Desertpunk

***

2085 год

Горячее солнце Аризоны стояло чуть ниже полудня, освещая золотыми, слепящими лучами весь Финикс — самую горячую столицу соедененных штатов уже не одну сотню лет. Пыльца парила сквозь теплый, тяжелый воздух, заставляя траву сушиться и выгорать, однако редкие деревья, что стояли в суточной тени заброшенных зданий, сохранили свои слегка зеленые листья. На далекой песочной дороге виднелся мираж, искажая оживленный рынок, что находился впереди. Кузнечики не умолкали, преследуя шаги каждого кто проходил мимо сухой, высокой и колючей травы, и одна девушка не стала исключением. Порванные колготы под сильно короткими шортами, грязная, белая майка без рукавов и старые ботинки. Через плечо сумка, а в ремне пистолет. Русые волосы по плечи, срезанные неаккуратно, ножом; и карие глаза что отдавали зелёным на солнце. Скорее всего, ей нет даже шестнадцати, но в этих краях вооружённые дети были такими же обыденными как и взрослые. А есть ли тут вообще детство, если с рождения приходиться вовремя ускользать от пуль, что какой-то ненормальный решил пострелять по всей округе? Но если не приувеличивать, чаще всего люди в районе Финикса были дружелюбны. Открытый огонь без особой на той причины случался редко, не смотря на то, что каждый житель вооружен. А если и случался, остановить его могли только присутствующие. Не было никакой защиты, никакой полиции, а единственные законы были придуманы самими жителями, что со временем передались по толпе и стали известны всем. По кайней мере, так было на краю города, а именно в наполовину заброшенной области меж Рио Верде и Фоунтаин Хиллс; ведь где-то в центре Финикса дела обстояли совсем иначе, как социально, так и технологически. Земля никогда не станет такой, какой была сто лет назад. Сейчас тут была лишь свобода, солнце, жара и жажда. Кровь, что высыхала за считанные секунды — с той же скоростью с которой раскупали патроны на скидке. Лишь немного быстрее, чем какой-то пятилетний ребёнок, что скрывался в переулках, держа чью-то украденную воду. Никому не привыкать. И хотя правил нет, в воздухе стояло дружелюбие, можно сказать, какое-то взаимопонимание. Детей, что часто воруют, сильно не наказывали; бродячих собак, что за ночь выхлестали всю накопленную воду, оставляли в живих. Еще давно Финикс был городом с самой низкой преступностью, и даже в таких условиях жители понимали, что убийство — далеко не всегда выход, а особенно трата сил на такой жаре. Однако не все придерживались всеобщему доверию. Бандиты и разбойники, что приходили красть, запугивать, и убивать, были не редкостью в этих краях. Именно поэтому у каждого через плечо, в кармане, в ремне, или в кабуре находилось огнестрельное. Через минуту прогулки под палящим солнцем, бормоча от усталости, девушка наконец дошла до назначенного места. Прилавки, вывески, крики — на рынке всегда было шумно, и в разы жарче из-за всех толстых и потеющих мужиков. Софие они никогда не нравились. Не только потные и толстые, но и в принципе — мужчины. К счастью, ее тонкое телосложение и наглость позволяли протиснуться между толпами к нужным стойкам, что она сейчас и сделала. Шум вокруг никак не мешал сосредаточиться на нужных патронах. Она игнорировала все вокруг, лишь протягивая монеты и получая мешочек с боеприпасами в ответ, благополучно кладя его в сумку. На лбу начал накапливаться пот, что уже через минуту капал на раскаленный песок. Жара стояла такая, что мозги почти варились, однако жители привыкли и были сильно устойчивы к подобным температурам что уже переходили границы сорока градусов. Наконец купив все необходимое, София отошла в сторону, в тень под крышей заброшенной железнодорожной станции, облокачиваясь на железную стену и медленно спускаясь на пыльный пол. Это место было построено в 2046, и, постояв каких-то пятнадцать лет, было благополучно