Утренние неурядицы

      Первый день учёбы (впрочем, как и все другие) после грандиозного мира в Большом Зале начинается у всех факультетов одинаково — с завтрака. У первокурсников к нему прибавляется расписание занятий и предвкушение чего-то таинственного и неизвестного. Старшие же курсы думают, как бы подольше поспать, но у утра совсем другие планы.       Гостиная и спальня Слизерина тёмные, мрачные, с гобеленами на каменных стенах и освещаемые только холодным изумрудным светом, никогда не видели настоящего солнца. Гриффиндор и Когтевран, обитавшие в своих башнях, всегда удивлялись, как слизеринцы отличают день от ночи и понимают, когда нужно вставать на учёбу, а когда ложиться спать. Непонятно… Именно такие мысли залезли в голову Китаю, пока он сидел на кровати и наблюдал за приветствием Солнца Индии. Как однокурснику ещё не надоела эта утренняя практика йоги — трудно сказать, однако до конца дня Индия оставался самым бодрым.       На часах виднеется половина восьмого. Китай медленно натягивает форму, с болью вспоминая о сегодняшнем вечернем дежурстве в коридорах Хогвартса. Тяжела жизнь старосты факультета, но есть у неё и плюсы — можно отнимать и давать баллы, пользоваться специальной ванной. Из всех достоинств Китаю хотелось максимально наградить любимый Гриффиндор, чтобы его лев красовался в Большом Зале. А больше всего жалел, что нельзя было отнимать очки у других факультетов, дабы подпортить им репутацию.       — О чём задумался, новоиспечённый староста Гриффиндора? — легко поддразнил Индия, заканчивая Сурья Намаскар.       — Правильно ли, что профессор МакГонагалл назначила меня старостой?.. Столько ненужной ответственности…       — Ну-у, — Индия покрутил пальцами конец галстука, — будь я на её месте, кандидата лучше бы не нашёл.       — Понятно, — вздохнул Китай, — все ленивые, никто не хочет курировать первокурсников, пресекать волшебство в коридорах и повышать успеваемость.       — Ты так расстроился из-за того, что Россия не староста Слизерина и вы не сможете проводить время в уединении, я прав? — ухмыльнулся Индия, пытаясь разглядеть выражение лица Китая, которое тот так старательно прятал от него.       — Настолько заметно?..       — Более чем! Ладно, пошли в Большой Зал, скоро завтрак. Поешь, соберёшься с мыслями, смиришься и пойдёшь на занятия.       Китай согласился. А что ещё оставалось? Не он же старост выбирает, а деканы факультетов.       Гостиная Гриффиндора, обычно шумная по вечерам, по утрам не собирала студентов, но, кажется, сегодня что-то пошло не так. На мягком диване королевского красного цвета сидели Вьетнам и Сингапур. Китай, увидев такую престранную картину, недоумевал, почему эти двое первокурсников ещё здесь?!       Маленькие волшебники же вскочили с места, на котором ёрзали минут десять, и кинулись обнимать старосту Гриффиндора. Китай опешил. Индия улыбнулся.       — Вы тут ждёте кого-то?       — Не кого-то, а вас! — Вьетнам откинул назад мешающий хвост.       — Да, самого лучшего старосту во всём Хогвартсе и мире! — Сингапур сильнее стиснул руку пятикурсника в объятиях.       — Что ж, ладно. Вот он я, перед вами. Уже забыли, в какой стороне столовая находится?       Младшие синхронно закивали. Китай кое-что заподозрил и пристально посмотрел на Индию.       — Чему ты так удивляешься?! Я ещё вчера заметил неладное, а эти милые ребята согласились помочь, иначе бы наш староста натворил бы дел.       — Хм… Спасибо. Я безмерно ценю вашу поддержку, но, — тут Китай по-лисьи улыбнулся, — не думайте, что Гриффиндор получит десять очков только за выведение старосты из состояния хандры.       Все трое тут же поникли. Эх, хороший был план…       — А теперь идёмте. Нам с Индией надо успеть поесть до начала защиты от тёмных искусств. Профессор Снейп не любит опоздания. Да и вам двоим тоже не помешает столь простое правило — приходить на занятия и выполнять домашние задания вовремя.

