knot a good idea

В пламенных бригадах или любом другом месте, где людям приходится делить комнату, не принято селить вместе возбужденного подростка-альфу и похотливого подростка-омегу. Обычно это считается плохой практикой, но когда ваш штаб настолько беспорядочный как Восьмой, и у вас сложилось впечатление, что оба подростка - беты, то может произойти всё, что угодно. Чувствует ли Шинра вину за то, что соврал Капитану Оби и Лейтенанту Хинаве? Может, совсем немного. Ладно, может быть очень сильно. Ну, а что ещё вы предлагаете- признаться, что он омега, когда всю жизнь считал себя бетой, и выходит, что он просто поздно созрел? Сказать им, что, когда и у него, и у Артура одновременно начались течка и гон, вызванные стрессом от появления Белых Плащей, и их чуть не убили в Мастерской Вулкана, а затем они были отправлены в Асакусу на тренировки, где за ними никто не присматривал, и они совершили огромную ошибку посреди ночи, где некому было их остановить? Хотя с тех событий они могли в любое время разобраться в ситуации, как это обычно делают взрослые и зрелые люди, и, возможно, нашли бы способ принять тот факт, что теперь они связаны подобным образом, несмотря на то, что иногда с трудом могут находиться в одной комнате друг с другом, они вбили себе в голову, что будет лучше сохранить всё в секрете? Шинра даже не хочет представлять, какое наказание для них мог бы придумать лейтенант Хинава. Он предпочёл копать эту яму настолько глубоко, пока не провалится прямо в центр Земли, спасибо, блять, большое. Наглядный пример: было бы очень трудно похотливому подростку скрыть сущность альфы или омеги. Шинра уверен: единственная причина, почему их тогда не поймали это то, что лейтенант Конро и Генерал Шинмон проводят больше времени друг с другом, чем Хинава с Оби, да и штаб-квартира Асакусы была довольно шумным и беспорядочным местом. И сейчас, двоим подросткам достаточно долго это сходило с рук, возможно, из-за маленькой ошибки, которую они совершили, когда были одни, опьяненные поздно созревшими гормонами, без какого-либо предупреждения, что это очень плохая идея. Большую часть времени хорошо справлялись подавители, и остальные думали, что и все хорошо и им не о чем беспокоится. Несколько пятен с ароматом, хорошо спрятанных под одеждой, которые не дадут понять остальным, что он совсем не бета,- это все, что Шинре действительно нужно. Вдобавок ко всему, Артур вообще не беспокоится, и, учитывая, что он обычно пахнет плазмой и чудаком и сомневается, что кому-то будет нужно подойти настолько близко, чтобы заметить. Шинра недавно вычитал в Интернете намного больше, чем когда либо мог узнать на уроках в школе, что главным преимуществом сближения альфы и омеги было то, что успокаиваются все второстепенные инстинкты: запахи становятся слабее, течка и гон случаются реже, другие альфы и омеги особо не привлекают связанную пару, так как это на подсознательном уровне считается "нежелательным" - ну, так говорит Интернет. В любом случае, удобно. Даже если он иногда замечает, как дергается глупый хвост-луковица Артура, когда капитан Оби подходит к нему слишком близко, и ему приходится очень стараться, чтобы не бросать убийственный взгляд в сторону лейтенанта Хинавы каждый раз, когда он видит, как тот поправляет стойку Артура, обучая его какому-нибудь новому приему самообороны. Им не приходилось иметь дело с течкой или гоном в полной силе после той ночи, когда их предназначение обрушилось на них, как снег на голову, это, вероятно, стало бы для обоих несколькими днями мучений, если бы они не жили в одной комнате в Асакусе и если бы хоть кто-то был в здравом уме. Вместо этого, у них мросто была одна ночь безостановочного траха, и на утро тела были в ушибах и укусах, а сами были вымотаны, но они полностью готовы вернуться в Восьмой со своими новыми навыками с собой. Сейчас, впрочем... Шинра знает, что это не то чувство, которое возникает во время течки, потому что сейчас этот ощущается гораздо спокойнее, чем в ту ночь, когда ему казалось, что он умрёт, если сейчас не напрыгнет на первого альфу, попавшего на глаза, которым по счастливой случайности оказался король-рыцарь, спящий на соседнем футоне. И всё же, по всему телу растекается тепло, словно под кожей ползают огненные муравьи. Этому