Теория притяжения

Гену только недавно исполнилось четырнадцать лет, но он уже потерял всё. На последнем сеансе психотерапии ему диагностировали глубокую депрессию и ПТСР. Самое странное, что в тот день его просто выпнули из клиники, всучив банку таблеток и совет не мешать их с бухлом. Ему никто не мог помочь. Мать он не знал, отец давно мёртв, а маленькая сестра была убита на глазах Гена. В тот день он забирал её со школы, было холодно и тоскливо. Снег лежал белыми сугробами, людей на улицах вовсе не было. Идиллия, если так можно сказать. Но вскоре белоснежный снег окрасился красными каплями. Черноволосый парень четырнадцати лет от роду заслонял своим телом маленькую девочку. Длинное лезвие прошло через оба тела. Неизвестный скрылся, а последнее, что шепнула маленькая девочка, звучало ужасно: - Ген, я люблю тебя больше всех. Она потеряла сознание. Ген, в животе которого до сих пор был нож, делал минимальные перевязки для сестры. Он верил, что спасёт её. Адреналин и шок ударили в голову, он вытащил нож из своего тела и начал изрезать ткань. Тампонада, жгут, давящая повязка... Хоть что-то должно сработать! С темнеющими глазами он вызвал скорую и потащил сестру ближе к дороге. Голова гудела, на месте сквозной раны были реки крови, но он нёс сестру. Он не может потерять всё! Быстро остывающее тело девочки обмякло, Асагири держал её аккуратно, сам же прислонялся к стенке здания. Через пару секунд он услышал мат, крик и почувствовал прикосновение. Грубое, быстрое, но спасительное. Блондинистый мужчина чуть более 20 лет взял на руки двух резаных детей и потащил их к машине скорой помощи. Ген потерял сознание, только когда услышал имя. Такое странное для Японии... Стенли Снайдер передавал раненых в руки врачам, а потом сам сел в машину. Ему нужно удостовериться, что всё хорошо. *** Очнулся Ген в белоснежной палате. Светло. Пахнет лекарствами. - Очухался? Беспокойный голос... А точно, Стенли! - Акане, где Акане? Взгляд мужчины потемнел. - Убийца задел её печень. Она умерла ещё в переулке. Твоё же сквозное ранение не было смертельным. Глаза парня совсем потемнели. Больше он не выглядел живым. - Кто вы? - Имя моё уже знаешь, я был случайным прохожим, но по совместительству я — полковник в службе по делам несовершеннолетних. Я хочу, чтобы ты прошёл курс психотерапии. Были разговоры о том, почему они не под опекой гос-ва... - Как ты с шестилетней сестрой живёшь один? Через месяц его выставили из больницы. Бок ещё болел, но это были пустяки. Ген осмотрел бутыльки с таблетками. Его скудных познаний было достаточно, чтобы понять, где транквилизаторы, где антидепрессанты, а где снотворное. Ватными ногами парень дошёл до собственной квартиры. Зайдя внутрь, его сердце начало ныть и болеть. Маленькие ботиночки, розовая курточка, платье и амулетик. Эту штучку Акане сделала за день до своей гибели. Она тогда сказала: - Помни, что Акане любит тебя, братик. Она ещё долго-долго обнимала его. Ген взял в руки маленькую безделушку в форме сердца и склонился над ней. Швы отзывались ноющей болью, а глаза ужасно щипало от солёных слёз. Сев на диван, Ген нащупал баночки с таблетками. Первая, вторая, и на душе сразу хорошо. В голове тихо. Никаких эмоций, никаких кошек на израненной душе. Прошло несколько дней, Ген впервые подошёл к зеркалу и увидел, что его голова наполовину поседела. Инь Ян. Акане любила этот символ. Душа ныла, тошнота подкатывала к горлу. Маленькое тельце на холодном снегу. Он не спас, не помог... Дыхание сбивалось при мысли о живой девочке, которая так любила своего брата, который накрыл её своим телом. Но Ген жив, а Акане нет. Она мертва. Навсегда. Глаза уже высохли и покраснели, когда парень пошёл в комнату давно умершего отца. *** Того мальчишку Стенли не видел уже четыре дня. От него ни слуху ни духу. Снайдер переживал. Очень переживал. Он сам не знает, почему так прикипел к мальцу, пока тот восстанавливал тело после поножовщины. Часть его волос была седой ещё в больнице, что же будет, когда он вернётся домой? Наверное, его накачали успокоительным... А что потом? Стенли замер. Что потом? В голову проникали не самые позитивные мысли, но наиболее вероятные. За несколько лет работы с тяжёлыми случаями он понимал, что следует после утери одного из близких... Но Ген потерял всех. Сначала мать, потом отца, а сейчас на его глазах убили его любимую сестру. Стенли