Теория притяжения

Ген проснулся довольно рано, солнце еще не встало, а будильник должен прозвенеть только через два часа. Голова кружилась, а запястья неприятно пощипывало. Ген взглянул на них и громко выругался: - Пиздец! - И не говори... Ген резко поднял глаза на говорящего. Сенку сидел с полулитровой кружкой кофе. Синяки под глазами потемнели, а кожа стала еще бледней. Он смотрел пристально, не отрываясь. - Могу ли я поинтересоваться, что произошло? - Я зашел в комнату, когда ты сидел и втыкал в стенку. Я подошел, а ты не реагировал. Пораскинув мозгами, я побежал за Стенли, а он обчистил твои карманы и связал руки. Потом нашатырь, а после пиздец! - Я что-то говорил? Ген натянул ужасно неправдоподобную улыбочку. - Да... Лицо Гена потемнело. - Про тебя...? Сенку хмыкнул. - Не знаю, ты базарил на французском, немецком и... Английском? - Твою мать! Он закрыл руками лицо и продолжил бубнить маты уже себе в ладони. – Не парься так, но советую идти к Стенли в комнату. Уж слишком он вчера злился. – Смерти моей он хочет! Ген театрально вскинул руки, а потом засмеялся. Вряд ли прям смерти... - Сенку-чан, ты сарказм понимаешь? - После слежки за спящим придурком не очень! Ген замер. В его животе затянулся тугой узел. — Ты поэтому не спал?... После кивка Ген застыл с приоткрытым ртом и открытыми глазами. — Сенку-чааан, ты не представляешь, как мне приятно! Сенку презрительно хмыкнул, отводя глаза от Гена к кружке ароматного кофе. Телефон свой ты вчера разъебал, поэтому... -- Что я сделал?!? - Прожег покрывало пеплом от сигареты, обжег руку горячим бычком, а телефон уебал об пол. Пиздец. Не то слово! Ген встал с кровати и подошел к столу. —Сенку-чан, а у нас первым химия или физика? — Химия, кстати, Уинфилд будет ооочень зол на тебя! Советую повторить соединения и неметаллы. Он тоже вчера был здесь? — Он везде, где есть Стенли. Голубки... Десять миллиардов процентов!!! Они посмеялись. Асагири встал с кровати и пошел умываться. Дальше классика! Оделся Подвел глазки Причесался. Сегодня Ген решил надеть другое хаори, красное. Пока-пока, Сенку-чаан! Ген помахал рукой и вышел из комнаты. Сенку ухмыльнулся. Теперь настало время поисков. Сначала подушка... Нет, значит... Сенку просунул руку в прорезь матраца. Пружины больно царапали руку, которая нащупывала сумку. Когда Сенку нашел сумку, он вытащил ее. Сердце неистово билось, тело била дрожь. Открыть сумку, только открыть. Сенку приоткрыл ее, затем еще, еще и еще... Содержимое странное... Подвеска-сердечко Одна пуля Две подводки для глаз Точилка для подводки Пара монет Бычки от сигарет Четыре резинки, одну из которых Ген давал Сенку Складной ножик Таблетки. Довольно много таблеток. Этикетка гласила «Сертралин», а другие были сняты. Настолько интересно? Безжизненный голос раздался из-за спины. Сенку медленно повернулся. Ген потемнел от злобы, губы его сжались в тонкую полоску. Молчишь? Решил покопаться в личном? Так я и знал, что именно тебя эта история не оставит в стороне! Обычно прямолинейный и дерзкий Сенку не мог вымолвить и слова. Он молча убежал. К кому? К Рюсую, конечно, а здесь оставаться не стоит. Ген еще долго стоял на месте, тихо роняя слезы. Человек, которому он пытался доверять, человек, которого он любил и уважал, так поступил с ним. Ком мыслей давил все сильнее. Опять! Опять будет убогое презрение, опять его будут называть слабаком! Ген упал на колени, когда содержимое сумки