***

             Утро в Слизерине началось как обычно. Россия очень не любил ранние подъёмы, но от них, к сожалению, никуда не денешься. Он вообще удивился, что сегодня открыл глаза и встретил новый день самым первым в спальне. Времени, чтобы переодеться в форму и подготовить необходимые принадлежности к занятиям, было предостаточно — целый час, а значит можно лениво сползти с кровати и делать всё медленно-медленно.       Англия всегда спал как ангелочек. Шотландия пару раз говорил об этом России, сам не зная зачем. Но что правда, то правда. Во сне он — самое милое создание на планете, чего не скажешь наяву. И сейчас, староста Слизерина, как самый ответственный из всех студентов Хогвартса, во всяком случае должен им быть, мирно посапывал, лёжа на боку, и вставать явно не собирался.       Северный Ирландия и Шотландия почти всегда просыпаются одновременно. Этот раз не стал исключением. Россия даже немного завидовал — по утрам они всегда бодрые, а в ночное время отправляются в царство Морфея, едва коснувшись подушки.       — Доброе утро, — тепло произнёс Северный Ирландия.       — Доброе, — вздохнул Россия, поправляя галстук. — Вы со Скоттом обычно первые вскакиваете. Решили изменить традицию?       — Не-не-не, — вмешался Шотландия, — мы вчера так объелись, что до сих пор не чувствуем голода!       Россия еле сдержал смех. Он пока ещё не видел, чтобы самые голодные студенты, почему-то поселившиеся именно на Слизерине, не бежали в Большой зал первыми.       — Тогда можете оставить свои порции мне или нашим первокурсникам.       — Хах, нет, Россия, спасибо, но нет. Что-нибудь мы в себя положим. Да и ты всё равно мало ешь, — посетовал ирландец.       Что правда, то правда. У России выраженного аппетита никогда не наблюдалось, но вот погрызть сахарные перья во время такого скучного предмета, как история магии — дело святое. Эти лакомства доставались ему от Шотландии, который однажды слегка переборщил при покупке с их количеством и, наверное, не справился, если бы не Россия.       — Осталось дождаться, когда наш многоуважаемый староста соизволит проснуться! — закатил глаза Скотт. — Или мне стоит применить заклинание, которое точно заставит тебя это сделать, Англия?!       — Ммм, всё я слышу, Скотт. Дай немного подремать, — Англия перевернулся на спину.       Шотландия уж было схватился за палочку, однако Россия остановил его, несильно сжав запястье.       — Давай я попробую.       — Ах, ну да, я и забыл, что он по какой-то причине слушается именно тебя! — проворковал Скотт, уступая место. Он, конечно, мог только догадываться о неравнодушии брата к России, но прямых доказательств у Шотландии не имелось. Сумеют ли они появиться сейчас?! Интуиция Скотта подсказывала, что определённо! И он потирал руки в предвкушении.       — Пока ты тут дрыхнешь, Англия, мы давно сходили бы на завтрак, — сложил руки на груди Россия, явно недовольный долгим пробуждением старосты.       Удосужившись открыть один глаз, Англия тихо воззвал:       — Ну-ну, Россия, на твоего старосту вчера было возложено столько работы, и его вообще-то полагается будить по утрам поцелуем.       — Не уверен, что это правило относится к школьным. И да, перестань косить под Францию, плохо получается.       Англичанин позволил себе распахнуть и второй глаз. Кажется, последние слова сокурсника задели его, однако зная Англию, обида была больше притворной, чем настоящей.       — Хорошо, а если так…       Цепкие пальцы незамедлительно и аккуратно притянули Россию за галстук. Ещё бы чуть-чуть, и он вправду впечатался бы в лицо старосте, но, к несчастью второго, эта шалость не удалась — у России отличные рефлексы. В таком положении они только встретились взглядами, на лице Англии по-прежнему красовалась торжествующая улыбка. Эти двое могли подольше поиграть в «гляделки», если бы позади не раздалось суровое «хм».       — Мы вам случайно не мешаем?! Может, ещё прилюбите друг друга с утра пораньше?! — усмехнувшись, закатил глаза Шотландия.       — В общей спальне так некомфортно… Следует ли сообщить, чтобы вам дали отдельную комнату?! — хихикнул Северный Ирландия, видимо, возжелав позаботиться об удобстве всех четверых.       «Прекрасно, Англия! Начинать раннее утро с удовлетворения потребности во внимании в новоиспечённой должности, да ещё и столь откровенным образом, которого не наблюдалось до этого года… Что ты хочешь мне сказать своими неподобающими действиями? Я уверен, ни Шотландия, ни Ирландия не способны долго держать язык за зубами, когда дело касается чего-то личного, тех же любовных отношений, коим нужно полное уединение. Ладно, это ещё не самое страшное… Страшно будет, когда Китай узнает…» — примерно такая, с некоторыми изменениями, добавляющими масла в огонь сомнений, мысль крутилась у России в голове и во время завтрака, и по дороге к кабинету ЗОТИ, и даже уже сидя за столом. К счастью, строгий низкий голос профессора Снейпа выводил из мозга самые странные размышления, помогая настраиваться на дисциплину, чему Россия был очень благодарен, особенно сейчас.       — Насколько я помню, пятый курс заканчивается сдачей экзамена СОВ. Он покажет, каких результатов вы добились в течение этих лет. Рассчитываю, что вы воспримете мои слова серьёзно, а не как предыдущие волшебники, и начнёте готовиться уже сейчас, особенно эта информация полезна тем, кто планирует продолжить обучение на шестом курсе.       Снейп важно расхаживал вперёд-назад между рядами, не давая сосредотачиваться ни на чём, кроме его речи. Россия решил для себя, что сдать все предметы на высокую оценку было бы замечательно, или «выше ожидаемого» по какому-нибудь одному, желательно, трансфигурации, с которой не получилось завязать крепкую дружбу, в отличие от зельеварения. Спасибо профессору Слизнорту за предупреждение о перемещении его занятия на послеобеденное время. Кто-то очень хорошо вчера отметил возвращение в Хогвартс.       Практика нового защитного заклинания некоторым удалась на славу, например, Англии. Снейп давно перестал удивляться его успехам. С таким-то явным стремлением к познанию тёмных искусств всё будет получаться с первого раза. Заслуженные десять очков Слизерину! И столько же Гриффиндору! Пускай не идеально, но Китай справился с задачей.       — Ох, не знал, что к статусу старосты факультета прибавляется статус любимчика Снейпа, — злобно посетовал Шотландия, выходя из кабинета.       — Ты тоже можешь стать выше в глазах профессора, Скотт, — подмигнул Англия и поспешно ретировался, будто совершив преступление, в только ему известном направлении.       Северный Ирландия и Шотландия, пока время позволяло, решили проведать эльфов на кухне, заодно стащив что-нибудь съестное, однако сначала надо где-нибудь поймать знакомого пуффендуйца. Россия, добровольно отказавшийся от этой затеи, дождался Китая, которого очень не хотел отпускать Индия.       — А когда я ещё не был старостой Гриффиндора, ты высказывался «за» мои встречи с Россией. Что, теперь боишься потерять?! Не волнуйся, надолго не пропаду.       Индия проводил пару задумчивым, мягким взглядом. Чувство беспокойства уступило расслаблению, когда они наконец скрылись за углом.       У зарождающихся отношений всё должно идти неспешно. Индия понимал это, с одной стороны, но с другой, у Китая чувство симпатии к какому-то там слизеринцу с именем Россия возникло почти под конец прошлого учебного года. И виделись они всего раз или два. Чем все эти «свидания» заканчивались, можно было только догадываться. Китай не любил вдаваться в подробности, а вот у Индии в голове всплывала иногда очень уж романтичная картина, которая, к его сожалению, не соответствовала реальности.

