Четыре способа убить систему

Вилли Джоркес был шестнадцатилетним студентом академии Шармбатон — обычным парнем с хорошей успеваемостью. Его привлекательная внешность бросалась в глаза: худое лицо с тонкими чертами, русые волнистые волосы средней длины и особенно — большие выразительные глаза разного цвета: левый зелёный, правый голубой. Его стиль одежды представлял собой странную смесь строгого академического и уличного.

Вилли остался сиротой в раннем детстве при трагических обстоятельствах. Его родители-экспериментаторы погибли вместе с младшим братом во время неудачного опыта. Шестилетний мальчик, вернувшись домой, обнаружил всю свою семью мёртвой. С тех пор он жил под опекой Филиппа — друга родителей, который научил его искусству зельеварения и привил любовь к этому занятию. Летние каникулы Вилли проводил в интернате.

Друзей у него не было, но это был его сознательный выбор — он предпочитал одиночество. Его пронзительный взгляд заставлял многих невольно отводить глаза.

Несмотря на внимание со стороны девушек, после первых неудачных отношений Вилли перестал подпускать кого-либо слишком близко. Когда после пятого курса он вернулся на знакомую улицу, его встретило лишь пепелище на месте интерната — единственного дома, который он знал. Десять минут он стоял неподвижно, ощущая, как почва уходит из-под ног, бессмысленно вглядываясь в чёрные развалины.

— Вилли, ты уже здесь, — раздался за спиной знакомый голос.

Парень вздрогнул всем телом, резко обернувшись.

— Филипп... Что здесь произошло? — голос его дрогнул.

— Умышленный поджог, — мужчина потупил взгляд.

— Никто... не пострадал?

— Нет. Все успели эвакуироваться.

— Это главное. Но... — Вилли беспомощно развёл руками, — что мне теперь делать?

— Ты уезжаешь из этой страны, мальчик мой... — Филипп мягко улыбнулся, положив руку на его плечо.

— Что?.. Куда? — Вилли почувствовал, как сжимается горло. — Это был мой дом...

— Вилли, — Филипп тяжело вздохнул, — последний раз, когда у тебя был настоящий дом, тебе было всего шесть. Ты и сам понимаешь — здесь тебя ничего не держит.

— Но...

— Ты отправишься в школу с углублённым курсом зельеварения и травологии. Ты ведь учил английский, если я не ошибаюсь?

— Да. Значит, я буду жить в Англии? — Вилли приподнял брови. — Там вроде школа Хогвартс?

— Именно. Прекрасная школа, прекрасный директор... Я всё уже устроил.

— Мы... больше не увидимся? — растерянно спросил Вилли.

— Вряд ли. Но знай — моя дверь всегда открыта, если захочешь навестить старого друга. Ты будешь жить не в интернате, а в общежитии. Думаю, ты уже достаточно взрослый, чтобы обходиться без воспитателей... Пойдём на вокзал. Твой поезд скоро отходит.

— Спасибо, Филипп.

— Не за что. — Мужчина потупил взгляд. — Всё равно я до конца дней буду чувствовать вину за то, что ты остался один.

— Это не твоя вина.

— Это был наш общий эксперимент с твоими родителями. Тот, кто выжил... обречён носить эту тяжесть. Но я надеюсь, что хотя бы помог тебе стать хорошим человеком. Это меньшее, что я мог для них сделать.

* * *

Вилли не слишком полюбил Англию. Хотя стояло лето, солнце показывалось редко — почти каждый день небо затягивали серые тучи, а в воздухе висела прохладная сырость. Его комната в общежитии казалась особенно мрачной, и он старался проводить там как можно меньше времени. Вскоре он устроился в ближайшую маггловскую больницу, где дни напролет ухаживал за пациентами. Эта работа помогала отвлечься от тяжёлых мыслей и хоть ненадолго забыть об одиночестве.

Наконец наступило первое сентября. Вилли добрался до вокзала Кингс-Кросс, прошёл сквозь волшебный барьер и замер на мгновение, осматриваясь. Платформа кипела жизнью — повсюду толпились студенты, громко переговаривались, смеялись, обнимались при встрече. Его чуть не сбила с ног какая-то девчонка, которая бежала навстречу к друзьям. Вилли лишь задумчиво улыбнулся, взглянул на алый паровоз и направился к вагону.

