Невыносимо

Как и тогда, при первом их знакомстве, она тянется к нему рукой и всеми ласковыми мыслями, пытаясь успокоить то ли себя, то ли его. Йонас смотрит с непониманием. Там, где должно находиться осуждение, находится боль, ведь осуждать ту, кто стала ближе собственной семьи, невозможно. Ресницы мелко, но заметно подрагивают, желваки дёргаются, а руки мечутся в попытке ухватиться за что угодно. И удержаться. Хотя бы ненадолго. Йонас понимал, что не интересен Лу, ещё с самого начала их знакомства. Тогда, когда тринадцатилетнюю псионичку представили как часть их группы, он не особо заинтересовался. Многие псионики по завершению «обучения» в интернате не продолжали контактировать с другими, ранее знакомыми ребятами, потому пытаться наладить общение с явно недружелюбно настроенной девочкой было незачем. Не хотелось. Но когда Йонас впервые увидел, как маленькая, но смелая девочка лезет драться к парням, лишь бы те не трогали их с Доганом и Томой, а после получает несколько царапин и синяков, то, конечно же, старается сделать всё, дабы забрать часть ран с помощью своих сил. И когда голубые, холодные глаза наконец проявляют хоть немного благодарности и нежности в ответ, Йонас обещает себе сделать всё, дабы этой неугомонной больше не довелось лезть в драку. Йонас ещё тогда любил её чуть бледную кожу. Йонас восхищался её чуть прищуренными глазами. Йонас касался её светлых, пшеничных и всегда почему-то гладких волос, которые Лу отрезала ножницами, украденными со стола воспитателя. И Йонас старательно готовился к тому, что когда-то прочитает эти же мысли у другого. Кей был неплохим. Может, он и работал на КС, а после его взяли в охрану Приора. И пусть тот должен защищать церковника, Йонас видел плюс в их отношениях с Лу. Кей был псиоником. Он был ближе и понимал её. Он мог понять её боль. Он был тем, кто смог бы защитить. Даниэль вначале Йонасу не понравилась. Не понравилась тем, что является обличием Центра и всех, кто является чистыми. Но она проявляла не малую заботу об Лу, и была готова быть рядом. После того как хилер сравнил нестабильную секретаршу Приора со своей сестрой, он смог проникнуться к Даниэль некой симпатией. Она тоже может быть хорошим партнёром для Лу. Но Лу не спешила представлять ему человека, который вызывает в ней трепет и заставляет не спать до трёх ночи, после чего собираться на работу невыспавшейся, но счастливой. Лу не спешила рассказывать Йонасу, насколько она рада любить Кея. Или Даниэль. И насколько рада получать ответную любовь, которую заслужила больше всех их вместе взятых. Йонас всегда готовился услышать от Лу слова признания к другому, но он не был готов узнать, к кому. И когда Йонасу приходится пожимать руку самому Приору Инквизиции, он лишь начинает молиться Единому (чего никогда, никогда не делал), чтобы это оказалось шуткой. Йонас искренне не понимает, чем думала Лу, когда решила познакомить его, лучшего друга, с человеком своего сердца, которым оказался Иво Мартен. Которому, несмотря на скрытые эмоции, внутри немного неловко, но всё же радостно, что Лу решила познакомить его со своими друзьями, со своей семьёй. Каким бы его не показывали по телевизору, Мартен не кажется таким уж плохим. Он галантен, вежлив и в меру закрыт, но даже сидя напротив, можно и без способностей в виде эмпатии прочувствовать, как Иво нежно относится к Лу. Как мягко улыбается только ей, как следит за тем, чтобы она хорошо ела и подкладывает ей больше еды, которую та любит, как периодически незаметно для других (но не для Йонаса) едва касается её запястья своими длинными и бледными пальцами. Пальцы Йонаса многим не отличаются. Но эти двое отличаются всем остальным. И Йонас понимает, что шанса он не имел никогда. Видеть счастливую улыбку Лу, когда она смотрит на него, – больно. Видеть её подрагивающие ресницы, когда он прижимается ближе, – мерзко. Видеть её сияющие глаза, когда она слышит его голос, – невозможно. Чувствовать, как нервно она дышит, когда он смотрит на неё, – невыносимо. Эту пытку Йонасу не вынести никак. Позже они попрощаются и рука Иво мягко возьмёт ладонь Лу в свою, после чего потянет ту к машине. Позже он откроет ей дверь и будет мягко придерживать за голову, чтобы она не ударилась. Позже они уедут и останутся наедине, оголяя друг другу души. Йонас понимает, насколько пропал, когда заходит в неприметное здание. Здание, где собираются люди, состоящие в группах, одна из которых известна благодаря Раулю Жермену. И когда его взгляд поднимается на стену, где собрана разного рода важная информация, а посредине находится фото Приора Инквизиции с красным крестом поверх, единственное, что делает Йонас, это тянется к запястью с меткой «Ѱ», которую когда-то ласково гладила Лу.