Может, всё-таки показалось?

‎Три часа утра. Город всё ещё погружён в глубокий сон. Лишь редкие огни фонарей пробиваются сквозь густой сумрак, который окутывает улицы. В воздухе висит сырость, а слякоть под ногами неприятно хлюпает и чавкает, вызывая раздражение. Погода отвратительная: холодный ветер, пронизывающий до костей, и мелкий дождь, который моросил уже несколько часов, превращая асфальт в грязное месиво. Вдали слышен глухой гул машин — редкое напоминание о том, что жизнь в городе не останавливается даже ночью. Этот звук кажется неестественным в такой тишине. Ветер жалобно завывает, словно живое существо, поднимая в воздух мелкие капли дождя, которые тут же оседают на одежде и лице, создавая неприятное ощущение холода. ‎ ‎Саша засиделся у друзей допоздна и теперь стоит у чужого подъезда, выпуская серые клубы дыма от сигареты. Ему бы такси вызвать до дома, да только экран мобильного телефона показывает значок батарейки с двумя процентами заряда. Возвращаться обратно и просить друзей вызвать ему машину уже неудобно — это будет выглядеть странно. Почему раньше не вернулся? Метро уже закрыто, а автобусы до его дома не ходят отсюда. Снова и снова ругает себя за то, что не зарядил телефон вовремя, и корит за то, что раньше не поехал домой. Думает о том, как мог бы спокойно сидеть в уютной квартире, пить горячий чай и смотреть телевизор, вместо того чтобы сейчас находиться здесь. Остаётся хлюпать ногами по противной сырости и кутаться в тоненький шарфик, который почти не спасает от холода, да утешать себя тем, что гулять на свежем воздухе полезно. ‎ ‎Едва слышимые шаги за спиной заставляют мужчину резко обернуться. Но перед ним лишь пустые тёмные улицы. Никого. «Наверное, просто показалось», — успокаивает себя тот. Он шмыгает носом, чувствуя, как усталость наваливается на плечи. Потирает глаза, надеясь, что это поможет ему проснуться. Но усталость не исчезает, а, наоборот, становится сильнее. Продолжает идти как ни в чем не бывало, надеясь уйти от навязчивых мыслей. Однако неприятный звук хлюпанья за спиной повторяется. Он уже не оборачивается, а шаг всё же ускоряет, в надежде как можно быстрее уйти из этого мрачного переулка. ‎ ‎Достаёт из кармана телефон, который уже успел остыть. Пальцы слегка дрожат, когда он несколько раз нажимает на кнопку включения, надеясь, что произойдёт чудо и устройство оживёт. Но всё тщетно — экран остаётся чёрным, а индикатор батареи показывает ноль. Мужчина шумно выдыхает и убирает телефон обратно в карман. ‎ ‎– Ничего страшного, — шепчет себе под нос. — Дойду и без него. ‎ ‎Сзади раздаётся неприятный, пронзительный металлический скрежет, от которого по спине пробегает холодок. Саша резко оборачивается через плечо, напряжённо всматриваясь в темноту. Его сердце бьётся учащённо, словно готово вырваться из груди. Но улица пуста, только фонари слабо освещают асфальт, да тени деревьев пляшут на тротуаре. Снова смотрит по сторонам, но никого не видит. Звук не прекращается, становясь всё более навязчивым. Это скрежет металла, который словно режет воздух, вызывая у Шепса ощущение тревоги и страха. Пытается убедить себя, что просто показалось, что это игра его воображения. «Показалось… Мне просто показалось», — шепчет он, повторяя это снова и снова, как мантру. Но звук не утихает. Наоборот, становится громче, превращаясь в ритмичный топот вперемешку с хлюпаньем по грязи. ‎ ‎Мужчина крепче сжимает сумку, его пальцы впиваются в ремешок. Пытается сделать шаг вперёд, но ноги не слушаются, они словно приросли к земле. Звук становится невыносимым, он заполняет всё пространство вокруг, не оставляя места для мыслей. Краем глаза замечает мелькнувшую тень. Это движение настолько быстрое и неожиданное, что его сердце мгновенно останавливается, а затем начинает биться с бешеной скоростью. Кровь приливает к вискам, и он чувствует, как его лицо становится горячим. Взгляд мужчины напряжённо устремляется в ту сторону, откуда доносится движение. Не может отвести глаз, зрачки расширяются, он