***

      — Никогда не задавал этот вопрос, но сделаю это сейчас. Почему место наших встреч всегда именно здесь? — Китай посмотрел по сторонам, прежде чем остановить взгляд на России.       — Тут обычно никого не бывает, кроме Филча — он есть везде, когда надо и не надо. Однако в Выручай-комнату так просто не попадёшь!       — Ты часто бываешь здесь? Я слышал, что Выручай-комната открывается только в том случае, если волшебнику необходима помощь.       — Знаю, но она для меня почти как родной дом, — подмигнул Россия. — Ежели не обязательно было спать в нашем тёмном подвале, я остался бы здесь с удовольствием. Как видишь, я неплохо освоился в комнате! Использую её пространство по назначению — делаю домашние задания по зельеварению, теорию по заклинаниям почитываю, после практикуюсь на своих с факультета, что забавляет!       Россия выудил с полки книгу по зельям. Пригодится сегодня.       — Да, место и вправду замечательное… Для твоей учёбы, но не для наших свиданий и разговоров по душам.       — Почему?.. По-моему, лучше места не найти.       — Если я скажу, что оно есть?       Столь загадочный вопрос, похожий, скорее, на утверждение, Россию удивил и немного заинтересовал.       — И где же?       Китай, всё ещё не доверяя возможностям Выручай-комнаты, наклонился к России и шепнул на ушко лишь два слова.       — Только сомневаюсь, что нам повезёт… Кстати, какие планы на будущее? — говорить толком не о чем, но Китай старался, чтобы Россия не заскучал в его присутствии.       — Продолжить обучение в Хогвартсе после пятого курса, если сдам СОВ.       Сердце Китая переполнилось счастьем от одной, самой главной фразы. Именно это он хотел услышать!       — Задавая цель остаться до конца седьмого курса, ты не можешь не сдать СОВ! Тем более, у тебя прекрасные магические навыки! — поддержал Китай, в глубине души стараясь совладать с эмоциями, чтобы кое-кто не заметил его детской радости.       — Хе-хе, спасибо, но в квиддич я играю более эффективно, чем готовлюсь к экзаменам.       — Не думаешь стать капитаном команды на шестом курсе? Тогда мы могли бы…       — И каким образом ты представляешь меня и ловцом, и капитаном одновременно? Идея-то замечательная, но неосуществимая.       Россия вздохнул, Китай опустил взгляд в пол, не зная, что ответить. Повисло тягостное молчание, тихую мелодию которого прерывать никто не осмеливался. А время неумолимо летело вперёд, и так больше продолжаться не может.       — Я, пожалуй, пойду, — осторожно начал Китай, — надо у мадам Пинс в библиотеке одну книгу взять почитать.       — Хорошо, иди, не буду задерживать, — спокойно ответил Россия. Его наконец достигло облегчение, но, видимо, мимолётное, так как Китай не торопился покидать пределы Выручай-комнаты, но определённое расстояние между гриффиндорцем и слизеринцем стало несколько больше.       Что движило в этот момент Китаем, он и сам бы не смог внятно объяснить. Развернувшись, он рывком очутился рядом с Россией и оставил быстрый поцелуй на его щеке.       — На прощание, — и спешно удалился прочь, чтобы Россия не подумал ничего такого.       Идя по коридору, Китай корил себя за необдуманный поступок. Теперь он не знал, как будет смотреть объекту симпатии в глаза.       Россия, отойдя от собственного шока, прикоснулся пальцем к отмеченному львиным теплом месту на правой щеке и довольно улыбнулся:       — Вот и первый поцелуй. Как славно, что именно от Китая, а не от Англии!