Молчание - знак согласия

Соник прижимает его к кафельной плитке на стене и сжимает руками его талию, страстно впиваясь губами в поцелуе. Шэдоу мнётся и неловко держит чужие руки, пытаясь избавиться от навязчивого желания оттолкнуть партнёра. — Ты такой горячий сейчас, Шэдоу. Соник вновь бросает тёмного ежа в пекло, заставляя краснеть от непрошенных и таких похабных комплиментов в его сторону. Его настырные руки лезут под чёрную футболку, сминая тёмные бока под своими пальцами. Французского поцелуя становится мало и Соник спускается ниже, броско целуя короткий мех на шее, от чего Шэдоу приходится зажимать свой рот рукой, чтобы отвлечься от порыва попросить его о большем. — Я же сказал, что я не могу, — пытается вразумить его Шэд, пока Соник пускает в ход зубы, клыком прикусывая мягкий покров на ключице друга. Плитка за спиной начинает контрастировать своим жгучим холодом на фоне разгорячённого собственного тела. Синий ёж отводит Шэдоу к раковине, подхватывая того и усаживая на гладкую поверхность, умостившись между его ног. Он смотрит с ноткой сожаления и огромным желанием вновь оказаться языком внутри рта Соника. Его изумрудного цвета зрачки так сверкают на тусклом свете несчастной лампочки общественного туалета. Они несколько секунд рассматривают лица друг друга, про себя размышляя, к чему данная встреча может привести. Соник хочет как можно скорее сплестись воедино с дорогим ему человеком, показать все свои чувства здесь и сейчас, которые так долго были заперты внутри, жаждущие свободы и выражения. Шэдоу хочет принять его полностью в ответ, поглотить своей тёмной убитой душой, которая изголодалась по светлым и тёплым чувствам, что смогут наконец пробудить в нем то естество, скрываемое годами неразделённой и отвергнутой любви. — Я спрошу только один раз, — Соник переводит дух и смотрит в глаза напротив со всей серьёзностью, — ты тоже хочешь этого? Тёмный ёж скользит взглядом по образу своего сородича и ненароком засматривается на его привлекательный внешний вид. Чуть помятая белая футболка с вычурным принтом, чёрные джинсы с гладким кожаным ремнем на строгой бляшке, слегка болтающиеся на запястье часы, сверкающие при каждом движении с разных сторон, белые подвёрнутые на запястьях перчатки, подчёркивающие утончённую длину его пальцев. В этот раз Соник не особо наряжался для него, ведь не знал, что они встретятся снова в этом новеньком заведении, в которых обычно собираются деловитые особи мужского пола и обсуждают нынешние проблемы микроэкономики в их сфере деятельности. Однако, Соника в эту обитель завело случайное знакомство с парнем, подобающим вышеописанным мужчинам. Синий ёж совершенно не вписывался в эту степь не только своим внешним видом, но и поведением, ведь он был из "простаков", желающих от жизни лишь побольше вкусной еды и путешествовать по всему миру, изучая новое. Тем не менее, Соник был уверен в себе, успешен в своём деле, привлекателен и в спросе у многих неравнодушных обаятелей. Сам Шэдоу тоже нередко сексуализировал в своей голове этот образ, удивляясь тому, как у его друга получается держаться на плаву с таким наплевательским отношением к завтрашнему дню. Ему всегда удавалось выйти сухим из воды, обернуть ситуацию в свою пользу и извлечь выгоду из любого сомнительного дела. — Да, — отвечает наконец Шэдоу, взвесив все "за" и "против". Если не сегодня, то уже никогда ему не удастся увидеть Соника в таком трепетном и блаженном состоянии. Соник же видел в нём неукротимого дикого зверя, который любит уверенность и бесстрашие перед собственной сущностью. Именно так он и вёл себя с ним, чтобы привлечь внимание и заманить в свои пленимые сети. После полученного согласия, скоростной ёж повёл рукой по чужому бедру ближе к паху, ныряя пальцами в промежность по ткани штанов. Шэдоу подался вперёд, теперь ощущая, как влажно всё это время было внутри, просачиваясь на ткань нижнего белья. Он прикусил губу и сжал пальцы на предплечье друга, стесняясь своего раскрепощенного поведения из-за прикосновений через одежду. — Соник, постой, — Шэдоу рвано выдохнул, прикрывая глаза от осознания, что его горячо любимый друг не в курсе некоторой особенности тёмного ежа, — я должен тебя предупредить, чтобы... — Я знаю. Ёж поднял распахнутые в удивлении глаза на Соника, а тот лишь хитро ухмыльнулся, понимая, к чему клонит его друг. К лицу тут же подступил жар, выдавая стыд Шэдоу с концами. Мысленно он уже живьём похоронил того, кто посмел проболтаться о его главном секрете. — Это ещё больше заводит, верно? — прошептал Соник, проводя пальцами вновь вверх-вниз, лаская пульсирующий клитор Шэдоу. Раскрытая тайна оказалась не таким страшным событием, учитывая, что его друг воспринял это не просто как что-то обыденное, но и более привлекательное в его глазах. — Чёрт, ты... — смущенный ёж опускает голову, снова принимая влажные поцелуи от синего наглеца, который продолжал улыбаться от обыгранной в свою сторону ситуации. — Я так хочу это увидеть, позволишь мне? — он продолжал шептать в область ключицы, проводя шершавым языком по меху, по мелким иголочкам, и ненароком укалываясь об них. Выступившая бусинка крови блеснула на высунутом языке, и Шэдоу тут же прильнул к нему, целуя и облизывая чужую