Разврат, скандалы и немного документооборота

Министерство сегодня напоминало гарнизон, ожидающий прибытия генерала. Тот самый момент, когда все одновременно бегают и стоят смирно. В руках пергаменты с отчетами, которые держат наготове, в туалете слышны заклинания для глажки мантии и кто-то тренирует произношение слова «приоритетизация» вслух. После обеда должно было начаться главное и, к счастью, последнее в этом квартале совещание с участием самого Министра с его легендарной способностью вежливо попросить человека объяснить свою позицию так, что тому хотелось уйти в отставку прямо посреди фразы. Этим утром самым мирным местом оказалась ботаническая лаборатория. Я разглядывала образцы бутонов, пока стажёры под руководством Невилла готовили демонстрацию для комиссии. Деннис возился у длинной полки с реагирующими на эмоции ростками, и его лицо выражало одновременно сосредоточенность и абсолютную растерянность. Невилл подошёл ближе, наклонился и, полушёпотом, но с серьёзностью лектора, произнёс: — Он откроется только если чувствует искреннее внимание. Деннис вздрогнул, резко отдёрнулся, потерял равновесие и впечатался плечом в горшок с колючим дурозилом. — Ты в порядке? — Невилл сразу подался вперёд, явно обеспокоенный. — Да. Просто… — Деннис покраснел до корней волос. — Растение, кажется, почувствовало слишком искреннее внимание. Невилл рассмеялся, и даже дурозил слегка шевельнулся, как будто одобрил. Некоторые существа распускаются от внимания, другие выпускают шипы. Главное не перепутать, кого стоит погладить. — Я просто должна получить должность помощника Кингсли, — сообщила Лаванда, ковыряя салат так, будто надеялась, что под слоем огурцов спрятан чизкейк. — У меня и опыт, и рекомендации, и дополнительный курс по административной магии. Если честно, я не знаю, кто может быть лучше. — Угу, — сказала Падма. — Звучит… солидно, — кивнула Парвати и быстро отпила воды. Сестры переглянулись очень-очень быстро. — Я не могу смотреть, как ты мучаешься с этим салатом, — вздохнула Чжоу. — Это не еда, это хрустящая форма самонаказания. — После каникул у Молли я набрала столько, что платье на приём на меня налазит с трудом, — ответила Лаванда. — А я хочу, чтобы на приёме меня обсуждали с завистью, а не с комментарием "ставим галлеоны: жирная или беременная", особенно если наше колдо с Роном снова попадёт в Пророк. — А я потратила на платье всю премию, — мечтательно произнесла Парвати, — и на бельё тоже. И рассчитываю, что первое подтолкнёт Денниса посмотреть на второе. Все дружно захихикали. Иногда кажется, что за столом сидят феи, щебечущие о платьях и салатах. Но если приглядеться, у каждой под крылышками стратегический план и точка на горизонте, к которой она идёт с упорством локомотива. Главный зал совещаний гудел: люди переговаривались вполголоса, листали бумаги, уточняли что-то у коллег, которые ничего не знали, но кивали уверенно. Но стоило Кингсли войти, как в помещении воцарилась тишина с отчётливым привкусом тревоги. — Итак, сегодня нам предстоит подвести итоги квартала, — произнёс он с интонацией, которая одновременно вдохновляла и напоминала приговор. — Это не только отчёты, но и отражение того, кто мы есть как Министерство. Надеюсь, вы подготовились. Папки зашелестели, начальники отделов одновременно усомнились в своих цифрах, формулировках и смысле существования. Почти час спустя, опросив всех, кто мог отчитаться хоть в чём-то кроме выгорания, Кингсли повернулся к Гермионе. — Грейнджер, отдел стандартов. Всё ли улажено с отделом Зельеварения? Можем закрыть квартал? Гермиона выпрямилась с достоинством сфинкса, скользнула ледяным взглядом по Малфою и чётко произнесла: — Да, сэр. Отдел устранил все… допущенные пробелы. Можно даже сказать, что наше сотрудничество наконец-то можно назвать плодотворным. Малфой на мгновение перестал делать вид, что читает таблицу, и застыл, будто кто-то наложил на него Остолбеней. Блейз усмехнулся с ленивым удовольствием человека, у которого есть компромат и аппетит к драме. Кингсли коротко хмыкнул. — Прекрасно, рад узнать, что вы наконец сработались. Тогда перейдём к финальным назначениям. — Он перелистнул страницу. — Позиция личного помощника Министра остаётся ключевой. Мы рассматривали ряд кандидатов… Лаванда перестала дышать и сжала подол юбки. — …и сегодня я рад сообщить, что эту роль займёт Падма Патил. Юбка получила свободу, но поворот головы в сторону подруги был слишком быстрым, чтобы быть дружелюбным. — Ну… справедливо, — сказала Чжоу после паузы. — Она всегда вовремя сдаёт отчёты. — И умеет работать с руководством, — добавила Парвати с идеальной нейтральностью. Падма слегка кивнула, не улыбаясь. — Благодарю за доверие, — сказала она ровно. Её голос звучал безупречно профессионально и без лишнего волнения, как и без наигранной гордости. Она не посмотрела ни на Лаванду, ни на Парвати, только опустила глаза в бумаги, а потом едва заметным жестом провела пальцем по краю стола, как будто проверяла гладкость поверхности. И всё же, тем, кто был внимателен, могло показаться, что это движение было из тех, которыми люди глушат что-то гораздо громче благодарности. Кингсли продолжал: — Хочу также поблагодарить Ботанический отдел. Демонстрация с эмоциональными ростками была из лучших, что мы видели за последние годы. Особенно отмечу работу стажёров. Невилл кивнул сдержанно, но гордо. — Они были очень… внимательны. Он бросил взгляд на Денниса. Тот тут же уронил блокнот, пытался его поймать, поймал неудачно, а потом попытался изобразить, что всё так и было задумано. Парвати приподняла бровь — медленно, как мракоборец, распознающий цель. Кингсли позволил себе тень улыбки. — Последнее на сегодня. Напоминаю, что завтра на приёме будут журналисты, съёмка, официальные речи. Хочу, чтобы каждый выглядел достойно и вёл себя так, будто понимает, зачем работает в Министерстве. Он сделал паузу. — Официально квартал закрыт. Вы проделали огромную работу. Я доволен и надеюсь, что завтра вечером никто не придумает, как это опровергнуть. С этими словами он кивнул и вышел, в зале выдохнули. Бумаги начали собирать так, будто они могли защитить от последствий. Падма избегала взгляда Лаванды, Лаванда здравого смысла. Парвати смотрела на Денниса, как на задачку со звёздочкой. Драко демонстративно слушал Блейза и краем глаза следил за тем, как Гермиона покидает зал, не оборачиваясь. Иногда победа — это новая должность, иногда хорошо замаскированное разочарование, а иногда и умение собрать бумаги и отступить, прежде чем кто-то увидит твои потери.