Холодный старт

      Никто не знал, откуда этот человек пришёл. Высокий, огненно-рыжий, до неприличия красивый, он был одет в настолько ослепительно-белые одежду и обувь, что казалось, грязь сгорала в этом сиянии, не долетев до него.       Красавчик неторопливо брёл по улице, сунув руки в карманы. Тёмные очки на носу отражали мерзость и уныние Свалки. Одна из выходивших на улицу дверей распахнулась и кто-то с руганью выплеснул ведро грязной воды прямо перед ним. Рыжий остановился буквально за секунду до катастрофы, словно уже ожидал подвоха. Неторопливо перешагнул через грязную лужу, чудом не запачкав ботинки, и углубился дальше в трущобы. Местные косились на него, но предпочитали заниматься своими делами. Любой подобный человек приходил на Свалку не просто так. Каждый визит имел мерзкий запашок денег, крови и гнили.       Пижон в белом остановился перед складом Берга. Внимательно осмотрел еле живой фасад, держащийся, казалось, только на облупившейся краске и полуободранных объявлениях, толкнул ногой дверь и вошёл.       - Чё надо? - Прохрипел Берг. – Сегодня не работаю.       - Я пришёл за покупками, - мягким голосом сообщил рыжий, снимая очки. – Хочу купить у вас запчасти киборгов. Редкие. Чем меньше тираж, тем лучше.       - Не работаю сегодня, - раздражённо повторил Берг.       Прилавок бросился ему в лицо.       - Ааа, блядь! – Взвыл он, схватившись за разбитый нос.       - Наверное, вы не расслышали мои слова, - проговорил рыжий.       - Да я тебя, суку…, - начал было Берг, но увидел, как в глазах «покупателя» медленно разгораются зловещие алые точки.       - Не надо, - всё тем же голосом сказал незваный гость. – Просто не надо.       - Сколько? – Стараясь удержать самообладание прохрипел Берг. – Дорого будет, очень дорого.       - Вы мне детали, я вам – вашу жизнь. Справедливая цена, правда?       Берг осел за прилавком. Конечно, можно было достать ствол и пальнуть ублюдку в лощёную морду, но что-то подсказывало, что затея не только не увенчается успехом, но и очень плохо закончится.       - На вашем складе наверняка есть много интересного. Проведите инвентаризацию, поищите хорошенько. Я вернусь послезавтра и мы с вами посмотрим, что нашлось.       - У меня есть другие клиенты…, - Берг осёкся.       - Скажете им, что появился некий анонимный покупатель, которые предложил больше, - рыжий покровительственно похлопал его по измазанной кровью щеке рукой в белоснежной перчатке.       - Не делайте глупостей, уважаемый, - бросил он через плечо, уже стоя на пороге и надевая очки. – Это в ваших интересах.       Неторопливо перешагивая через выбоины, красавчик в белом устремился к магазину запчастей Кранаха. Минут через двадцать вышел, меланхолично разминая явно ушибленные об чью-то челюсть пальцы, и зашагал дальше, к следующей аналогичной лавчонке.       Ближе к центру Свалки гость наконец-то привлёк внимание местной фауны. Обитатели постарше и поопытнее провожали его угрюмыми взглядами, демонстративно уходили с дороги и прекращали разговоры. Не нюхавшая пороха молодёжь наоборот заинтересовалась потенциальным содержимым его бумажника.       Стайка из шестерых любителей лёгкой наживы следовала за ним сначала незаметно.       Потом, стремительно теряя терпение и осторожность, они приблизились к чужаку настолько, что он уже мог слышать их глумливые возгласы.       - Эй, красавица! – Крикнул один из них. – Куда идёшь?       Рыжий остановился, оглянулся и вежливо переспросил:       - Это вы мне?       - А кто у нас тут ещё такой? – Все дружно заржали, неторопливо окружая жертву.       - Простите, я занят, - ответил он. – Позвольте пройти.       - Не, ты не понял…, - шутник схватил его за рукав плаща.       И в следующую секунду впечатался лицом в асфальт. Рыжий с размаху саданул его каблуком по затылку, размазанной белой тенью скользнул между следующими двумя, попутно увернувшись от летящей в голову складной дубинки. Схватил четвёртого за потрёпанную одежду и как мешок с мусором швырнул в остальных, сбив всех в одну орущую кучу. Пятый схватил было оброненное товарищем оружие, но получил жестокий пинок в пах и завыл, корчась в грязи. Шестой, встретившись с ним взглядом, тут же дал дёру – молча, целеустремлённо и без желания обернуться. Рыжий словно нехотя поднял дубинку, подбросил её в руке и повернулся к кое-как вставшим на ноги неудачливым грабителям.       - Я же сказал, что занят, - он разочарованно покачал головой, идя прямо на них. – У меня нет времени вас воспитывать.       Кран душераздирающе захрипел и тут же затих.       Аргенти кое-как поплескал себе в лицо пахнущей ржавчиной ледяной водой и уставился на своё отражение.       В мутноватом зеркале показывали ужас и трагедию. Бледное аж с прозеленью осунувшееся лицо, красивые жирные круги под воспалившимися от бессонницы глазами. Тень самого себя. Только волосы те же. Как парик на покойнике.       Таскаться по Свалке от одной лавчонки с хламом к другой, ходить по запущенным улицам между многоэтажных бараков, раздавать зуботычины непонятливым аборигенам и пересчитывать рёбра особо настойчивым желающим пообщаться – что может быть более бодрящим и внушающим оптимизм?       Уже почти неделю он жил в унылой ночлежке, имевшей наглость называться отелем с аж целыми двумя звёздами. Самый дорогой номер выглядел бедненько, но чистенько, и на этом его плюсы заканчивались. Еда в «кафе» при «отеле» грациозно балансировала на грани презентабельности и угрозы отравления. Периодически попадались на глаза свободно гуляющие экзотические животные типа тараканов размером в фалангу пальца или крыс, глаза которых были умнее, чем у типичного жителя Свалки. Горячая вода почти постоянно отсутствовала. Впрочем, состояние Аргенти было перманентно отвратительным и он лез в холодную воду с каким-то мазохистским удовольствием.       Окружающая действительность вызывала глубокое искреннее омерзение. Мышиная возня Свалки особенно сильно его подчёркивала. Каждый день физически ощущался грязью на коже и Аргенти яростно пытался смыть его с себя той самой ледяной водой.             Перчатки не спасали – казалось, даже если ничего не касаться, эта грязь всё равно проедала ткань. Сколько ни меняй одежду, сколько ни торчи под душем, липкая гадость всё равно хватала за руки и за горло, приклеивалась к лицу, тянула за волосы.       Швырнув серое полотенце куда-то мимо раковины, Аргенти выполз в комнату, сел за стол подтянул к себе чемодан и достал из него небольшую коробку. Вытряхнул её содержимое перед собой и подперев голову руками уставился в стену.       Вся вселенная лежала перед ним, свернувшись в кучку закопчённых предметов. Три полуоплавленных медали, обугленная короткая орденская планка и почти потерявший форму значок, в котором смутно угадывались очертания птицы.        Так повелось, что в любой непонятной ситуации все дороги вели в бар «Горящая Байда». Аргенти начал своё знакомство с ним так феерично, что его сразу запомнили в лицо. Потом он часто бывал там уже с Бутхиллом, завсегдатаем «Байды», - и тоже стал своим. В очередной раз потеряв Бутхилла из виду на два месяца и не сумев найти его ни через знакомых, ни через относительно официальные источники, Аргенти снова отправился в бар.       