- Не портите момент, Барнс.

— Чтож, вы же не ожидали победить их всех? Голос Галакты порой вызывал небывалую злость. Но третий проигрыш подряд заставлял пожалеть, что эта космическая сущность где-то там. В недосягаемости. И ты не можешь свернуть ей шею. Стив активно обсуждал поражение с Тони. И оба крайне косо посматривали на Локи, что шел особняком, выпрямив спину. Ну, ровно до момента, пока Тор не ударил того по ней с такой силой, что трикстер согнулся, а из его горла донёсся тяжёлый вздох. — Не грузись, брат! В следующий раз точно будет победа, мы асгардцы не привыкли проигрывать! — Да-да. Будет, когда твои мстительные друзья перестанут обвинять меня во всех мидгардских грехах и начнут быть командой. — Ну не могут они винить только тебя! Ты вроде хорошо справился, нам просто не повезло в этот раз. — Как скажешь, Тор. Локи щелкает пальцами и растворяется, оставляя брата одного приобнимать воздух. Впрочем, расстроен данной ситуацией был не только он. Баки шел позади всех, сгорбившись от усталости и от него веяло буквально агрессией. Даже Стив не стал пытаться сейчас трогать друга, поэтому и присоединился к перемыванию костей Бога. Конечно он был раздражен. Это унизительно. Отвратительно. Неприятно. Он не любил проигрывать. Тем более, это значит что он не справился. Как бы не старался, он не выполнил приказ. Даже если этот приказ лишь каприз дамочки из космоса, что решила их всех стравить. Сейчас хотелось кому-то врезать. Пожалуй, он так бы и сделал. Но подрывать и так нулевой дух команды еще сильнее, спровоцировав драку было сомнительной идеей. Раздражение никуда не делось после душа и выйдя в общую раздевалку там не было никого. Ну, ровно до момента, пока с зеленой дымкой на скамейке не материализовался Локи. — Сэр. Не сейчас. Зимний солдат пытается отмахнуться, направляясь к своему шкафчику, чтобы переодеться в свою уличную одежду. А Бог не двигается, лишь следит зелеными глазами, что поблескивали в полумраке пустой комнаты. — Твой дружок сегодня крайне нелестно обо мне отзывался. — Он никогда лестно о вас и не отзывался, сэр. — Справедливо. И все же он идиот. Самоуверенный настолько, что один лезет на рожон, словно ему все под силу. — Всегда таким был. — Я просто не понимаю. Не понимаю почему они зовут себя командой, но не могут работать сообща? Это сюр, мне тоже не хочется видеть их лица! — Сложно построить доверие, когда минимум двое в команде убийцы. Но мне тоже это все не нравится. Баки уже натягивал маску, когда Локи все же встал и подошел ближе. — Выглядишь.. ммм, напряженно. — Я всегда напряжен, сэр. — Я знаю, но сейчас сильнее обычного — Как мне быть блять расслабленным, когда и в хорошие дни я получаю такие же косые взгляды. А в плохие и подавно. Мне грубости они чаще стесняются говорить. Но я знаю. Знаю что они винят во всем меня. Что лучше бы на моё место взяли Наташу или Клинта. Да хоть Беннера. Но взяли самого Зимнего Солдата! И он не может справиться даже с своей единственной сука задачей в жизни — убивать! Его накипело. Баки не заметил, как в дверце шкафчика образовалась вмятина, так сильно он давил от злости протезом. Кулаки чесались и будь они все еще по разные стороны баррикад, наверное он бы бросился на трикстера. Но нет. Нельзя. И не хочется ему вредить. Есть свои причины, почему не хочется. Локи молчит. Кивает, после чего взглядом показывает на выход и растворяется. Они никогда не уходят вместе. Даже если никого вроде бы уже не осталось на базе, это все равно риск. Солдат вздыхает, берет сумку и направляется к байку. Уже садясь ощущает призрачные прикосновения рук к бедрам. Это началось недавно. Раньше Бог после работы появлялся у него в квартире, но сейчас. он невидимо едет рядом. И почему-то это было так приятно. Чужое горячее дыхание на затылке, пальцы что перебирают ткань худи под курткой. Локи редко заходил слишком далеко в этих поездках. Точнее, как только Баки объяснил, что дрочка и петтинг на мотоцикле конечно безумно