брошено; как, в принципе, и все остальное тут. Хотя, за последние годы постройка начала немного оживать: хоть поезда здесь еще долго не смогут ездить, продавцы, пользуясь тенью, продавали воду и алкогольные напитки внутри, а снаружи устраивали базар. Даже оставленный вагон поезда стал хорошим местом чтобы набухаться и забыться. Тень немного вернула девушке ощущение жизни, однако жажда не улетучилась. На подобных местах вода стоила дороже чем боеприпасы, и поняв что бутылка была благополучно забыта дома, София со вздохом поднялась, проходя грубже внутрь, ища где можно уталить жажду. — Дешевле воды тут не найти! — Кричал один из продавцов пока другой его перекрикивал. Девушка оглянулась. Ей было все равно на цены. Даже в таком юном возрасте у нее были свои способы заработка и она умно распоряжалась деньгами, чтобы в неподходящийи момент всегда хватало на воду любой цены. Ей это, скорее всего, передалось от матери. София подошла к продавцу что был тише всех. Эти дураки думают, что своими орами притянут больше покупателей, однако такое действует только на псинах. Девушке не нравился шум, а крики прямо в ее ухо уж подавно. Взглянув вверх, она всмотрелась в лицо продавца. Высокий, спокойный мужчина подглядывал за суматохой из-под серой, порванной шляпы. Глаз почти не видно, лишь два блика подтверждали что это все-таки человек, а не пугало. София хмыкнула. Осмотрев цены, она решила, что много ей не нужно, и тонкая рука потянулась к сумке за пятидолларовой купюрой… Однако когда сумка была открыта, холодок пробежал по спине девушки, а ее сердце начало биться быстрее и громче. Патроны были украдены… и как она не заметила?! — Вот блять… Забыв о воде, София судорожно оглянулась. Ее глаза заполнились яростью, когда она заметила убегающий силуэт, быстро скрывющийся за углом, где находился прямой выход наружу. Она сорвалась с места, начав свою погоню, зная что убегающий не будет медлить. Сталкиваясь с пьяницами на своём пути и чуть ли не задыхаясь от жажды, так как пыль начала царапать горло, девушка пыталась не потерять из виду грабителя. Горячий воздух резко ударил Софии в лицо когда она выбежала на улицу, и не находя времени перевести дух она снова помчалась за той же фигурой, что начала огибать станцию дабы вернуться к базару с задней его стороны. Рассмотреть бежащего девушке пока не удалось, да и неважно ей было, каких размеров и пола был человек с ее украденными боеприпасами; главное, что он получит по заслугам. Не впервые она встречается с кражей, и не всегда ей удавалось вернуть свое; однако сейчас происшествие на базаре не удаст воришке ускользнуть… а некоторым вернуться домой. Когда София подбежала к громкому рынку, ей на секунду показалось, что беглец успел запутать след между плотной толпы; но так легко девушка не сдавалась. Запрыгнув на один из прилавков и игнорируя удивленное «эээ!» от его хозяина, она прищурилась, выискивая нужного из толпы торгующих жиробасов. Наконец, уже успевшая стать знакомой чёрная макушка показалась ближе к концу базара; сейчас София знала, что ее вещи украла девушка, и воровка, видимо, выбилась из сил, останавливаясь в тени навеса. Это был ее шанс. Спрыгнув, она снова начала проскальзывать между спинами, проделывая себе путь к цели. И когда она уже увидела черноволосую девушку в паре метрах от себя, впереди раздался хлопок. Выстрел. Потом ещё один, и ещё. Как вовремя! И почему ей сегодня так не везет?! Но стреляющий явно не собирался останавливаться. Это был тот тип людей, которые стреляют на малую части ради выгоды, и на бóльшую часть просто чтобы убить. Не местный. Все знали: бежать нужно в рассыпную. Бандит стрелял наугад и не жалел пороха, ведь сразу забирал его в умноженном количестве у убитых им продавцов. София прыгнула за деревянный столб рекламной таблички и позволила себе на секунду задуматься. Бежать назад, откуда