Дурное предчувствие усилилось, когда он увидел на двери табличку «ЗАКРЫТО». Ничто не могло заставить «Байду» закрыться – ни грандиозные потасовки, когда даже несущие стены страдали, ни случившийся однажды пожар, ни количество входящих людей, превышавшее все физические законы природы.       Растерянно потоптавшись у входа, Аргенти пару раз дёрнул ручку двери и даже зачем-то постучал. К его удивлению, дверь открылась и на пороге показался бессменный бармен и хозяин заведения.       - Эээ, добрый вечер, Мо, - Аргенти растерянно улыбнулся.       - Здорово, - буркнул тот, почему-то заглядывая ему через плечо. – Заходи, быстро.       В непроглядной темноте зала только тусклое освещение стеллажа с алкоголем служило хоть каким-то ориентиром. Мо поманил его к стойке и без заговоров поставил перед ним тройной бурбон со льдом.       - Пей, - он отвернулся и исчез в темноте.       Аргенти растерянно заглянул в непрошеный стакан. Понюхал содержимое и скривился.       Отвратительный бурбон в «Байде» был таким же признаком стабильности, как смена времён года или отсутствие стыда и совести у политиков.       - Держи, - вернувшийся Мо брякнул рядом со стаканом небольшую коробку.       - Что это?       - Ну ты посмотри, - бармен почему-то отвёл глаза.       Ни напряжённое сопение Мо, ни сам вид коробки не говорили ни о чём хорошем.             Помедлив, Аргенти снял крышку.       Минут через пять молчания наконец спросил:       - Когда?       - Пару дней назад привезли.       - И больше ничего?       - Ничего.       Аргенти отхлебнул бурбона и даже не поморщился. Он вообще не почувствовал вкуса.       - Мне нужны контакты человека, который это привёз.       - Может, не надо? – Пробормотал Мо, по-прежнему стараясь не смотреть на него. - Чувак которые сутки не просыхает.       - Значит, будем не просыхать вместе. Дайте мне способ связи с ним.       Мо что-то пробубнил под нос и сунул ему мятый исписанный листок блокнота. Аргенти рассовал всё по карманам, залпом допил бурбон и вышел не попрощавшись.       Началось долгое расследование с вытрясанием информации изо всех, до кого удалось дотянуться. Процесс был нудным, грязным и безысходным. Аргенти отказался от имени Рыцаря, чувствуя себя недостойным - слишком часто приходилось прибегать к насилию, жизнь повернулась к нему своим настоящим, уродливым и страшным лицом, а улыбаться и быть приветливым не осталось ни сил, ни желания.       По крупицам полученных сведений удалось установить, что галактический рейнджер Бутхилл уничтожил крупный склад нелегального оружия и то ли нарвался на засаду, то ли был банально убит обиженным оружейным бароном. В последний вариант Аргенти не верил. Собственно, разбираться он и не хотел. Его целью было просто найти останки или хотя бы место смерти. Не раз и не два он вспомнил слова «их могила - я сам». Такой вариант его не устраивал. Он хотел знать наверняка. Неопределённость душила сильнее горя.       Ни разу в голову не пришла мысль заполнить образовавшуюся в душе дыру алкоголем или чем-то покрепче. Он не хотел забывать. Ничего. Ни минуты. Ни с начала знакомства, ни до момента, когда всё точно станет ясно.       Так Аргенти оказался на Свалке. Из всех мест, которые ему пришлось посетить, Свалка стала самым впечатляющим и наиболее оправдывающим своё название местом. Огромная помойка, где концентрировались все мыслимые органические и неорганические отбросы – люди, руда, деньги, техника. Здесь торговали абсолютно всем, что продавалось и покупалось. Зная места, можно было за сущие гроши купить украденную позавчера из музея картину, добыть шифровальные ключи от правительственной подсети или срочно приобрести органы для трансплантации, которые ещё час назад были в живом ни о чём не подозревающем человеке.       Сюда он пришёл в состоянии полного душевного раздрая. Отчасти это помогло достаточно быстро наводить нужные справки. Получив пару раз по зубам, торгаши становились весьма сговорчивыми, а уличные хулиганы - невероятно вежливыми.       Пока удалось поговорить только с продавцами запчастей. Визиты к чёрным медикам Аргенти оставил напоследок, полагая, что придётся максимально задействовать все ресурсы –запугать этих мясников будет гораздо сложнее.       Разговоры с торговцами ни к чему не привели. Да, все как один пообещали самого Ланя за рога притащить, но Аргенти справедливо ожидал, что его могут просто попытаться убрать за настойчивость.       Промотавшись весь день по Свалке, он устал настолько, что отправился на цивилизованную окраину города, только чтобы не видеть эти рожи, улицы, копошения -одинаково омерзительные, с какой стороны ни смотри.       Солнце лениво сползало за горизонт. Людей на променаде у озера становилось всё меньше. Аргенти тяжело опустился на скамью и невидящими глазами уставился в розовеющие сумерки. Он уже давно никуда не торопился, но ещё один день в беспомощности и удушающей тоске в очередной раз дался тяжело. Спустя такое долгое время шансы найти хоть что-то упали практически до нуля.       Устав смотреть даже на спокойную почти неподвижную воду, он невольно огляделся по сторонам и обнаружил, что на противоположном конце скамьи тоже кто-то сидит. Человек задумчиво смотрел в сторону. Аргенти словно забыл как дышать. Сосед по скамейке, хоть и одетый в застёгнутую до подбородка куртку-косуху, показался ему знакомым как в дурном сне. Худой, с острым профилем и завязанными в хвост пепельными волосами, он лениво допивал кофе из картонного стакана, аккуратно зажатого в длинных стальных пальцах.       Закончив, метко послал стакан в урну, повернулся и встретился с полубезумным взглядом.       - Что-то не так? – Даже голос похож.       Аргенти попытался встать, но скамейка почему-то выскочила из-под него и он повис в паре сантиметров над асфальтом. Потом его мотнуло обратно и прямо перед ним появился тот самый человек.       - Эй приятель! С тобой всё в порядке?       Он не смог выдавить из себя ни звука.       Только трясущейся рукой убрал волосы с лица.       Глаза были чернильно-синими и очень удивлёнными.       - Пппростите, - пролепетал Аргенти, обливаясь холодным потом. – Я обознался…       - Так, а ну сиди, - человек аккуратно тряхнул его за плечи и исчез из поля зрения       Какой-то кошмар. Быть этого не может.       - На, - перед носом появился точно такой же картонный стакан. – Двумя руками держи, а то обольёшься.       После пары глотков кофе паника слегка утихла и Аргенти наконец-то смог осмысленно взглянуть в лицо новому-старому знакомому. И вспомнить, что не обедал. И не завтракал.       - Полегчало?       - Да, спасибо…       - Шёл бы ты домой. Нечего в таком виде по улицам болтаться.       Не узнал. Хотя, может, это и вовсе чужой человек. Просто похож.       Слишком похож.       - Эм…, - он удивлённо поднял брови. – В чём дело-то?       Аргенти нервно сглотнул и через силу назвал его той самой мерзкой кличкой, которую старался не произносить без особого повода.       - Бутхилл?       