Навыки скрытия ещё надо отточить

Цзинь Лин мчался за надоедливыми головами, которые смели в его сторону смеяться! Над ним, чёрт возьми! Ещё скажите, что это ли не самый главный признак неуважения к нему! Они должны познать последствия этого! Они старались не приближаться к родителям, которые сидели в летней беседке, чтобы не вызывать переполох, и он признал, что они ещё не до конца сошли с ума, бегать рядом с мангалом и складным столом, на котором лежало сырое и уже пожаренное мясо. Рандомные выкрики высвобождали всё больше гнева из него, и с дополнительной мощью в виде боевого клича он бросился вперёд, грозя им кулаками. Первый, кто попал под его обстрел, был Лань Цзинъи; Цзинь Лин с особой мстительностью повалил его на бок, «случайно» надавив на почки, из-за чего парень взвыл, но Цзинь не был растроган показным нытьём, ухмыльнувшись ядовитой улыбкой, которую он скопировал у дяди. Она была припасена для особо удачным моментов, например, как сейчас. — Ааа, демон! Он чёртов демон! — пищал Лань Цзинъи, пытаясь спихнуть с себя тело, но они только бешено катались по земле, пачкая одежду травой и грязью. Оставалось надеется, что его мать потом не заставит всё отстирывать в ручную. Прошлый опыт был… Грубо говоря, неудачным. — Сам ты демон! — звонко бросил Цзинь Лин, почти оглушив друга на одно ухо, отчего тот затряс головой, перекрывая ему обзор. …Возможно, поэтому они с визгом упали в маленький пруд, распугнув всю рыбу. И, конечно же, после этого их борьба снова возобновилась с резкими обвинениями в виновности. Волосы повисли отвратительными водорослями, слишком тяжёлые от воды, и прилепились к лицу, отчего он отмахивается от них каждый пять минут, — они мешали его бою насмерть. С каждой стороны летели тычки и щипки — он отвечал тем же, иногда пихая парня в плечо в надежде снова уронить его в воду, но Цзюцзю слишком привил им стойки, чтобы не дать противнику сбить их с ног, тем более, когда он особо не старался это сделать. С боевым кличем Лань Цзинъи сделал отчаянную попытку, просто кинувшись на него всем своим весом. Цзинь Лин поднял бровь и просто отодвинулся в сторону, но он даже не смог насладиться чужим фееричным падением, вместо это больно столкнувшись коленом с каменным бортиком искусственного озера и упав на землю с болезненным стоном. Но парень не ответил, перевернувшись на спину и драматично прислонив руку ко лбу. Пока его театральную паузу не прервала большая волна воды. Мгновенно вскочив, Цзинь Лин осуждающе указал на него пальцем. — Эй! Я, вообще-то. ранен! — Так я тоже! — Ты сам в этом виноват, придурок! — Ты тоже! — Я из-за тебя это сделал! — Я тоже! — Ты вообще знаешь другие слова, дурень?! — М-может, нам надо что-то с этим сделать? — задыхаясь от смеха, с заиканием спросил Оуян Цзычжень, согнувшись пополам и схватившись за плечо криво улыбавшегося Лань Сычжуя. — Возможно, нам надо оставить их здесь, в конце концов они придут к взаимопониманию, и вселенная схлопнется, — с надеждой произнёс Лань Сычжуй. — Или они устроят третью мировую с ядеркой, и мир падёт, — более реалистично сказал Оуян Цзычжень. — В любом случае нам всем конец, так что их ни за что нельзя оставлять одних. В ответ парень вздохнул — в этом вздохе содержалась вся тяжесть бремени, навалившегося на его хрупкие плечи, что Цзычжень невольно посочувствовал ему, потому что он не так много проводит времени с этими оболтусами из-за его дома, находящимся на слишком далёком расстоянии от его друзей. — Конечно, вам всем конец, молодые люди, — дружелюбно сказал голос за их спинами, но они не могли не покрыться холодным потом. Они резко развернулись, выпучив глаза на улыбку Мадам Цзян, которая не коснулась её глаз. Пискнув, они краем