пор кружащуюся от удара Авенджера голову.       — Не уверена, что нам дадут, — вскинула мечи «лучница». — Ты сможешь в случае чего добраться до Илии и убить ее, пока я сдерживаю это?       Радикально. Но вполне логично, учитывая текущую ситуацию. Авенджер наверняка маны жрет как не в себя, и без подпитки самоуничтожится довольно быстро. Наверное. Возможно. Только вот есть один нюанс.       На некогда чистенькой и ухоженной улочке, которая теперь напоминала скорее какой-нибудь Мустафар благодаря разошедшемуся во все стороны от Нобунаги огню, валялась без сознания не только Ришара, но и «человеческая» половина Авенджера. И вот по ней были вполне определённые вопросики. Если она сейчас проснется, то нам всем тут ой как не поздоровится. А еще я вроде бы видел парящих над нами птиц, но это скорее всего уже мои галлюцинации. Какие птицы полетят в самый центр ада?       Но что же делать? Будить Ришару и давать ей разрешение на использование Экскалибура? Это ее точно выведет из боя, но есть шанс, что Нобунагу подобное проймет. А может и нет. И даже вероятнее, что нет, потому я раньше и не разрешал. А что ещё делать-то?       — Оставить тебя одну на одну с этой демончугой? — хмыкнул я, вставая. — У меня плохое предчувствие на этот счет.       Устроить тройничек с Рин и Широй было бы неплохо, но не ценой Арчер. А, блин, другой таймлайн, тут дело даже до трусов скорее всего дойти не успеет. Шира-старшая держится на одних морально-волевых. Как, собственно, и я. Вот бы был такой способ единовременно бустануть все свои параметры, хоть даже и ненадолго… да, жаль, что его нет.       Поэтому продолжаем пафосно превозмогать. Ну насколько это возможно будучи одной ногой в коме от жара и высасывания мистики.       — Делаем так, — поднялся я следом. — Будем будить Сэйбер и использовать ее Фантазм.       — Сомнительно.       — Других идей нет.       Начался очередной махач. Я играл в лучника и поливал Нобунагу своими клинками из маны, на которые ей было чуть менее чем насрать, но хоть отвлекал. После разделения Авенджер ни разу не использовала винтовки, что давало мне некую свободу в этом плане. Еще бы это толк приносило. Но нет, я просто в пустую тратил энергию, но зато умудрялся косплеить Гильгамеша, поэтому простительно.       Пока яростно веселящаяся от битвы Нобунага не отправила в полет уже Арчер, а потом начала быстро приближаться ко мне. Ей богу, не Слуга, а авиалиния целая. Ей бы в боевиках сниматься с таким подходом к убийству противника. Это в целом была моя последняя мысль, перед тем как ее нодачи всё-таки умудрился меня хорошенько достать.

***

      Первым, что увидела очнувшаяся Ришара было заляпанное кровью лицо Арчер с невероятно усталым взглядом. Следующим была рослая фигура неизвестного… Берсеркера? Кто конкретно уже бился с ними после маневра Мастера Кастер, король Англии понять не могла. Да и не важно это было.       Куда больше ее поразила сцена сражения неизвестной аловолосой женщины против брата ее Мастера. А точнее финал этой битвы. До смешного длинный клинок Берсеркер прорвался через все линии обороны Норитоши и впился глубоко в его тело, росчерком прорезая путь от плеча до противоположного ему бедра. О количестве вырвавшейся при этом крови речи даже не было. Это был конец. Абсолютный и бесповоротный. После такого не встанет даже Слуга.       — Фантазм! — отвлекла ее хрипом Арчер от созерцания столь ужасной картины. — Бей!       Точно. Пока враг занят празднованием нейтрализации одного из врагов, самый удачный момент, чтобы попытаться нанести сокрушающий удар в спину. Да, возможно, это не очень достойно рыцаря на вроде нее, но на войне редко когда вспоминают о чести.       