Они некоторое время внимательно смотрели друг на друга.       - Я тебя знаю?       Словно пощёчину влепил. Аргенти вскочил, намереваясь уйти.       - А ну стой.       - Простите, я пойду, спасибо за помощь…       - Я могу тебя знать, - твёрдым голосом сказал человек по имени Бутхилл, крепко держа его за рукав. – Просто не помнить.       Страх снова зашевелился где-то на дне сознания. -       Пойдём. Поговоришь кое с кем.       Аргенти покорно тащился за Бутхиллом, пока они не очутились на самом краю Свалки у относительно прилично выглядящего дома.       - Док! – Позвал Бутхилл, по-хозяйски заходя внутрь и волоча его за собой. – Дооок!       Из полумрака небольшого холла шаркая вышел сгорбленный седоусый старик с дробовиком в руках.       - Убирайтесь! – Неожиданно густым басом рявкнул он на Аргенти, взводя оба курка. – Выкинь его немедленно! – Обратился он уже к Бутхиллу. – Ты привёл очередного падальщика…       - Он никуда не пойдёт, пока всё не расскажет, - спокойно отозвался тот, подпирая дверь спиной и скрещивая руки на груди.       - Это ещё почему?       - Он меня знал. Дай ему чего-нибудь из своих волшебных таблеток, а то бедняга сейчас на месте кончится.       Направленное прямо в голову ружьё совершенно не пугало. От слов становилось больнее, чем от огнестрельных ранений.       Старик некоторое время переводил раздражённый взгляд с одного на другого, потом досадливо крякнул и сказал:       - Заходите оба.       Комнату, которая должна была быть столовой, освещала одна-единственная лампочка над видавшим виды колченогим столом. Хозяин, раздражённо бурча в усы, поставил перед Аргенти щербатую кружку с чем-то средним между свежей лавой и ещё не остывшим напалмом и шлёпнул рядом блистер с парой таблеток.       - Я Рафал, - сухо представился старик. – Рафал Келлер.       - Аргенти, - голос звучал совсем жалко и неуверенно.       - Его вы знаете, - буркнул Келлер, кивая на Бутхилла. – Наверное. Говорите быстрее, пока у меня не лопнуло терпение и я вам ещё верю.       Содержимое кружки в сочетании с таблетками произвело эффект разорвавшейся бомбы. Перед вкусом этой жижи cпасовал даже бурбон Мо. Результат же оказался прямо противоположным – глаза сразу стали лучше видеть, слух обострился, руки окончательно перестали дрожать.       - Я... лучший друг Бутхилла. Он пропал несколько месяцев назад. Нашли только это…, - Аргенти медленно, по одной, выложил на стол все медали и значок. – Все его вещи.       Бутхилл склонился над столом и так же неторопливо стал рассматривать каждую из них.       Воспрявший после угощения Аргенти вежливо отвёл Келлера в глубину комнаты.       - Как давно он у вас?       - Полгода.       - Полгода… Что произошло?       - Вы его лучший друг, это я должен вас об этом просить, уважаемый, - съехидничал Келлер.       - Если бы он в очередной раз сообщил, куда отправился, я бы нашёл его куда быстрее, - с горечью ответил Аргенти. – Никто не знал, что с ним случилось. Привезли только эти безделушки. Я решил найти останки и похоронить по-человечески. Или хотя бы узнать место смерти. Понимаете?       Келлер пожевал губами. Покосился на погружённого в раздумья Бутхилла.       - Я инженер, работаю с точной техникой и киборгами. Отправился к старому знакомому за запчастями. Он человек хитрый, самое интересное всегда прячет. Я в очередной раз перевернул весь склад вверх дном в поисках новинок и заметил свежепривезённый… гм… образец.       Аргенти кончиками пальцев прижал нервно дёргающее веко.       - На полноценного киборга он, конечно, не тянул, да и ценность его была, честно скажем, невелика, - погрузился в профессиональные рассуждения Келлер. – Правая рука до локтевого сустава, плечевой пояс, немного органики, всё опаленное, грязное… Гм… Да, пожалуй, органика и помогла сохранить нейрочип…       - То есть, сейчас он на новом теле? А что с головой?       - Не перебивайте меня, молодой человек! – Раздражённо цыкнул инженер. – Я очень вовремя его нашёл, разобрать не успели. Конструкция нейрочипа редкая, явно не серийное производство. Решил восстановить полностью, подключил к делу знакомого кибермедика. Результат сами видите. Прекрасный, прекрасный экземпляр, в превосходной физической форме. Есть проблемы с памятью, ретроградная амнезия, гм… Но психика как таковая не повреждена и стабильна. Я собрал самое лучшее тело, таких деталей нет ни в одной правительственной клинике!       - Ещё бы, - пробормотал Аргенти, чувствуя, что тонет в полном самолюбования монологе инженера.       - Вот вы как его друг скажите, насколько он похож на себя прежнего?       - Лицо и голос похожи, - согласился Аргенти. – Я не знаю, каким он был до аугментации. Он не рассказывал ни о своей жизни, ни о возрасте. Даже имени своего никогда не называл.       - Нам было проще восстановить органику, чем пытаться заменить всю её аугментикой. Пришлось заменить только зрительные функции. Глаз слишком тонкая структура, одна ошибка – и зрения не будет вообще... Мы подняли данные ДНК, собрали максимально подходящую по генетике внешность… Это был настоящий вызов для меня и для коллеги! Много лет мы не занимались такой масштабной работой, у нас ушло почти пять месяцев упорнейшего труда!…       Аргенти передёрнуло. Хорошая же у господина инженера профдеформация, если он упорно называет живого человека органикой.       - Господин Келлер, - тихим, но твёрдым голосом он прервал излияния инженера.       - Да-да, прошу прощения, увлёкся.       - Он требует дальнейшей помощи? Технической, медицинской?       - Пожалуй, нет. Осталось только доработать бэкап нейрочипа, это может помочь восстановить хотя бы часть памяти. В результате мы получим полностью завершённый проект, требующий только наблюдения… Постойте, к чему вы клоните?       - Есть люди, которые будут рады его возвращению.       Келлер засопел.       - То есть, вы думаете, я просто так отпущу его?       - Мы говорим не о вещи, - начиная злиться, ответил Аргенти. – Мы говорим о живом дееспособном человеке, у которого много друзей и есть место, куда он может вернуться.       - Хорошо, - едко ответил инженер. – Если вы дадите ему достаточно поводов что-то вспомнить и он сам примет решение, так тому и быть. Но пока я не закончу с нейрочипом, вдвоём вы никуда не уйдёте.       Бутхилл продолжал рассматривать значок. Медалям он уделил совсем немного внимания, орденскую планку не удостоил ни единым взглядом. Аргенти взял одну из медалей и положил отдельно, на виду у всех.       - У меня такая же, - он отогнул лацкан плаща. – Мы получили их вместе.       - Позвольте-позвольте, - Келлер сдвинул очки на кончик носа и внимательно уставился на медаль. – Глазам своим не верю! – Он поднял взгляд. – Это тот самый прорыв Роя?       - Да. Мы оба были там.       - Тогда понятно, почему наш милый друг способен собрать револьвер и расстрелять весь барабан за десять секунд. Я не имею права препятствовать его возвращению в родные пенаты, - инженер засопел ещё сильнее.       - Так что с ним случилось? Вы можете сказать хотя бы по характеру повреждений?       - Из органики оставались нижняя челюсть и пара сегментов затылочной кости… гм… Хорошо, что нейрочип был установлен в основание черепа и на удивление хорошо защищён. Расположение нестандартное, но находись он чуть выше, мы бы получили просто мёртвый кусок металла. Вся аугментика оказалась уничтожена…       - Господин Келлер! – Почти взмолился Аргенти.       - Да-да, простите. Органика почти вся разрушилась прямым попаданием из крупнокалиберного огнестрельного оружия. Кибернетическая часть серьёзно пострадала от взрывного воздействия. Смею предположить, что огнестрельное ранение было добивающим…       Аргенти с трудом сохранял спокойствие. С одной стороны, старик инженер делился весьма ценной информацией по собственной воле и перебивать его было опасно. С другой, рассуждения на технические темы его абсолютно не интересовали. Перед ним сидел человек, ради которого Аргенти отверг всё, что у него было – даже Путь, который когда-то приносил радость. Человек с абсолютно чистой памятью, с которым нужно заново строить все отношения с непредсказуемым результатом. Сама мысль об этом повергала в отчаяние.       - Можно я себе оставлю? – Бутхилл показал оплавленный значок.       - Они все твои, - ответил Аргенти, пристально вглядываясь в его смутно знакомое лицо. – Честно заслуженные.       Он кивнул и сложил всё в аккуратную кучку.       - Я приду завтра. Может быть, ты вспомнишь что-то ещё.       - Попробуй не прийти, - хмыкнул Бутхилл. – Сам тебя найду.       Даже прищур тот же. Похоже, что он всё-таки что-то начал вспоминать.       Аргенти вполз в номер совершенно обессиленным. Похоже, Келлер напоил его какими-то энергетиками, которые быстро израсходовали остатки сил и теперь их действие закончилось. Слишком много потрясений произошло за один день. Он просто рухнул поперёк кровати одетым и выключился как лампочка.       Разбудил его настойчивый стук.       В окно почему-то вверх ногами заглядывал Бутхилл и широко улыбаясь очень аккуратно стучал в стекло.       Ошарашенный Аргенти кое-как отклеился от кровати, путаясь в полах плаща добрался до окна и открыл раму.       - Ну наконец-то! – Бутхилл нырнул вовнутрь. – Закрывай нахер, пока никто не видит.       - Как? Почему в окно? На шестой этаж?       - Ты не поверишь, за мной хвост!       - Что? – Окончательно потерявшись в потоке информации, Аргенти обессиленно опустился на стул.       Бутхилл подсел к нему и заговорщицки сверкая глазами повторил:       - Хвост, дорогой. Какой-то говнюк тащился за мной, думая, что я его не вижу. Пришлось завести его одно интересное место, откуда он вряд ли живым выберется. Ну и по крышам сматываться на всякий случай.       - Почему ты решил, что за тобой следят?       - Шпион из него как из говна пуля.       - А меня как нашёл? – Удивился Аргенти.       - Из тебя тоже херовый конспиратор, - Бутхилл покровительственно похлопал его по плечу. – Я тут по делу.       Аргенти растерянно заморгал. Вот только недавно он боялся поверить, что нашёл человека, которому когда-то доверил всю свою жизнь, боялся, что тот его не узнает и не станет с ним разговаривать – и вот уже как ни в чём не бывало общается с тем самым Бутхиллом, которого хорошо знал.       - Дока я люблю и уважаю, без него меня б сейчас не было. Чем меньше он знает, тем крепче спит. Если к нему придут любители выпытывать чужие секреты, он им тупо не сможет ничего рассказать.       - Логично, - пробормотал Аргенти.       - Короче, я пришёл без свидетелей поговорить, - Бутхилл навалился на стол и вперился в него. – Расскажи, как мы познакомились. Ты вроде как за мной пришёл, а я нихрена не помню.       Аргенти опустил глаза, словно на видавшем виды полу были написаны все ответы.       - Наверное, надо издалека начать, - монотонно заговорил он. – У тебя была обычная человеческая жизнь. Потом твоя земля понадобилась человеку с толстым кошельком. Погибли все, кого ты знал и любил. Жажда мести лишила тебя не только имени, но и тела. Потом мы познакомились через общих друзей. Ты ничего не рассказывал, но я видел, как тебе плохо. Тогда я ещё любил помогать людям и захотел помочь тебе. Подружиться или хотя бы разговорить. Ты никого не хотел к себе подпускать. Даже возненавидел меня за назойливость. Потом достиг своей цели и решил, что жизнь закончилась. Я не дал тебе умереть, за это ты чуть не убил меня…       - Пиздец какой, - кисло проговорил Бутхилл. – И почему ты тут?       - А потом мы сошлись, - продолжил Аргенти. – Так и остались. Вдвоём. Помогая друг другу. Спасая друг друга. Заботясь друг о друге. Воспринимай это как хочешь, - он устало потёр лицо ладонью. – Только скажи сразу, что думаешь. У меня нет сил на повторение этого пути. Я просто хочу тебя видеть. Больше мне уже ничего не нужно.       - Гм…, - Бутхилл задумчиво постучал пальцами по столешнице. – Интересные вещи рассказываешь. А теперь что?       - Не знаю. Ты меня не помнишь.       - Давай по-другому, - Бутхилл придвинулся к нему на пугающе близкое расстояние. – Покажи.       Аргенти отшатнулся. Неужели издевается?       - Ну?       Медленно, осторожно, в любой момент ожидая грубого толчка в грудь. Впервые за столько времени снова чувствовать дорогого, но такого чужого человека…       Прищурился. Провёл пальцами по губам.       - Нихрена не понял. Давай ещё раз.       Жадное, жадное прикосновение. Всё требовательнее, всё жарче. Как раньше, как всегда…       - Тссс, хватит, - холодная ладонь коснулась подбородка. – Мне это дело ещё обмозговать надо.       Так хотелось ещё. Слишком много прошло времени, слишком мучительным стало одиночество.       - Слушай, Аргенти. Происходит какое-то дерьмо, в котором я замешан, но нихрена не помню. Тащить в него ни дока, ни тем более тебя не могу. Понимаешь?       - Понимаю.       - Мы на эту тему ещё поболтаем, - он усмехнулся. – Когда закончатся желающие прострелить мне башку.       Только бы не передумал…       - И вот ещё.       - Да?       - У меня имени теперь нет. Есть кличка. Ты её ненавидишь, это прям видно. Как ты называл меня?       Аргенти вымученно улыбнулся.       - Ты мой Серебряный Охотник. Вся моя жизнь.       - Тогда тем более не лезь в пекло. Мне много чего надо у тебя узнать.       Он встал.       - Завтра док обещал на дорожку нейрочип оптимизировать. Сказал, это займёт весь день.       - Я всё равно приду, - тихо сказал Аргенти.       - Постарайся ни во что не вляпаться по дороге, - открыл окно, выскочил, метнулся куда-то вверх и исчез.       Аргенти бухнулся обратно на кровать и уставился в потолок. Его Серебряный Охотник вернулся. Восстал из мёртвых, почти узнал его, напомнил ему и себе о том, что их связывало. Слишком хорошо, чтобы быть правдой. Страшно поверить. Страшно засыпать.       Страшно просыпаться.       Келлер так долго не отвечал, что Аргенти успел навоображать себе всяких жутких вещей.       Наконец дверь открылась и всё такой же хмурый и недовольный инженер впустил его в дом.       - Вы зря пришли, молодой человек. Сегодня у нашего друга финальная попытка восстановить данные.       Как будто речь об обычной технике, не о человеке.       - Однако вы можете последить за ним, пока я немного отдохну. Время к полудню, мы начали в пять утра. К сожалению, стимуляторы я уже не могу употреблять, но если хотите, добавлю их вам в кофе.       