Эйль. Часть 3. Небесный скакун

                   Ши Ли готов был раствориться от ласк, коими его так щедро одаривал муженёк. Ноги предательски раздвигались, а тело вздрагивало каждый раз, стоило языку Эйля коснуться простаты или извернуться так, что становилось страшно. Тело изгибалось, а запрокинутые за голову руки судорожно цеплялись за простыню, всё сильнее и сильнее сминая её. Они и так половину ночи не отлипали друг от друга, но Эйль, впитывая в себя эмоции жены, никак не мог остановиться. К тому же жена вон не против нисколько. Не ругается, не отталкивает, не молит о пощаде. Но Эйль чувствовал, что жена с его напором не справится. Надо дать ему отдых. Поэтому, когда Ши Ли, громко застонав, отчего вся сущность Эйля пошла рябью, обильно кончил, он отстранился, улыбаясь самым счастливым существом на свете.       — Голова от тебя кругом, — выдохнул Ши Ли, ощущая тяжесть во всём теле.       — Я сам как будто пьяный, — промурчал Эйль, вытягиваясь рядом, с вселенской любовью заглядывая в изнурённое лицо жены. Изнурённое, но довольное. — Мой Ши Ли! — довольным котом муркнул Эйль, подбираясь выше. — Тебе же было хорошо? — он потёрся носом о щёку жены.       — Настолько, что даже страшно, — тихо рассмеялся Ши Ли. — Надеюсь, ты дашь мне поспать, — с надеждой протянул он.       Хмыкнув, Эйль встал, нависая над Ву. Разглядывая его карие почти чёрные глаза с узким разрезом — как же красиво радужки вспыхивали, стоило призвать знаки силы. Бритая голова. Острый подбородок. Самую малость приплюснутый нос. Красивые щёчки. Аппетитные, так и манящие их поцеловать губы. Золотые серьги-кольца в ушах — только меньше размером, чем предыдущие. Длинная тонкая шея. Мускулистое телосложение. Загорелая кожа…       — Что с тобой? — улыбнулся Ши Ли.       — Смотрел бы на тебя вечность! — сознался Эйль.       — Ты постоянно на меня смотришь, — подметил Ши Ли. Он буквально тонул в голубых широко распахнутых глазах мужа. Тонул в этом влюблённом взгляде. Тонул в любви, что дарил их обладатель. Обладатель, что неизменно заделывал светло-русые волосы в высокий небрежный хвост. Носил чёрную куртку нараспашку, чёрные штаны и кроссовки. Подрасти не подрос, всё так же оставаясь ниже жены почти на голову. Ну и не загорел и продолжал ревновать жену к каждому, кто обращал на него внимание. Ши Ли вообще недоумевал, как бороться с этими эмоциями. Никак не мог их ни подавить, ни обуздать. И с чего бы вообще ревности быть? Ни малейшего повода не даёт же! Но муж всё равно найдёт. Такой ревнивый, что просто ужас! Но несмотря на это, Ши Ли продолжал ощущать себя рядом с ним уверенным и защищённым. Такой гарантированно от чего угодно спасёт. Собой пожертвует, но спасёт.       — На тебя сколько ни смотри, всё мало будет, — Эйль завалился сбоку, укладывая голову на плечо жены. — Ты очень красивый. И такой волевой!       Будь у Ши Ли больше сил, он бы от души рассмеялся, а так просто хмыкнул: муж готов закидывать комплиментами без остановки. При этом сам от этого довольный в большей степени, чем жена. С одной стороны, приятно слушать о себе столько интересного и приятного, а с другой: перегибает палку.       — Лучше помолчи и дай мне поспать, — попросил Ши Ли, с трудом переворачиваясь, закидывая ногу на талию мужа и обвивая его голову руками, прижимаясь щекой к его макушке.       От Эйля шло волнение, что больше мешало уснуть, чем способствовало этому. Но Ши Ли привык ощущать его бурю. Привык настолько, что именно она его в итоге и убаюкала. Рассветная сила обволакивала коконом, суля защиту и вечную любовь. Она проникала в каждую клеточку тела, придавая воодушевления. Она заставляла чувствовать себя в безопасности. И заставляла улыбаться от понимания, что эта душа никуда не денется.       Просунув руку под жену, Эйль крепко его обнял. Прислушиваясь к его тихому дыханию и достаточно быстро выровнявшемуся сердцебиению, он и сам ушёл в состояние полного спокойствия, что приравнивалось ко сну. Даже с учётом того, что боевым душам сон и не нужен. Но рядом с женой хотелось почувствовать не только его взрыв эмоций, но его спокойствие. Так сладко спится. Ровно до того момента, пока не надо просыпаться.       