приятно. Но они могут попасть под какую-нибудь фуру. Сейчас тоже этого не было. Спокойная поездка, не считая что силой раздражения Зимнего Солдата можно было бы зажечь лампочку. Добравшись до квартиры, Бог лениво проследовал сразу на кухню. В холодильнике еще оставался его айс-кофе. Сам же хозяин квартиры упал на диван, безвольно развалившись на нем, все еще нервно прокручивая десяток мыслей в голове. Казалось, что над ним буквально летала плотная черная туча. Это недопустимо. Он не может проваливать миссии. И хуже всего то, что единственным наказанием было осуждение. Ни ударов, ни тока. Только недовольное лицо Тони и грустные глаза Стива. Хотя бы пощечина была бы отдушиной. Но он не получал ничего. Они ведь команда, а в команде своих не бьют. — Ты планируешь лежать так весь вечер? Из мыслей вырывает скучающий голос Локи. Он уже расправился с остатками кофе и сидел крайне своеобразным образом — перекинув ноги через спинку стула, пока сам спиной упирался в стол. — Может быть. Баки вздыхает, поворачиваясь на живот, теперь лежа головой в диван. Так было словно безопасней. Хотя к трикстеру поворачиваться спиной было недопустимо. Да, действительно недопустимо. Внезапно ощущается хватка на плече и его с силой скидывают на пол. К моменту когда Барнс поднимает голову, на его месте уже сидит возвышаясь Бог, поставивший ногу в кожаных туфлях ему на грудь. — Неправильный ответ. Почему-то столь неприятная ситуация отозвалась небольшим приливом адреналина. И хоть тяжесть сомнительного настроения не пропала. Но только недавно закрывающиеся от желания забыться глаза, сейчас смотрели из-под густых бровей. С интересом, хоть и не слишком читаемым. — Ты плохо справился со своей работой, да Барнс? Подвел команду. Подвел своего Бога. Знаешь, что за этим следует? — .. Наказание, сэр? — Наказание. С каких пор одно слово вызывает ужас и трепет одновременно? Баки кивает. Он готов принять наказание. Оно ему было необходимо сейчас. Локи убирает ногу с его груди и жестом указывает на пол. Приказ более чем понятный. В руке материализуется ошейник с поводком. Солдат садится на колени, поджав ноги под себя и протягивает голову. Кожаный ремешок обвивает шею и с щелчком застегивается. Поводок натягивается и ему приходится вытянуться вперед. Тонкие пальцы обхватывают челюсть, нажимая на щёки. Рот открывается непроизвольно и рука, уже без перчатки, хозяйственно сует сразу несколько пальцев исследовать чужую ротовую полость. Зеленые глаза выглядели безучастно, но лишь на первый взгляд. В них поблескивал нездоровый интерес и каждый раз, когда подушечка проходилась по ряду зубов или сталкивалась с языком, ухмылка трикстера чуть вздрагивала. Он старался казаться непринуждённым, властным. Но явное легкое напряжение так и чувствовалось, когда губы сомкнулись вокруг пальцев, начиная их послушно посасывать. Локи прикусывает губу, неотрывно глядя в неприступные серые глаза Барнса. У них словно была война. Но его оппонент стыдливо отводил взгляд, хотя до их «близкого знакомства» всегда смотрел прямо в душу. — Хорошо. Но недостаточно. Заключает Бог, вытаскивая пальцы и тщательно вытирая слюну о чужую щеку. Вторая рука отпускает поводок, давая подчиненному немного больше свободы действий. Впрочем, этой же рукой он похлопывает себя по бедру. Ему даже не надо было ничего говорить. Строгий, острый взгляд полуприкрытых глаз все говорил за него. Баки шумно выдыхает. Да, он понимал в чем дело. Что именно нужно сделать. Это все еще казалось немного неправильным. Годами его мозг слушал одни и те высказывания. Думал одни и те же мысли. Минет делают только женщины. Ну, может быть педики. Никто из них к первым не относился. Впрочем, изучив немного способности Локи, это все же тоже вероятный вариант событий. Но он предпочитает оставаться мужчиной. По крайней мере, если не попросить. Баки не просил. Не хотел, почему-то. Педиком мог считаться тоже только Бог. Впрочем, говорить ему это не стоит. С другой стороны