Заняв пустое купе, он устроился у окна и достал плеер с наушниками. Однако одиночество длилось недолго — в купе вошли три симпатичные девушки.

— Привет, — улыбнулась одна из них. — Что-то не помню, с какого ты курса... Можно к тебе? Мы опять не успели найти свободное место. Я Алиса.

— Привет. Конечно, проходите, — мягко ответил Вилли, внимательно разглядывая девушку.

— Я Лили, — представилась рыжая девушка, — а это Марлин. Как тебя зовут?

— Вилли. Очень приятно, — кивнул он, слегка откинув волнистые волосы со лба.

— Так с какого ты факультета? Это вагон Гриффиндора, но я тебя что-то не припоминаю... — прищурилась Марлин, изучая его лицо.

— Пока не знаю, но надеюсь на Когтевран, — спокойно ответил парень, его разноцветные глаза спокойно встретились с её взглядом.

— О, ты новенький! Как интересно! — лицо Алисы озарилось улыбкой. — Мы все из Гриффиндора. А сколько тебе лет?

— Шестнадцать.

— Всего на год старше нас, — заметила Лили.

— Какие... необычные у тебя глаза, — Марлин непроизвольно поёжилась.

— Как ты тактична, — закатила глаза Лили. — Круто выглядят его глаза.

— Да, люди обычно делятся на два типа, — усмехнулся Вилли. — Те, кому нравятся мои глаза, и те, кого они пугают.

— Мне нравятся! Ты из Франции, да? — перевела тему Алиса. — По акценту слышно. Значит, Шармбатон?

— Да, — коротко кивнул он.

— Так, ладно, — Марлин нетерпеливо перекрестила ноги. — Ты пока никого тут не знаешь, так что я спокойно могу пожаловаться в твоем присутствии.

— Что опять такое? — закатила глаза Лили.

— Сириус! — Марлин яростно сжала кулаки. — Он даже не удостоил меня взгляда! Чем я хуже его драгоценной Дианы? Она надменная сука! Она...

— Марлин! — Лили резко перебила, понизив голос. — Сколько можно? Забудь уже о нем! Блэк неисправимый урод, который замечает людей только тогда, когда они ему полезны! Он носится только со своим Поттером, а остальные для него — просто фон. Я же говорила тебе это миллион раз!

Вилли немного последил за их диалогом, усмехнулся и надел наушники. Дорога казалась бесконечной.

За тонкой перегородкой Мародеры вовсю делились летними впечатлениями. Загорелые и вымотанные, они тем не менее светились от счастья — последняя неделя каникул выдалась особенно насыщенной.

Джеймс с Эммой все-таки провели остаток лета вместе (после того как Андромеда утащила Сириуса к себе), а теперь едва держались на ногах. Киномарафоны, ночные купания в реке, бесконечные карточные игры — они выжимали из последних дней лета все. И теперь расплачивались сонными лицами.

Сириус с Ремусом тщетно пытались растормошить сонных друзей, когда дверь купе внезапно распахнулась, впуская Диану и Джейка.

— О! Привет, — радостно помахал Сириус, вставая с места.

— Привет, — Диана мягко улыбнулась в ответ и, сделав шаг вперед, быстро коснулась губами его губ. — Мы так давно не виделись! Как прошли каникулы?

— На удивление хорошо, — пожал плечами Сириус.

— А что с Эммой? — Джейк приподнял брови, опускаясь на сиденье рядом с полуспящей девушкой. — Эй, мы же два месяца не виделись... Просыпайся уже!

— Отвали, — буркнул Джеймс сквозь сон, отмахиваясь от него.

— Они устроили марафон «Терминатора» в последнюю ночь каникул, — пояснил Ремус, дружелюбно пожимая Джейку руку. — Но мы тебе рады.

— Очень рады, — кивнул Сириус, не сводя с парня пристального взгляда.

— Так... — Эмма с трудом приподнялась, потирая покрасневшие глаза. — Мне срочно нужен энергетик... О! Джейк, Диана, привет...

