Что скажут люди, Джон?

«Прости, приятель. Нам, наверное, стоит перенести занятие ещё на неделю.» Джону никогда не нравилось учиться, а в особенности — у кого-то дома. Не нравилось, но это не значило, что на подобного рода сообщение от друга он отреагировал спокойно или чересчур понимающе. «опять? и что у тебя на этот раз» На улице уже во всю царствовала ночь. Глаза ужасно болели от мелькающего на минимальной яркости экрана телефона, ноги давно затекли под толстым одеялом, а духота давила на мозг неимоверно, выбивая оттуда абсолютно все подходящие к ситуации фразы и решения. Скользящие в усталости и любопытстве пальцы резво настучали новый ответ: «мне конечно тоже не в кайф к тебе домой за три пизды гонять каждый день ради какой-то геометрии, но ты это...не увлекайся у меня ж ещё экзамены, как я без тебя» Джон лениво перекатился на край кровати, издавая усталый зевок. Никогда в жизни он бы вдруг не подумал, что сам Егор Линч, его ответственный приятель-заучка и всеми любимый староста класса, когда-нибудь будет намеренно срывать их занятие. К тому же, ещё и так явно! Джон тихо прыснул от смеха, с замиранием сердца разглядывая рождающееся очередное неумелое оправдание друга. Он поморщился, когда перед глазами всплыло короткое сообщение: «У меня тоже есть дела, Джон.» — Дела у него! — Злым шёпотом он фыркнул, тут же в страхе оглядываясь, заслышав шаги матери по ту сторону двери. Очевидно, Линчу он так просто поверить не мог. И пусть знакомы они были всего ничего, — с переезда Джона в этот городок прошло около полугода — но приятеля он уже мог видеть больше, чем насквозь. Почти! Ничего не поделать, такое поведение было его любимому однокласснику не свойственно. В этом определённо стоило разобраться, ведь Джон, несмотря на всё своё внешнее равнодушие, просто так оставить ситуацию не мог, однако в то же время... «мея в сон клонит уже все пока щавтра в школе поговорим пончл» ...утро вечера мудренее. Он знал — Егорку просто так не расколоть. В подтверждение к мимолётной мысли, собеседник вяло закончил их мутный диалог: «Спокойной ночи.» — И тебе, "занятой". *** — Ну... Джо-он! — Нервно протянул Линч, набирая спешно последние строки прощания и отбрасывая смартфон куда-то в пыльный угол захламлённого учебниками стола. Спать совсем не хотелось. Яркая лампочка тепло озарила комнату искусственным светом и слабо моргнула в знак протеста. Линч растерянно бросил взгляд на шумные часы: почти час ночи не внушал ему и толики доверия к будущему утру. Потому как он, казалось, окончательно сошёл с ума. Очень даже по-настоящему, и от того нашёл решение назойливой проблемы в горах не заданных пока на дом задачек и заглушающих больную фантазию статей по литературе. Уже иссякающая ручка терялась скоростными движениями в горах следующих и следующих конспектов, а глаза то и дело в агонии первой влюблённости цеплялись за выведенное аккуратно на листках слово "писатель". — Какого чёрта. — Падая головой на мягкий стол, Линч обречённо закрыл глаза. Хотелось бы верить, что всё это — последствия скуки или выгорания. Что стоит просто отвлечься от бесполезных мыслей на нечто более воодушевляющее или, как минимум, нудное. Но странное внутренне чувство робко подсказывало, что корень проблемы таится далеко не в усталости. Шептало, что все те пробегающие за последние недели мысли в голове, воспоминания о милом личике, стоит только Линчу прикрыть глаза хотя бы на миг, не отстающий и выдающий что-то неизведанное румянец на щеках, стоит только его приятелю наклониться на уроке к его уху с просьбой или очередной колкостью... Докучали ему не просто так, а сами по себе являлись признаком страшных перемен. По ослабшему телу