Ришара начала медленно подниматься из последних своих сил и схватилась за лежащий рядом меч. Настоящую реликвию своего кумира она отыскать так и не смогла, но здесь и сейчас реальность была на ее стороне, даровав Героической Душе Ришаре ультимативную атаку своей далекой предшественницы.       — Экс… — еле смогла поднять копию легендарного меча Сэйбер. — Ка…       Когда блондинистая мечница стала заряжать свой Фантазм, ее противница смогла что-то почувствовать и повернулась в сторону остальных Слуг с кровожадной улыбкой до ушей. Ее совершенно не страшила встреча лицом к лицу с козырем Сэйбер. Вот только события резко пошли по совершенно другому сценарию.       — И ты называешь это ударом? — тот, кто уже, казалось бы, был полностью выведен из боя, неожиданно появился прямо рядом с Берсеркер, брызжа по сторонам литрами крови.       — Вот это удар!       Впечатавшийся в лицо опешевшей безумицы кулак умудрился нанести первый за бой хоть как-то заметный урон по Берсеркер, отправив ту перепахивать крохи едва уцелевшего асфальта. А сам «живой мертвец» с белыми волосами вдруг залился истеричным хохотом, смотря на это.       — Чак Норрис убил пятьдесят человек гранатой, а потом она взорвалась, — нес откровенный бред альбинос, прикрывая рукой вспоротое брюхо. — Я пережил смертельный удар и продолжил бой. В этом явно есть некая аналогия, но я все никак не могу ее понять.       — Рыбешка все трепыхается? — сплюнула кляксу крови довольная Король Демон. — Достойно уважения.       — Как же ты меня уже заколебать успела, — нахмурился Норитоши и закатил глаза. — Пора кое-кому познакомиться с моей демонической стороной.       А Ришара в это время все еще стояла в нерешительности с поднятым нал головой мечем, не зная стоит ли ей продолжать. Особенно, когда странный Мастер поднял свою окатану и пробил ей свое же сердце. И все это под аккомпанементы дьявольского смеха истинного безумца среди всех присутствующих.       А уж когда он стал видоизменяться, превращаясь в нечто куда более страшное и опасное, руки дрогнули вообще у всех.

***

      Хмм.       Хмммм.       Хммммммм.       Хммммммммммм?       Однако-с.       Вот это я, конечно, мастак попадать в различные ситуации. Сначала сразился хрен знает как с, наверное, сильнейшей Слугой из всех когда-либо бывавших в Фуюки. В том числе и в альтернативных мирах. Потом удачно развлекся с будущей версией своей сводной сестры, в том числе из-за вмешательств собственного «я» низшего порядка. А теперь вынужден вести переговоры с той, кто еще пару дней назад пыталась сделать из меня красненькую лужицу.       Однако-с.       — Норитоши, я тебя точно когда-нибудь прибью! — прошипела мне со спины Тосака. — Особенно, если переживу этот день.       Нобунага у порога вызвала у меня очень противоречивые чувства. Еще больше внутренних противоречий во мне стало после того, как выяснилась цель ее визита. И нет, нам не пришли повторно надирать задницы, как можно было предположить. С нами пришли договариваться.       Поэтому в многострадальной гостиной Эмия сейчас развернулась настоящая полевая палатка, где с одной стороны были мы – а точнее я, потому что все наши дамы резко спрятались за моей могучей спиной по самым разным причинам – а с другой завернутая лишь в какую-то тряпку Нобунага с удовольствием цедящая наш чай. Дорогой между прочим! Кто мне будет его стоимость возвращать?       — Угомонись, Рин-чан, — шикнула на брюнетку Шира, что могла спокойно вести переговоры вместе со мной, но хитрая лисица предпочла спихнуть все на меня. А я запомню это. — Тут и так все сложно.       — Легко говорить той, у кого Слуга не валяется в отрубе от оргазмов или что там с ней произошло.       — Обидно, что это произошло не с тобой?       — Кхм, — откашлялся я в кулак, прерывая споры позади меня.       Возникшая в моей голове картина голой и смущенной Рин за место Арчер отрицательно сказалась на свободном месте в промежности брюк, а мне тут думать надо о совершенно других делах. И с каких пор я стал столь легко возбудим? Наверняка, все из-за скотины розоволосой. Фембой в голове – горе человеку. Однозначно.       — Пожалуй нам стоит начать эти самые переговоры, на которых вы так настаивали Ода-доно, — сел я в позу человека, готового к многочасовым дебатам.       — Я еще не допила чай, — было мне ответом.       Как хочется взять и отвесить смачной пощечины по этим наглым мордасам. Мой чай продолжает утекать в желудок без пяти минут назад врага, а меня еще и всерьёз не воспринимают! Доколе! Так может делать только Рин, да и то по старой нашей дружбе, а не всякие полководцы давних времен. Погодите, а что, если Тосака – потомок Нобунаги? Между ними есть некоторые сходства…       — Не хочу казаться грубым, но это вроде бы вы тут чуть ли не на коленях ползали у входа, выпрашивая аудиенцию, — начал я ее давить. С Тосака работает, может тут тоже?       — Ничего подобного. Это, наоборот, милость с моей стороны, что этот разговор мы ведем не после того, как я поставила бы всех вас в догэдзу, — задрала нос боевая полторашка.       — А ходить в каких-то обносках, затрофеенных с первого попавшегося бомжа – это тоже милость с вашей стороны для этого бренного мира?       — Тц, — скривилось ее лицо знатно. — Туше. Ситуация действительно не располагает к излишней наглости с моей стороны, особенно учитывая, что вы знаете мою личность. Прошу простить.       А это точно Берсеркер? Чет, как-то не очень похоже на ту, кто еще недавно тут грезила лишь смертью и разрушением. Судя по удивлённым вздохам за моей спиной, показалось это странным не только мне.       — Конкретно я довольно плоховато помню события той ночи, но разве мы не сошлись на ничье? — слегка завысил я наше полное поражение до удовлетворимого равенства. — Неужели дорогой Илии этого хватило, чтобы образумится и выслушать нас?       — Ха-ха-ха, — прыснула Нобунага, — Ничья. Ха-ха. Оптимизма вам не занимать Эмия-сан. Вас разделали под орех.       — Тогда я тем более не вижу смысла в вашем появлении на лужайке моего дома, — сидел я с покерфейсом. В целом-то ее слова были полной правдой, но обиду это не уменьшало. — Коль мы такие слабаки, почему Илия не пришла добивать нас бедных?       — Тут есть определенный нюанс, — резко поменяла свое поведение Нобунага, на смену смеху пришла легкая застенчивость нашкодившего котенка, что опять же слегка выбивалось из ее образа. — Илиясфиль фон Айнцберн не причастна к нашим переговорам. Я, Ода Нобунага, говорю лишь за себя!       — Что? — моргнул я. — Можете пояснить тупенькому мне, как Слуга может прийти в тайне от своего Мастера на переговоры с врагом? Как-то это недостойно самурая.       — Поэтому я и говорю, что ситуация неоднозначная, — сжались у нее губы. — В чем виноваты полностью именно вы!       — Да я уже понял, что тыкать кого попало своим мечом не лучшая идея, — почесал я переносицу. — И в чем же конкретно была моя вина?       — Изначально я была призвана в качестве класса Берсеркер, как вы знаете, — отпила Нобунага чаю, начав свой рассказ. — И в целом меня все вполне устраивало. Айнцберн призвала меня еще пару месяцев назад, дала доступ к этой вашей «всемирной паутине», предоставила текущую форму японской армии. Да она – девчонка со своими тараканами, но в целом меня все устраивало. Тем более Берсеркер как класс весьма непритязателен, даже не смотря на довольно низкое Безумное Усиление у меня. У нас с ней была не идиллия, конечно, но довольно слаженная команда. Да и Мастер из нее просто превосходный, мана текла настоящим речным потоком.       — А потом случился я?       — А потом случились вы, — кивнула Слуга. — То, что вы сделали, я даже сейчас не могу толком описать. Вы просто взяли и разъединили мой Святой Граф на две половины, что вылилось в появлении меня и… другой меня. Все мое безумие, злость и ярость на мир, богов и остальные объекты мистической природы, что составляли мое Зеркало Души, перетекли именно ей вместе с титулом Короля Демона. Мне же осталась лишь моя слава как полководца-реформатора, из-за чего я теперь не Берсеркер, а Арчер.       Здорово, теперь, блять, у нас три Арчера в одной Войне. Замечательно, я бы сказал.       — А другая?       — Она теперь Авенджер, — пожала плечами человеческая версия Нобунаги. — И ненависти в ней настолько много, что даже мне, будучи лишь другой частью нее, страшно находится поблизости. Это самый настоящий монстр без жалости, сострадания и всего человеческого.       — Демоновы Айнцберны, — себе под нос пробубнела Тосака.       — И… ты пришла к нам? — резюмировал я ее речь.       — Да. После нашего раздвоения Илия словно с цепи сорвалась, — поежилась Нобунага. — Эти две сумасшедшие нашли друг друга и ни одному благоразумному человеку не стоит рядом с ними находится. Опасно для здоровья.       — То есть ты сбежала.       — Отступила на более выигрышное поле боя, — поправила меня она.       — Но ты все еще являешься ее Слугой, над которой довлеют Командные Заклинания, — высунулась сбоку Рин.       — Из одного Слуги появилось двое, а Заклинаний у Илии все еще три. Эта ситуация крайне запутанна, как и все наши связи, поэтому никакой гарантии, что ее приказ дойдет до меня, нет.       — И все же. Тебе могут приказать атаковать нас, а лично мне подобная часовая бомба в тыле не нужна, — сузил я глаза, пытаясь понять, не обман ли это?       — Даже если это и произойдет, я не боец, — с горечью ответила она. — Конкретно в этой версии себя как Арчер я весьма и весьма слаба. Любой из вашей компании скорее всего сможет меня одолеть один на один. Но я могу обеспечивать поддержку огнем. А еще я очень сильно хочу уничтожить ту часть себя, — порозовело ее лицо от сдерживаемого гнева. — «Бесполезный мусор», да как только она посмела. Я не позволю никому стирать с земли мою Японию!       — Воу, — будто прочла мои мысли Шира, высунувшаяся с другой стороны. — Ситуация сложная.       — Весьма, — кивнул я.       Стоит ли оно того? Если у нее действительно нет больше всякой анти-фигни, то и Слуга из нее выходит дольно средненький, если не хуже. И в таком случае угроза для нас от нее действительно небольшая, но мы говорим о Слуге Илии, а Илия еще та выдумщица. Я даже боюсь спрогнозировать, на что она может пойти, если очень сильно захочет. В таком случае оставлять Нобунагу, если это уже не какая-то хитрая многоходовочка действительно опасно. Но есть одно но.       — Так, Норитоши, я надеюсь ты не обдумываешь вариант оставить ее у себя? — с нулевой выкатила мне претензию Тосака. — Даже у тебя должно быть достаточно мозгов, чтобы понимать всю дурость это затеи.       — Я понимаю, — не стал я с ней спорить. — Но у меня возникла идея!       — У меня уже голова начала болеть, — схватилась за висок Рин.