тот, кажется, за свои сотни лет переспал с большим количеством женщин.. чем солдат вообще встречал. И вот. Не женщина. И не педик. Барнс устраивается меж чужих ног, расстегивая ширинку с легкой дрожью в руке. Он уже был знаком с тем, что за ней. И все же. Это нервно. Трикстер приподнимает бедра, позволяя приспустить брюки, а вместе с ними и трусы. Член заметно слегка напряжен, хоть и не полностью эрегирован. Аккуратный, стройный и уже немного влажный в районе головки. Это хорошо. Значит работа над пальцами действительно дала свой результат. Рука Локи внезапно хватает Баки прямо за ошейник, дернув того на себя и наклоняясь, дабы они оказались лицом к лицу. — Не подведите своего Бога в этот раз, Барнс. Я на вас рассчитываю Да, он должен это сделать. Обязан. Это не обсуждается. Еще один выдох. Опустившись обратно вниз, Баки с секундным замиранием смотрит на член. Просто кусок плоти, почти ничем не отличается от пальцев, да? Мы делали это уже, может и не по собственному желанию, но делали. Он обхватывает губами головку, аккуратно скользя по ней ниже. Брать слишком много сразу казалось не слишком хорошей идеей, так что сначала ограничимся так. чтобы щеку слегка оттягивало, да? Да?.. Чужая рука внезапно хватает его за затылок. При чем это были вовсе не руки Локи. По крайней мере, в данный момент они вальяжно поглаживали поводок, пока сам Бог следил слегка горящими зелеными глазами за происходящим. Технически, это были его руки. Просто клона. Тот сжимал волосы довольно сильно, не до боли, но чувствовалось. Очень даже чувствовалось, как его толкают с явной силой вперед. Как член постепенно смещается, пока не уходит от щеки в горло. А дальше дело за малым. Появляется чувство легкого удушья, когда член под руководством тонкой руки начинает активно долбить Барнса в горло. Механическая рука впивается в обивку дивана, думать о последствиях в такой момент было тяжеловато. Туда-обратно. Порой его дергали вверх так сильно, что на пару сантиметров протягивалась ниточка слюны. А потом отправляли обратно, а вместе с тем головка в очередной раз ударялась о горло. Непроизвольно на глазах выступили слезы и с очередным толчком Баки закашливается, чуть случайно не сжав зубы. Прежде чем челюсть успевает хоть двинуться, его отрывают вверх, и отпускают. Чувство что сзади кто-то есть внезапно проходит. — Даже без рвотного рефлекса? Хорошо. Заключает Локи таким голосом, словно все произошедшее действо его никак не касается. Впрочем, несмотря на непробиваемый взгляд было заметно, как он запыхался. Щеки сильно покраснели, на лбу выступил пот, а нижняя губа слегка распухла от укусов. Он больше не гладил поводок. Одна из рук оказывается покоилась поверх протеза, сжимая его за запястье. Почему-то Барнс этого даже не заметил. Было некогда, видимо. Вторая все это время царапала диван, но перчатки это предотвратили (Когда он только успевает их колдовать обратно?). Впрочем, теперь она протянулась, придерживая Солдата за подбородок, довольно нежно поглаживая большим пальцем щеку. — Переводи дух и ммм, можешь поимпровизировать. Не хочу каждый раз делать всю работу за тебя Так-то, ему даже не дали толком начать. Но препираться Баки не собирался. Он ели заметно кивнул и сглотнув вязкую слюну сделал глубокий вдох. Выдох. Все тело немного трясло, в голове полный бардак. Несмотря на то, насколько произошедшее было малоприятным событием, в штанах становилось немного тесновато. Передышка длилась не больше минуты. Подняв взгляд, он встречается с прищурившимися, крайне внимательно смотрящими на него глазами. И скучающим выражением. Конечно сэр, это недопустимо оставлять вас без внимания на такой срок. Неловко кивнув, Солдат бодает руку и та отпускает его подбородок. Нужно собраться. И поимпровизировать. Он ненавидит импровизировать. Почему нельзя давать чёткие приказы? «Потому что это не всегда интересно, Барнс» Да, конечно, как скажете сэр. Неинтересно. Но намного облегчает жизнь. Возвращаясь к работе, Баки