несколько помогает — а в других отношениях и усугубляется — ощущение чего-то горячего и твердого, прижимающегося к его заднице, скользящего члена между его ягодиц и вытекающего предсемени на его поясницу. Это не такой большой беспорядок, как тот, который он устраивает, когда его смазка течет между его ног, пачкая простыни Артура. Они обязательно поменяют и постирают постельное бельё до того, как у кого-то появятся вопросы о том, кто устроил такой беспорядок, но сейчас никто не думает о последствиях, если их поймают. По крайней мере, Шинра впился зубами в подушку Артура, чью ткань он уже прокусил, за что получил полный рот перьев, чтобы никто не мог услышать его всхлипы и стоны, которые так и норовят вырваться наружу. Член Шинры, возбужденный, трётся о простыни, которые они накинули на себя на случай, если кто-то зайдёт. Явно бесполезно, так как если кто-то ворвется в комнату, не видя обнажённых тел, сам факт, что они голые и делят одну кровать, наверняка вызовет кучу вопросов, на которые просто не найдётся нормального ответа. Артур прижимается к нему сзади, толкая его, но не проникая внутрь, и Шинра хочет огрызнуться на него, чтобы поторапливался. Он скрипит зубами через подушку, измельчаем их до крошки, и сам насаживается на член Артура. -Настолько сильно не терпится, Демон? Шинре хотелось съязвить в ответ,сказать ему, что это он его трахает, как жалкая собака, но все, что он мог сделать, это рычать на него из-под подушки во рту, пытаясь повернуть голову, чтобы бросить на него сердитый взгляд. Несмотря на то, что Артур издевался над ним, Шинра знает, что они в одной лодке. Не совсем так, как на пике гона, но достаточно возбужден, чтобы потерять контроль над собой. Шинра знает, потому что, когда он слез со второго яруса несколько минут назад, Артур даже не спросил, зачем он спустился к нему.Он просто с трудом сел, начал раздеваться и освободил место для Шинры, но требуя объяснений, почему в его "королевство" вторгся демон, или какая хрень творится в его мозге размером с горошину. Он это также понял по тому, насколько горячим было тело Артура и как твердел его член, когда он терся им об Шинру. Его дыхание горячее и влажное на затылке Шинры, и он чувствует, как его зубы трутся о нежную кожу при каждом движении. Вся нижняя часть его тела пульсирует, его дырочка трепещет, когда все больше смазки стекает по его ногам, и даже рваная подушка, зажатая в зубах, не может заглушить вой, который он издает. Это не обычный звук отчаяния, который мог бы издать кто-то, кто пытается заставить своего партнера поторопиться и заняться с ним сексом; это звук, который издает омега, чтобы специально подстегнуть альфу, и вызвать ту реакцию, которую хочет Шинра. Даже если его мозг, когда он и Артур не связаны подобным образом, отказывается думать о них как о истинной сцепленной паре. Идея застрять так с Артуром до конца жизни вызывает желание заткнуться, но когда головка члена Артура наконец-то нажимает на колечко мышц вместо того, чтобы бессмысленно нападать на него, подобные мысли полностью отсутствуют. Благодаря его смазке Артуру проще войти в него, что очень хорошо, так как король-рыцарь вряд-ли в курсе о существовании слова "прелюдия". Шинре все равно на отсутствие внимания, потому что все, что его волнует, — это получить то, чего хочет его тело, иметь возможность выпустить часть напряжения и стресса, накапливающихся в его теле из-за постоянных опасных для жизни ситуаций, в которые Восьмая бригада попадает в ходе своих расследований. Не то чтобы он жалел об этом хоть на мгновение, но в конце концов что-то должно произойти, и если жесткий секс в постели Артура среди ночи удержит его от срыва, когда он окажется в ситуации, которая может кого-то убить, то вы определенно не услышите от него жалоб. Когда он чувствует, что Артур вошёл полностью, прижимаясь бёдрами к его заднице, Шинра судорожно выдыхает. Уже сейчас он чувствует, как рассудок затуманивается с комбинацией е омега-феромонов и обычных 17-летних гормонов, работающих в тандеме, чтобы заглушить его рациональный ум перед лицом секса. Артур намного больше, чем у такого идиота как он есть право, поэтому Шинра считает абсолютно верным объяснением того, почему он в таком положении; возможно, вся кровь, которая должна была пойти в мозг, решила