Нехотя обняв обоих, она вскрыла жестяную банку и принялась пить залпом. Затем протянула напиток Джеймсу, который тут же перехватил её.

Джейк и Диана наперебой рассказывали что-то о лете... А Эмма лишь сонно переводила взгляд с Сириуса на Джейка и обратно. С ужасом осознавая, что даже от тех слабых чувств к Джейку, что были до каникул, теперь не осталось и следа. Потом бросила взгляд на Сириуса, к которому прижалась Диана, и залипла. Пятый год она видела его почти каждый день. И никогда... никогда ничего подобного не чувствовала. Он был лучшим из друзей. Самым преданным. Но почему же сейчас сердце колотилось так бешено?

— Джейк, — резко сказала Эмма, поднимаясь с места. — Пойдем-ка выйдем.

— Браун, потерпи до Хогвартса, там трахаться удобнее, — скорчил гримасу Джеймс.

— О боже, — передернула плечами Эмма. — Поттер, если выучил новое слово, не надо вставлять его неуместно.

— Очень смешно, — закатил глаза Джеймс.

— Пошли уже, — усмехнулся Джейк.

Они вышли в тамбур, и едва дверь купе захлопнулась, как Джеймс резко выпрямился во весь рост.

— Ты куда? — настороженно спросил Сириус.

— Пойду найду Эванс, — с вдохновением объявил Джеймс.

— Ди, подожди нас тут, — вздохнул Сириус. — Его одного отпускать нельзя... Либо его убьют, либо я пропущу драку!

— Я вас тоже тут подожду, — покачал головой Ремус, не отрываясь от книги.

Джеймс с Сириусом вышли в коридор и тут же заметили Лили в соседнем купе.

— Как я выгляжу? — нервно спросил Джеймс, закусывая губу.

— Как маньяк-преследователь, а что? — невозмутимо ответил Сириус. — Пойдем уже.

Они распахнули дверь.

— Эванс, привет! — радостно воскликнул Джеймс.

— О нет... — Лили закатила глаза.

— А это ещё кто? — угрожающе протянул Джеймс, заметив незнакомого парня у окна.

Он моментально изменился в лице, пальцы сжались в кулаки, а брови сдвинулись.

— Только этого не хватало! — Сириус схватил друга за руку. — Чувак, беги!

Вилли медленно снял наушники и поднял глаза на вошедших.

— Он к тебе подкатывал, Эванс? — Джеймс сузил глаза, напрягая плечи.

— Ты совсем уже? — Лили вскочила со своего места, её рыжие волосы рассыпались по плечам.

— Мы с ним только познакомились, — усмехнулась Марлин. — Это Вилли, новенький из Шармбатона. Поттер, куда ты свои последние мозги дел за лето?

— Ты делаешь ему комплимент, — скривился Сириус. — При виде Эванс его голова всегда пуста... Он резко повернулся к Вилли и протянул руку: — Я Сириус. Чувак, если хочешь жить, пересядь от этой надменной рыжей леди...

— Спасибо за совет, — Вилли усмехнулся, уже приподнимаясь с места.

Но тут Лили резко остановила его за руку. Казалось, что в этот момент сердце замерло у всего купе.

— Ты никуда не пойдёшь, — её голос звучал жестко.

Она медленно поднялась, её зелёные глаза горели. Шаг за шагом она приближалась к Джеймсу, пока не оказалась в сантиметре от его лица.

— Ты... — она говорила вкрадчиво. — Ты уже достал меня... Я буду сидеть с Вилли, потому что мне так хочется. Если захочу — возьму его за руку. Если захочу — поцелую. И ты ничего не сможешь сделать. Ни мне. Ни ему. Она сделала паузу, её голос дрогнул: — Потому что это моя жизнь! Потому что мне наплевать на твоё мнение! На тебя! И знаешь что? Я тебя уже ненавижу!!!

Последние слова повисли в воздухе, словно заклятие. Даже Сириус замер, его обычно насмешливый взгляд стал по-настоящему удивлённым.

— Как-то быстро испарились твои мечты о семейной жизни, да, Поттер? — медленно проговорил он. — Эванс, ты такая злая... Он к тебе со всей душой!

— Откуда душа? — Лили скривила губы, намеренно устраиваясь ближе к Вилли.