Первым «проснулся» Эйль. Он почувствовал, что жена почти готов к пробуждению, и первым разлепил веки и предельно осторожно выбрался из-под него. Соскочив с кровати, одним мысленным порывом вернул на себя привычную одежду. Подойдя к окну двумя резкими движениями, распахнул сначала одну шторку, затем другую. Он ожидал увидеть восход собственных сил, но рассвет потонул в тяжёлых грязно-серо-жёлтых тучах, что словно предвещали конец света. Моросил мелкий противный дождь, что так и нашёптывал, что ещё немного и он превратится в ледяной ливень. Эйль помнил это ощущение. Ощущение, когда на разгорячённую после боя кожу падают массивные холодные капли. Это вызывало странные ощущения, похожие на судорогу. Такие знакомые, а между тем постепенно забывающиеся.       Эйль вернулся к кровати, заглядывая в сонное, чуть опухшее и помятое лицо жены. Такой милый после сна! Особенно если ночь была очень активной. Несмотря на то, что Ши Ли крупнее, на огромной кровати он смотрелся невообразимо маленьким и хрупким. Таким, что хотелось взять и спрятать. Спрятать от всего. От любой напасти. Но как это сделать? Как сделать?! Ведь Ши Ли в итоге выбрал путь скитальца. Почти восемь лет ему потребовалось для осознания этого. Восемь лет на то, чтобы найти своё собственное предназначение. Он не утерял связь с Храмом и наставником, но, когда понял, что его судьба не сидеть привязанным к одному месту, первым, кто его поддержал, что понятно, стал муж. И тут не совсем ясно: поддержал потому, что муж, или потому, что не хотел находиться рядом со старцем, которого продолжал веселить своим поведением, и который продолжал вызывать у него раздражение, ревность и даже злость. Эйль никак не мог успокоиться, что старец так хорошо общается с его Ши Ли. Что до остальных, то Гю До натурально расплакался, потому что лучший друг его покидал. Ли Тан и Крио, сказав «досвидос» и «больше не возвращайтесь», вернулись к изучению друг друга. Ну, у каждого свой путь. Ши Ли, несмотря на то, что муж принадлежит хаосу, всё же поддерживал его во всём, чем не могли похвастаться Ли Тан и Крио — конфликты не исчезли даже после восьми лет совместного проживания. А Гю До стал больше ныть, что тоже хочет боевую душу в напарники. Чтобы так же, как и лучший друг, отправиться путешествовать. Ведь Эйль обещал показать весь мир. Обещал жене, но Гю До тоже этого хотелось.       Родители решение Ши Ли приняли с прохладой. Они всё ещё злились на него из-за Ли Тана. Ши Ли пришлось приложить максимум усилий, чтобы сдержать ярость муженька, коий вбил себе в голову, что таких родителей надо на кол насадить. Поругались тогда знатно. Но что удивительно, Эйль в полной мере осознал свою ошибку и первым пошёл на контакт: нарвал яблок и пришёл извиняться. В своей обычной манере: бухтел как старый дед, да яблоки подсовывал. А Ши Ли же силы не использовал, поэтому яблоки очень быстро перестали помещаться в руках и раскатились по комнатке ученика монаха. Ну, Эйль же такой Эйль: и тут ворчать начал, что он пришёл, весь такой виноватый и извиняющийся, а жена его не любит. Ши Ли так и не понял, что больше всего удивило его в тот момент: что муж сумел себя побороть и пришёл первым, или же, что он осознал свою неправоту. В любом случае вышло всё как нельзя лучше. Ну, за исключением истерики мужа по поводу поведения родителей жены.       Решение к Ши Ли пришло на одной из медитаций. Последние дни перед уходом давались ему с большим трудом. В том смысле, что он не мог понять, что не так, и что с его внутренним состоянием. Спасибо мужу, что, когда Ши Ли поделился с ним переживаниями, он не стал вести себя как обычно, а также задумался. Ну, что сказать? Эйль всё же понемногу научился чувствовать эмоции жены и быстро уловил его состояние. Вот и закидал его предположениями, а потом ужаснулся собственному предложению: пойти и спросить у наставника. Пошли и спросили. И, честно говоря, наставник не то чтобы прям помог, но в купе с тем, что наговорил муж, Ши Ли решение и принял. А наставник, как только услышал решение любимого ученика, рассмеялся, сказав, что не даром он стал Проводником именно такой боевой души, как его рассветный. Ой, какой гордый Эйль тогда ходил: грудь колесом, и всем тыкал, как его Ши Ли с ним, Эйлем, повезло. Ши Ли только посмеялся с его поведения, чувствуя, как внутри растекается спокойствие — такой муж и из беды вытащит, и в приключение затянет. Не соскучишься с ним!       