уха услышали, как затих спор позади них, и смотрели куда угодно, но только не на неё, сдержав порыв показать обиженные языки остальной семье, которая тихо смеялась с их бедственного положения. Это не повод для смеха! Их надо спасать! С какими бездушными людьми они живут, вы только посмотрите! — Мальчики, — ласково начал она, — вы же не хотите мне сказать, что вы упали в мой пруд во время своей очередной драки, распугав рыбу? В ответ ей послышалось оглушающее молчание, тяжёлый вздох вырвался из неё, пока все чуть не вздрогнули из-за крика Лань Цзинъи. — Чёрт, А-Лин, у тебя кровь идёт! Все вместе посмотрели на кровавые разводы, появляющиеся из колена и стекающие вниз по ноге. Цзян Яньли поспешила к сыну, беспокойно присев на корточки возле него. — О, я даже не заметил этого, — пробормотал Цзинь Лин и сморщился, когда его мать достала платок и вытирала кровь вокруг раны. — Её надо срочно обработать, — взволнованно сказал Оуян Цзычжень, — Мадам Цзян, мы отведём вашего сына в дом, обработаем раны и сменим одежду. Он поднял руки под подозрительным взглядом Цзян Яньли. -Правда, Мадам Цзян. Я беру на себя ответственность за их поведение, — выступил вперёд Лань Сычжуй, слегка поклонившись. — Вы можете продолжать свой отдых, здесь просто царапина, ничего серьёзного. — Хорошо, Сяо Сычжуй, я доверяю тебе и Сяо Цзычженю этих двух оболтусов. Проследите, чтобы они поменяли всю одежду на сухую — не хватало нам, чтобы эти два капризных мальчика заболели, тогда весь дом точно сойдёт с ума. — Эй, мам! — Мадам Цзян! — Молчите, мальчики. Вы сегодня и так уже сделали всё, что в ваших силах, — фыркнула она и поднялась на ноги, ещё раз обведя всех внимательным взглядом. — И до конца этого вечера я не хочу слышать никаких криков от вас, понятно, мальчики! Все дружно покивали, выражая согласие. — Чёрт, твоя мама — это сущий ужас, — пробормотал Оуян Цзычжень, смотря ей вслед. — Ты ещё мою бабушку не видел, — фыркнул Цзинь Лин, пока оба Ланя передёрнули плечами от поползших мурашек. — Все обманываются милой внешностью мамы и её вежливостью, забывая, что её мама — это Мадам Юй. — Пошлите лучше домой. Я и вправду начинаю замерзать в мокрых одеждах, — прервал всех Лань Цзинъи, неуклюже выбираясь из пруда и помогая встать Цзинь Лину. — Чувак, твоя рана правда выглядит ужасно. — И кто в этом виноват? — прошипел Цзин Лин, сморщившись, когда колено согнулось и рана заколола от растяжения. — Эй, ты сам навлёк на себя это! — Вообще-то… — Так, стоп! — воскликнул Лань Сычжуй, прерывая новый спор. — Мадам Цзян сказала, что вас не должно быть слышно до конца вечера, а я взял вас под свою ответственность, так что не подставляйте меня! — Но он первый… Лань Сычжуй быстро прервал нытьё Лань Цзинъи. — Или я сдам вас ей для опытов. — Предатель! — кричат оба парня, на что упомянутый небрежно машет рукой. — Боже, А-Лин, кажется, там течёт ещё больше крови! Пошлите быстрее домой! — взволнованный голос Оуян Цзычженя отвлёк всех от нового спора, и они потащились домой. Цзинь Лин, не сдержавшись, распахнул с грохотом дверь, пока Лань Цзинъи гнусаво хихикал над его буйной реакцией. Однако шум ещё не успел подняться до рекордной отметки, как все четыре мальчика замерли и задержали дыхание, со страхом смотря на диван. Там, лёжа на спине, сложив руки на груди, спал Цзян Ваньинь. И будить его, судя по чёрным мешкам на лице и общему помятому виду, было смертным приговором. — Но когда Цзюцзю успел приехать? Я даже не заметил его, — задумчиво прошептал Цзинь Лин, рассматривая уставшее лицо дяди. — Я слышал, вчера был подписан контракт в Америке. Главный директор был отправлен на встречу, чтобы подтвердить важность союза для корпорации Цзян и заслужить уважение от