Аргенти вспомнил инфернальную жижу, которой его напоили при первой встрече, и вздрогнул.       Потом вздрогнул во второй раз, когда вслед за Келлером вошёл в мастерскую.       Бутхилл сидел на краю операционного стола под ослепительным светом бестеневой лампы. Волосы его были неряшливо завязаны в узел на макушке, голова бессильно свешивалась на грудь, а шея и затылок утыканы толстыми длинными иглами. От игл к серверной стойке, загруженной уймой мониторов и каких-то блоков, отходила целая паутина разноцветных кабелей.       - Вы можете последить за ним, - повторил Келлер. – Сейчас он в режиме дефрагментации. Если вдруг начнёт двигаться, немедленно зовите меня. Электроды могут сместиться и весь процесс придётся начинать заново. При условии, что данные не погибнут.       - Хорошо, - промямлил Аргенти, опускаясь на любезно поданный Келлером стул и не сводя взгляда с ссутулившейся охваченной беспощадно-ярким светом фигуры.       Дождавшись, когда инженер выйдет, Аргенти встал, подошёл к столу и заглянул в лицо Бутхиллу. Бледное, в обрамлении выбившихся седых прядей, оно выглядело спящим и невероятно красивым. Похоже, человек, ставший впоследствии киборгом Бутхиллом, действительно выиграл в генетическую лотерею. Не удержавшись, осторожно погладил стиснувшие край стола пальцы и осмелев прошептал на ухо:       - Вернись… пожалуйста…       Сидеть постоянно смотря в одну точку оказалось тяжело и Аргенти незаметно задремал.       К своему ужасу, он очнулся, когда Келлер вошёл в мастерскую и почти полностью проверил результаты своей работы.       - Мы закончили, - инженер стал выдёргивать иглы одну за другой.       По шее медленно текли струйки алой, человеческой крови.       - А вы всё-таки уснули, молодой человек, - укоризненно проворчал старик, стирая кровь салфеткой.       По мастерской пополз запах спирта.       - Хорошо, что ничего не случилось, - он залепил всю шею Бутхилла пластырем. – Надеюсь, и бэкап сработал как следует, и дефрагментация оптимизировала данные должным образом. Эй, друг! Очнись! – Он помахал пред лицом своего подопечного флаконом нашатыря.       Бутхилл поднял голову, блуждающим взглядом осмотрел помещение и вполне осмысленно уставился на и без того шокированного ольфакторной атакой Аргенти.       - Как самочувствие, дорогой? – Поинтересовался Келлер наконец-то закрывая смердящий флакон.       - Башка как мусорный бак, - промычал Бутхилл, хватаясь за голову. – Тяжеленная, квадратная, внутри хер знает что.       - Тебе понадобится ещё около суток, чтобы прийти в себя. В идеале просто поспать.       - Некогда, док. Дел по горло…       - Дела, подождут, - подал голос Аргенти. – Я сам всё решу.       Бутхилл криво усмехнулся, потрогал шею и осторожно сполз со стола. Аргенти бросился было помогать ему, но он отмахнулся и побрёл к выходу.       - Что вы имели в виду? – Подозрительно спросил Келлер.       - Он приходил ко мне для приватного разговора. Его преследовали.       Келлер задумчиво поскрёб подбородок.       - Верю, что так и было, - проворчал он. – Прошлое у молодого человека богатое, а смерть была насильственной и жестокой. Его вполне могли искать.       - Если кто-то придёт, никого не пожалею, - тихо сказал Аргенти.       - А вы решительный юноша, - Келлер покачал головой.       - Мне есть за что бороться, господин Келлер.       - Спать будете на диване в гостиной. Готовить я, кстати, не умею, - старик неожиданно рассмеялся.       - На полу в прихожей могу спать, - отозвался Аргенти. – Готовить умею только самое простое.       - Договорились. Нашего милого друга загружать не станем. Он на заслуженном отдыхе после лечения.       Аргенти проснулся от того, что почувствовал пристальный взгляд. Бутхилл сидел верхом на ушатанном стуле неподалёку и изучающе смотрел на него.       - Который час? – промямлил Аргенти, протирая глаза.       - Полдвенадцатого, - со знакомым ехидством ответил Бутхилл, потирая всё ещё залепленную пластырем шею. – Завтрак ты проспал.       - Ох…       - Мы все проспали, - хмыкнул он. – И никто за пиздюлями не приходил.       - Как ты себя чувствуешь? – Обеспокоенно спросил Аргенти.       - Хуёво, - фыркнул Бутхилл. – В башке бардак. Кроме тебя толком пока ничего вспомнить не могу, - он хмыкнул. – Похоже, всё херня, если у меня есть Аргенти.       Аргенти почувствовал, как у него горят уши. Такого заявления он совсем не ожидал.       - Спасибо… Я… рад… Я очень рад…       - Обниматься потом будем, чтобы дока не шокировать. Он и так расстроен тем, что я уезжаю. На сегодня ещё пяток тестов остался и завтра можно уже отчаливать.       - Тогда я пойду. Соберу вещи, завтра вернусь за тобой, - очень хотелось броситься на шею, но Аргенти с трудом сдержался.       От Келлера Аргенти вышел едва ли не более ошарашенным, чем несколько дней назад. Он никак не мог поверить, что его поиски увенчались насколько сокрушительным успехом.       За первым же углом на голову обрушился воняющий тухлятиной мешок. Кто-то выкрутил и быстро связал руки. Сопротивляться было бесполезно, и он нарочно обмяк, усложняя работу похитителям. Подхватили, куда-то поволокли, непонятно куда везли и снова тащили. Потом усадили и наконец-то сдёрнули мешок.       Вдоль стен на высоких стеллажах за целлофановыми завесами лежали многочисленные детали. С внутренним содроганием Аргенти узнал в кучах барахла очертания человеческих тел. Запчасти киборгов. Наверняка редкие. Какие он сам искал.       - Босс, этот, что ли? – Спросил кто-то за спиной.       - Этот, - ответил ещё кто-то за пределами поля зрения.       Аргенти сквозь полуопущенные ресницы оценил остановку. Слева пятеро. Справа один, наверное, главный. Ноги не связали, это хорошо. Плохо, что руки связаны не верёвкой, а пластиковой стяжкой.       Его бесцеремонно обыскали. Вытряхнули из карманов всё до последней мелочи. Тип, которого называли боссом, взял телефон, повертел и сунул Аргенти:       - Звони.       Кое-как связанными руками набрал номер.       - Здоров!... – Начал было Бутхилл.       Главарь отобрал телефон и ответил сам:       - Привет, скотина! Помнишь меня?       - Ээээ… Ты вообще кто?       Возникла неловкая пауза. Аргенти стоило больших трудов не засмеяться.       - Ты, блядь, металлолом ходячий! – Заорал главарь. – Сука, взорвал к хуям склад с товаром на три с лишним лярда, и теперь дурочку играешь?!       - Мужик, мужик, ты чё? – С издевательским беспокойством воскликнул Бутхилл. - Не нервничай так!       - Надо было тебя сразу под пресс сунуть, уёбище!       - Ой ну бывает, чё ты так сразу-то, вместо «здрасьте».       Главарь шумно вдохнул, кое-как совладал с собой и продолжил разговор дрожащим от ярости голосом:       - Короче, слушай сюда, хуйло. У нас твой рыжий приятель, как ты понял. Пока живой, здоровый и одним куском. Если ты до завтрашнего вечера не явишься на пятый склад у железнодорожного депо, начнём возвращать красавчика по частям.       - Мои соболезнования, ребят.       - Чё?! – Снова завыл «босс» так, что его подчинённые шарахнулись в стороны. – Ты мне угрожаешь, что ли?       - Мне до вас ещё добраться надо, - ласково прошипела трубка. – А он уже там, с вами. Ну, здоровья погибшим! - Связь прервалась.       - БЛЯДЬ! – Взревел главарь, швырнул телефон об пол и раздавил остатки ногой.       Остальные удивлённо рассматривали Аргенти словно какое-то диковинное животное в зоопарке.       - Охренеть, вот эта цаца?       - Аккуратнее, Сэм, эта цаца недавно в трущобах отмудохала компашку из пятерых так, что все калеками остались.       Бандиты ещё подозрительнее уставились на него.       - Сразу говорю, шкурку этому гадёнышу портить нельзя. Пока.       - Чё, даже леща не дать?...       - Хотя бы царапина на этой мордочке – и её ценность упадёт до плинтуса, а ненужного базара будет больше, чем надо. Усекли?       - Да, - вразнобой откликнулись голоса со всех сторон.       - Пиздуйте по постам. Сэм, Вилли, Рэй, остаётесь караулить заложника. Близко не подходить, лишний раз не трогать.       - Поняли мы, поняли…       Как только шаги главаря затихли, трое охранников начали картинно шушукаться, косясь на Аргенти.       -  Што-та я не верю, что вот этот говнюк на такое способен.       - Да хер их знает, этих долбанутых. Они оба конченые. Один голыми руками людей калечит, другой свинцом накормить успевает накормить на раз-два.       Аргенти потерял счёт времени, но продолжал изображать полуобморок, внимательно следя за охранниками. У выхода стоял тощий как скелет тип с обрезом. Физически явно не силён, но дробью точно угостит. Мужик на ящике с деталями неторопливо и с выразительным скрежетом точил мачете. В ним будет проще – достаточно его к себе не подпустить. Последний топтался вне поля зрения и это немного настораживало.       - Эй ты, как тебя там? – Третий всё-таки появился рядом и ухватил его за волосы. – Ты чё, правда такой опасный?       Зря. Ой зря.       Аргенти рванулся вперёд, ударив его лбом в переносицу. Извернулся, разрывая стяжку вместе с кожей. Все схватились было за оружие, стараясь в суматохе не покалечить друг друга. Усеянные крупными острыми шипами плети вырвались из пола, захватывая людей в тугие коконы, сворачиваясь, душа и раздирая. Молниеносно, синхронно, не давая шанса даже вскрикнуть.       Сдернул с себя плащ, оторвал и располосовал рукав, кое-как перебинтовал жестоко израненные руки. Перехватил копьё поудобнее и отправился дальше, перешагнув через стремительно расползающуюся лужу крови.       Они будут преследовать их обоих до последнего. Всех нужно убрать. Всех.       Ещё трое за дверью. Хлестнул одного наконечником копья по шее, не глядя ткнул в живот следующего, пробивая бронежилет. Саданул третьего древком в грудь так, что затрещали кости. Тот завыл и бросился наутёк, спотыкаясь и почти падая, вывалился через дверь дальше, в следующее помещение. Аргенти шёл следом, занося копьё для удара.       - Во что ты встрял, принцесса моя? – Проворчал Бутхилл, откладывая телефон. – Теперь ещё и спасать тебя идти.       Пару красивых старомодно выглядящих шестизарядных револьверов он выторговал у старьёвщика почти сразу, как только начал сам выходить на улицу. Ушлый тип, хотя его совершенно бесплатно освободили от рэкетиров, попытался заломить неподъёмную цену за заветный чемоданчик. Бутхилл развёл руками и сообщил, что сейчас пойдёт извиняться перед всеми, кого избил, и позовёт их назад. Старьёвщик струхнул, хотя и обматерил его от души. Стволы были что надо и при должном уходе стали прекрасны как рассвет.                   Пострелять из них толком не довелось, но сейчас определённо настало их время.             Бутхилл неторопливо разобрал оба револьвера, в очередной раз старательно их почистил, собрал обратно, прощелкал барабаны, аккуратно по одному вставил патроны.       Зарядил добытые вместе с револьверами мунклипы. Нацепил обе кобуры.       Он никуда не торопился и совершенно не боялся за Аргенти, потому что откуда-то точно знал – рыжий себя в обиду не даст. Не в первый раз уже.       Больше его беспокоил человек, с которым пришлось говорить по телефону. Они были знакомы и из-за чего-то сцепились. Этот тип на него адски зол и похоже, «убийство» его рук дело. Сейчас он психует от того, что снова встретился с Бутхиллом. Под пресс хотел его сунуть, оказывается.       Звали его… вроде, Север. Да, Север. Здоровый такой жлоб, похожий на лысого бульдога. В плечах раза в полтора шире Бутхилла. Мышцы у него были аугментированные, а вот мозги – нет.       Склад с оружием он сам пробакланил. Нашли кому поручить товара на кругленькую сумму.       А Бутхилл точно так же пробакланил гранату. Нечего было затвором щёлкать…       - Ёб твою мать, - всё так же неторопливо проговорил Бутхилл, целясь из револьвера в стену. – Вон оно чего, оказывается. Ну-ну.       Ворота склада задрожали от мощных ударов, словно их таранили бульдозером, и рухнули, подняв тучу пыли. В проёме стоял один-единственный человек.       - Йо-хо, сученьки! – Прогремел он. – Я принёс вам счёт за ремонт!       - Я тебя, говноеда, по всему складу размотаю! – Рявкнул Север.       - Ба, ты ещё живой! – осклабился Бутхилл и исчез в пыли, поднятой уже стрельбой.       Он увидел каждую пулю, летящую ему на встречу, и всем уступил дорогу. Увидел каждого выстрелившего человека и выстрелил в ответ. Поворот, ещё поворот, выстрел за выстрелом. По-новому знакомая бешеная радость клокотала внутри, а захватывающее веселье в урагане пуль и пыли казалось привычно расписанным по секундам.       Курки сухо щёлкнули - патроны закончились. Бутхилл молнией взлетел на самый высокий стеллаж. Засел в щели между контейнером и потолком. Ехидно посмеиваясь и слушая вопли потерявших его противников, перезарядил оба револьвера и осторожно выглянул. Не помешала бы винтовка, ну да ладно. Пусть эти дебилы передохнут и тоже поменяют обоймы. Так даже интереснее.       Гильзы брызнули в стороны и зазвенели в абсолютно противоположных направлениях.       Под шум беспорядочной истерической стрельбы Бутхилл проскочил по рядам контейнеров на верхнюю галерею и перекинул стоявшего рядом бандита через перила.             Стрельба тут же затихла, внизу заорали и забегали, загремели по лестнице вверх.       Первому поднявшемуся он так и не дал выстрелить – просто пнул в грудь. Тот отшатнулся назад, завалился на следующего и все посыпались обратно как костяшки домино.       Кто-то выстрелил, пытаясь достать хотя бы вслепую. Бутхилл отклонился, вежливо пропуская пулю, мягко приземлился за погрузчиком по другую сторону галереи, сквозь щели оценил ситуацию. Осталось немного, человек пять-семь. Все взялись прочёсывать склад. Конечно, можно было бы перестрелять их сверху, но времени ушла бы уйма.       Один из бандитов, мелко трясясь от страха и хаотично тыча пистолетом в разные стороны выполз на него из-за ближайшего угла. Бутхилл вразвалочку зашёл ему за спину, аккуратно положил одну руку на затылок, второй взял за подбородок и рванул в сторону и верх, ломая шейные позвонки. Жертва не успела даже пискнуть, но выронила ствол, который грохнулся об пол с оглушительным эхом.       