Главное для Секретаря.

Это был очень холодный вечер, хоть и на дворе стояла теплое лето. Листья на деревьях дрожали, радуя сочной зеленью, а звёзды весело мерцали, будто подмигивали. Дул легкий ветерок, но Калеб всё равно поежился. Он так давно не выходил на улицу, так давно не ощущал этот настоящий и простой воздух, днями напролет сидя в своем кабинете…  Да уж, секретарем быть не так легко, особенно когда у тебя такой «отец» как Войд, который еще по совместительству и Инспектор. И лишь с одним, пожалуй, он находил некое удовлетворение и даже радость. Раньше его жизнь была простой: тренировки, отчёты, бесконечная работа. Свободного времени почти не было, как и увлечений. Разве что винил — единственное хобби, которое Войд не только позволил, но и поощрил, объяснив это заботой о концентрации своего подопечного. И только его любимая сестра Кейт напоминала, что давным-давно, Калеб был свободен.  Он был более открытым, эмоциональным, человечным. Не этой машиной, служащей Империи. Сейчас, вспоминая это, он ощущал лишь смутный, затёртый силуэт воспоминаний. Прошло слишком много лет. Он не был уверен, что в нём осталась хоть тень тех чувств. Тем не менее, Кейт до сих пор была ярким напоминанием его прошлого, которое его опекун пытался вычеркнуть и убрать из его головы. Она ведь, совсем не изменилась — такая же умная, справедливая, солнечная… и такая же беззащитная. И вот теперь Калеб чувствовал стыд. Стыд, за то что отклонился от своей цели. В его планах, он должен был и остаться таким…холодным и лишь издалека он мог заботится и помогать Кейт. Только ей, своей сестре, с которой он некогда был близок. Но эти планы развалились, словно карточный домик, всего лишь от одного человека. А человека ли? Действительно, назвать Лололошку человеком было сложно: слишком непредсказуемый, слишком легкий, слишком нестандартный… все в нем было слишком, и весь его вид об этом только и кричал… Казалось, Калеб не сможет даже просто заговорить с ним. Этот идиот в очках и шарфе сочетал в себе всё, что Калеб терпеть не мог: шумный, беззаботный, с дурацким стилем, странными идеями, которые возникали у него спонтанно. И — вишенка на торте — безответственность. Стоит хотя бы вспомнить, как всего после пары встреч «Дейв» выложил ему своё настоящее имя. И Калебу хотелось ударить себя, за то что вместо презрения или хотя бы раздражения… он чувствовал легкость с ним. Спокойствие. Даже некое наслаждение. Наслаждение от того, что видел его. Хоть и странного, но довольно красивого. Высокий, стройный, с вечно взъерошенными каштановыми волосами и чёрными — по-настоящему чёрными! — глазами, скрытыми за солнечными очками. Будь он девушкой, за ним бы очередь выстроилась. Хотя… кто сказал, что она не выстраивается? И все же, Калебу нравилось наблюдать, как бледные, длинные пальцы его собеседника иногда подрагивали от холода. Смотреть, как ветер треплет его волосы. Как глаза, обычно весёлые, вдруг становятся сосредоточенными, когда что-то привлекает его внимание. И особенно — получать в ответ его улыбку. Ту самую, лёгкую и нежную. И Калеб не мог отказаться от этих встреч по ночам и даже спустя столько времени, он до сих пор спешит. Спешит, чтобы отдохнуть, увидеться с Ло. Так глупо, правда? Он свернул с дорожки в знакомый переулок, где слабый фонарь отбрасывал длинные, покачивающиеся тени.Асфальт под ногами был чуть влажный от вечерней росы, воздух пах сиренью и холодом. Его ботинки чуть стучали в тишине - слишком громко, как показалось ему. Лололошка уже ждал. Сидел на старой скамейке, ноги вытянул вперёд, руки засунул в карманы. Его клетчатый шарф сбился набок, очки немного съехали. В одной руке он держал бумажный стаканчик кофе и периодически дул на него. — Опаздываешь, — сказал он, не поднимая головы. — Ты сам пришёл слишком рано, — спокойно ответил Калеб. Калеб подошёл ближе, не торопясь. Шум шагов стал мягче, будто сам асфальт поддавался тишине. Он сел рядом, но чуть поодаль, соблюдая дистанцию, которую они оба молча выстроили — и оба так же молча нарушали, когда хотелось.  Ло по-прежнему неторопясь пил кофе, сканируя Калеба тем самым взглядом из-под своих темных очков.  Внимательный, чуть насмешливый, но тёплый. Будто Ло не просто смотрел, а будто знал, о чём Калеб думает прямо сейчас. Калеб хотел что-то сказать — почему-то рядом с Лололошкой тишина казалось неправильной, но он не знал с чего начать диалог. Из-за вечной работы, он словно снова учился говорить как человек, а не как вечно-командующий Главный Секретарь. Может быть, ему стоит признаться, что приходит не «просто». Что ждал этого вечера, считал минуты. Или сказать, что сегодня по дороге дважды вернулся проверить, всё ли взял с собой — хотя кроме ключей у него ничего и не было. Но промолчал, решив не делится этим. Секретарь склонился вперёд, положив руки на колени, и спросил: — Ты ведь специально приходишь раньше? — Ага. Чтобы смотреть, как ты идёшь. — Извращенец. — Романтик, — поправил Ло с лёгкой усмешкой, качая в руках уже полупустой стаканчик, а потом вдруг его глаза слегка заискрили и улыбка этого черта стала шире. —На, попей, а то у тебя уже синяки под глазами. Ты когда в последний раз спал? Брат Кейт проигнорировал этот вопрос, решив, что ответ здесь не нужен — Комиссар уже все понял.  Он лениво взял чуть помятый стаканчик, чувствуя какой он теплый от рук Дейва, случайно сжав его сильнее. Кофе уже был немного остывшим, горьковатым, не такой, какой мужчина пьет обычно, но он все равно выпил до дна, пока Ло хищно смотрел на него.  Когда он молча протянул пустой стакан обратно, Ло взял и их пальцы едва заметно соприкоснулись.  Всего лишь на долю секунды. И достаточно, чтобы Калеб почувствовал: тепло чужих рук уже и не только на стаканчике, но уже на его, ненатурально-бледной от работы, коже.  Он отдёрнул руку, как будто обжёгся, и тут же пожалел. — У нас ещё есть время, — тихо и даже мягко сказал Ло.— Пройдёмся? Кариеглазый не ответил сразу. Смотрел на него чуть дольше, чем стоило и только потом коротко кивнул. — Только не болтай всё время. — Тогда ты наконец заговоришь?  Ло усмехнулся, вставая первым со скрипящей скамейки. Калеб — следом. Они двинулись в сторону выхода из переулка.  Их плечи рядом, а руки уже в карманах, но все же ближе, чем надо. Где-то сзади мигал старый фонарь, птички тихо трещали.  Шарф Дейва чуть задел Калеба. Случайно, почти незаметно, но тот и не думал отодвинулся. Секретарь не знал, что будет дальше. И не хотел знать. Сейчас — ему было достаточно. Тихо, спокойно… и рядом был Лололошка. Да, это, пожалуй, главное…