невольно пробежала волна неприятных мурашек. Нелепо закрывая голову руками, Линч только сильнее зажмурился, со смущением вспоминая на своих глазах шершавую ладонь приятеля и убеждаясь в последний раз в своём неутешительном диагнозе. — Но я не хочу. — Слабо отозвался он самому себе. — Что скажут люди? Его тело в тот же миг встретила лёгкая одышка. Отстраняясь в тихом осознани от стола, а после и вовсе хватаясь отчаянно за стул, в попытке устоять на ногах, охладевшую к реальности голову настигла неприятная череда воспоминаний. А после и злость. Словно все те проблемы и страхи, что Линч был готов закопать глубоко под землю прошлого, вдруг вулканом всплыли на поверхность, напоминая горько о былых школьных деньках и ужасе чувствительного к его переменам общества. В прочем, не так уж и важно, за что он удостоился тогда чести иметь статус главного терпилы класса... Вспоминать до мельчайших деталей, а после и повторять былой опыт ему не хотелось. Никогда. Может, именно поэтому он ненароком ощущал себя в опасности рядом с Джоном в последнее время? В опасности и, мать вашу, самом приятном в мире спокойствии одновременно. Вязкая решимость вперемешку с горем охватила тело Линча. Он знал — стоило просто продолжать то, что уже начал. Вести себя как обычно. И никаких проблем. *** Избегание никогда не казалось ему выходом из ситуации, однако, от чего-то, сегодня ноги сами несли его прямиком из класса, стоило только знакомой кудрявой макушке переступить его порог. — О, Линч, привет... Слабо донёсся голос чуть поодаль, а после, с еле слышимым больным выкриком скрылся в дали бушующего коридора. Ещё, казалось, ни разу за свою жизнь Егор не бежал так быстро. Резво огибая проходящих мимо, он даже не замечал толком, как сталкивался ненароком с кем-то, но грубо от них отстраняясь, продолжал следовать нестабильному маршруту. Сердце сжалось в приступе боли, от чего староста всё же решил сбавить темп и оглянуться по сторонам. А наконец отдышавшись, в тот же миг слабо опешил, замечая себя посреди широкой лестницы. В голове стало совсем пусто. Оглушающий до боли звонок стал в груди реанимацией. — Что это, мать вашу, было? Я сейчас... Джона испугался? — Прошептал он, не замечая вовсе, как внезапно рассеялись люди вокруг. Нервно кусая губы, Линч с ужасом подметил, что теперь всё стало только хуже. Болезнь бессмысленной паники распространялась по телу стремительнее, чем он мог предполагать, и от того, оперевшись спиной о пыльные перила, более его не волновал ни урок, ни чёртовы задачки, какими он занимал свою голову ежедневно, лишь бы только отвлечься от навязчивых мыслей и ночных иллюзий. Неужели, тихо думалось Егору, я и в правду люблю Джона? Было сложно действительно поверить. Щёки покрылись лёгким румянцем, не предвещающем ничего хорошего. Разглядывая плывущий перед глазами ледяной бетон, с головы до ног его окатил яркий стыд. Лестничная клетка холодно молчала в унисон его тихой скорби. — Это... Что же обо мне могут подумать, если узнают? — Показалось на миг, что вопрос был задан не им самим, а от отдавшегося эхом "узнают", ему попросту захотелось исчезнуть. Мог бы он признаться честно хоть кому-то, но эта мысль преследовала его далеко не впервые. И от того стало даже больнее. Ведь в глубине души он никогда себя не ненавидел и принимал любые новые стороны своей (и, бывало чужой) личности. Но ненавидели все остальные. Пока лишь только в теории, однако шишек за жизнь ему, казалось, пока что достаточно вполне. Сам не заметил, как начал строить свою жизнь, слепо избегая чужих упрёков и осуждений. Но именно в Джоне, от чего-то, он не сомневался. Мнимо его всегда преследовала догадка, что этот парень такой