Невидимая нить

Карелия встретила их тишиной и запахом сырого мха. Здесь всё было иным: небо ниже, лес гуще, воздух тяжелее. Ангелина сидела в машине, не отрывая взгляда от деревянного дома у края леса — старого, будто пропитанного воспоминаниями. Максим молча курил рядом, опершись на капот, и время от времени бросал на неё быстрый взгляд. — Это здесь? — тихо спросила она, наконец. Он кивнул. — Да. Дом моего деда. После его смерти сюда никто не приезжал. Слишком много… следов. Ангелина чувствовала это с первого взгляда. Пространство вокруг будто вибрировало — в невидимой паутине прошлого, боли и чего-то невыразимого. Она уже знала: здесь её способности обострятся. Слишком сильно. Максим распахнул дверь, и в доме запахло старым деревом и дождём. Он прошёл первым, нащупал выключатель, но света не было. Только слабое электрическое потрескивание, и всё. Лампа мигнула — и снова тьма. — Электричество тут не любит чужаков, — усмехнулся он. — Но мы не чужаки, верно? Она не ответила. Прошла мимо него, ощущая, как мурашки пробегают по коже. Комнаты были пустыми, но каждая — будто дышала. — Здесь… кто-то остался, — выдохнула она. — Его дух. — Я знаю, — спокойно сказал Максим. — И он не в восторге от меня. Тишина вздрогнула. Где-то наверху скрипнула доска. Ангелина подняла голову. — Мы зря сюда приехали? — спросила она. Он подошёл ближе, провёл пальцами по её руке. — Мы приехали, чтобы выжить. А это место — единственное, где нас никто не найдёт. Она не верила. Но хотела верить — в него. Даже если этот дом пропитан призраками прошлого. Ночь. Они устроились в дальней комнате на втором этаже. Максим успел разжечь камин — и теперь пламя тихо трещало, отражаясь в её глазах. Ангелина сидела у стены, завернувшись в плед, а он наблюдал за ней, не зная, как начать разговор. — Ты дрожишь, — сказал он наконец, подавая ей чашку горячей воды. — Не от холода, — ответила она и посмотрела на него. — Здесь всё говорит со мной. Дом, тени, стены. Но я стараюсь заглушить их. Ради нас. Он опустился рядом, не сводя с неё взгляда. — Не нужно бороться в одиночку. Ты не одна, слышишь? — он взял её за руку. — Мы пройдём это вместе. Я поклялся себе, что больше никогда тебя не потеряю. Она положила голову ему на плечо. — Иногда мне кажется, что это всё не по-настоящему. Что мы во сне. А проснусь — и снова клетка, снова холод, снова без тебя. — Ты не проснёшься, потому что это — реальность, — прошептал он. — Я рядом. Всегда. Они заснули прямо у камина, прижавшись друг к другу. И в ту ночь даже лес замолчал — будто берег их покой. Прошло…два дня. Два дня они почти не выходили из дома. Ангелина всё чаще молчала, её руки дрожали, а взгляд становился чужим. Дом будто впитывал её тепло — и отдавал что-то своё взамен. Максим сначала думал, что всё утихнет. Но Ангелина менялась — с каждым часом. Она то впадала в забытьё, то начинала говорить чужими голосами, слышать то, чего не было. Дом усиливал её дар — и забирал силы взамен. Максим сидел на крыльце с телефоном в руках. Лес перед ним дрожал в утреннем тумане, и даже птицы пели иначе — будто тише, тревожнее. Он набрал номер. Пальцы дрожали. — Брат, — сказал он, когда на том конце сняли трубку. — Она здесь. Тень. И ещё… с Ангелиной что-то происходит. Слишком сильное. — Ты точно уверен, что это она? — голос Андрея был спокойным, но в нём уже чувствовалось напряжение. — Она. Я чувствую. И дом усиливает её. Ангелина становится… другой. Я боюсь, что она не выдержит. — Жди. Буду через сутки. Максим выдохнул. Закрыл глаза. И впервые за долгое время — позволил себе испугаться.