набрал экстренный номер. Трубку взяла женщина лет сорока. - Здравствуйте, Стенли, вам нужна помощь? - Срочно, адрес того парня с поножовщиной. - Случай с сестрой? - Да, да, тот. Прошло не более минуты, когда Стенли пришло СМС. Адрес! Это место было в паре километров отсюда. Снайдер резко развернулся и со всех ног побежал в сторону многоэтажного дома. 5 этаж, 6 этаж, 8 этаж, 12 этаж. Стенли постучал в квартиру из СМС. Тишина. Гробовая. Стенли прислонил ухо к двери. Щелчки. Ассоциация с щелчками была не самая позитивная. Адреналин ударил в молодую голову, и Стенли выбил дверь. Он не помнит как, он помнит только шум, когда дверь слетела с петель. Стенли пробежал пустые комнаты и увидел, как четырнадцатилетний мальчик перезаряжает магазин пистолета. Он не понимал что происходит, не обратил внимания на Снайдера. Он смотрел на пули пустыми глазами. Но самое жуткое было то, что он улыбался. Жутко, обнажая клычки. Щёлк. Щёлк Щёлк Он разряжал и заряжал магазин. Стенли смотрел не отрывая глаз, но вмешался, когда Ген засунул магазин в корпус пистолета. Пустые глаза ничего не выражали, но руки сами направили пистолет. В этот момент Стенли заломил обе руки суицидника. Слишком. Это слишком. Только в момент, когда руки больно заломали, Ген вышел из ненормального транса. Больно... Больно… Глаза Гена просветлели, и он посмотрел на Стенли. - Я..... - Поздравляю! Если бы я не вспомнил про тебя, то твои мозги расплескались бы по стенкам! Ген не помнил как, но Стенли приволок его к себе домой. С вещами. - Комната тут, делай что хочешь. Тогда Стенли закурил сигарету. - Ещё будет? Ген вопросительно указал на сигару. - О, так ты куришь? - Пару раз было, когда батёк умер. Стенли сочувствующе посмотрел на подростка и протянул пачку. Ген жил у Снайдера около двух месяцев. Контроль над приёмом препаратов, контроль над состоянием и просто поддержка. Тогда он стал заменой отца. Самые интересные фишки, которым научил Гена Стели, были карточные фокусы, мухлеж и первая книжка по психологии. Тогда эта книжка спасала Асагири от ужасных мыслей. Ген был благодарен за всё. ***** Все присутствующие получили историю в сокращении. Тут убили сестру, там я уже у Стенли. Стенли не стал дополнять такие упущенные детали, как попытка суицида, приём таблеток... Он знал, что Асагири не хочет этого. Вся история была рассказана с лёгкой улыбкой, как будто Асагири давно отпустил эту историю. Пьяные умы хорошо внимали ложь, а при этом сам Асагири был прекрасным лжецом. Только Сенку смотрел и понимал, что Ген либо лжёт, либо недоговаривает. Его ясные глаза, которые не были подёрнуты пеленой алкоголя, подмечал интересные детали. А потом записывал их в мысленный блокнот. 1. Асагири носит с собой отмычки, ножи, пистолет и что-то ещё. 2. Его сумка — часть к разгадке. 3. Он не пьянеет, только делает вид. Сенку собрал факты, но понять их не мог. Он не психолог и не сыщик. Но он понял, что с соседом нужно быть предельно аккуратным. Пьянка-гулянка закончилась, Асагири ещё шутил, помогая разносить по комнатам пьяных вдрыск школьников. Тихо, аккуратно, без лишних движений. Они рисковали. Рисковали тремя увольнениями и дохуищей отчислений. Зайдя в комнату, Ген переоделся и лёг на бок. — Спокойной ночи, Сенку-чааан! Протянул зевающий Асагири. — После твоего наборчика, который Стенли вытащил из кармашек, спать я буду с открытым глазом. — Не парься, они мне не для этого.. — Откуда у тебя разрешение на пистолет? — У меня нет пистолета, только магазин. — А зачем тебе магазин? Если пистолета нет? — Не важно, Сенку.... Ген зевнул и перевернулся. — Я спать. — Спокойной... Ночью Сенку не спал. Что же творится в голове недопсихолога... Он такой интересный, такой загадочный? Сенку не понимал, что за чувство испытывает. Это любопытство? Ген, в свою очередь, спать не собирался вообще. Надо же, вскрыли его прошлое, а потом спокойной ночи желают... Он приоткрыл один глаз и взглянул на Сенку. Тот сидел, слегка освещённый лунным светом... Такой красивый... Ген читал про это чувство... Кажется, его описывали как первая влюблённость. В книжках писали, что она случается в тринадцать-пятнадцать лет... А может ли Ген влюбиться? Он же может сказать, что влюбился во внешность?... Внутренний мир соседа он не знал. Как он может думать о влюблённости, когда почти не говорил с человеком? Слишком противоречиво. Не хочется думать об этом..