Передавить по одному не получилось. Хорошо, вечеринка закончится унылой стрельбой, благо противников осталось всего ничего.       Он неторопливо вышел на ярко освещённую середину склада, волоча за волосы ещё агонизирующее тело. Картинно бросил его на полпути. Поднял руки, демонстрируя револьверы в кобурах.       - Всё, братцы, уели! Патроны кончились!       Бандиты бочком вышли из укрытий, держа его на прицеле.       - А выёбывался-то, выёбывался! – Зарычал Север, подходя ближе и явно намереваясь перейти от перестрелки к рукопашной.       Бутхилл грустно вздохнул выхватил оба револьвера и просто расстрелял оставшихся.       Потом прошёлся по складу, стаскивая тела в одну кучу и на всякий случай пересчитывая их. Заодно осмотрелся и заметил подозрительный выход в какую-то подсобку. Подойти не успел – дверь с грохотом отворилась, наружу почти на четвереньках выскочил завывающий от ужаса ободранный окровавленный бандит. Вслед ему вылетело белое с алым вычурное копьё и пригвоздило его к полу. Бутхилл с усилием дёрнул древко на себя, перешагнул через тело и встретился с Аргенти.       Тот, ухлёстанный кровью с головы до ног, выглядел спокойным. Глаза его были абсолютно пустыми и потухшими.       - Я не ранен, - тихо сообщил он.       - Охренеть, - охнул Бутхилл. – Ты как вообще?       - Нормально.       - А это что? – страшным голосом спросил он, глядя на кое-как обмотанные тряпками руки.       - Связали, - всё так же вяло ответил Аргенти. – Я освободился сам.       - Кто?       - Не знаю. Мне надели на голову мешок.       Бутхилл резко поднял руку перед его лицом и об предплечье срикошетила пуля.       Обернулся. Увидел еле живого Севера, роняющего из дрожащей руки пистолет. Подошёл к нему, присел рядом.       - Никак ты, блядь, не научишься, - бесцеремонно потрепал его за обрюзглую щёку. – Много у меня недостатков, но в пиздобольстве замечен не был. Сказал, что с того света тебя достану – получи-распишись. Есть какие-нибудь пожелания напоследок?       - Пошёл ты, - просипел тот.       - Ну как знаешь, - пожал плечами Бутхилл, ткнул Севера стволом в глаз и выстрелил.       Пинком отпихнул булькающий фарш и картинно отряхнул руки.       - Идем, - обратился он к Аргенти. – Скоро копы подвалят.       - Идём…       Бутхилл накинул ему на плечи свою косуху.       - Ты весь в кровище, хоть так будешь поменьше в глаза бросаться.       Смыв с себя чужую кровь, Аргенти обнаружил, что дополнительно получил только пару мелких царапин. Следом словно отошла вся та грязь, от которой не получалось избавиться месяцами. Теперь он точно не сможет вернуться в ряды Рыцарей Красоты. Так себе сторонник добра и справедливости, купающийся в крови своих врагов.       Кое-как поотрывал куски импровизированных бинтов. Жестоко ободранные руки продолжали сильно кровоточить. За этим занятием его застал Бутхилл. Судя по лицу, хотел обматерить, но сдержался. Перевязал сам. Аккуратно, словно всю жизнь этим занимался.       - Ты меня уже перевязывал, - сказал Аргенти, рассматривая повязки. – После госпиталя. Было много тяжелораненых, я не хотел отвлекать врачей.       - Теперь помню, - он осторожно взял его руки в свои.       Словно много лет назад. Холодные ладони на саднящих ранах.       - Я сходил с ума без тебя. Боялся найти мёртвым, боялся увидеть, что с тобой сделали. Боялся, что ошибся и просто встретил кого-то похожего. Боялся, что ты просто не захочешь со мной разговаривать, ведь ты меня не помнишь. Боялся, что оттолкнёшь… Я так устал, что уже не чувствую радости.       Он положил голову на колени своему Охотнику.       - Чёрт-те сколько времени у меня вообще ничего не было, - заговорил Бутхилл, перебирая его волосы. – Ни рук, ни ног. Только я сам и чернота кругом. Пиздец было страшно. Как док с подружкой меня вытащили, сначала просто охреневал от всего подряд. Всё вроде знакомое, но как в первый раз вижу, и будто не хватает чего. Чувствовал себя грёбаной жестянкой с чужой памятью. И тут ты такой красивый мне под ноги падаешь. Зелёный весь, глаза стеклянные, - Он усмехнулся. - Ну я решил, надо брать. А потом понеслось…       Аргенти улыбнулся, пряча лицо.       - Правда, когда ты целоваться полез, я опять малость подохренел, - Бутхилл фыркнул. – Зато сколько воспоминаний! И всё, я понял, что крыша едет в нужную сторону.       - А потом док пошуровал по нейрочипу, - продолжил он. - У меня прям глаза открылись. В башке до сих пор срач как в разорённом муравейнике, но про тебя всё вспомнил с самого начала. Даже как убить хотел. По-настоящему. Пиздец просто.       - Не волнуйся, - Аргенти повернулся лицом к нему и погладил по щеке. – Я знаю, почему так получилось.       - У тебя руки такие тёплые.       Аргенти резко сел, свернулся в комок и разрыдался самым позорным образом. В голос. Совершенно не стесняясь. Серебряный Охотник крепко обнял его и едва слышно проговорил, гладя по судорожно вздрагивающей спине:       - Я б с тобой поплакал, да слёз давно нет.       В тот же вечер Аргенти съехал из двухзвёздочной ночлежки и перебрался в нормальную гостиницу. Вдвоём с Бутхиллом они решили некоторое время просто отлёживаться после бури впечатлений. Спали вповалку, периодически сползая что-нибудь поесть и снова отключиться.       Раны на руках понемногу заживали.       После недели тотального безделья Бутхилл изъявил желание отправиться в какое-нибудь хорошо знакомое обоим место. Не раздумывая, Аргенти предложил «Байду».       Всю дорогу Бутхилл засыпал его вопросами. Внимательно слушал, фыркал, матерился и в целом выглядел настолько забавно, что нельзя было не улыбнуться.       Аргенти даже нашёл тут самую гостиницу, но она почему-то оказалась занята. Пришлось поселиться в другой, на соседней улице.       - Сегодня точно никуда не пойдём, - проворчал Бутхилл, бросая чемодан у входа. – Опять мозги кипят.       - Наверное, не надо было так много сразу рассказывать, - покачал головой Аргенти. – Ты очень устал.       - Угу, - он стащил косуху и не глядя швырнул её на вешалку.       Ламели на спине двигались согласованно, упорядоченно, естественно. Как чешуя на змеиной коже. Само совершенство. Идеальное творение техники, ведомое живым человеческим сознанием.       Аргенти аккуратно повесил плащ. Обнял своего Охотника. Зарылся лицом в роскошную пепельную гриву.       - Эй, перестань...       - …тяжело вспоминать то время?...       - …когда я был человеком.       - Нет, - Аргенти коснулся губами едва заметных следов от жутких электродов. – Ты ведь помнишь, что такое иметь живое тело?       - Этого я помнить не хочу.       - Неправда. Ты всё чувствуешь. Ты живой.       Не хватило сил, чтобы удержать эту холодную руку, скользящую по лицу, лишающую воли. Сталь была удивительно лёгкой и нежной.       Рубашка сползла с плеч.       - Это что?       - Ммм, это ты мне оставил. На память. Когда уходил умирать.       - Так себе память.       - Да, было больно. И страшно. Нам обоим.       Те же прикосновения жалили, те же следы обжигали тело. Как в ту ночь, когда Охотник решил отправиться на последнюю Охоту, бросив всё, что успел обрести в своей второй жизни.       