Голод

      Он знает, что застанет тебя дома, когда возвращается со своей привычной тренировки по баскетболу. Июньский вечер наполнен жаром и запахом расплавленного асфальта. Калеб улыбается, едва заприметив тебя в окне. Ты машешь ему рукой и через секунду исчезаешь, потому что уже несешься ему навстречу и впечатываешься в его громадную фигуру как только он открывает дверь.       Калеб как и всегда треплет тебя по макушке, сбивая волосы в гнездо, и ты взволнованно ворчишь, отводя взгляд.       Он чертовски привлекателен. Просто до невозможности.       — Я так голоден, — говорит он и скидывает тренировочную сумку в прихожей. — Есть что перекусить, мелкая?       Ты воодушевляешься и, пританцовывая возле холодильника, готовишь ему сэндвичи. Обязательно немного салата и сладкий перец поверх ветчины. Калеб обожает зелень и овощи. Затем открываешь холодильник, чтобы достать сок, и замираешь, когда на твою ладонь ложится его большая, раза в два или три, рука. Холодильник остается открытым и вот-вот даст о себе знать раздражающим пиликаньем, а коробка яблочного сока в твоей руке мгновенно покрывается капельками влаги от духоты в доме.       — Жозефина дома? — уточняет он, и ты делаешь неловкий шаг в сторону, как будто это бегство спасет тебя от волшебного свечения его глаз.       — Она у подруги, вернется поздно вечером, — ты мямлишь как ребенок, и звуки холодильника рассеиваются на фоне шевеления его губ.       — Давай сюда, — он выхватывает сок из твоей руки и, ловко достав два стакана с самой верхней полки, разливает вам сок. Бросает в каждый по несколько кубиков льда и приглашает тебя за стол вместе с ним.       С неприличным стоном удовольствия он съедает один из сэндвичей, сидя рядом с тобой. Допив свой сок, он наконец поворачивается к тебе. Его взгляд невзначай касается твоего хлопкового топа и коротких шорт, которые ты надела исключительно из-за непомерной жары и ни для чего иного…       Калеб всё еще голоден.       Но совсем иначе, чем ты могла себе представить.       Проходят доли секунды за которые он усаживает тебя на столешницу кухонного островка и врезается в твои губы. Терпкий запах его тела, в котором смешивается природный мускус и нотки хвойного геля для душа, обезоруживают тебя и ты смело хватаешься за его плечи.       Невероятные ощущения мягкости его губ и сильных рук, блуждающих по твоей коже, сводят тебя с ума. Он не делает паузы между поцелуями и пробирается под край топа, начиная плавные движения бедрами.       — Калеб, я не… — ты еле сдерживаешь в себе порочный стон и отворачиваешься от его лица.       — Я знаю, мелкая, — шепчет он возле самого уха, удовлетворенный твоей реакцией. Понимая, что он будет у тебя первый и единственный. — Я не трону тебя пока ты сама меня об этом не попросишь.       Его влажный и горячий язык спускается по коже твоей шеи и прокладывает дорожку вниз до твоей груди. Он задирает топ, окончательно прижимаясь губами к твоим соскам. Нежно целует каждый, лижет, посасывает и втягивает в рот. Играется, пока ты стараешься не сорваться на стон.       Калеб слушает твои жалобные всхлипы, когда дотрагивается до резинки шорт и поддевает ее двумя пальцами.       — Я так голоден, а ты такая сладкая, — его низкий хриплый голос щекочет твое расслабленное сознание. — Накорми меня.       Просьба, больше похожая на приказ. Ты даже чувствуешь, как влажно становится между ног. Как одна капля уже стекает по ягодице вниз.       Настолько сильно ты хочешь его.       Пока он массирует подушечкой большого пальца твой клитор через нижнее белье, ты размякаешь в его руках, подобно растаявшему на солнце мороженному. Ты позволяешь ему играть с тобой так, как ему хочется. Позволяешь ему прикасаться к самому сокровенному.       Не боишься показаться желающей его.       Сдерживать стоны становится всё сложнее. Ты трешься об него всем телом. Соски скользят по его коже, твои пальцы зарываются в его густые волосы на голове, тянут на себя, и вот вы снова целуетесь. Но уже не так. А более жестко, с языками, будто пытаетесь взять первенство.       И когда в очередной раз его язык заскальзывает в твой рот, он погружает в твои складки свой длинный палец. Потирает тебя, хлюпая в твоей обильной смазке.       Ты мычишь и мечешься, громко вздыхаешь, когда его палец продвигается всё дальше и находит заветное. Не решается войти в тебя и издевательски кружит рядом. Заставляет тебя практически скулить от желания.       Калеб без промедления опускается вниз, на колени, и разводит твои бедра в стороны, предварительно сняв шорты вместе с бельем. Целует каждый сантиметр твоей горячей кожи приближаясь к центру. Пробует на вкус, с восхищением смотрит на тебя, поднимая свой взгляд, и вновь погружает в тебя свой язык.       Калеб жаден до тебя и он показывает это сейчас невероятно наглядно. Он собирает всю твою влагу широкими движениями языка и посасывает клитор. Он в буквальном смысле пожирает тебя. Его глаза давно заволокло похотью и ты совсем не собираешься идти на попятную. Наоборот — ты еще усерднее насаживаешься на его язык, активно двигая своими бедрами. Верх и вниз, так, что весь его подбородок и нос блестят от смазки.       Вас окружают пошлые звуки, собственные несдержанные стоны и его сладостное бормотание о том, как ты великолепна и невероятна на вкус.       Всё заканчивается тем, что ты выкрикиваешь его имя, мелко вздрагиваешь и прогибаешься в пояснице. Он же ловит твой сильнейший оргазм, проглатывая всё, что из тебя сочится, и вылизывает дочиста. После поднимается и приближается к твоим губам. Ждет, пока ты сама не схватишь его за спортивную майку и не притянешь к себе для глубокого поцелуя.       Ты больше не стесняешься, смело отвечаешь на его поцелуй и чувствуешь свой вкус у него на языке. Глаза Калеба без преувеличения светятся и искрятся еще большим количеством оттенков. Он изучает твое расслабленное лицо и трется о твою щеку своим носом.       Ваша первая близость оказалась непередаваемой по ощущениям и эмоциям. Вас захлестывает волной новых и неизведанных чувств.       — Я тоже всё еще голодна, — шепчешь ты ему на ухо и обнимаешь за шею. Ты еще даже не предполагаешь, куда может завести вас эта скользкая дорожка увлеченностью друг другом, но точно знаешь насколько это будет крышесносно.       Он целует тебя в уголок губ и смотрит тебя прямо в глаза. В них отражается вечность, с тобой в главной роли.       — Мы успеем утолить твой голод, мелкая, — подмигивает Калеб, подбирает твое белье с пола, и подхватывает тебя под бедра.       Он уносит тебя в свою комнату. И выйдешь ты оттуда не ранее чем следующим утром.