— Ты жестока, — удивленно сказал Вилли.

— Ты просто его не знаешь, — отмахнулась Лили, скрестив руки на груди.

— Знаешь что, Эванс? — Джеймс прищурился, его голос внезапно стал спокойным. — Ты... Ты даже не представляешь, от чего отказываешься! Вместо того чтобы гнать меня третий год подряд, могла бы просто дать шанс! Сходить хоть на одно свидание!

— Да очнись уже, Поттер! Этого никогда не случится! — крикнула Лили, краснея от злости.

— Сильнее на тебя только Браун орала, — задумчиво заметил Сириус. — Поттер, мы уходим.

— Нет!

— Да, — твёрдо сказал Сириус, хватая друга за плечи и разворачивая к выходу. — Я пока ещё сильнее тебя. И умнее... Он обернулся к Вилли: — Рад был познакомиться! Надеюсь, тебя распределят в Гриффиндор — у нас весело...

— Я вижу... — Вилли ошарашенно кивнул, провожая их взглядом.

В тамбуре Джеймс и Сириус буквально лоб в лоб столкнулись с Эммой, возвращавшейся в купе.

— Где вас носило? — беспечно спросила она, следуя за друзьями внутрь.

— Мы получали от Эванс, — Сириус махнул рукой, опускаясь рядом с Дианой.

— Весь вагон слышал, — поднял глаза от книги Ремус. — Так кто этот Вилли, с которым Лили собиралась целоваться?

— Какого хуя я такое пропустила!? — Эмма в ужасе прикрыла рот руками.

— Новенький из Шармбатона, — вздохнул Сириус. — И мне его искренне жаль.

— Ты мне вообще друг? — Джеймс обиженно надул губы.

— Расслабься, этот парень и пальцем к твоей Эванс не прикоснётся, — Сириус закатил глаза. — Особенно после этого концерта...

— Кстати, а где Джейк? — вдруг спохватилась Диана.

— Ушёл в вагон Когтеврана, — небрежно махнула рукой Эмма.

— Вы... поссорились? — Ремус поднял брови.

— Да нет, конечно, с чего нам ссориться? — Эмма скривила губы. — Мы просто расстались.

— О боже, — Диана прикрыла рот ладонью. — Как? Он так ждал встречи с тобой...

— Знаю, — кивнула Эмма. — А вот мне от встречи с ним ни горячо, ни холодно. Поэтому и решила не тянуть.

— И... как ты ему это объяснила? — осторожно спросил Сириус.

— Я сказала, что влюблена в его сестру, — пожала плечами Эмма.

В купе повисла мёртвая тишина. Лишь Джеймс, покраснев от сдерживаемого смеха, согнулся пополам, трясясь всем телом.

— За что ты так с ним? — поморщился Ремус. — Он ведь такой хороший...

— А что не так? — искренне удивилась Эмма, одновременно пиная ногой корчащегося от смеха Джеймса. — Это же не его вина получается.

— Ну, с его точки зрения... — задумчиво протянул Сириус. — Выходит, он настолько плох в отношениях, что ты из-за него сменила ориентацию. Но всё равно — поздравляю.

— Спасибо, конечно... Но мне как-то похуй. Ни радости, ни печали. Так, Джим. — резко сменила тему Эмма, — Ты нафига без меня поперся к Эванс? Опять опозорился, идиот?

— Она очень злилась, — вздохнул Джеймс. — Я уже не знаю, что делать...

— А я знаю, — неожиданно сказала Диана.

— Ты настолько умна, что поможешь ему наконец сойтись с Эванс? — Сириус иронично приподнял брови. — Тогда пусть это станет твоей обязанностью, а не нашей...

— Нет, я не про это, — мягко покачала головой Диана. — Просто... Сколько можно, Джеймс? Мы знакомы не так давно, но меня уже тошнит от этих бесконечных «Эванс-Эванс». Отвлекись на время... Забудь о ней. Ты уже прочно засел у неё в голове — если переключишься на другую, она это обязательно заметит.

— Мы уже пробовали играть в ревность, — Джеймс махнул рукой. — Ей было плевать.