хочет уловить даже малейшие детали. Пытается понять, что это за тень, кто или что движется в его сторону. В воздухе повисает тревожное чувство. ‎ ‎Шепс не понимает, что происходит, и это пугает ещё больше. Они с друзьями вроде пили только апельсиновый сок — безалкогольный, без единого градуса. Да и он ничего не употребляет. Почему же тогда он чувствует себя так, будто оказался в кошмаре? Тень снова мелькает, на этот раз ближе, и его охватывает паника. Мир вокруг начинает терять чёткость, словно реальность растворяется в тумане. Саша не может найти объяснения происходящему, оно кажется слишком странным и абсурдным. Теперь уже не до лишних раздумий. Шепс срывается с места, его шаги становятся быстрыми и резкими. Он идёт, почти бежит, не поднимая глаз, чтобы не увидеть что-то ещё, что может напугать его ещё больше. Сердце колотится в груди, а мысли путаются. Что это было? Останавливается на мгновение, пытаясь успокоить дыхание, но страх не отпускает. Вокруг тишина, нарушаемая только его тяжёлым дыханием. Может, всё-таки показалось? ‎ ‎К сожалению, не показалось. Перед ним, буквально в десяти метрах, внезапно появляется фигура. Она возникает из ниоткуда, как будто материализуется прямо перед его глазами. Момент кажется замедленным, хотя на самом деле всё происходит за считанные секунды. В горле образуется ком, дыхание становится прерывистым, словно воздух вдруг стал слишком плотным. Сознание пытается найти объяснение происходящему, но в голове только шум. Шепс оглядывается вокруг, его взгляд мечется между серыми панельными домами, пытаясь найти хоть какой-то намёк на то, куда можно свернуть. Время от времени поглядывает на нечто впереди. И уже думает свернуть в другой переулок, только нужно ещё раз проверить это… А где оно? Тело бьёт мелкая дрожь, мужчина прикрывает глаза и пытается успокоиться, считая про себя до десяти. ‎ ‎Шепс идёт по тротуару, скоропостижно приближаясь к подъездам многоэтажных домов. Он останавливается, глядя на массивные двери подъездов, и решает пройти вдоль них. Внутри нарастает тревога. Хочется закурить, чтобы хоть немного расслабиться и привести себя в чувства, но руки предательски дрожат. Саша пытается взять зажигалку, пальцы не слушаются, и она падает на асфальт с глухим стуком. Какой же бляздец, всё прям как в самых наилучших ужастиках, и он в главной роли. Правда, обычно Шепс смотрит их с чипсами в руках, на удобном диване и у себя дома, а не участвует в них. Мужчина аккуратно тянется за зажигалкой и мгновенно выпрямляется, стоит ему услышать шелест деревьев. Поворачивается всем корпусом, чтобы продолжить путь, и отшатывается назад, чуть ли не падая на ровном месте. ‎ ‎Перед Сашей стоит парень заметно моложе, выглядит тот лет на двадцать пять уж точно. Парень спортивного телосложения, с рельефными мышцами, выделяющимися даже под одеждой, которая, к слову, слишком легкая для такой погоды. Его волосы коротко подстрижены, придавая ему аккуратный и дерзкий вид, а лицо у него мягкое, с плавными чертами. На открытых участках кожи видны татуировки — тонкие линии и символы, которые переплетаются между собой, создавая загадочный узор. Кожа парня неестественно бледная — настолько, что кажется, будто он избегает солнца. В сравнении с Шепсом, который часто слышит комментарии о своей болезненно-белой коже, этот парень выглядит еще более бледным. Но самое заметное — его глаза. Они темные, почти черные, с глубоким и загадочным блеском. Однако в этом блеске есть что-то нездоровое, пугающее, что заставляет Сашу отвести взгляд. Парень смотрит прямо, не моргая, и его взгляд кажется гипнотическим, проникающим в самую душу. ‎ ‎Наверное, после этого стоило бы успокоиться и с облегчением выдохнуть, но как тут можно расслабиться? Парень, стоящий от Шепса на расстоянии вытянутой руки, ухмылялся, хотя эта улыбка больше напоминала звериный оскал, а его глаза в буквальном смысле сверкают сквозь ночную пелену. Саша не успевает опомниться, как незнакомец стремительно сокращает расстояние между