Horrortale: Стоимость Свободы

Ализа не смогла покинуть Подземелье, несмотря на помощь Цветка. Воины Королевы Андайн пленили её и привели в Столицу – некогда прекрасный город, построенный Монстрами, но превращенный в трущобы, где каждый мечтал лишь об одном: еде. Монстры, вяло сновавшие по мрачным улицам Монстрограда, провожали девчонку голодными взглядами, но страх, появлявшийся в их глазах при виде массивных фигур стражей, облаченных в фиолетовые доспехи, отчётливо показывал иерархию, которую занимали воины Элитной Королевской Гвардии. Вот один из обезумевших монстров, похожий на подтаявшую собаку, бросился на пленницу, отчего Ализа вскрикнула, но тут же по улице раздался скулеж, полный боли. Это один из гвардейцев, отпустив передавленную руку девочки, ударил обезумевшего монстра рукой в латной перчатке. Он достал меч из ножен и заколол не отошедшего от мощного удара пса. Тот, в последний миг заскулив, обратился в пыль, унесенную сквозняком, блуждавшим по подземелью. Вернувшись к коллеге, гвардеец снова схватил посиневшее людское запястье, сжав его с такой силой, что послышался хруст. Ализа вскрикнула, и на глаза навернулись слёзы. Монстры в доспехах продолжили вести пленницу. Тем временем в Королевской Лаборатории стояли трое монстров: безумный доктор Альфис, Королева Андайн и Санс. Королева с ненавистью смотрела на того, кого когда-то предала, того, кто в порыве своего безумия уничтожил Ядро. Не будь за скелетом поддержки населения монстров, она бы убила этого ублюдка вновь, но если она это сделает, монстры восстанут против неё. Её решения уже привели к тому, что обычное население Подземелья теряет лояльность к короне. Именно поэтому ей нужна седьмая человеческая душа, чтобы дать монстрам нового старого врага и обвинить этих мерзких людишек во всех бедах монстров. Как бы она ни прикрывалась благой целью для всего рода монстров, основная цель разрушения барьера – это сохранение власти, что за многие годы так полюбилась Кровавой королеве. Наконец, её гвардейцы ввели человека. Девчонка выглядела жалко, но это не важно. Важным было то, что её душа была, как это ни смешно, при ней. – Ведите её к Машине! – Андайн отдала решающую команду своим воинам, и те, скрутив зарыдавшую от боли девочку, приковали к койке под экстрактором Решительности. К пленнице подошёл Санс, его единственный красный глаз светился в пустой глазнице. – Извини, малая, в этом нет ничего личного, это всего лишь метод выживания, – пожал плечами скелет с дырой в черепе. Он стал подсоединять аппарат к телу пленницы. Длинные металлические трубки с иглами были воткнуты в запястья и голени девочки, которая закричала от боли и попыталась вывернуться, но ремни крепко держали тело. – У меня готово, – проговорил Санс, и Альфис потянула рычаг. По помещению послышался гул, и мрак осветил лёгкий фиолетовый свет, когда из истошно вопящей Ализы по металлическим сосудам стала выкачиваться душа. На другой стороне уже стояла колба, в которой слой за слоем из выкачиваемых частиц энергии собиралась душа. Когда душа собралась воедино, бездушное умолкшее тело издало последний вздох и обмякло. Санс хмыкнув, ушёл из лаборатории. Он сделал то, что от него требовалось. Он не собирался участвовать в том фарсе, что хочет устроить королева. Он с братом просто выйдет на поверхность и затеряется. Ввязываться в войну ради мнимой победы? Извольте. Андайн трясущимися руками подняла колбу с последней душой. Это был ее шанс продлить правление и Последний Шанс на спасение всех Монстров. – Ваше высочество, что делать с телом?! – Голос гвардейца сорвался, выдавая неподдельный интерес. – Можете сожрать, мне всё равно, – бросила Королева и, схватив колбу, выбежала из лаборатории. Проносясь по мрачным коридорам цитадели, она наконец вышла к комнате с другими душами. Нажав на потайную кнопку, из ниш вышли остальные шесть колб с душами людей, что собрал Азгор. Она открыла все колбы и магией притянула души к себе. Комнату осветило нестерпимым светом, когда она поглотила все семь душ. Волосы взметнулись вверх, глаз и пустая глазница загорелись белым, в её броне засияли семь человеческих душ. Королева чувствовала, как мощь переполняла её, но вдруг она почувствовала нестерпимую боль, тело стало плавиться. Поняв, что либо сейчас, либо никогда, Андайн направила всю силу в барьер. По всему подземелью раздался звук, как будто разбивается стекло, и в подземелье потоком хлынула магия, чей поток был ограничен барьером. Концентрация маны, которой была переполнена поверхность, была слишком сильна, из-за чего большинство больных и старых монстров распылились от её концентрации, но те, кто выстояли, почувствовали так забытое ими чувство магического насыщения, которое перекрывал физический голод. Андайн стояла на коленях перед разрушенным барьером, её тело было слегка оплавлено, броня почти расплавилась на ней. Она до сих пор чувствовала жар металла. У её рук лежали осколки кристаллизированного эфира, сосуда людских душ. Она рассмеялась безумным смехом. Пусть теперь эти людишки попробуют остановить её, Великую Андайн, Освободительницу Всех Монстров.