— С кем ты пробовал? С Эммой после матча? — Диана закатила глаза. — Да никто бы в здравом уме не поверил, что вы вместе. Нужны настоящие чувства... Чтобы она поняла — на ней свет клином не сошелся...

Сириус слушал, ощущая, как учащается пульс. В её словах была логика — может, это и правда работает? Его взгляд скользнул к Эмме. Та задумчиво кусала губу, видимо, перебирая в голове возможные кандидатуры. Вдруг Диана поднялась с места. Сириус невольно вздрогнул.

— Ты куда? — растерялся он.

— Ты что, не слушал? — Диана рассмеялась, поправляя волосы. — Сейчас приведу свою знакомую. Она идеально подойдёт на роль девушки Джеймса.

Диана выскользнула из купе, оставив за собой лёгкий шлейф духов.

— Это отвратительная идея, — поморщился Джеймс, скрестив руки на груди.

— Отвратительная? — Эмма приподняла бровь. — Поттер, ты целовался всего один раз в жизни, и то со мной! Когда твоя драгоценная Эванс наконец согласится на свидание, ты вообще будешь знать, что делать?

— Мне кажется, этот эксперимент довольно интересен, — задумчиво проговорил Ремус, доставая из сумки потрёпанный блокнот и делая пометку. — Любопытно, что из этого выйдет...

— Рем, а это что за значок? — Эмма прищурилась, разглядывая его мантию. — Ты что... староста?..

— Да, — мрачно кивнул он, потирая переносицу.

— Дамблдор совсем ебнулся, — фыркнул Сириус. — Назначить Мародёра старостой...

— Выбора не было, — вздохнул Ремус. — Старост выбирают из пятикурсников. Так что пришлось выбирать между мной, тобой и Джимом.

— Поздравляю, — Эмма удивлённо склонила голову. — Ты же рад?

— Ты что, издеваешься? — Ремус горько усмехнулся. — Я заранее знаю, что подведу всех, потому что вы мои лучшие друзья.

— Да это же круто! — Джеймс вдруг оживился. — Представьте... Теперь среди нас есть староста... Новые возможности!

— Ура, — с убийственным сарказмом протянул Ремус, закрывая лицо руками.

Дверь купе снова распахнулась. На пороге стояла Диана, а рядом — светловолосая девушка с карими глазами. Она была симпатичной, но по одному только взгляду было видно, что умом она не блистала.

— Джеймс Поттер... — прошептала она, замирая на пороге. — Не верю, что стою перед тобой...

— О господи... — скривилась Эмма. — Ты что, ослепла? Это же Поттер.

— Заткнись, Браун, — отмахнулся Джеймс, выпрямляясь во весь рост. — Как тебя зо...

Фраза повисла в воздухе. Девушка вдруг стремительно бросилась к нему, подпрыгнула, обвила ногами вокруг талии и впилась губами в его губы. Мародёры застыли с одинаково округлившимися глазами. Ремус поспешно пересел к Эмме и Сириусу, опасливо отодвигаясь от парочки. Втроём они сбились в тесный кружок, безмолвно раскрывая рты, но не находя слов.

— Ди... Где ты её откопала? — наконец выдавил Сириус. — На необитаемом острове?

— Это Мия... — растерянно протянула Диана, опускаясь рядом. — Она была влюблена в Джеймса со второго курса...

— Заметно, — слабо пробормотала Эмма. — А как она это сделала?

— Джеймс не так уж плох, — укоризненно сказал Ремус.

— Знаю, но... как можно хотеть его целовать?

— Боже... Надеюсь, этот план сработает, и с нами будет тусоваться Эванс, а не... эта, — прошептал Сириус, не в силах отвести взгляд, полный отвращения.

— Весело мы до Хогвартса добираемся, — вздохнула Эмма, откидываясь на спинку сиденья.

До Хогвартса они и правда добирались весело. Мародёры с Дианой тактично удалились из купе, оставив Джеймса наедине с Мией, втайне надеясь, что он не задохнётся в её объятиях. Действие энергетика вскоре закончилось, и через пару часов Эмма с Джеймсом отключились. Они проспали остаток пути, проспали дорогу от Хогсмида до замка, проспали даже ужин в Большом зале.