вновь прикасается к члену губами. Пробует его поцеловать? Кажется, что-то подобное делал сам Бог. Активнее двигает языком, проходясь по всей головке и слегка щекотя уретру. Поднимать глаза было дискомфортно. Он знал, что за ним наблюдают. Даже пристальнее обычного. Легкий чмок губами и мужчина пробует взять больше. Руки непроизвольно опускаются на тощие бедра. Так и не скажешь с первого взгляда, но под слоями одежды Локи был невероятно худым. И если сомкнуть пальцы, то получится обхватить его полностью двумя руками. Ладно, что дальше? Он успел уже ознакомится с порно до их встречи, но не то чтобы эти «наблюдения», как-то помогали. Хорошо, просто стоит попробовать задать темп. Голова скользит по плоти, стараясь немного работать и языком. Сначала движения относительно плавные, но постепенно набирают скорость. Вместе с тем на затылке вновь оказываются ладони. Но в этот раз действительно самого «президента». Он не давит, лишь сжимает и разжимает пальцы. Прям как Альпа, когда мнет подушку. Это было даже немного приятно. Когда движения стали значительно более быстрыми, со стороны Локи послышались пыхтения. Он заметно напрягся, колени дрожали. По телу пробегали волны мурашек. На очередном спуске, столь нежная все это время рука внезапно вжала солдата вплотную в пах. Пара толчков бедрами и семя с небольшим брызгом полилось по гортани. Опять тяжело дышать. Рука не отпускала до тех пор, пока тело Бога наконец не перестало вздрагивать. Даже если бы Барнс хотел сплюнуть, уже было поздно. Он быстро отстраняется, сглатывает накопившуюся, ужасно вязкую слюну и переводит дыхание. Все лицо красное, скулы ужасно ноют от столь активного занятия, он все же привык держать рот на замке. Его похлопывают по голове. Так, невзначай. Трикстер даже не смотрит в ту сторону, направив взгляд куда-то в окно и уткнувшись лицом в пушистый воротник. Стоит ли сейчас что-то делать? Наверное нет. Баки кладет голову на чужое колено. Лицо все еще было немного мокрым от слюны, но вытереться было особо нечем. — Ты как замызганный котенок. Словно на мысли, отзывается Локи. Одним движением руки влага пропадает как с Барнса, так и с члена. Он уже тянется, чтобы таким же движением убрать орган в штаны, но внезапно запястье перехватывает протез. — Сэр, я сам. — Оо? Хороший мальчик~ Его голос звучал безумно довольно. Голова повернулась и озорной, пристальный взгляд вновь столкнулся с серыми, пустыми глазами. Солдат аккуратно поглаживая живой рукой плоть, старается убрать уже заметно увядший член в штаны. Очень странно делать подобное не самому себе, но один только взгляд Бога заставлял себя почувствовать одновременно ужасно неуютно, и ужасно хорошим мальчиком. Справившись с задачей, он вновь кладет голову на колено мужчины. Тонкие пальцы зарываются в волосы и методично начинают перебирать пряди. Без усилий, просто мягкие движения. Они оба забываются примерно на минуту. У Баки даже слегка перекрывает дыхание. Это было приятно. И это ужасно неправильно наслаждаться этим. Он только хочет отстранить голову, как пальцы резко сжимают целый пучок волос, прижимая голову обратно. — Не портите момент, Барнс. Хорошо. Еще пара минут. Внезапно, та же коленка, на которой покоилась голова солдата, резко делает толчок вперед. Падать так падать. Он дает силе толчка повалить его на пол. На грудь вновь ставится туфля. — Хорошее наказание, так ведь? — Конечно, сэр? — А теперь небольшое поощрение. Твоего Бога. Поднимайся. Баки кивает. Спрашивать, зачем тогда было ронять его на пол, было не положено. Поднявшись и садясь рядом, его вновь хватают за поводок, притягивая чуть ближе. — Можешь устраиваться на подушках. И будь любезен, сними штаны. Ох. Два раза повторять не надо, он проползает дальше, попутно стягивая домашние брюки. Только упав лопатками на подушки, Локи тут же седлает его бедра. Благодаря магии Бог был уже только в одной белой рубашке, наполовину расстегнутой. Галстук болтался на шее, одно из плеч было немного