сменить пункт назначения на его огромный, значительно больше среднего пенис. Шинра мог бы превратить всё в огонь, но это означало бы признание вслух того, что у Артура большой член, и, честно говоря, ему не нужно давать этому идиоту еще одну причину зазнаться. -Ах~, блять... Он оторвался от разорванной подушки, поэтому теперь может резко вдохнуть, когда чувствует, как Артур вбивается внутри него, его дыхание становится все тяжелее и быстрее с каждым мгновением. -П-поторопись уже, ладно? -Хмм... Это не самая простая поза для этого, — рычит Артур, и хотя Шинра точно знает, как, вероятно, выглядит выражение его лица — совсем не устрашающая гримаса, — нотки альфы в его тоне заставляют Шинру вздрогнуть. И всё же, он отказывается играть роль послушного омеги, который пускает слюни на член своего альфы. Возможно, если бы альфа, о котором идет речь, не был таким идиотом, который постоянно его злит, он бы чувствовал себя по-другому, но его постоянное соперничество с Артуром пересиливает его желание прогнуться, подставить ему колени и умолять наполнить его узлом, спермой и щенками, как у любого омеги, которого он когда-либо видел в порно. (Не то чтобы он когда-либо искал что-то подобное. Вовсе нет. Вы просто... натыкаетесь на что-то, когда ищете информацию в Интернете. Вот и все.) -Ну, хммм, разберись, — выдыхает Шинра, сжимая зубы, чтобы не застонать, хотя он чувствует, как на глаза наворачиваются слезы — не от какой-то боли, а от того, что он испытывает так много ощущений одновременно, что это кажется невыносимым. Это как будто Артур внутри него, а не просто жалко трётся об него, заставил все нервные окончания в его теле загореться, сделав его кожу такой чувствительной, что он клянётся, что чувствует каждый стежок своей постельной принадлежности, чувствует мельчайшие изменения температуры воздуха вокруг себя, хотя он уверен, что это просто его разум играет с ним шутки. Он клянётся, что чувствует каждый волосок на теле Артура, и он, безусловно, чувствует, как его собственный стоит дыбом, когда Артур медленно начинает его трахать. В это время, пытаясь изо всех сил, он все же не смог остановить звук, вырывающийся изо рта, хотя и пытался подавить его как можно быстрее. Член Артура внутри него, кажется, вот-вот выбьет из него все звуки, особенно когда Артур начинает набирать темп. Он был прав насчёт позы: она действительно непростая, но работает, и Шинра чувствует, как мозг начинает неметь, так как Артур задевает все чувствительные места в нём. Он сомневается, что это сделано намеренно, но член Артура достаточно большой, чтобы он бил их всех с каждым толчком даже без какого-либо умысла за ними, и когда он набирает темп, рот Шинры открывается. -Хмммм... тише, Демон, — выдавливает Артур, но его голос напряжен не только от удовольствия, но и от его собственных попыток молчать. Вовсе не обязательно, чтобы Артур напоминал Шинре про молчание; он просто не знает, что он может сделать, чтобы устоять, если укусить подушку Артура для него недостаточно, чтобы справиться с этим. Не то, чтобы он может просто прикусить язык, как все люди обычно делают, если только он не хочет совсем быстро остаться без него. Артур перестал двигаться, и это худшее, что он мог сделать сейчас, по мнению Шинры, но, пока руки Артура окутывают его тело, у него есть примерно полсекунды, чтобы осознать, что сейчас произойдет, прежде чем Артур быстро переворачивает их обоих и зарывает Шинру лицом в подушку. Это граничит с покушением на убийство, заставляя Шинру напрягаться и бороться с собой, чтобы не начать немедленно размахивать руками, но Артур останавливает эту реакцию резким толчком в него — потому что ему удалось даже не вырваться из него, когда он перевернул их обоих. Это значит, что они упустили даже малейшую возможность разыграть то, что происходит, если кто-то зайдет к ним прямо сейчас, но когда Артур кладет одну руку на затылок Шинры, чтобы засунуть его лицо в подушку, а другую руку кладет на матрас рядом с собой, Шинра быстро понимает, что у Артура есть идеальный способ заставить его забыть обо всех его тревогах. Потому что если раньше он думал, как член Артура бил его во все нужные места, то сейчас все совсем по-другому, настолько, что даже если Шинра отчаянно пытается уцепиться за последнюю