ними. Сердце бешено колотится, а в голове наконец-то проскальзывает мысль: «Беги же!» ‎Инстинктивно делает шаг назад, затем еще один, но тот не отстает, мужчина начинает пятиться назад. Паника постепенно охватывает. ‎ ‎Проходят считанные секунды, перед тем как Шепса чуть ли не впечатывают в многоэтажное здание. Спасибо, что не совсем вдавили в эту стену. Спина резко ударяется о холодный бетон, выбивая из легких воздух. Мужчина шипит сквозь зубы от нарастающей боли и зажмуривает глаза. В этот момент его сознание зафиксировало, что чья-то рука удерживает его за плечо, не давая пошевелиться. Шепс попытался сдвинуться с места, но хватка была слишком крепкой. Открыл глаза спустя несколько секунд, которые показались ему вечностью, и встретился с любопытным взглядом темных глаз. Парень, державший Сашу, внимательно изучал его лицо. В чужом взгляде не было агрессии или угрозы, скорее нескрываемый интерес, но от этого становилось ещё более не по себе. ‎ ‎Стоило бы что-то сказать, правда, всё, что сейчас мог сделать Саша, так это сжаться от страха и бегать глазами по лицу напротив в ожидании дальнейших действий. Незнакомец же долго ждать не заставил. Отпустил плечо и запустил пальцы в его волосы. Проходясь по шелковистым прядям, тот слегка потянул их, отчего мужчина вздрогнул, но не издал ни звука. В глазах парня мелькнуло что-то хищное, и он приблизился к Шепсу, ещё больше нависая над ним. Тот внимательно изучал брюнета, его глаза скользили по каждой черточке, словно пытаясь проникнуть в самую душу. ‎ ‎– Я давно слежу за тобой, — наконец подал голос парень. — А-ле-кса-нд-р, — по слогам произнес тот, вытягивая букву «р». ‎ ‎Воздух словно растворился. Мужчина почувствовал, как его грудь сдавило какой-то невидимой силой. Лёгкие горели, требуя кислорода, но вдохнуть не получалось. Глаза округлились от негодования и страха, лицо и без того мраморное стало еще бледнее, а сердце пропустило удар. ‎ ‎– Откуда вы… — еле как выдавливает из себя Шепс хриплым голосом. ‎ ‎Парень улыбается до ушей, обнажая острые зубы. Его улыбка кажется неестественной, даже зловещей, слишком широкой и яркой. Внимание приковывают не просто зубы, а два длинных клыка, выделяющихся на фоне остальных. Они выглядят довольно реалистично, словно прорезались прямо из десен, совсем непохожи на искусственные. Клыки кажутся слишком длинными и острыми, прям как у хищника. Внутри всё сжимается, а сердце пропускает второй удар. Неужели это вампир? ‎ ‎Тот медленно проводит пальцами по щеке Саши, вызывая у него мурашки по всему телу. Место, где он провел, начинает пульсировать. Чужая рука слишком холодная, почти ледяная, что вызывает чувство дискомфорта. Пытается отстраниться, но парень держит мертвой хваткой. Он долго смотрит в глаза Шепса, как будто читает чужие мысли, а после одним движением отодвигает шелковый шарф. Совсем невесомо трогает нежную кожу на чужой шее и через мгновенье слабо сжимает ее. Опять дёргается и безрезультатно — ледяные пальцы только сильнее сжимаются. Пытается кричать, но голос пропадает в глотке. В голове всё путается в единый клубок, здраво мыслить уже не получается. В этот момент парень наклоняется ближе и тихо-тихо шепчет на ухо: «Ты мой». Шепса парализует ужас. ‎ ‎Взгляд напротив прикован к острым чертам лица, он рассматривает каждую деталь. Носом ведет по острой скуле мужчины, вдыхая его запах. Второй рукой забирается под ветровку Шепса, ощущая тепло его тела через ткань. Он делает это так медленно и нежно, будто прикасается к чему-то очень хрупкому и драгоценному. Саша содрогается от таких действий, его тело покрывается новой волной мурашек. Неосознанно поднимает голову вверх, смотрит на звездное небо, все еще надеясь, что это всего лишь сон. Страшный сон. ‎ ‎Дыхание вампира замедляется, его глаза начинают светиться зловещим светом. С невероятной скоростью и силой он протыкает тонкую кожу шеи своими острыми клыками. Саша успевает лишь жалобно пискнуть, и его худощавые пальцы судорожно впиваются в чужую руку, которая всё ещё