Не_значительные персонажи истории

Ксанатос не запомнил многое из этих Видений. Ему хвстало отголосков. Три маленьких фрагмента. Озлобленный юлинг с красным световым мечом над пропастью водопада, блондин с холодными голубыми глазами — Брук Чан. Его неудачная попытка взорвать храм. Затем Вокс Чан. Хитрый уж с липкими руками. Проводит немалые суммы через «ЮниФай» после очередной игры катарсис на счета Ксанатоса и его компании. Он оставил себе небольшую долю. И эвакуация неизвестного корабля. Угроза такая же фальшивая, как и компания "ЮниФай". Манипуляция финансами. И снова Вокс Чан, его дорогой казначей. Ксанатос не сомневался в отсутствии у него всякой порядочности. Что ожидать от подкупленного чиновника? Но он заново пересмотрел его ценность. Как союзника. Увы, подобрать достойного казначея не так-то просто. Особенно в текущих обстоятельствах. В прошлом Ксанатос слишком поздно нашел это дарование и не успел насладиться плодами их совместной деятельности в полной мере. О, он больше не допустит такой ошибки. С его знаниями, тонкими манипуляциями, контролем и достаточным давлением на потенциального партнера их союз расцветет. Силовой внушение? Игра дилетантов. Кому она нужна? Информация и вовремя сказанное слово — вот главное оружие тонкого политика. Аккуратно, мягко и почти безболезненно. Идеально. В надежде застать Вокса Ксанатос направился к его дому. Благо, помнил адрес. Вооруженный легкой улыбкой и неизменным шармом Ксанатос скользнул в скромный домик своего старого друга. (Сколько раз он просил Вокса переехать и не портить имидж, но упрямец отказывался.) "Доброго времени суток. Прошу простить за вторжения. Я ищу Чана Вокса..."- Ксанатос запнулся, в дверях он ожидал увидеть самого Вокса. На пороге стояла молодая человеческая женщина с насыщенными зелеными глазами и улыбалась. "Конечно, заходите, присажаваетесь," - мягко улыбаясь, она пропустила растерявшегося гостя. На её щеках вдоль веснушек заиграли маленькие ямочки. " Извините, я хотел бы видеть Вокса,"- Ксанатос недоумевал. Она ему явно кого-то напоминала. В этих глазах что-то было от мастера Тал, что ужасно раздражало, но вот это неприметное, смуглое лицо... Ксанатос не помнил. От этих мыслей разболелась. -Да, конечно. Я сейчас позову мужа, только укачаю малыша. -Мужа? -Конечно. Ох, простите, я Травия. Травия Чан. Жена Вокса. Жена. Ксанатос был абсолютно ничего не слышал о Травии в прошлом. - А этого недотрогу зовут Кэд. Он упорно не хочет ложиться спать и общаться с гостями. Кэд Чан. Он, вроде бы, был Видении Силы. Ксанатос смутно помнил. - Милый, к тебе пришли! Вокс вышел из-за угла. Ксанатос его не узнал. Перед ним стоял совсем молодой мужчина с усталым взглядом светлых голубых глаз. Приятными, мягкими чертами лица отвратительно похожий на знакомого юнглинга. Ксантос вспомнил и вылетел, как бластерный выстрел, не прощаясь с хозяевами. Его ждала уже знакомая серия мучительнейших Видений. ——————————————————————— Зарывшись в бумаги, Ксанатос довольно успешно управлялся с делами. Фундамент под его старую горнодобывающую компанию "Дальние миры", как и под шпионскую сеть уже был заложен. Нашлись какие-никакие помощники. А финансы.. Что ж через старые связи и своевременные знакомства удалось собрать неплохую сумму на первое время. Ксанатос неделю не покидал дворца, по возможности ограничивался кабинетом и покоями. Он не мог видеть людей, особенно боялся наткнуться на семейство Чан. Они мерещились Ксанатосу повсюду. Сколько раз он ломал шею с Бруком, после падения со злосчастного водопада. Сколько раз он погибал с Воксом на корабле-колонии на руках сына, моля о прощении. И получая его. Но большинство Видений принадлежали Травии. Они казались бесконечно долгими. С ней он загибался под гнетом грязных беспросветных подработок, домашним бытом. Он был вынужден отдать своего первенца джедаям, с ужасом узнать о второй беременности, сокрушаясь о своем бедственном положении. Неделями не видеть мужа, тяжело переживая его безразличия к себе и ребенку, перебиваться с получки до получки. И все равно улыбаться. Ксанатос возненавидел эту улыбку. Дальше было только хуже. Ее муж. Сначала отстраненный, теперь холодный, подчеркнуто формальный иной раз неделями не возвращался домой. Почти не прикасался к Кэду, запирался в комнате с официальными бумагами, почти не ел и, когда думал, что никто не видит, прикладывался к бутылке. Вокс взирал на все безразличными бегающими глазками с хитрым прищуром и неизменной ласковой улыбкой. От этой улыбки Травию пробирала дрожь. Она не жаловалась. Эта дура молчала. Молчала, терпела. Конечно, как иначе ж. О, великая Сила, она ещё пытала поддержать. Радовать новыми блюдами, прогулками, успехами Кэда, интимной близость, скромными доходами - Вокс больше отстранялся. (Себя сначала поддержи пародия на разумного!) Неизменно все заканчивалось одинаково- трижды проклятой дракой на мосту. Смертью ее первенца. Брук погиб в Храме джидаев. В храме миротворцев. Отданный добровольно, собственной матерью. Ради лучшей жизни… Травия сделалась больной. Почти не выходила из дома, практически не вставала с постели. Вялая бродила по дому. Вокс ушел в работу еще глубже и все твердил ей, что найдет лучшего врача. Врача.. Да, не нужен ей врач. Ей и так вполне по силам вести хозяйство. Губернатор, начальник Вокса, погиб. Его преследовали джедаи за какие-то махинации с финансами, казной и горнодобывающей компанией. И видимо решили разобраться на месте. Действительно, что тут долго думать. Ради лучшей жизни в галактике… Но ее это уже не касается. Вокс пропадал во дворце, когда она нашла бумаги. На кампанию «Юнифей» и «Дальние Миры». Компании погибшего губернатора. Вокс убеждал и клялся, что это – лучший и более чем безопасный способ обогатиться и возвысится. А, что ж до джидаев, они не видят даже у себя под носом. Когда Травия хриплым голосом спросила, зачем он это делает , в ответ ослышала. Ради лучшей жизни… После это она мало, что помнила, только протяжный девичий смех. Звонкий и немного нервный. Она со шла с ума и Ксанатос тоже. Вместе с ней. Не меньше десяти раз. Снова, снова и снова. Нарисованные картины не давали спать и бодроствовать. Травия, Вокс, Брук и даже Кэд мерещелись везде. В людях, отражения, предметах. Ксанатос засел за дела и хотя бы они начали спориться. Совсем избегать контактов не получалось, да и в последнее время на него стали давить стены своего кабинета.  Казалось, что они валятся на него невидимым грузом. Не кстати ныли застоявшиеся мышщы.  Ксанатос решил пройтись по ближайшим лавка. Благо время располагало, ранние час во дворцы – делать почти нечего.  Разнообразие смешно, качество посредственное, цены жалкие, но хоть размял ноги. Возвращаясь, Ксанатос был почти доволен. Его побеспокоил робкий голосок: -Простите, господин губернатор, я хотела с вами поговорить. Вы так быстро ушли, что...". *** Ксанатосу снова захотелось умереть.