Лабиринт Минотавра

      Длинный спуск в подвал по скрипучим ступеням кажется бесконечным. Воздух пропитан гнилостным запахом плесени и чего-то гораздо худшего — сладковато-тухлого. Старший инспектор Ким и детектив-следователь Ли Хёнсу двигаются медленно, фонарики в их руках подрагивают от напряжения, выхватывая из тьмы силуэты ржавых труб и обломков оборудования. Где-то в глубине слышится едва различимый скрип. Они останавливаются перед дверью в помещение когда-то бывшее котельной. Ким резко толкает её. Внутри — пространство, залитое мраком. Ли направляет луч света на центр комнаты.       Тело сидит, прикованное к стулу цепями. Его полностью покрывает гипс, треснувший в районе груди. Казалось, он замурован в камень, как мумия, застывшая в вечном страдании. Ли делает шаг вперед, и его фонарик следует за его движениями. Зеркало лежит рядом с телом, разбитое, но отражающее труп. На его поверхности кровью выведено: «Психопат». — Новый уровень театральности. Или он сам себя так назвал? — негодует Джунхо. — Нет… Я думаю это обвинение. — произносит, подрагивая от осознания, Хёнсу       Луч света Кима перемещается к дальнему углу. Две фигурки уробороса стоят на бочках, змеи, кусающие свой хвост. Металлические, но покрытые ржавчиной, будто их выкопали из земли.       Джунхо поднимает одну бровь и смотрит на Хёнсу будто ему повластно понять больные намеки этого ублюдка: — В первый раз было одна. Теперь две. Что это значит? Ли на всякий случай гуглит, разочарованно фыркает и заключает: — В мифах это символ цикла. Нет упоминаний о значении количества. Здесь… Может, это намек на пары? Мы уже были уверены, что эти странные религиозные убийства связаны… — Ли не успевает продолжить свою мысль, как оказывается прерван инспектором. — Однако это второе повторение Modus operandi. Думаю теперь уже нет никаких сомнений, что это не просто единичные убийства. Они планируют продолжать в своих манерах       Ким кивает своим же словам, а его взгляд задерживается на гипсовом покрове . Он достает перчатки и осторожно проводит пальцем по трещинам. — Гипс. Похож по виду на тот, что использовался при убийстве Судьи Пак… Вызывай криминалистов, пусть они здесь каждую пылинку осмотрят.

***

      Он судорожно ловит воздух, лицо искажено от боли. Слезы смешиваются с потными прядями волос, прилипающими ко лбу. Берет ведро с гипсом, но руки не слушаются — белая масса проливается на пол, оставляя следы. Покрывая тело, он давит с такой силой, будто хочет раздавить не только плоть трупа, но и воспоминания о его голосе, о лживых речах о справедливости.       Он берет зеркало, пишет надпись заранее подготовленной кровью и кладет фигурки уробороса на бочки.       Джисон шепчет себе под нос: — Ты чувствовал себя богом… А был обыкновенным монстром.