компании, с которой они заключают сделку, — в ответ шептал Лань Сычжуй, сочувственно смотря на неудобное положение шеи, которое, несомненно, будет болеть, когда Цзян Ваньинь проснётся. — О, чёрт, он добирался всё это время обратно? — поражённо спросил Оуян Цзычжень. — Ещё бы, посмотри на его вид! Он как будто несколько дней на улице ночевал, — воскликнул Лань Цзинъи, мгновенно забыв о надобности быть тихим. — Эй, это вообще-то мой дядя. Имей уважение! — недовольно возмутился Цзинь Лин. Лань Цзинъи хотел сказать что-то в ответ, но они услышали шум с дивана и замерли, надеясь выжить этим вечером. Через несколько секунд всё затихло, и они выпустили вздох облегчения, ослабляя общую напряжённость. — Я не хочу больше испытывать судьбу, я пошёл переодеваться, — тихо заявил Цзинь Лин, почти на цыпочках идя к лестнице, всё время поглядывая на дядю в поисках дискомфорта. Все тихонько последовали за ним. — Подожди, я сначала рану тебе обработаю, — предупредил Лань Сычжуй, направляясь в ванную за аптечкой. — И так сойдёт, — небрежно отнекивался Цзинь Лин, уже морщась при виде перекиси водорода. — Не ври, не хватало ещё тебе какую-нибудь заразу подцепить, — возмущённо сказал Лань Сычжуй, усаживая недовольного парня на кровать. — Чёрт, прямо в мокрых шортах, — поморщился он, но Сычжуй в ответ пожал плечами. — Ты худший, А-Юань. — Это меньшее, что я могу тебе сделать для мести за то, что заставил меня испытать разочарованный взгляд Мадам Цзян. — Ну, тут за дело, А-Лин, — поддержал его Оуян Цзычжень и передёрнул плечами. — Это худшее, что я испытывал в своей жизни. — О, милая форма, молодая госпожа. А юбочка в цвет найдётся? — фальшиво невинно спросил Лань Цзинъи, достав из закромов шкафа ажурную блузку с воротничком и рюшечками. — Ты!.. Они все внезапно замолчали, не успев вновь рассориться, как услышали хлопнувшую дверь снизу. Кто был таким бессмертным, что мог позволить себе нарушить сон Цзян Ваньиня? Лань Сичэнь вошёл в дом, сбросив неудобные туфли и пиджак на пуфик в прихожей. Он не утруждал себя их складыванием или попыткой позаботиться о их состоянии, потому что он, ну, был чертовски уставшим. Уставшим и радостным, потому что Цзян Чэн наконец-то вернулся из длительной поездки, и это, честно, единственная вещь, которая заставила его повернуть руль не в его квартиру, а загород, в эту резиденцию на отшибе. Ладно, на самом деле он просто ворчал. Дорога была ужасно утомительной, так что он считал, что мог позволить себе это. Бросив набитый бумагами портфель на кресло, он не сдержал улыбки от милой картины, представшей перед ним: Цзян Чэн спал на диване, сложив руки на груди, весь такой беззаботный, лишённый резкости своих черт, которые обычно нагоняют ужас на всех встретившихся ему людей. Хотя синяки под глазами и бледность лица вызывала беспокойство, он просто отмахнулся от этого на потом, решив, что у него ещё будет время прочитать ему лекцию. Сев на край дивана, он ласково убрал пару прядей со лба и дождался, пока серые глаза откроются и сфокусируются на нём. — Привет, — ласково сказал Лань Сичэнь. — Хуань-эр, — прохрипел в ответ Цзян Чэн и поморщился от звука своего голоса. — Я сделаю нам чай, — объявил Лань Сичэнь и, оставив поцелуй на щеке, отправился на кухню, которую было прекрасно вид с дивана. — Лучше кофе, — ворчал Цзян, скрипя костями, поднимая себя с дивана. — Это был не вопрос, — отрезал назревающий спор Лань Сичэнь. — А это, — Цзян Чэн привалился к стойке, умудрился как-то не упасть с процессе залезания на барный стул и с отвращением указал на маленький чайник с плавающими внутри листьями, — ёбанная трава с водой. — Это чай, А-Чэн. И я даже не хочу знать, сколько кофеина сейчас в твоём организме, так