В начищенном до блеска зеркале показывали ужас и прочие страсти. На левом плече рядом с жутким следом от старого укуса намечался более свежий. Пяток синяков на шее, сколько-то на груди и руках. Наверняка и на спине получилось не меньше.       Задумчиво рассматривая своё отражение, Аргенти заметил ещё один, совсем бледный след на подбородке. Посмотрел на ногти. Ни одного не сломал – и ладно.       Жаловаться, впрочем, он не собирался. Идрила вернула ему, жалкому отступнику, утерянный было прекрасный дар…       Размышления его были прерваны чем-то жутко холодным, ткнувшимся в голую спину аккурат промеж лопаток.       От неожиданности Аргенти взвизгнул и сломал зубную щётку, которую держал в руке.       - Подумать только, - довольно прошипели ему на ухо. – Какую точку я прохлопал, а?       Ледяные пальцы прошлись вдоль позвоночника, внушая то ли зябкую, то ли нервную дрожь, заставили запрокинуть голову.       Точно вода – по животу вверх, до самого сердца. Он со всхлипом вцепился в руку на груди, такую холодную, что становилось больно.       - Не уходи больше…, - вырвалось на едином выдохе.       Горячее дыхание коснулось шеи. Хриплое, жаждущее.       - Когда мне снова и снова мозги выворачивали, я одного тебя видел, хоть и не узнавал, - прошептал Охотник на ухо своей Жертве. – Тогда я тебя запомнил. Теперь ты никуда от меня не денешься.       Колени подогнулись, но холодные руки не позволили упасть, подхватили, стальные пальцы осторожно убрали с лица упавшие пряди. До чего осторожные прикосновения – точно хищник, ищущий слабое место для укуса.       Свет померк – холодная ладонь закрыла глаза и острые зубы вонзились в шею.       Проснулся он с трудом. Вчерашнее казалось мутным кошмаром - тягучим, мучительным, не отпускающим, лишающим желания проснуться. Дурным сном, липкой паутиной, в которой так и хотелось остаться. Кое-как поднялся и обнаружил, что один.       В панике вылетел в соседнюю комнату и застал Бутхилла лениво жующим тост за уставленным едой столом.       - Привет, - он хмыкнул. – Ты куда?       - Ох…, - Аргенти прислонился к косяку. – Я думал, ты снова ушёл.       - Мы в «Байду» собирались, но ты давай сам решай. Штаны надень и иди завтракать. Или у тебя другие планы?       Он ахнул и нырнул обратно в спальную в поисках одежды. Вслед ему полетело пакостное хихиканье.       - Вчера ты себя по-другому вёл, - ядовито сообщил Бутхилл, картинно тыча вилкой в омлет. – Я чуть не оглох от твоих воплей.       Аргенти покраснел до корней волос.       - Как с бешеной собакой трахался, – неожиданно скиснув продолжил он. – Живого места на тебе нет.       - Ничего…, - Аргенти улыбнулся. – Заживёт. Это было… потрясающе.       Бутхилл прекратил жевать и с удивлением уставился на него.       - Вообще-то я извиниться хотел, - выдавил он.       - Бывало. Только дай ранам зажить, - Аргенти прикрыл глаза.       В воздухе повисло неловкое молчание.       - Какой ты, блядь, всё-таки милый, не могу просто. В бар-то идём?       - Идём.       Да, Идрила благословила их вновь. Вот он, тот, чья страсть сильнее бездны забытья. Тот, кто уже не раз вернулся из обугленной могилы. Бессмертный Серебряный Охотник.       Винные пары и концентрированный табачный дым волнами ходили по тёмному забитому людьми залу. На маленькой сцене под тусклым светом трёх еле живых прожекторов ютилась блюз-банда в рабочем состоянии алкогольного отравления различной степени тяжести. В какой-то момент вокалист позорно оставил своей боевой пост и не смог вернуться обратно. Его соратники как настоящие блюзмены достойно завершили выступление, но уходить не торопились. Два прожектора из трёх погасли. Где-то за пределами слабо освещённого пятачка немного пошуршали и после короткой заминки басист, с трудом фокусируя взгляд, взял первые аккорды новой композиции.       Прожектор выхватил из густой концентрированной темноты только тускло бликующие стальные руки на микрофоне, лихо сдвинутую шляпу-стетсон и ухмыляющуюся нижнюю половину лица.       - Дамы и господа, это не учебная тревога! – Сипловатым, но не лишённым приятности голосом объявил человек у микрофона. – Просьба оставаться на своих местах, шоу-программа изменилась!       Повернулся к гитаристу и кивнул: продолжай. Тот пожал плечами и углубился изощрённые запилы.       - Сейчас я расскажу вам историю о Джонни, - продолжил декламировать почти невидимый исполнитель. – Джонни конченый ублюдок. Он любит деньги до такой степени, что опустится до чего угодно ради них. Я пришёл обсудить с Джонни его поведение. Но! Он сделал выразительную паузу и ткнул указательным пальцем в потолок. – Я делаю ему поблажку и разрешаю выйти на улицу, чтобы поговорить со мной как мужчина с мужчиной, не позорясь прилюдно, - он снова кивнул гитаристу.       Гитарист чуть не упал с табурета, но всё-таки выдал короткое идеально отточенное соло.       - Если Джонни не покинет помещение сейчас, дамы и господа, - человек у микрофона оскалился ещё шире. – Он на ваших глазах совершит удивительный трюк, превратившись из здорового человека в калеку!       - Давай, Джонни! – Драматически повысив голос, продолжил он. – Либо ты выйдешь как мужик, либо я прямо здесь, при всех, прострелю тебе яйца и каждая собака будет знать, что именно ты торгуешь несовершеннолетними, мрррразь! Зал удивлённо загудел. Где-то в темноте хлопнула дверь.       - Джонни всё понял, - сладострастно прошипел человек у микрофона. – Приятного вчера, дамы и господа! Не нарушайте закон! – Он картинно приподнял шляпу, всё ещё не показывая при этом лица. – И запомните: шаут-блюз – не хрен собачий! – После чего провалился назад, в темноту, и бесследно исчез.       Из двери с табличкой «ТОЛЬКО ДЛЯ ПЕРСОНАЛА» неторопливо вышел худой высокий тип в лихо нахлобученной поверх длинных седых волос шляпе.       Со стороны главного входа слышались звуки драки. Смеркалось.       - Ну чё там ещё? – Тоскливо проворчал седой, заворачивая за угол.       Разминулся с летящим ему под ноги человеком с расквашенным носом. Перешагнул через другого, лежащего на щербатом асфальте в позе эмбриона. На нём точно вусмерть пьяный гуляка на лучшем друге повис третий и он брезгливо отпихнул бедолагу, приложив его об стену. У дверей клуба одетый в белое огненно-рыжий красавец не вынимая рук из карманов флегматично пинал лысоватого мужичонку в кричаще-дорогом безвкусном костюме.       - Ааааагхммм! – Выразительно прочистил глотку седой.       Рыжий прекратил своё занятие, поднял голову и лучезарно улыбнулся.       - Как ты быстро! – Радостным голосом воскликнул он       - Ты тоже молодец, - едко отозвался его напарник. – Хорош его пиздить.       - А, да, конечно, - смутился рыжий.       Они подхватили мужичка под руки и неторопливо поволокли по освещённой неоновыми вывесками улице.       - Ещё раз повторяю, - наставительным тоном заговорил седой. - Если велено живым брать, достаточно пару раз по морде съездить, а не как ты любишь. В прошлый раз еле отбрехал положенный нам гонорар, потому что клиент в больничку отъехал.       - Извини, я увлёкся, - совсем потух рыжий.       - Привыкай по нашим правилам работать. Звезду тебе не просто так дали, красота моя.