Снова и снова (сборник)

Весь день он был как на иголках: слушал вполуха, мазал печати мимо листов, не замечал, кому отвечает. В голове пульсировала лишь одна мысль: когда он наконец постучит? Наруто не нашёл Саске в деревне, не дождался на работе, не смог вызвать через Ино, и ни один из клонов не заметил его. Куда он мог исчезнуть — в такой-то день? Наруто приходилось стыдливо прятать от всех пакетик с яркой ленточкой. Солнце уже клонилось к горизонту, окрашивая Коноху в красно-оранжевые цвета. И только тогда, на самой верхушке горы Хокаге, он заметил силуэт. Саске сидел, как тень на камне, неподвижно, смотрел в тающий за лесом закат. Обняв колено, искал в небе что-то давно утраченное. Наруто летел по крышам вечерней Конохи, не обращая внимания на кипящую жизнь жителей снизу. Для всех это был обычный день — но не для него. Кончики пальцев кололи от волнения, он не отрывал взгляда от фигуры на горе. — Вот ты где! — Наруто радостно плюхнулся рядом с Саске. — Я тебя весь день ищу! — Просто хотелось побыть одному. — Понятно. Ну, раз я тебя нашёл — с днём рождения! — Наруто протянул ему пакетик с ленточкой. — Что это? — Саске раскрыл подарок: в нём обнаружилась футболка насыщенного оранжевого цвета, а на спине — красно-белый веер клана Учиха. Он оценивающе покрутил подарок в руках и испустил тихий смешок. — Я не буду это носить. — Почему?! — Не в моём стиле. — Тогда, — Наруто встревоженно положил ладонь на его плечо, — скажи, чего ты хочешь. Я что угодно сделаю! Пауза. Саске смотрел перед собой, не мигая. — Поцелуй меня, — наконец выдохнул он. Онемение. Воздух сгустился, стал тяжёлым, лёгкие отказывались вдыхать. Плечо под рукой Наруто казалось обжигающе горячим. — Ты же понимаешь… — тихо сказал Наруто, — что это будет значить? Саске повернул голову. В его глазах — решимость, граничащая с отчаянием. Он не шутил. Ни в выражении, ни в том, как сжались пальцы на колене. Это была просьба. Мольба. — Что нам придётся обманывать жён. Детей. Деревню… и себя. — Он сжал пальцы на плече Саске. — Да. Они смотрели друг на друга, пытаясь совладать с бездной неозвученных чувств и пламенем отчаяния. Непозволительно близкое расстояние между ними с каждой секундой сокращало шансы одуматься и превратить всё в шутку. — Хорошо, — почти шёпотом сказал Наруто. Его рука легла на бледную щеку Саске. — Не здесь. — Он прижал руку к его груди. Глаз Саске зажегся фиолетовым. Мгновенное перемещение. Другое, знакомое место. Запах дерева и горной свежести. Вокруг — почти пусто, но чисто. В полураскрытом окне — сумеречное небо. Любимое горное убежище Саске, о котором знали только они двое. Наруто всё так же сидел рядом. Он бережно убрал длинную тёмную прядь волос за ухо Саске. Касание губ — осторожное, тёплое, лёгкое, как во сне. Нежное. Секундное. Они отстранились. «Ну вот и всё», — подумал Саске, набирая воздуха в дрожащие лёгкие. Лимит подарков исчерпан. Он опустил взгляд, пытаясь быстро подобрать прощальную фразу. Наруто не дал ему утонуть в себе — вдруг снова резко подался вперёд, впившись в его губы. Саске не оттолкнул. Только закрыл глаза… и ответил. Этот поцелуй был другим. В нём не было осторожности, неуверенности, границ. Только жар, тоска, желание и, наконец, — долгожданная отдача. Он не был обязательством, не был шуткой, не был просьбой. Он был настоящим, взрослым, осознанным выбором. Губы обжигали. Воздуха не хватало, но они не могли остановиться. Тишина дома наполнялась только их дыханием — с каждым разом всё более сбивчивым — и шелестом ткани, когда кто-то из них менял угол или тянулся ближе. Они целовались долго — до тех пор, пока губы не начали гореть, стали чувствительными, опухшими. Пальцы Саске, сжимавшие волосы на светлой голове, дрогнули, и он сдался: упал на спину, утянув за собой Наруто. Тот не удивился. Только глубоко вдохнул, как будто вот сейчас, впервые за день, позволил себе поверить, что всё это — по-настоящему. Он лёг сверху, но не давил. Прислушивался. Обнимал. Цеплялся пальцами за шею, за волосы, за бёдра, желая почувствовать больше. Нежные, осторожные поцелуи сбились, потеряв ориентир. Поцелуй в уголок губ. В щеку. В линию между челюстью и шеей. В шею — туда, где под кожей бился пульс... Саске шумно выдохнул, едва слышно что-то прошептав. А потом все закружилось бурным вихрем — тени на стенах, сбившееся дыхание, тепло двух тел и скрип деревянных половиц под ними. И верхняя пуговица его рубашки щелкнула, сдавшись под настойчивыми пальцами Наруто.