покоится с другой стороны шеи. На глазах выступают слёзы, и непонятно от чего — то ли от безысходности, то ли от жгучей боли в области укуса. Ноги мужчины подкашиваются и слабеют, он едва держится, чтобы не упасть. Его тело сотрясается, а грудь тяжело вздымается, когда Саша жадно хватает воздух. Из горла вырываются только сдавленные хрипы, которые звучат все слабее. Слёзы льются ручьем, оставляя мокрые следы. ‎ ‎Парень отстраняется, завороженно смотрит на произведённую им реакцию, наклонив голову набок, его глаза сверкают от удовольствия. Тянется пальцами к укусу, мягко надавливая на него, заставляя Шепса еще больше сморщиться от боли. ‎ ‎– Что ты… — парень подносит к своим губам окраваленные пальцы и засовывает их в рот, расплываясь в улыбке. — Так трепыхаешься, а? ‎ ‎Не церемонясь, подлетает к Шепсу, вжимаясь всем телом. Пальцами мягко, но настойчиво поднимает его подбородок и смотрит ему в глаза. Он медленно наклоняется, нежно касаясь губами его щеки, и слизывает с нее мокрые дорожки, ощущая солоноватый привкус на языке. Ощущение не из приятных, внутри все переворачивается от отвращения и желания провалиться сквозь землю. ‎ ‎– Ты боишься, да? — ровным тоном интересуется вампир и облизывает вторую щеку. — Почему же? ‎ ‎Вопрос, который задаёт этот парень, кажется Саше совершенно идиотским, почти издевательским. Знает, что тут скорее он должен задавать вопросы. Но сил на то, чтобы сказать хоть что-то, нет; сил в принципе на то, чтобы адекватно функционировать, не хватает. Шепс смотрит безжизненными глазами, в которых застыли слёзы, на лукаво улыбающегося незнакомца. Скатывается по стене, чувствуя, как его тело теряет опору. Эмоции, которые ещё недавно бушевали внутри, исчезли, оставив после себя лишь пустоту. Получается только прерывисто дышать и бесцельно смотреть куда-то вдаль. ‎ ‎Парень опускается на корточки перед ослабевшим телом и берёт его лицо в свои ладони. На нём вновь появляется пугающая улыбка, да только Шепс уже не обращает на это внимания. Окружающий мир кажется ему размытым фоном. Шорох листвы и еле уловимый звук дождя, который вновь начал накрапывать мелкими каплями, не достигают его сознания. Тихий гул ветра, проникающий сквозь ветви деревьев, сливается с дыханием. Первые лучи солнца, робко пробивающиеся сквозь густую листву, не приносят радости или надежды. Они лишь напоминают о том, что день начался, но это не вызывает у него ни малейшего отклика. Не получается даже как-то отреагировать, когда парень берет запястье Саши и прижимает к своим далеко не тёплым губам. Он слабо дрожит в чужих руках и всматривается в образ незнакомца, пытаясь запомнить его, и тот лишь усмехается, глядя на Шепса. ‎ ‎– Красивый. ‎ ‎Всё, что успевает дойти до сознания мужчины, перед тем как мир вокруг начинает расплываться и погружаться в темноту. Звуки становятся приглушёнными, будто через толщу воды, а зрение теряет чёткость. Он обессиленно падает в руки парня, окончательно потеряв самоконтроль. ‎

***

‎Просыпается Саша уже дома, но чувствует себя он опустошённым. Его голова раскалывается от боли, а в висках пульсирует. Мужчина старательно пытается вспомнить, что произошло накануне, но мысли путаются, как обрывки сна. Подняв руку, ощупывает шею и замечает что-то странное. Шатаясь, подходит к зеркалу и рассматривает непонятный след. Хмурит брови, не понимая, откуда он взялся, и, махнув рукой, решает забить. С такой головной болью ему явно не до этого. ‎ ‎Вспоминает всё только через несколько дней, когда окно в комнате внезапно открывается нараспашку, словно под порывом сильного ветра. Воздух врывается в помещение, наполняя его прохладой и свежестью. Горшок с цветком, стоящий на подоконнике, теряет равновесие и с грохотом падает на пол. По комнате разносится звон разбивающегося стекла, а растение, только что радовавшее глаз своими яркими листьями, теперь беспомощно лежит на полу, разбросав свои нежные лепестки. Саша дергается, забывая как дышать, когда из темноты слышится уже знакомое «А-ле-кса-нд-р».