маленькую осознающую себя часть его, он может полностью понять, почему все эти омеги в порно и в интернете в конечном итоге скулят и умоляют. Артур начинает издавать эти тихие звуки, хрюкать и стонать, из-за которых Шинре хочется наброситься на него за то, что он доставил ему неприятности, когда он собирался просто повернуться и быть таким громким. На самом деле, он как раз собирается это сделать, когда Артур опускает голову, чтобы прикоснуться губами к его горлу. Шинра чувствует, как его зубы касаются слегка приподнятой пахучей железы на изгибе его горла и плеча. Шинра испускает полную дрожь при малейшем прикосновении рта к этому месту, и феромоны, которые он испускает, поглощаются подушкой, в которую он уткнулся лицом. Укус, оставленный Артуром в ту ночь в штаб-квартире, зажил, и Шинре удавалось прятать его так долго, поскольку все были слишком заняты погоней за Белыми Плащами. Он также был слишком занят получением ножевых ранений в грудь и брюшную полость, чтобы кто-то мог беспокоиться о том, что происходит у него на шее. Шинра очень хорошо справлялся с игнорированием метки. Он изо всех сил старается игнорировать то, как она покалывает от непосредственной близости с Артуром, даже когда нужно сконцентрироваться на чем-то другом. Он научился игнорировать пульсацию каждый раз, когда он чувствует его запах, а это верный признак того, что ему пора сменить ароматический пластырь. Он становится все хуже каждый раз, когда невежественный, глупый Артур решает прикоснуться или приблизиться к нему, и даже простое прикосновение рук, зубов или чего-либо еще заставляет все его тело ощущаться как одно большое живое нервное окончание. И худшее-это то, что Артур даже не издевается над ним: он неподдельно невежественнен, и Шинре остаётся только иметь дело с последствиями, не упоминая того, что он все еще пытается принять, что есть какая-то часть его — даже его надоедливые инстинкты, которые он не может контролировать, — которая могла бы испытывать такое непреодолимое влечение именно к Артуру из всех людей. На этот раз, Артур точно делает это намеренно. Единственное, с чем Шинра не может разобраться: почему его это вообще волнует. Когда Артур открывает рот около кожи Шинры, у него снова есть лишь доля секунды, чтобы осознать, что сейчас произойдет, прежде чем зубы Артура вонзаются в то место, которое он впервые укусил не так давно — на этот раз не так яростно, без огромных клыков, которые идут с гоном альфы, но все еще достаточно острые, чтобы Шинра удивился, если Артур не порвет кожу. Он издает резкий крик в подушку, но не только его собственный звук поглощается тканью, в которую засунуто его лицо, низкий стон, который издает Артур, когда он вонзается в него с безрассудной самоотдачей и, по-видимому, не заботясь о том, действительно ли это приятно для него, полностью заглушается куском плеча Шинры, который он держит во рту. В этой позе член Шинры трется о простыни с каждым толчком. Между этим и членом Артура, заполняющим его, он чувствует, как последние части его сознательного мозга начинают ускользать. Это может быть не полноценная течка, не то всепоглощающее возбуждение, которое превращает его в рыдающего идиота, неспособного даже на самые элементарные уровни мышления, кроме того, как сильно он хочет быть связанным узлом с альфой, но он все еще похотливый подросток-омега, и его все еще трахает его альфа в его постели. Он настолько потерялся в тумане этих чувств, что почти не замечает что-то твердое и опухшее, прижимающееся к его заднем проходу, пока не чувствует, как он дергается и начинает проталкиваться внутрь. -Э-эй! - Шинра отталкивает руку Артура от своего затылка, пожимая плечами, чтобы попытаться выбить его зубы из своей плоти.