Sweet True Lies

Дрочить на лучшего друга неправильно. Но ещё неправильнее — оставить засос на его шее, потереться о него, да даже поцеловать, в конце концов. Так ведь? Поэтому Найс выбирает первое. Мысли путаются, и в фантазии о Рэке то и дело вклинивается Луна. Мерзость! Они пробовали всего пару раз, ещё в самом начале их полуфиктивных отношений. Кажется, именно после этого они и стали фейковой парой окончательно. И всё же тело предательски помнит её прикосновения. Найс жмурится, пытаясь прогнать из головы обнажённую Луну, требующую трахнуть её, когда у него ничего не получается… Рэк. Прижимается к нему, пьяный — Найс обнимает в ответ, вдыхает запах волос. Рэк тянется к его губам — но когда остаётся всего несколько миллиметров, Найс его отталкивает. Потому что поцелуй — это Рубикон. Не намеренно случайные касания коленями и руками, затянувшиеся объятия или странные долгие взгляды. Касание губ — это признание: я тоже хочу тебя. И я достаточно несовершенен, чтобы это признать. Рядом с ним нет Рэка. Но подушка на диване, на котором он когда-то ночевал, до сих пахнет его шампунем — чем-то табачно-сладким. Найс утыкается в неё лицом и вдыхает глубже. В мыслях ограничений нет. Наконец воспоминания уступают мечтам о том, чему сбыться не суждено: Найс впивается в шею Рэка, тот откидывает голову и стонет так сладко, что подгибаются колени. Этого слишком мало и много одновременно. Представить можно что угодно, но что он позволит себе сам?.. Найс судорожно выдыхает и ускоряет движения. Как на самом деле он хотел бы? Чтобы на месте его руки была бы ладонь Рэка? Или чтобы тот взял его член в рот, двигался медленно, смотря ему в глаза… Или же всё-таки прижать Рэка к стене, обездвижить и… Образы сменяются один за другим, но оргазм настигает Найса, когда Рэк целует его за ухом и шепчет: — Я люблю тебя. Найс медленно встаёт, идёт в ванную. Хочется растереть кожу до крови, смыть с неё следы призрачных прикосновений, которые он сам представлял с таким упоением. Он бросает взгляд в зеркало — и видит не себя, а чью-то чужую оболочку. Найс — настоящий Найс — на самом деле не такой. Когда вообще это лицо стало принадлежать ему? Ночью он не может уснуть, и лишь под утро проваливается в беспокойную дрёму. Уже с утра ему начинает писать Рэк — но он не отвечает. Кажется, что шёпот о любви, который Найс слышал внутри своей головы, реальнее того, что происходит с ним сейчас. И всё же изображать безупречного Найса так даже проще. Он не отвечает Рэку неделю. Вторую. Из головы он, впрочем, не идёт — почти с упрёком напоминает: не забывай, Найс, что ты хотел со мной сделать. И хочешь до сих пор. Это просто помешательство. Не истинное желание. Найс поочередно переставляет вещи по всей квартире: каждый раз что-то не так. И в каждом несовершенстве будто проглядывает, насколько порочен он сам. Через несколько часов ему удаётся создать подобие порядка. Он выдыхает. Впервые за долгое время его разум чист. Найс наслаждается тишиной в мыслях — открывает окно и вдыхает воздух мегаполиса, который кажется невообразимо свежим. Когда двери в его квартиру открываются, Найс не ожидает увидеть на пороге Рэка — и как только смог пробраться? Он одет наспех, всклокочен и очень зол: — Куда ты исчез? Найс не знает, что ему ответить. И тогда Рэк бьёт его — кулак мажет по лицу, губа лопается. Найс отступает на шаг, прижимает пальцы к ране. Кровь стекает по ладони, и Найс медленно отводит руку, смотрит, словно сквозь толщу воды, — красная, отвратительно красная кровь, которая заливает его подбородок, пятнает его ещё больше. — Да скажи ты уже хоть что-нибудь! — голос Рэка срывается. — Можешь не объяснять, просто скажи, что с тобой! Что с ним? Найс не знает. Поэтому еле произносит губами, на которых начинает запекаться кровь: — Со мной всё… нормально. Рэк вцепляется в его плечи, смотрит в глаза — конечно, не верит. — Мудак. Не жалеешь меня, хоть себя бы пожалел. Хочется податься навстречу, размазать кровь по лицу друга, целовать долго, захлёбываясь — заткнуть и его, и собственный голос, снова вспыхнувший в голове. Но Найс не делает этого — пятится, бросает короткое: — Уходи. — Чёрта с два я уйду! Я совсем поехавший, что ли, чтобы оставлять тебя в таком состоянии?! Найс ловит себя на том, что внутри начинает подниматься волна чего-то злого и жгучего — и хватает Рэка за воротник: — Хочешь сделать его ещё хуже? Рэк меняется в лице. Найс не может понять, что это за переживание — но видеть друга таким больно. Он отпускает и шепчет: — Прости. Теперь шаг назад делает Рэк. Найс на секунду думает о том, что он сейчас сбежит — от жажды и страха сдавливает грудь. Но Рэк этого не делает. — Найс… я ведь… Найс не хочет этого слышать, но уже слишком поздно. На самом деле выбор он сделал, когда позволил себе мечтать.