ранку, влажно чмокая и ёрзая на пальцах снизу. — Хорошо, — кратко ответил тёмный ёж, отцепляясь от Соника и позволяя спуститься ниже. Синий ёж помог приспустить штаны с намокшими трусами, от чего Шэдоу в который раз понервничал, понимая, как откровенно это выглядит. Соник смотрит на него снизу вверх, находясь между ног и облизывая свои губы. Эта картина чётко отпечаталась в сознании тёмного ежа, вызывая ещё большее возбуждение. Стоя на коленях, Соник прошёлся поцелуями по стройным бедрам Шэдоу, слушая томные вздохи сверху. Поцелуями он постепенно примкнул к половым губам, чувствуя их влагу на своём языке. Течность этого ежа заводила ещё больше, ведь она была вызвана самим Соником. Этот факт доставлял ему особое изощрённое удовольствие. Он широко прошёлся языком по всей промежности, собирая все выделения и прилипая губами к взбухшей головке клитора, пульсирующей на кончике языка. Шэдоу бурно вздрогнул, укладывая руку на макушку ежа, слегка сжимая выпирающие иголки. От такого жеста все иголки Соника встрепенулись и по всему телу от паха прошёлся приятный будоражащий трепет, но он продолжил проводить языком по поверхности влагалища, украдкой ныряя кончиком внутрь. Шэдоу изнемогал от удовольствия, глотал воздух литрами, широко открывая рот и закатывая глаза. Этот ёж вводил его в экстаз всем своим присутствием в его жизни, на его теле, в его промежности, и заставлял содрогаться в коленях, чувствуя как Соник быстро и жёстко упирается своим языком прямо там. Он мог применять свою силу ускорения не только при беге, но и в особых случаях, например, доставляя блаженное удовольствие своему лучшему другу в процессе куннилингуса. Чем он и воспользовался, увеличивая скорость движения языка, вместе с тем пуская короткие вспышки энергии Хаоса, которая придала большей вибрации. — С-соник! — простонал Шэдоу его имя, сжимая иголки на макушке сильнее и стараясь не сдвинуть ноги вместе. — Ох, пожалуйста... Соник! Соник лишь продолжил своё дело, мысленно улыбаясь подступающему оргазму тёмного ежа. Опрокинув его назад, он навалился сверху, в ускоренном темпе двигая языком, словно включив последний режим вибро-игрушки, и обнял Шэдоу за бедра, прижимая к своей голове. Тот опёрся руками на гладкую поверхность, дабы не упасть, а также вынужденно закинул ноги на плечи, боясь задушить Соника меж своих бедер. Но эта участь ждала его в любом случае, ведь оргазм Шэдоу всегда был яркий и насыщенный, не позволяющий сдержать свои чувства внутри. Он стонал все громче и громче, до последнего сдерживая порыв потянуть Соника за иглы на голове, когда тот несколько раз подряд проводил по чувственной бусинке с особым пристрастием. Наконец, пиковое удовлетворение сладострастными ласками скоростного ежа настигло Шэдоу, побуждая сдвинуть ноги вместе, зажимая голову Соника. Ему было только в радость ощутить это прижимание бёдер Шэдоу к себе, понимая, что он всё сделал правильно и тот получил максимальное удовольствие. Отходя от дрожи после оргазма, Шэдоу приподнялся на руках, удобно усаживаясь около раковины и неловко сдвигая ноги между собой. — Ох, я не хотел... — начал оправдываться ёж, чувствуя вину за свои излишние эмоции. — Это было невероятно, дорогой, — поправляя иголки успокоил его Соник и примкнул поцелуем к Шэдоу, приобнимая за талию. В этом поцелуе Шэдоу принял все свои недостатки, заткнул внутри все свои загоны, позабыл обо всех проблемах, наступающих ему на пятки изо дня в день. Главное, что его Соник рядом, смотрит на него с прежней любовью и желанием быть вместе, как и раньше. — Послушай, — начал синий ёж, сплетая пальцы в руке Шэдоу, — я дорожу тобой и не хочу оставлять наедине с твоими проблемами. Мне не всё равно, что с тобой происходит. Я всегда помогу, ты же знаешь, — он смотрел ему в глаза и видел лишь сожаление, тревогу и боль. — Я знаю, что ты можешь, — где-то глубоко внутри него было непреодолимое стремление быть под кровом Соника, позволить укрыть себя безопасным одеялом и сразить все страшащие его невзгоды, — но я так не могу. — Пожалуйста, Шэдоу, — Соник наклонился перед ним, заглядывая точно в глаза, — я хочу быть с тобой, – он удерживал его руки в своих, крепко сжимая и подталкивая на положительный ответ. — Прости, — виновато смотрел на него Шэдоу, чувствуя все тепло и любовь, которую излучал Соник. — Я не отстану, — сказал он, спуская своего друга с холодной поверхности и помогая прибраться за собой и одеться. Когда они покончили с мокрыми пятнами на раковине и трусами Шэдоу, Соник схватил его за руку, не давая уйти сразу, притянул в свои объятия и вновь смотрел в бордово-карие глаза, любуясь их мерцанием на свету. Если бы этих двоих рисовали в какой-нибудь романтичной манхве, то в глазах Соника можно было бы увидеть блики в форме сердечек, направленных на тёмного ежа напротив. Стоя вот так, посреди туалета в обнимку с ежом своей мечты, Соник вдруг впервые ощутил настоящее счастье, которое так долго искал среди всего сущного в жизни. — Я люблю тебя, — прошептал синий ёж, ни на секунду не отводя глаз от Шэдоу, который смущённо промолчал, лишь прижимаясь к нему в более крепкие объятия. Про себя он уже давно ответил, что тоже любит его, но всё ещё не может найти в себе силы сказать это вслух.