***

      — Привет, ненаглядная, — погладил я по голове одну соню. — Как восстановление?       — Норитоши? — проморгалась Медея и схватила меня за руку. — Что ты делаешь?       — Проявляю ласку к пострадавшей по моей ошибке? — наклонил я голову. — Я должен был предсказать последствия твоей тактики и остановить раньше. Тогда бы ты не получила это ранение.       Провел я пальцем по перебинтованному плечу девушки. Находились мы в сарайчик… ой, то есть Мастерской альянса Эмия. Мы же тут все серьезные люди, а не в игрушки играем. Пример Медеи показателен. Бедная уже вторые сутки к магическому кругу прикована.       — Глупый Мастер, я та, кто должна воевать и думать о подобном, — улыбнулась она, легонько бегая своими пальчиками по моей ладони. — Не ты.       — Еще скажи, что и маг из меня хреновый.       — Так и есть. Девочка Тосака права по каждому из пунктов, — дернулись у нее эльфийские ушки от скрываемого смеха. Плохо скрываемого.       — Ну так Тосака же, — важно покачал я головой. — Кто еще будет в большей степени прав, как не она?       — Только в одном она ошиблась полностью, — пропали смешинки из ее глаз, а пальцы крепко сжали меня за запястье. — Ты не дурак. Ты слишком хорошо им прикидываешься.       — Это плохо? — не дернул я и глазом. — Я просто играю роль шута, чтобы другим было весело, и они не скучали, плакали, горевали и так далее и тому подобное.       — Слишком хорошо, — повторила Кастер, чуть ли не гипнотизируя меня глазами. — Ты попался.       — О нет, моя рука в капкане, — затряс я пойманной конечностью. — Что же делать?!       — Хватит игр, прошу. Ты знаешь, кто я.       — Ты удивишься, но сегодня ты не первая, кто говорит мне подобное, — продолжил я улыбаться и испускать лучи позитива.       — Как долго ты знал? — Медея правда на мое поведение не повелась, продолжив сидеть с максимально серьезной моськой.       — Да с первой нашей встречи, случайным образом я попал куда нужно, а дальше твои реакции сказали все за тебя.       — Так долго? — расширились ее глаза. — И все это время…       — Все это время… что? Жил не тужил с Ведьмой Предательства? Да, вопросы?       — Но почему? — лицо ее в этот момент выражало высшую степень непонимания. — Я же… ты же… ты знаешь мою историю. Ты знаешь, кто я такая! Разве тебе не должно быть противно, как герою?!       — М, с чего вдруг? — стал я массажировать ей ушко, до которого смог дотянуться все еще удерживаемой рукой. — Ну то есть как бы да, но как раз, потому что я знаю твою историю, у меня и нет с этим проблем.       — Я убила собственного брата! — крикнула Медея       — По велению Афродиты, — парировал я. — Да там весь этот ваш древнегреческий пиздец невиданных масштабов в очередной раз произошел из-за богов. Ты – жертва. По крайней мере в большинстве случаев.       — И все же, — попыталась было она, но я положил ей палец на губы.       — Из всей твоей истории меня, как вроде бы Защитника Справедливости, интересует лишь одно. Что там произошло в Коринфе? — тут я уже перестал дурачиться, ибо данный вопрос меня действительно очень интриговал.       — Что именно ты имеешь в виду? — смутилась от подобного Медея.       — Вся ситуация с Креонтом и твоим уходом из города. Ты послала отправленное платье его дочери, а потом собственноручно убила своих детей от Ясона или нет?       — Какая разница? — погрустнело ее лицо, а в уголках глаз появились первые слезы. — Разве есть смысл верить словам подобной мне? Я же постоянно всех обманываю и предаю.       — У меня есть. Да или нет?       Потянувшаяся после этого минута молчания добавила нашему разговору некую триллерную составляющую, за время которой количество влаги в глазах девушки увеличилось троекратно.       — Я… я… отравила этого ублюдка, — всхлипывая произнесла она, прижимаясь к моей ладони. — Уже собиралась бежать из города и забрать Мермера с Феретом, но… я не смогла! — сдерживаемый плач наконец прорвался через все заслоны. — Они убили их! Клятые коринфяне! Клятый Ясон! Клятые боги! Я не хотела всего этого!       — Вот же ты всё-таки педик продажный, Еврипид, — одними губами произнес я, не мешая духу выпускать всю боль наружу.       