Когда пришло время подниматься в гостиную, Ремус с трудом волок Джеймса по лестнице, а Сириус тащил на спине сонную Эмму.

У картины Полной дамы сидел Вилли, равнодушно подбрасывая резиновый мячик, который каждый раз возвращался ему прямо в ладонь.

— Так, Джим, давай, осталось три ступеньки, — выдохнул Ремус, вытирая пот со лба. — Ты же такой худой... Какого же черта мне так тяжело тебя тащить?

— Вряд ли он тебя слышит. Десятый сон про новую любовь уже смотрит на ходу, — усмехнулся Сириус, щёлкая друга по лбу.

— Заткнись... С-собака... — прошипел сквозь сон Джеймс.

— А, нет, всё-таки слышит!

— Сириус, не тряси меня, — пробормотала Эмма, уткнувшись лицом ему в спину.

— Мне что, всю ночь тут торчать, ваша светлость?

— Тихо ты... Не мешай спать...

— О, Вилли, ты чего тут сидишь? — Сириус наконец заметил парня, прислонившегося к стене.

— Пароль не знаю, — спокойно ответил он, поднимаясь.

— Привет, — Ремус с трудом удерживал Джеймса и протягивал руку. — Я Ремус.

— Привет, — Вилли улыбнулся, его разноцветные глаза скользнули по шрамам на лице Ремуса.

— Чего завис тут? — спросил Сириус. — Внизу же ужин был.

— Вообще я хотел спать пойти, но забыл спросить пароль у декана.

— А... Ну пошли.

— Прошу пароль, — важно произнесла Полная дама.

— Давно не виделись... Вы всё так же прекрасны, — Сириус подмигнул портрету.

— Хватит флиртовать с картинами, Бродяга. Лили Эванс — богиня, — вздохнул Ремус, и дверь открылась.

— Догадываюсь, кто придумал пароль, — усмехнулся Вилли.

— Да, удачи тебе выжить в этом дурдоме, — вздохнул Ремус, с трудом удерживая спящего Джеймса. — Нам пора, а то у меня сейчас плечо отвалится. Приятно было познакомиться. Увидимся.

— Пока, — кивнул Вилли.

Дверь за ними закрылась, и Вилли остался один в пустой гостиной. Его разноцветные глаза медленно скользили по алым гобеленам, мерцающему камину, разбросанным книгам на столах. Он стоял посреди комнаты, слегка растерянно поворачивая голову, словно пытаясь понять, что делать дальше в этом новом, странном месте.

* * *

Холодным осенним вечером Мародеры ворвались в гостиную, нарушив тишину громкими голосами.

— Так, это никуда не годится! — Эмма швырнула сумку на диван. — Был уговор! Тусоваться вчетвером! Я уже виски сперла!

— В чём проблема-то? — Джеймс развёл руками. — Браун, у нас всего два алкаша в компании! Тебе с Сириусом хватит. А девочки много не пьют!

— Да при чём тут бухло? — Эмма топнула ногой. — При чём, Поттер? Если б я таскала всех своих парней на наши тусовки, тебе бы крышу снесло! Договор был — вчетвером!

— Но они же хотят с нами, — Сириус лениво повалился в кресло.

— Вы и так от них не отлипаете! — Эмма скрестила руки. — Один со своей Дианой, а второй с этой блондинкой слипся! Нет, круто, что вы встречаетесь с девушками, а не друг с другом... Но мы вообще не бываем одни! Рем, ну скажи хоть что-нибудь!

— Эм... Тебе не понравится то, что я скажу, — Ремус нервно поправил воротник.

— У тебя что, теперь тоже девушка есть!? — завопила Эмма.

— Нет! Просто я староста... И предлагаю всем сесть за уроки вместо пьянок.

— Лучше бы девушку завёл, — скривился Джеймс.

— Ладно, Эм, — Сириус подошёл ближе. — Неужели так принципиально, шестеро нас или четверо?

— Шестеро? Размечтался, — фыркнула Эмма. — Если вы с девчонками, я тоже кого-нибудь возьму!

— Да бери! — Джеймс махнул рукой. — Нам вообще плевать!

— А может, вчетвером всё-таки? — с опаской спросил Сириус.