же, как и он. Только ему он хотел довериться. Только его откровения Линч мог бы выслушать и понять. Он обессиленно закрыл глаза. Замалчивать вредно, а признаться — больно. Громкий голос за спиной током вцепился в расшатанные нервы Линча: — А я думал, ты у медика! Знакомый голос того, чьё имя ежедневно звучит у него в голове приятным фоном. Прямо сейчас улыбчиво раздавался снизу, сопровождаясь громким приближающимся топотом. — Джон?! — Хватаясь мимолётно за сердце, растаял Линч. — Урок же ещё... Ты прогулял? — Без тебя мне нечего там делать. — Запросто отозвался Джон, падая рядом с Егором и незаинтересованно разглядывая потолок. — А-а... — И в горле ком. Настороженное спокойствие растеклось по груди безответственного старосты, стоило только ладони Джона упасть на его плечо. — Знаешь, я как-то не очень люблю томить. — Чуть нервно начал он, сжимая ладонь крепче. — Что с тобой творится в последнее время? Линч? Сердце забилось быстрее то ли от страха, то ли от неожиданного прилива заботы со стороны одноклассника. Линч хотел быть честным, но привычный груз соответствия всё ещё давил неимоверно и жалко. Рвано вздыхая, он аккуратно схватился за руку Джона. — Ты прав. Прости меня за это. — Поглаживая ту большим пальцем, начал он. Глаза то и дело бегали, скрываясь от внимательного взгляда друга. — Здесь не я от молчания страдаю, — Строго отрезал в ответ Джон. — нахрена ты извиняешься? — Прости... То есть! Просто! — Спохватился Линч несколько неловко. Удивительно, но много времени ему не понадобилось, чтобы вдруг решиться. — Просто мне страшно... — Уже тише он выдавил из себя эти слова. — Что обо мне подумают люди, понимаешь? — А что они подумают? Линч хотел было уже ответить, однако в миг понимая, внезапно столкнул свой строгий взгляд с парой наивно моргающих глаз Джона. С губ того скатился лёгкий смешок: — Ладно, дошло! — Он легко поднял руки вверх, растекаясь в невинной улыбке. И возвращая тёплую ладонь на чужое плечо, вдруг задумчиво отвёл взгляд куда-то в угол. — Даже не знаю, приятель. — Протянул он мечтательно. — На твоём месте, я бы с первых же сомнений наплевал на их мнение! Это гордое возражение, мягко говоря, Линча поразило. Несколько нервно теребя края белоснежной рубашки, он виновато отвёл взгляд. — Нет, ну я понимаю, конечно, что для тебя это сложно! — Спохватился Джон, отчаянно стараясь вернуть зрительный контакт с приятелем и размахивая руками. — Но ты на меня посмотри! — Он шутливо ухмыльнулся и поднял голову вверх. — И бери пример! — Не думаю, что это хорошая идея. — Рассмеялся Линч, мимолётно примечая, а после и примерзая намертво к весёлому лицу приятеля. — Потому что это ужасная идея. — Легкомысленно кивнул Джон в ответ. — Но ведь станет легче? — Определённо. Теперь Линч даже не скрывал своего влюблённого взгляда от собеседника. Неуверенно хмурясь и глупо улыбаясь одновременно, он повернулся к приятелю, становясь ближе на полшага. А Джон не сводил глаз с него. В ответ на подобный прорыв, лишь провёл ладонью вниз, сцепляя их пальцы и уже тише спросил: — Уже хочешь опробовать мой совет на практике? — Сам уже отчаянно прятал накатившее смущение за хитрым взглядом вбок. — И почему я не удивлён? — Мягко вздохнул Линч, на миг вздрагивая от неожиданности. Может, потому, что рядом с Джоном ему действительно было плевать на всё? Теперь да. Сомневаясь всего секунду, Егор его поцеловал. Совсем немного задержался около чужих губ, однако каково было его удивление, когда при новом взгляде на приятеля, на лице того отразилось нечто большее, чем молчаливая взаимность. Линч не выдержал: — Джон, мне кажется, я люблю тебя. На подобную искренность тот лишь слабо ухмыльнулся: — Да ну, гонишь!