Завлечь кошку

      Иностранная делегация привезла много диковинок.       И если за тем, как МаоМао перебирала в пальцах порох из мушкетов, Джинши наблюдал с умиленной усмешкой, то как потянулась лизнуть, он уже подорвался мигом отобрать. Любопытная кошка, тянущая все в рот, лишь бы попробовать!       Девушка обиделась и насупилась, шептала злостные проклятия и... Повела носом, учуяв новый притягательный запах.       Она отвела ворот его косодэ, натянула в кистях и приникла лицом, чтобы максимально расчувствовать, чем это веяло в воздухе.       — Господин Джинши, что Вы делали?       Вопрос патовый, даже тупиковый. И если отринуть травницу точно не хотелось, то побороться с накатывающей краснотой можно было.       Голос он собрал из самой грудины, по частям и осколкам, ибо все резонировало и дребезжало от тесного присутствия.       — О чем это ты?       Послы привезли диковинные для Азии товары, многие из которых было не достать даже на ярмарках Шелкового пути. И если оружие они испытали на себе оба, одним чудом и сообразительностью, возникающей в опасных ситуациях, то яства подавали на стол. Караван вез ткани, масла, непривычную еду.       И шербет, рахат-лукум, шоколад в том числе она сама испробовала, смакуя на языке, обворожительно улыбаясь от приятно отзывающих рецепторов. Разливались напитки, которые пробовались одними губами.       Но разве ее манило вино?       — Господин, Вы пахнете чем-то непривычным, — можно было возмутиться, подорваться и оттолкнуть девушку.       Только она повела носом по изгибу ключицы и шеи. Непозволительно. Врагам бы по таким точкам бить насмерть. МаоМао впрочем тоже справлялась не хуже наемника. У Джинши уже поплохело с сердцем, до того оно не унималось, больно ударяясь о грудину, когда, желая выведать правду, тонкие цепкие пальцы ухватили угол челюсти и впились, а синие глаза глядели неотрывно.       — Так что Вы делали?       «Не знаю, что делал, знаю, что сейчас умру», — все, о чем мог думать Джинши, соглашаясь погибнуть в этой пытке.       — Ты пробовала мое вино первой, — голос все же дрогнул, сколько мужчина его ни сдерживал.       МаоМао все наваливалась, точно не поняв в первый раз, как чревато их мало разделяющее расстояние.       И вот ее профиль уже скользил по его подбородку, и частое принюхивание гоняло теплый воздух, как и его обезумевшую кровь. Он погибнет от инфаркта, сейчас сердце не выдержит и лопнет, если травница не дойдет до истины и не ухватит.       — Это не спиртовой запах, — сурово отрезала МаоМао, слишком быстро достигая губ. И продолжила дышать его дыханием.       Послы взаправду привезли много чего. И Джинши едва соображал, список диковинок лениво перекатывался в мыслях, подставляя, ведь, озвучь он, исследование бы закрылось. А может, Джинши и не хотел прекращать, потому до него так долго доходило?       — Табак? — уже совсем беззащитно и трепетно сорвалась догадка.       — Аромат едва уловимый, мне нужно больше для подтверждения догадок, — как она могла быть такой сосредоточенной, уничтожив в мужчине любую опору и раздавив всю силу до ничтожной кляксы? — Продемонстрируйте.       Джинши понадобилось усилие, чтобы приподняться. Травница вжала его в татами, и если она легким пружинистым движением отскочила, давая пройти и достать искомую вещь, он не мог вот так вот подпрыгнуть. Суметь бы встать вообще.       Голова его закружилась, куда сильнее, чем от дыма, который возникал после поджигания.       Серебристая коробочка переливалась, но блеск в глазах кошки был не от драгоценного металла очевидно дорогой вещицы. Вся она была сосредоточием внимания, следя, как аристократичная кисть тянется вынуть табак, высечь искру.       И когда Джинши зажег, МаоМао втянула дым. Влекомая ядами, как она могла устоять?       МаоМао приближалась по-новой, глубоко вдыхала и млела.       Попробовать самой Джинши ей не дал. И тогда МаоМао вновь оказалась у его лица, терлась носом и сводила с ума хлеще табака.       — Господин, мне необходимо испытывать все, что может нанести Вам вред. Как же Вы допустили не проверить иноземный объект?       — Это баловство, — отмахнулся Джинши, пока не увидел маслянистый взгляд, каким он становился при исключительно вредных вещах. — А раз я уже испробовал, тебе нет нужды.       МаоМао не было дела, что ее осадили и отставили от дегустации. Ведь яд был слишком близко и в новинку, нельзя упускать.       И выждав новой затяжки, она приникла непозволительно близко, нарушая любые законы, какие сама выставляла, когда не хотела знать больше о своем господине. МаоМао и Джинши вряд ли разделяло расстояние ребра ладони. И кончик ее носа мог коснуться трещинок на губах, уловить легкий след розового масла, когда она потерлась им, ничем не хуже ластившейся кошки. Когда она потянулась своими губами, воруя наполнивший его рот дым. Ей хватило мимолетного касания, чтобы провернуть трюк. Но вот Джинши повело и одурманило. И он смял ее язык, поцеловав по-настоящему, и выпустил дым носом.       — Вы меня обокрали, господин, — шикнула МаоМао.       — Правда? Мне показалось, вернул украденное.       Она отвернулась, хмурая и расстроенная, но еще и решительно смущенная.       — Затянитесь еще раз.       — Почему-то слышу повелительный тон, — поцелуй отрезвил и дал возможность в этой мучительной игре взять реванш и суметь бороться вновь. Он никак не ожидал услышать «Пожалуйста, мой господин».       Если бы можно было погибнуть дважды за вечер, Джинши бы это удалось.       Искра с треском охватила табак, Джинши закурил, не давая МаоМао сократить расстояние, и тогда услышал новый шокировавший удар:       — Ближе, — МаоМао было не узнать, покорная и просящая, без хитрости и уловок.       Джинши подсел к ней, запустил руку за затылок, и малахитовые волосы легли в его ладонь, когда он коснулся краешка рта. МаоМао подняла голову и позволила поцелуй, язык скользнул по его слизистой. Губы сомкнулись.