Не знаю сколько я сидел рядом с ревущей Медей, но в один момент понял, что это уже перебор, и стал помогать ей успокоиться. Закончилось все тем, что голубоволосая «эльфийка» лежала на моих коленях и медленно сопела, иногда подрагивая, а я все продолжал ее гладить по голове.       — Почему?       — Что почему? — не понял я.       — Почему ты такой добрый?       — Я не добрый, я просто очень не люблю несправедливость, хоть и сам часто оказываюсь по другую сторону весов. А твоя история, как и все прочие греческие мифы, где фигурируют женщины, отличный показатель того, что Кратос был всегда прав. И лев.       — Кто?       — Бог Войны из параллельного мира, убивший всех клоунов Олимпа. Крутой мужик.       — Несомненно.       — Ну ты успокоилась или продолжишь мне брюки заливать? — решил я ее развеселить и начал осторожно щекотать, стараясь не потревожить рану.       — Что ты делаешь?! — задергалась она. — Прекрати.       — Остановлюсь, когда ты перестанешь винить себя во всех своих бедах. То была прошлая жизнь, а теперь у тебя есть другая. Да, пока лишь в форме призрака, но кто знает.       — Ты серьезно?       — Конечно. Ты вольна делать все, что пожелаешь после этой Войны, в рамках человеческих норм естественно. А я буду тебе в этом помогать.       — Дурак!       — Тц, вот опять, вы все что ли у Рин этому учитесь?       Прошла еще одна минута безмятежного отдыха.       — Скажи, Норитоши, ты знаешь, что характеристики твоей маны изменились?       — Чего? — проснулся я от навалившей внезапно полудремы.       — Твоя мана, она стала еще более энергонасыщенной, — посмотрела она в мои глаза. — Произошел ее качественный и количественный рывок. Ты и раньше был в этом плане больше похож на Слугу, а сейчас тебя вообще можно случайно спутать с нами в Эфире.       — После того, как я телепортировал тебя домой, наша битва с Берсеркером прошла немного непредсказуемо, — осторожно подбирал я слова. — Я вот, например, получил таких люлей, что пришлось изворачиваться со своим Зеркалом Души, результат которого ты и ощущаешь сейчас.       — Это что такого ты смог с собой сделать, чтобы начать пассивно испускать столь мощную ману, — а глаза-то как заблестели. Показал, блин, кошке пачку сметаны.       — А вот секрет.       — Ну скажи, между Мастером и Слугой не может быть тайн.       — Да ну.       — Ну… почти. И со стороны Мастера уж точно, — серьезно кивнула Медея.       — Не убедила.       — Но это важно, вдруг я смогу извлечь из этого какую-то магическую пользу для нашей команды?       — Ты лучше скажи, сколько тебе еще восстанавливаться, — закатил я глаза. Маги, они и тысячи лет назад маги. — У нас тут почти ЧП.       — Что? — тут же собралась Кастер. — Какого рода?       — Есть хорошая новость и плохая. Хорошая: Берсеркер больше нет.       — Так это же замечательно! Вы смогли ее в итоге одолеть? — воодушевилась грузинская принцесса.       — Плохая: у Айнцберн теперь две Слуги.       — Ась?       Заговорщески подмигнув ей, я принялся рассказывать ей события, часть которых даже не помнил, но тем не менее вводя ошарашенную до глубины души Медею в курс происходящих событий.       — А чем ты думал, когда протыкал ее подобным артефактом?! — колотили маленькие кулачки мне в грудь. — Она и так была на уровне нас четверых, а теперь еще мощнее?!       — Да понял я уже, что тупанул. Ну сколько раз мне извиняться перед всеми?       — Так, ладно, я знаю, как решить проблему с Нобунагой Арчер, — надулась и слегка покраснела Медея. — Но для этого мне потребуется мана!

***

      В лучшем номере элитнейшего отеля Фуюки вновь было жарко. Там опять велись переговоры.       — Как вам наше предложение, мисс МакРемитц? — улыбаясь в чашку с чаем, поинтересовалась Райнес, наблюдая за ирландкой.       — Весьма… интригующее, — дернулись желваки у Базетт, когда та еще раз пробегалась взглядом по предоставленной блондинками информации. — Подобная угроза явно за пределами нашей пары. Прошу прощения, если это вас оскорбило, — повернулась и извинилась она перед сидящей рядом с ней девушкой.       — О, нет, ты полностью права, — согласилась Скатах, также изучая снимки. — Будь я Лансером еще можно было попытаться, но сейчас… бессмысленно.       — Как же так, великая воительница и отказывается от славной битвы, — раздался едкий смешок с другого диванчика, где по-королевски расселась еще одна Слуга. — А что случилось?       — Смешно слышать такое от тебя, — не повела и глазом Скатах.       — Смешнее только твой наряд, неужели больше никак учеников новых не найти? — фигура в белой шубе и не думала понижать количество яда в голосе. — Все же дружба ляжками оказалась в этом плане куда более эффективной чем твое хваленое мастерство?       Раздавшийся треск дерева заставил всех присутствующих перевести свой взор на чайный столик между двумя сторонами. А точнее на ладонь прославленной учительницы боевых искусств, которая в этот момент сжимала край столика аж до трещин.       — Хочешь проверить мои навыки? — улыбнулась та Райдер. — Даже в этой форме я смогу устроить тебе настоящее шоу.       Одежда Скатах на самом деле действительно могла показаться довольно странной остальным, ведь представляла она из себя лишь некую пародию на раздельный купальных костюм. Причем каждому было очевидно по его краям, что когда-то это был цельный элемент одежды, который в последствии зачем-то был ручным методом преобразован в то, что получилось. То есть довольно открытый и вызывающий наряд.       — Дамы, дамы, давайте не будем превращать мирные переговоры в бойню, для этого нам хватит остальной Войны, — степенно заявила Райнес, отдавая пустую чашку своей металлической горничной.       — Да, госпожа Райдер, прошу не провоцировать наших гостей и потенциальных союзников, — нервно поглядывая на Слуг, подключилась и Лувия.       — Да это всего лишь шутка, — беззастенчиво усмехнулась ее Слуга.       — Я так полагаю, что вы знаете друг друга, — с каменной миной заметила Базетт, переводя взгляд со Скатах на подозрительно знакомую персону в шубе.       — Скорее слышали друг о друге, — поправила ее правительница Земель Тени. — В разрезе одного хорошо знакомого тебе мужчины.       — Что… то есть… а, — быстро сообразила энфорсер. — Ого. Вот это личности.       — Так, это нечестно, вы теперь знаете личность моей Слуги, а мы вашей – нет, — возмутилась Лувия, но была остановлена очередным смешком своей компаньонки.       — Похоже, играть в секретики уже бесполезно. Не так ли, Ведьма Дун Ската? — полуразлеглась Райдер на своем месте.       — Воистину, шлюш… ой то есть королева Коннахта, — не осталась в долгу Скатах.       — Прекрасно, — гневно дернулись скулы у королевы Мэйв.       — И так, когда наша небольшая перепалка для разрядки подошла к концу, — хлопнула в ладоши Райнес, — давайте вернемся к изначальной теме. Вы с нами?       — Мы… — Базетт скосила глаза в сторону самодовольной Скатах и заметила ее легкий кивок. — согласны вступить в ваш союз.       — Отлично, — облегченно вздохнула Лувия. — Тогда надо начать продумывать тактику боя с Бересеркер.       — Да, только кое в чем вы ошиблись, — прервала ее Скатах.       — И в чем же? Что вы не Кастер? — подняла бровь Райнес.       — И это тоже, я – Ассасин, — кивнула ей ведьма Дун Ската.       — А кто тогда Кастер? — проявила интерес Мэйв. — Неужели тот прелестный юноша с белыми волосами? Хотя… пожалуй на Кастера он действительно походит более чем на Арчера.       — Есть еще загорелая девушка в красном плаще, — впервые заговорила третья Слуга в комнате, до этого момента молча смотревшая в ближайшее окно.       Все тут же повернулись к фиолетововолосой воительнице неземной красоты в расписной греческой тунике и едва надетом боевом шлеме, что ничуть не уменьшал ее очарование.       — Изначально мы предположили, что именно она является Ассасином из-за стиля боя, — продолжила Лансер. — Но теперь все перепутано. Неужели она Арчер?       — Лучник, сражающийся на передовой? — хмыкнула Мэйв.       — Кто-то из них в любом случае Арчер, просто исходя из арифметики.       — Да, например, та, кого мы посчитали за Берсеркера.       — Хочешь сказать, что бешеная валькирия с гигантской саблей похожа на Арчера больше остальных?       — Там вообще мало кто на Арчера был похож. И тем не менее.       — Кхэ-хэ, — привлекла внимание спорщиков Базетт. — Ваши предположения хороши, но бесполезны.       — Почему? — приняла от Триммау очередную чашку чая Райнес.       — Потому что мы уже сражались с ним, — постучала пальцем ирландка по снимку единственного мужчины.       — И кто он? — задала вопрос молчаливая Лансер.       — Мастер.