— Нет уж! Мия сказала, что если я её не возьму, то она не будет со мной разговаривать!

— Господи, надо было пользоваться моментом и соглашаться на это! — Эмма закатила глаза. — Она же тупее пробки! Даже тупее тебя!

— Зато не тупее тебя, — скривился Джеймс.

— Чувствую себя, словно в детском саду, — протянул Ремус устало. — Вам по пятнадцать лет! Будьте уже умнее!

— Хорошо, — резко сказала Эмма, окидывая взглядом гостиную.

Её взгляд остановился на Вилли, сидевшем у камина с блокнотом. Он явно старался не обращать внимания на шум.

Эмма решительно направилась к нему. Сев рядом, она прищурилась и удивленно вскинула брови.

— Ты еще кто такой? — скривилась она, изучая его.

— Я даже не знаю, как отвечать на этот вопрос, — он убрал блокнот, показывая разноцветные глаза. — Человек?

Эмма развернулась к друзьям с немым вопросом на лице.

— Это кто вообще? — повторила она.

— Новенький из Шармбатона, — вздохнул Ремус. — Вилли. Мы тебе в поезде рассказывали.

— Да? — Эмма приподняла бровь. — Вообще не помню... Очень приятно. — Она резко протянула руку. — Я Эмма Браун. А ты... ничего так. Хочешь быть моим парнем на выходные?

— Что? — Вилли отклонился назад, его разноцветные глаза расширились от непонимания.

— Не обращай внимания, — Джеймс уселся рядом, развалившись в кресле. — Это наша местная шлю...

— Джеймс! — резко оборвал его Сириус.

— Мальчики, а вам-то что тут нужно? — Эмма скрестила руки. — Идите-ка к своим подружкам. Не мешайте нам с Вилли.

Ремус быстро схватил Джеймса за рукав и потащил к спальням.

— Что это сейчас было? — озадаченно спросил Вилли.

— Извини, — вздохнула Эмма, провожая друзей взглядом и тут же отодвигаясь от него. — Воспитательный момент... Я не шлюха и не хочу, чтобы ты был моим парнем. Просто мои друзья — мальчики, а у них, как известно, половое созревание наступает позже. Вот теперь и таскают своих подружек на все наши тусовки...

— А, теперь стало понятнее, — Вилли усмехнулся, закрывая блокнот.

— Слушай, может всё-таки пойдёшь с нами? — с надеждой спросила Эмма. — Уверяю, тебе не понравится. Будет ужасно... Потому что Джеймс опять будет лизаться со своей Мией, а меня опять будет тошнить от одного этого вида. Но может быть ты больной на голову и захочешь сходить со мной вместе. Можем поблевать с крыши, глядя на это зрелище.

— У тебя дар убеждения, — засмеялся Вилли. — Я думал, что Джеймс влюблен в Лили Эванс.

— Как он это делает? — Эмма чуть не подпрыгнула на месте. — Даже ты уже в курсе!? Ладно, сейчас у нас эксперимент с ревностью... И он слегка увлёкся. Наш местный гений...

— Мне «посчастливилось» познакомиться с ним в поезде, — кивнул Вилли. — Было... страшновато.

— Насколько близко ты находился к Эванс? — Эмма прищурилась с понимающим видом.

— Наши плечи слегка соприкоснулись.

— О боже! — она драматично прикрыла рот ладонью. — И как ты выжил?

— Повезло, — пожал плечами Вилли.

— Сириус рядом был? — догадалась Эмма.

— Да, — кивнул он. — Пытался спасти всех в том купе...

— Ну как обычно. О, ты рисуешь? — её взгляд упал на блокнот. — Ты первый человек здесь, кто тоже рисует. Серьёзно, Вилли. Пойдём со мной. Ты не пьешь?

— Да нет, — растерянно покачал головой Вилли.

— Ну... Я тебя научу, — Эмма хлопнула его по плечу. — Посидим в углу с тобой, посмотрим рисуночки, попьём вискаря... Может, нам будет даже веселее, чем им.

— Ты уверена? — Вилли неуверенно покрутил в руках карандаш. — Я не очень хорошо с людьми...

— По тебе видно, — кивнула Эмма. — Но если что — просто уйдём.