она только что появилась — самое разумное решение, если она не хочет сегодня погибнуть; но в паре шагах от неё, на земле рядом с уставшей воровкой лежал ее собственно купленный мешок. Нужно лишь дотянуться, быстро схватить и… Но руку Софии перехватила ее ненавистница и отпихнула, сбив с толку. Несмотря на то, что обоим сейчас могут всадить пулю, никто из них не собирался оставлять патроны. Девушка наконец взглянула в глаза воровке. Те были синие, а на лице её злобный оскал, и нельзя было не заметить, насколько острые у нее клыки... Так София потеряла десять секунд. Она хотела потянуться за пистолетом, но вспомнила, что он пустой, черт его дери! Придется довольствоваться натуральными методами. Замахнувшись, вторая ее рука была направлена в лицо брюнетки, но та увернулась; и София понимала, что проигрывает, а стычка с бандитом в толпе никак не помогала ни одной из них. Приходилось бежать, однако воровка убежит с украденным, а она ни с чем… София ненавидит проигрывать. Подняв взгляд, она увидела стрелявшего. Высокий и крепкий мужик с механическим глазом, что на миг заставил девушку подумать «дорогой, наверное», и двумя револьверами в руках, рассталкивал всех кто пытался его остановить и убивал всех кто в него целился прежде чем они выстрелят. Тогда халявщица, воспользовавшись тем что её враг отвлекся, наконец рванула прочь. София за ней, но далеко они не убежали. Удача была на ее стороне: преследуемая попала под обстрел. Ее ногу ранили, и повалившись на пыльную землю, встать девушка уже не могла. Схватить свои патроны и бежать дальше. Так просто! Но почему София не двигается? Почему ее тело будто примерзло к земле, а глаза встретились с полными отчаяния и злобы глазами воровки? Почему ее сердце пронзила… жалость? Оглянувшись, она увидела спины людей что все же пытались остановить сумасшедшего. Они выиграли им время… им, Софие и этой девушке, которой она скажет пару слов и покажет что бывает с теми кто ворует. Но только тогда, когда оттащит ее в сторону. Слегка пыхтя от жары, София наклонилась и схватила ту за предплечье, оттягивая за опустевшие прилавки, а потом уже за стену станции. Девушка не сопротивлялась, понимала, что либо так, либо ее убьют на базаре. Ее грубо кинули на пол, и София, наклонившись, сверлила ее взглядом. — Не думай, что я тебя спасла, — она пнула обессиленное тело перед собой, наблюдая, как лицо девушки сморщилось от боли. — Я считаю, ты достаточно поплатилась за содеянное. Отдавай. Незнакомка фыркнула. Она понимала, что если бы не перестрелка, она скрылась бы. Но с другой стороны, как никак, если бы София просто забрала свое и убежала, вторая пуля попала бы уже не в ногу а с большей вероятностью в какой-то жизненноважный орган. Она отвела взгляд и достав украденное кинула мешок в ноги Софии. — Забирай, — грубо буркнула она довольно тихим голосом, ожидая когда ее оставят одну чтоб наконец перевязать ногу. Стоящей над ней девушке не хотелось тут долго оставаться. Но она не спешила уходить. Она скорчилась, с отвращением осматривая поверженную, после чего подняла мешок и выравнилась. — Извиняйся, — Что? — Извиняйся. — Недождешься… Подойдя ближе, София резко пнула воровку по её свежей пулевой ране, откуда без остановки шла кровь, вызвав стон боли со стороны той. Девушка зажмурилась и схватилась за ногу. Она ненавидела находиться в таком положении. — Да прекрати ты! Я извиняюсь! Стоящая девушка хмыкнула, испытывая сильное желание зарядить пистолет своими драгоценными патронами и прострелить ей ещё одну ногу… Но эту идею она оставила в пределах мыслей а злобу в сжатых кулаках. Она повернулась спиной к раненной. — Чтоб я тебя больше не видела, — бросила София, уходя; хотя перед собой, сама не понимая почему, она все еще видела злобный оскал острых зубов и взгляд прищуринных глаз, синих, словно ночной океан под бледной луной.