Поначалу окружающий мир казался Ши Ли безумным. Но Эйль заверил, что это нормально. Что мир вокруг нормален. Но не для привыкшего к иному ритму жизни Ши Ли. И он понимал, что ему придётся затратить немало времени, чтобы привыкнуть к новым реалиям. Зато муж во всём этом хаосе как рыба в воде! Вот он плюс того, что был рождён в этой стихии. Неудивительно, что он сам принадлежит хаосу. Благодаря Эйлю же они… заселились в отель. Просто Эйль за восемь лет от Крио научился кое-каким хитростям гипноза. Сказать, что Ши Ли был в тихом ужасе, значит ничего не сказать. Но… не имея денег, как он хотел заселиться хоть куда-то? А где попало Эйль отказался ночевать именно из-за жены: нечего ему по подворотням шарахаться и ночевать в притонах всяких. Его жена достоин лучшего! Даже если это что-то получено вот таким нечестным образом. Однако Ши Ли честно признался, что спать на огромной кровати с мягкими перинами, с кучей подушек и красивым балдахином куда приятнее, чем его коморка. А потом сам себя же обругал: вот они! Соблазны городов! Эйль что только пальцем у виска не покрутил — после того как выслушал тираду жены о правильном и не правильном поведении и морали в целом. Такое наговорил, что медитация казалась красочным развлечением!       НО!!!       Сраные медитации! Ши Ли от них не отказался даже здесь! Буквально вчера этим занимался! Сел в эту свою позу лотоса, глаза прикрыл и всё. Завис. А Эйль рядом с ним и так, и эдак, и в облике кота. А жена вообще никак не реагировал! Однако! После нескольких часов изображения из себя статуи, он сам полез на мужа, к его полнейшему восторгу. Нет. Серьёзно. Эйль сначала офигел, а потом на кровать его и вперёд! Ши Ли даже в какой-то момент пожалел о своём решение. Наверное, после того как кончил четвёртый раз. Или это был пятый? Там не то что тело ныло от перенапряжения, но и член с яичками. Должен же быть хоть какой-то перерыв! А муженёк как до бесплатного добрался. Оторвался по полной! Так оторвался, что жена просыпается с трудом.       — Мой Ши Ли, какие планы на сегодня? — шёпотом спросил Эйль и, вместо того чтобы стянуть с него одеяло в шёлковом под золото пододеяльнике, накрыл по самый нос, да ещё и со всех сторон подоткнул.       — Планы? — сонно хрипло пробормотал Ши Ли, не открывая глаз. Планы у него были и есть. Он решил заняться укрощением опасных аномалий. Это и есть предназначение Скитальцев. С его познаниями, да с таким мужем, грешно растрачивать силы на что-то мелкое и незначительное. Вот только есть одна небольшая проблемка: отсутствие опыта у самого Ши Ли. Но он очень многое знает в теории. Хотя и не всё. Кое-что он пережил с мужем. А кое-что знает муж ввиду своей прошлой профессии. Так и будут.       — Ну да, — так же шептал Эйль. — Или ты отдохнёшь? Мне сходить найти тебе перекус?       — Опять из этого вашего ресторана украдёшь? — поморщился Ши Ли, переворачиваясь на спину.       — Мой Ши Ли, мы без денег, что ты от меня ждёшь? — Эйль развёл руками. — Это мне еда не нужна, а ты без неё не справишься. Ну, пару недель протянешь благодаря своей силе, а потом-то?       — Я тебя понимаю, но часть меня так и орёт, что это неправильно, — вздохнул Ши Ли, потирая глаза и распахивая веки. Хорошо мужу: проснулся и уже красавчик! А самому Ши Ли придётся вставать и принимать душ. Ох уж эти странные штуки цивилизации! Тут нет столь любимого Эйлем озера, и его частая фраза «пошли купаться голышом!» стала весьма неактуальна в нынешних реалиях. Никогда бы Ши Ли не подумал, что будет скучать именно по этому. По озеру и купанию голышом.       — Ты мне скажи, чего там в тебе орёт, и я это заткну! — Эйль воинственно сжал кулаки, а от вопросительного взгляда жены нервно хихикнул и, опустив руки, невинно потупился.       — Ох, Эйль, — вздохнул Ши Ли, медленно садясь, прислушиваясь к ощущениям в теле.       — Что? — тот вопросительно выгнул брови.       — Никогда не поменяешься.       — И не собирался! Вставай! — Эйль резво подскочил с кровати и унёсся в холл, откуда прокричал: — Иди в душ, а я для тебя еду тырить!       Хлопнувшая входная дверь заставила Ши Ли тяжко вздохнуть. Что сказать? Ко многому он оказался не готов!