Икар

Браслет как всегда скрадывал чувства. Скрадывал и ей – обладательнице золотого статуса. Но на душе, несмотря ни на что, скребли кошки. Деметра не могла смотреть на то, как мучается этот мальчик. Медь глушила эмоции сильнее всего, но Персей всё равно выглядел грустным, обиженным, иногда злым. Он не мог даже расплакаться. Потерять сестру, потерять человека, что заменил отца… Ей хотелось как-то помочь ему, но удалось только забрать его к себе. Архонт, конечно, протестовал, но Деметре удалось убедить его в том, что мальчик уже никому не навредит. Персей не сопротивлялся, но и близко к себе не подпускал. Просто жил, спал и ел, стараясь игнорировать всё, что его окружало. Редко покидал отведенную ему комнату, редко заговаривал с ней, и ни о чем не просил. Так и жили. Она видела его, когда он вел людей. Когда он со своей сестрой говорил о свободе, равенстве и братстве. Когда был живым и ярким, звенел цепями и рвался в бой. А что сейчас? Тихий, молчаливый, с потухшими глазами. Ей очень хотелось его обнять, как-то поддержать, заставить Брута снять с него браслет, и дать мальчику хотя бы выпустить пар. Но для горожан Персей является маргиналом и изгоем, для собственного отца он – преступник. Никто не согласится на такие риски. А мальчик не понимал, почему она так мягка с ним. Она ведь так близка к правителю, и скорее всего во всём его поддерживает… Да. Деметра уважала Тесея, понимала его и пользовалась его доверием, но тогда, глядя на растоптанного их законами мальчика, ей становилось грустно. Но время шло. Ослабляло боль, и вот житие в Полисе снова стало привычным, мирным и свободным, даже Архонт позволял себе расслабиться. А значит, всё возвращалось на круги своя. - Ты хочешь чего-нибудь? – привычно спросила Деметра, ожидая услышать очередной отказ. Персей выглянул из комнаты, сонно глянул на время. - А? – только и буркнул он. - Тебе что-нибудь принести? – мягко повторила она. Юноша задумался, явно пытаясь понять сначала суть, а потом дать ответ. - Кофе. Вы приносили недавно какой-то вкусный… - Хорошо. – улыбнулась Телеведущая. – Всё, не громи тут ничего. – махнув рукой, она покинула дом. Персей вздохнул. Кофе, что тогда приносила Деметра, ему понравился. Он очень отличался от обычного, из пакетиков, был мягче по вкусу. Необычно и круто. Осталось только дождаться возвращения хозяйки дома, ну и действительно ничего не разрушать. Хотелось конечно, как раньше – взорвать, разбить, но браслет сжимает руку, прогоняя поганые чувства, заставляя запереть их на сто замков. День прошел как всегда мимо. Слоняться по дому давно стало скучно, наблюдать за людьми с окна – тошно, а спорить с искином просто бесполезно. Приходилось листать старые книжки, благо, там оказалось много интересного. Читать ему нравилось, сразу вспоминались хорошие моменты из детства, когда они с Музой таскали разные сказки из библиотеки Барда. Барда… Стало вечереть, и вот знакомый щелчок замка, хлопок двери. Вернулась Деметра – довольная и уставшая после рабочего дня. Квартиру сразу наполнил приятный запах. Не солгала ведь – на столе стояли два стаканчика с кофе. И печенки. - Чего стесняешься? Бери. – улыбнулась она. – Такой же, как в прошлый раз. - Спасибо. – сказал Бродяга, взяв стаканчик. – А с чем он был? - Холодный латте на кокосовом молоке. Мне он нравится, частенько беру его. – Деметра открыла пачку печенья. – Ешь. Он послушался. Вкусно, сладко… И на душе как-то легче стало. Будто лед стал таять. А может, еще не всё потеряно? Когда-нибудь он точно вернется к своим друзьям. Но пока… Пока кофе и печенье. Добрая улыбка той, кто не дал закрыть его в клетке. Персей поставил стаканчик и заглянул Деметре в глаза. - Спасибо вам… большое. – и вдруг крепко ее обнял. - Не могла я бросить тебя вот так. – вздохнула она, погладив его по спине. – Ну ты чего? Тише, тише… Всё хорошо. Пей кофе и расскажи, чем ты всё это время занимался. И Бродяга впервые за долгое время искренне улыбнулся.