- Какого хуя ты вытворяешь? Его шепот все еще тих по меркам того, что кто-то должен был бы слышать сквозь стены даже их грубой штаб-квартиры, но его голос определенно повышается. Артур бросает на него взгляд, отцепляясь зубами от плеча Шинры. - Я лишь даю тебе то, чего ты хочешь. Почему ты жалуешься? - он рычит на него, и на этот раз никакое количество альфы в его голосе не сможет заглушить раздраженную панику, которую он испытывает, осознав, что Артур пытается сделать. -Нет, ты не можешь завязать узел! Что, если... Осознание и слова приходят слишком поздно, а это значит, что Шинра не успевает донести мысль до толстого черепа Артура, прежде чем его быстро разбухающий узел начинает давить на него. И вдруг все это оказывается внутри него. Шинра хотел бы сказать, что он расстроен из-за Артура в тот момент за то, что тот не послушал его, но в этот момент весь его разум полностью опустел, когда его глаза распахнулись, и безмолвный крик вырвался из его горла, сомкнувшись вокруг шока. Как будто Артуру уже не приходилось менять простыни после этого, Шинра окрасил их в белый цвет спермой, крепко сжимая узел Артура в процессе. Артур рычит от внезапного затягивания вокруг его узла, и Шинра слышит, как это эхом отдается в его ушах вместе с биением его собственного сердца. Когда он чувствует, как член Артура дергается внутри него, его узел, кажется, смещается в то же время и заставляет его дико стонать в глубине горла, Шинра знает, что он сейчас будет заполнен спермой Артура — и хотя часть его хочет жаловаться на беспорядок, который он собирается устроить, на тот факт, что ему придется вычищать это из себя позже, омега-часть его мозга может только издать отчаянный вой, когда он переполнен тем, что, по мнению его тела, ему нужно. Артур падает на спину. Ощущение их потной кожи, прижатой друг к другу, одновременно отвратительно и успокаивающе, но ничто не может быть достаточно успокаивающим, чтобы заставить Шинру игнорировать тот факт, что узел Артура распух внутри него, запирая их двоих вместе. Если бы он был в самом разгаре настоящей течки, он бы, вероятно, мурлыкал от удовольствия, завязывая узел и набиваясь альфа-спермой, но вместо этого он чувствует, как пульсирует вена на лбу, когда он впивается пальцами в простыни Артура. Несмотря на то, что он не может двигаться, когда Артур лежит на нем сверху и устраивается внутри него, это не мешает ему достаточно извиваться под ним, пока он не сможет ударить Артура по голове. Это не так сильно, как ему хотелось бы — он хотел бы, чтобы зубы Артура застучали в его глупой голове, если бы мог — но это все равно доносит его точку зрения. -Черт! И нахрена ты это сделал? -Это не повредит, мой дорогой. Поверь мне, я бы сделал тебе больно, если бы мог. -Почему это вообще показалось тебе хорошей идеей? -Чего? Вообще-то это ты умолял меня завязать узел в ночь, когда мы были связаны. Почему ты сейчас изменил свое мнение? -Потому что мы пытаемся не допустить того, чтобы хоть кто-то узнал об этом. Что нам теперь делать, если сработает сигнализация?! Шинра даёт шанс крохотному тупому мозгу Артура осознать то, что он сморозил, и проходит несколько мгновений, в течение которых Шинра все больше раздражается, прежде чем в жалком мозге Короля-Рыцаря внезапно загорается лампочка. -Охххххх... Шинра даже не может придумать, как ответить на это, кроме как снова ударить Артура по голове, поэтому он просто делает это. Артур издал жалобный стон, хотя Шинра знает, что он просто ноет. - Почему ты вообще придаешь этому такое большое значение?- Артур нахмурился. - Если мы решили хранить это в тайне, то у Гориллы-циклопа и командира не должно быть даже повода думать о том, что мы делаем что-то запрещённое. Как ты думаешь, каковы шансы, что именно сегодня появится огнечеловек? - Огнечеловек может появится в любой момент, тупица,- Шинра нахмурился на него в ответ. Всё выглядит так, словно они как обычно начнут препираться, несмотря на то, что Артур всё ещё внутри (и не собирается никуда в ближайшее время), когда когда худший кошмар Шинры становится реальностью. Хорошо знакомый звон, означающий, что появился огнечеловек. Шинра чувствует, как внутри всё похолодело. Дверь распахивается, и в свете из коридора Шинра видит силуэт Маки. -Шинра, Артур, появился огнечеловек! Будьте готовы через- Шинра и Артур вылупились на Маки. Маки ошарашенно смотрела на них, обрываясь на полуслове, с широко распахнутыми глазами от осознания увиденного. Она медленно закрывает дверь, не говоря ни слова, и Шинра мечтает провалиться под землю прежде, чем ему придётся разбираться с последствиями с капитаном и лейтенантом, с последним в особенности. Зато, в качестве бонуса, он потащит Артура с собой. Шинра издаёт тихий стон, пряча лицо в подушку. -Видел, Шинра? Маки совсем нет дела до этого. Шинра тянется назад, чтобы ещё раз ударить Артура.