показалось. НЕ ЗАБЫВАЙ, НАСКОЛЬКО СЛАБ, НЕ ЗАБЫВАЙ ЧТО ТЫ НИЧТОЖИСТВО. НЕ ЗАБЫВАЙ: ТЫ НЕ СПАС НИКОГО ИЗ НИХ! ТЫ НЕ ИМЕЕШЬ ПРАВО БЫТЬ СРЕДИ НОРМАЛЬНЫХ, ОНИ БУДУТ ОТНОСИТЬСЯ К ТЕБЕ КАК К ПСИХУ. Эти слова Ген повторял как мантру. Где-то в глубине души он понимал, что это неправильно, он читал, что это не слабость, но Ген не может видеть косые взгляды. Его улыбка — проводник в хорошее будущее. Он оглянул комнату, в которой произошло осознание первой влюбленности, первая компания друзей и явно не первое предательство. Было грустно от осознания, что завтра его здесь не будет. *** Сенку бежал со всех ног, но уже не к Ксено и Стенли, а к Рюсую. — Друг, можно я у тебя поживу одну ночку? Запыхавшийся Сенку застал Рюсуя врасплох. — Присаживайся, рассказывай, что в сумке? — Ахуеешь. Рюсуй принес с кухоньки две банки светлого нефильтрованного и кальмаров. Сенку поведал всё в мельчайших подробностях. Как он нашел сумку, что нашел в сумке и рассказал про реакцию Гена. — Ты влип, браток! — Сам знаю, а делать-то что? — Могу на пару ночей тебя здесь оставить, но потом извинись перед ним. Сенку кивнул и посмотрел на свои руки. Вчера он обнимал ими Гена, а сегодня поцарапал их, совершая главную ошибку его жизни. Он предал доверие друга. Нужно извиниться... Нет, сейчас нельзя, он зол. Сенку сидел, сгорбившись, он тянул пряди у лица. Страшно. Страшно, что он все испортил. Чертово любопытство. Нельзя было лезть! Где был здравый смысл? — Рюсуй. Голос звучал хрипло, отчаянно. — Забей в гугл, что такое «Сертралин» и что прописывают вместе с ним. Рюсуй достал телефон, на поиск информации ушло не более двух минут. — Сенку... Это антидепрессант... Причем серьезный. С ним прописывают снотворное и... Успокоительные. Внутри Сенку что-то оборвалось. Все улыбки были лживые? Он знал, как работают все эти препараты. Ксено говорил. Они просто блокируют эмоции... Все то время Ген врал... Или нет? А что если он все таки был счастлив с ними? Может, он хоть раз улыбнулся искренне? Под обнадёживающие мысли Сенку закрыл глаза. Дневной сон не помешает... Так ведь? Сенку проснулся от того, что его тормошат за плечи. — Сенку! Твою мать, Сенку! Это Ксено пытался разбудить его. Когда Ишигами открыл глаза, то увидел троих. Ксено, Стенли и Рюсуй будили его. Он раскрыл слипшиеся глаза и непонимающе посмотрел на лица учителей. Стенли злой, Ксено обеспокоенный, Рюсуя отвел в сторону... Сай? Он разве был здесь? — Придурок, что произошло у вас?! Почему Ген пишет мне, что будет заезжать и писать, а потом прощается? Говори! Пока я тебя не убил! Сенку замер. Его нет в комнате?... — Он сбежал сорок минут назад, такси уехало в неизвестном направлении. Как ты это объяснишь? Ишигами округлил глаза, они не выражали ничего, кроме ужаса и отчаяния. Он как ошпаренный выбежал из комнаты Рюсуя. Их с Геном комната была не заперта, он зашел, но ничего не увидел. Его друг испарился. Он бросил взгляд на кровать. Пусто. А вчера там он обнимал Гена... На столе не осталось ни одного учебника, даже по «лженауке». Паника вязала узлы в голове. Глаза не верили. Его нет. Сенку не осознал, насколько привык к Асагири.... Упреки про отсутсвие сна, вечное ворчание про бардак... Как же пусто без него. *** Сенку не выходил из комнаты более недели. Почти не ел, только пил кофе или воду. Он сидел в одиночестве, лишь изредка общаясь по телефону с Ксено. Тяжело, очень тяжело, когда вина душит тебя без остановки