Играя на ревности

Микаэль вернулся в агентство, сжимая в руках копье, напряженный как натянутая струна. Каждая мышца в его теле отзывалась гулом пережитого, а ледяной тон, которым он отдавал приказы, был привычен всем, кроме нее. Именно это и раздражало. Даже оставшись наедине, он продолжал источать холод и отстраненность. Обида, уязвленное самолюбие – все взыграло внутри, подталкивая ее во что бы то ни стало пробудить в этом мужчине хоть искру подлинных чувств. - Тогда в следующий раз мы встретимся у него дома, это не проблема.- резко выбросив фразу, ожидая что начальник попадется на её удочку. И заметив нахмуренные брови начальника Одри вспомнила слова Сомниуса : ''Они и впрямь до одури жадные создания! Не хочешь делится ? Так скажи мне об этом.", и с лёгкой улыбкой спросила - Я могу идти? - Нет! - резко отрезал мужчина. Такое крошечное слово пропитанное вырвавшимися чувствами, заставило девушку ликовать внутри. - И часто вы видитесь с Малеком? - строго спросил Микаэль. - Разве к нему нет доверия? Вы же сами решили с ним сотрудничать. - осторожно спросила девушка - Это не вопрос моего доверия. - Тогда мне лучше уйти, Микаэль - внезапно девушке стало не по себе, что ей придется врать о чувствах к другому. Но не успев дойти до двери, как ощутила на руке чью-то хватку. Развернув к себе девушку лицом так, что между ними остались считанные сантиметры. Она смотрела в его глаза в которых плескался голубой огонь. Отстранившись мужчина поинтересовался: - Вам скучно ? - С вами ? - спросила Одри высвободившись из его хватки. - Здесь, в Агентстве ? - пристально посмотрев на нее. - Если вы хотите подкинуть мне больше работы, то нет, мне не скучно. - Значит скучно со мной ? - на лице архангела была еле заметная улыбка. Девушка не понимала что он хотел этим добиться. - Не припомню чтобы мы проводили время вне работы. - А вам бы этого хотелось? Лицо девушки было готово расплыться от удивления, но сумев совладать с собой она ответила спокойно: - Смотря что вы можете предложить. Немного помедлив начальник ответил серьезно и уверенно: - Я подумаю чем скрасить ваш досуг. -теперь, когда архангел дал ей обещание провести время вместе, он невольно начинает представлять этот момент в самых разнообразных образах. Но быстро смыв с себя наваждение, его лицо приняло привычны строгий вид. - Могу идти ? - посчитав диалог законченным, Одри спешила уйти. - Если нет никаких вопросов, то можете идти. - Взглядом проводив уходящую девушку, Микаэль сел за рабочий стол. Мужчина сидел, неподвижно уставившись в стол, словно пытаясь отыскать ответы в древесных разводах. В голове, как раненая птица, бился недавний разговор, терзая душу обрывками фраз. Но главную боль причиняло тошнотворное, разъедающее изнутри чувство – ревность. "Отвратительное чувство!" – пронеслось в его сознании, словно проклятие. Его захлестывало иррациональное желание отринуть все обязательства, забыть о долге, о приличиях. Забрать ее, эту женщину, и бежать, укрыться с ней там, где не ступит нога ни одного чужого человека. Чтобы лишь его глаза утопали в ее красоте, чтобы только он один имел право дышать ею. Забрать ее у мира, без остатка, до последней капли. Но вместе с этим безумным порывом поднималась другая волна – нежность, желание оберегать, защищать от любой беды. Эта внутренняя борьба, между ревностью и стремлением оградить ее от всех невзгод, сводила его с ума. Ему хотелось вырвать ее из когтей этого жестокого мира, где каждый стремится лишь к собственному обогащению, где чужая душа – всего лишь трофей. И в то же мгновение он мечтал лишь об одном – прижать ее к себе, нежно, трепетно, и открыть, наконец, ту бездну чувств, которую он так долго и мучительно скрывал. И все же, сквозь эту пелену боли пробивался слабый лучик надежды. Надежды на то, что когда-нибудь он сможет освободиться от этого наваждения, что сможет любить ее чисто, без примеси собственничества и страха. Он мечтал о времени, когда сможет просто быть рядом, наслаждаясь ее присутствием. Когда сможет стать ее опорой, ее защитой, ее возлюбленным, а не жалким пленником собственных чувств. Он почти физически ощущал этот миг, как будто время уже сейчас начинало замедляться, готовясь к их встрече. В его воображении сценарий развивался с кинематографической точностью: приглушенный свет, легкий запах ее любимых цветов, и его голос, дрожащий от волнения, но полный искренней любви. Он представлял, как ее глаза расширятся от удивления и нежности, как она, возможно, смущенно опустит взгляд, но в ее улыбке он увидит ответ. Ответ который он хотел услышать уже давно..