оголено. Солдатские руки тут же тянутся пройтись по телу, аккуратно изучая изгибы. И все же партнер был излишне стройным. Тощим. Но так прямо лучше не говорить. Заползая немного под рубашку, пальцы обводят копчик, после чего сжимают ягодицы. Он уже успел достаточно изучить именно этот вид задания, чтобы справляться с ним хорошо. И тем более здесь давалась большая свобода действий. Приподнимая чужой таз, член как обычно довольно легко заходит внутрь. Они не церемонятся. Быстро, грубо. По делу. Если бы Барнс был немного лучше осведомлён, то знал бы, что в подобном сексе необходима смазка. И она у них была. Просто магическая. Хитрый ли то божий план, чтобы если тот решит однажды переспать с кем-то, то напорется на подобный нюанс? Может быть. А может трикстер так привык использовать магию во всем, что уже и забыл, что его партнер крайне неопытен в таких вопросах. А ему и не нужно быть в этом опытным. Локи не любит отпускать свои игрушки. И учит их всему сам, если понадобится. Темп довольно резво ускоряется. Бог слегка подпрыгивает с каждым толчком, тяжело дыша. Одна из рук активно шерудит грудь солдата. Местами царапается, местами просто мнет. Пальцы порой цепляют сосок, прощупывая его под футболкой сжимая, после чего возвращаются обратно к блужданию. Вторая неустанно сжимает поводок. То тянет, то отпускает. Иногда рывком дергает, намекая ускоряться. Баки понимает. Активно переминает под пальцами бедра, оставляя очередные синяки. После чего сгибая ноги в коленях делает более резкие, быстрые толчки. Дыхание хриплое, тяжелое. И ужасно запыханное. Каждый толчок отзывался сжатием мышц внутри, от чего напряжение нарастало все больше. Казалось, он уже близок к финишу, как обе божьи руки внезапно бросают все свои дела. Обхватывают шею в ошейнике и сдавливают. Зеленые глаза горели, пугающе ярким светом. — Не вздумай. Локи берет инициативу на себя. Задавая свой темп, буквально вбиваясь в член задницей. Пальцы с каждым спуском сжимались сильнее, а из горла доносились высокие, чем-то напоминающие хныканье стоны. Еще пара толчков. У Барнса слегка темнеет в глазах. Судорожно хватая ртом воздух он как-то умудряется поддеть участок кожи с руки трикстера и кусает ее, с явным усилием, но не стараясь причинить лишнего вреда. Последний громкий стон и на живот солдата брызгает немного семени. Пальцы сжимают шею еще какое-то время, после чего внезапно отпускают. Поток кислорода так резко бьет в легкие, что начинает кружиться голова. Пара секунд эйфории и следом кончает сам Баки, буквально уповая свежим глотком воздуха. Еще местами вздрагивая, трикстер какое-то время просто сидит. Лицо заметно вспотело, прядки волос прилипли то к щекам, то ко лбу. Впрочем, Барнс не хотел бы знать как выглядит со стороны сам. Бог бы явно сказал, что как грязное животное. Наконец переведя дух, в ход вновь вступает магия. Уже начинающее слегка подсыхать семя быстро испаряется с живота. А член высказывает чистенький и сухой, словно все это было лишь сном. Может пару месяцев назад Локи действительно мог бы испариться сразу после секса, оставив гадать привиделось ли все это солдату. Но сейчас они иногда спали вместе. — Как твоя злость? — Думаю, я в порядке.. спасибо, сэр — О, обращайтесь, Барнс. Ваши молитвы будут услышаны. Ну, в том случае если подношение будет достойным. С довольной ухмылкой Бог падает на место рядом с Баки, утыкаясь носом в шею. Тот старается не шелохнуться, до сих пор не зная как реагировать на подобные выходки. Казалось, словно перебор, но его затыкали. Опять тыкали что боги делают что хотят. Справедливо. — Мужиком воняешь. — Я могу принять душ?.. — Нет. Мне даже нравится. Пока ты не пахнешь так вне квартиры. Немного задумчиво полежав в тишине, Барнс поворачивается на бок и пробует приобнять партнера, прижав его ближе. Локи заметно вздрагивает, даже протягивает руки, дабы отпихнуть мужчину, но останавливается. Еще раз втягивает носом запах. Щелкает пальцами и комната погружается во тьму.