что прекрати возмущаться и пей, — Сичэнь воспользовался снисходительно-недовольным тоном, который приберегает для мальчишек, но сейчас, когда за его плечами ранняя встреча с директором другой фирмы, собрание директоров, многие-многие часы работы с бумагами и, повторюсь, чертовски долгая поезда сюда, он не хотел иметь с некоторыми дерьмовыми сторонами своего парня. Но Цзян Чэн не обратил на это внимание, наоборот, он ухмыльнулся, насмешливо, но нежно, протянув к нему руку. Он с радостью схватился за неё и был не удивлён последующими объятиями. — Напомни мне не подпускать себя сегодня к мелкоквартету. Они уже учудили какую-то хуйню. — Да? — эхом отозвался Лань Сичэнь, пряча лицо в его волосах. — Она не может долго злиться на эту мелочь. Или вообще. Только если кто-то из них не ёбнулся достаточно сильно, чтобы пустить кровь. Но даже тогда она быстро переходит в режим заботливой мамочки. — Ага. — Эй! Чёрт подери тебя, держи свои руки при себе! — Цзян Чэн слегка подпрыгнул, когда руки заползли под рубашку, касаясь его разгорячённой сном кожи. — Мы так давно не виделись. Две недели. — Я знаю, Хуань-эр, — мягко подтвердил Цзян Чэн. — Но это не значит, что мы можем делать это на блядской кухне. Цзе-цзе сказала, что оторвёт нам члены, если мы мхм… Лань Сичэнь быстро наклонился вниз, чтобы заткнуть ворчливый рот. Конечно, он понимал, что они оба слишком ленивы, чтобы иметь дело с уборкой после секса, но дразнить своего парня всегда было весёлым занятием. Так что несмотря на протестующий хлопок по бедру и скошенные в его сторону злые серые глаза, он продолжал его целовать, пока чужая рука наконец не вплелась в его волосы, слегка потянув на себя, хотя ближе, казалось, уже не было. Но их поцелуй прервал писк. Странный писк — что-то между задыхающейся свинкой и орущей лисой, — которого абсолютно точно не должно быть в доме, насколько помнил Лань Сичэнь. Они оторвались друг от друга, растерянно переглянувшись, и одновременно повернули голову, чтобы встретиться с четырьмя красными лицами подростков, которые явно хотели стереть последние пять минут из своей памяти. Молчание между ними затянулась, и — Цзян Чэн рассмеялся. Громко, задыхаясь, уткнувшись лбом ему в грудь, из-за смущения и неловкости, витающих в комнате. И он не мог сдержать свой собственный смешок. — Б-блять, их лица, Хуань-эр, это пиздец, — еле успокаиваясь, хрипел Цзян Чэн, однако, непонятно от кого, от мальчишек послышался ещё один писк, вероятно, из-за использования ласкового имени, что ввергает Цзян Чэна в ещё один приступ. — В-Вы встречаетесь?! — Лань Цзинъи вскочил из своего укромного места на лестнице, чуть не упав на остальных, и вскликнул, показывая на них пальцем. — Н-ну, как видишь, мелочь, — всё ещё задыхаясь от собственного смеха, сказал Цзян. Лань Сичэнь ласково улыбнулся, посмотрев на него, и погладил его волосы. — Но как? Типа, вы вообще не похожи на пару, — подал голос Оуян Цзычжень, с шоком и сомнением смотря на них. — Почему ты мне не сказал, Цзюцзю?! — сразу же после прокричал Цзинь Лин, не дав им ответить на предыдущий вопрос. — А что, мне надо было к тебе подойти и сказать, что я встречаюсь с дядей твоего друга, сопляк? А ещё что мне тебе сделать, а? — А-Чэн, успокойся, у них просто вопросы к нам. Цзян Чэн фыркнул, услышав это. — Да как, блять, скажете. Я спать. Можешь сказать им, что хочешь. И ещё, недоноски, попробуйте ещё раз так грохотать дверью. Цзян Чэн сонно поплёлся мимо мелкоквартета наверх, и, как только они услышал хлопок двери, они посмотрели на Лань Сичэня. — Он точно не держит тебя в заложниках? — спросил Лань Цзинъи, пока Лань Сычжуй хлопнул его по руке. Однако они все замерли от крика. — Я, вообще-то, блять, всё слышу.